Куколка

      Климат Сумеру оказался жестче, чем ожидал Скарамучча. Несмотря на то, что он нанес на себя космическое количество слоев spf, солнце упрямо сжигало его кожу. Кое-как скрыв лицо под огромными солнцезащитными очками и шляпой с широкими полями, парень поспешил запрыгнуть в такси. Скарамучча не был уверен в том, что не получит ожоги в первый же день приезда, а потому решил, что в дневное время суток будет передвигаться исключительно на машине.       - Какого хрена я взял только черные шмотки, Дотторе? Убей меня, - стащив с вспотевшего лица очки, он принялся обмахиваться какой-то брошюрой, которую ему впихнули на выходе из аэропорта.       - Я понятия не имею, почему ты подумал, что это отличная идея, - усмехнулся мужчина, усаживаясь рядом с моделью на заднее сиденье. - Не переживай, завтра у нас будет немного свободного времени. Используем его, чтобы зайти в местные бутики.       - Мне нравится ход твоих мыслей, - улыбнулся Скарамучча и с интересом уткнулся в окно, когда машина наконец была нагружена их багажом и тронулась с места.       Съемки должны были проходить в самом городе. Отголоски арабской архитектуры столицы региона подходили как нельзя лучше к действующему промоушену Камисато. Вопреки тому, что создатели бренда были коренными инадзумцами, они любили эксперименты. А значит этой осенью все модники будут облачены в их яркую оверсайз коллекцию, которая была вдохновлена мифическим Оазисом сумерской пустыни.       Скарамучча не мог отвести глаз от вида за окном, пытаясь запомнить каждый нюанс узких улочек, каждый поворот. Он впервые был за пределами Инадзумы и эта разница его поражала. Сейчас перед Дотторе сидела не запрограммированная модель, перед ним сидел обычный ребенок с горящими глазами и периодическими воскликами. Особенно Скарамучча прибыл в восторг, когда они проезжали мимо Большого базара.       - Смотри, смотри! Там танцовщица. Видишь? У палатки с фруктами. Вот бы мне быть таким же пластичным на фотосессиях, как она, - в который раз парнишка схватился за плечо Дотторе и вынуждал увидеть то, что видит он.       - Ты говорил, что стал сложно переносить тренировки. Может быть вместо них записаться на танцы? С твоей профессией любой навык может пригодиться, подумай над этим, а я что-нибудь подберу, - согласно кивнул Дотторе, также на мгновение задержав взгляд на девушке, которая ловко выплясывала босиком на ковре.       - А это отличная мысль. После этой поездки мне понадобится практика в позировании.       Менеджер не смог в который раз скрыть своей улыбки. После фестиваля его подопечный окончательно слетел с катушек. Всему виной Каэдэхара Кадзуха. Дотторе сразу его узнал по тому, как этот юноша в растянутых шмотках нагло и бездумно пленил проект всей его жизни там, на Рито. Скара мог бесконечно отнекиваться, но наметанный взгляд зрелого мужчины с первых минут, еще во время фотосессии с Альбедо, разглядел интерес, который начал слишком динамично разгораться. Пресечь на корню было уже невозможно, оставалось ограничить. Поездка в Сумеру была на руку и сейчас парень здорово отвлекся от своей головной боли. Наконец он вновь строил рабочие планы и рассуждал на тему, что еще можно взять от нахлынувшего вдохновения для дальнейшей работы. Сейчас можно было выдохнуть, а уже дома он обязательно что-нибудь придумает. Пока срок годности Скарамуччи еще не вышел, Дотторе планировал выжать все соки из этого прекрасного тела и податливой натуры.       Машина остановилась у четырехэтажного здания с многочисленными арками и колоннами на первом ярусе. Это был отель, в котором им предстояло прожить ближайшие несколько дней. Выйдя из машины, Скарамучча с трудом смог подобрать отвисшую челюсть, настолько архитектура Сумеру его впечатлила. Разноцветная мозаика покрывала часть окон. Выступающие балконы украшены ботаническим орнаментом, от этого, несмотря на их количество, здание казалось легким и воздушным. Круглая стеклянная крыша напоминала бутон цветка и задекорирована золотой каемкой, что была подобна лиане.       - Поражен? Я тоже в первый раз не мог глаз оторвать, - раздался рядом мягкий голос Дотторе.       - Дух захватывает. Похоже на дворец.       - Говорят, архитектор вдохновлялся легендами о местном Архонте и элементом Дендро. По моему скромному мнению, у него точно удалось передать характер главенствующей стихии, - повествовал мужчина, пока они входили внутрь здания. - Что же, багаж доставят сразу в номер. У нас есть немного времени на то, чтобы разместиться, перекусить в ресторане и добраться до места съемки. Кажется, они начнутся часа через четыре, поэтому нам стоит поторопиться.       Коротко кивнув, Скарамучча проследовал за Дотторе, который направился к стойке регистрации.       Интерьер внутри не уступал внешнему виду фасада здания. Вокруг было очень много цветов, зеленые лианы были пущены по внутренним белоснежным колоннам, а свет от солнца, пробивающийся сквозь стеклянную мозаику на окнах, окрашивал стены в разные цвета. Скарамучча был словно внутри калейдоскопа, от этого складывалось ощущение, что он попал в волшебный мир. И пока менеджер оформлял документы, Скара медленно бродил с задранной вверх головой. По периметру был пущен балкон с резными гипсовыми балясинами, вглубь которого уходили коридоры с номерами, а вместо потолка помещение покрывал стеклянный купол, который привлекал внимание больше всего. Солнечные лучи мягко ложились на бледное лицо сквозь прозрачный барьер, наконец, согревая, а не сжирая.       “Действительно, оазис”, - восхищался юноша.       За созерцанием Скарамучча совсем не замечал людей вокруг, а потому в один момент его грубо оттолкнули. С трудом сохранив равновесие, парень моментально огрызнулся.       - Эй, осторожнее! - Зашипев, он не сразу понял, кто перед ним стоял, но почему-то моментально оказался зажат в чужих руках.       - Это ты! Скарамучча! - Крепко удержал его в своих объятиях кто-то, кто был выше на целую голову. - Не стой посреди зала, я совсем тебя не заметил, моя полторашка. Дай взглянуть на тебя, - то и дело восклицал знакомый голос и бесцеремонно стащил с макушки темноволосого шляпу.       Сфокусировав внимание на рыжей шевелюре и ярких голубых глазах, Скарамучча недовольно охнул. “Чайльд…”       - Черт, как же ты похудел! - Его коллега продолжал тем временем эмоционально тараторить, крепко сжимая парня за плечи. - Но скулы отпад. Завидую, мои щеки не уходят даже после монодиеты, - закатив глаза, Чайльд расхохотался.       - Я просто подрос с того момента, как мы с тобой работали, - кое-как выпутавшись из объятий, Скарамучча рывком выхватил свою шляпу из чужих рук и вновь нацепил ее себе на макушку.       - Верно, - скрестив на груди руки, довольно промурчал Тарталья. - Сколько лет назад это было?       - Четыре года прошло, - тихо проговорил парень, взглядом ища Дотторе и заметив его у стойки регистрации в компании фигуристой блондинки. Кажется, она была менеджером Чайльда.       - Так много… Инадзума мне запомнилась только благодаря тебе. Жаль, что ты перестал мне писать. Но вот судьба нас свела снова. Ты бы знал, как я был рад увидеть твое имя в списке моделей. Молодец, что попал сюда, это отличное начало. Я тоже вырвался в большое море только благодаря Камисато. Если бы не их визит в Снежную, сидел бы там на одних каталожных фотосессиях еще пару тройку лет, - с толикой брезгливости поморщился рыжий от воспоминаний.       Поток его нескончаемой речи прервал голос блондинки, которая, видимо уже попрощалась с Дотторе. И Чайльд, коротко кивнув ей, вновь обнял Скарамуччу на прощанье.       - Увидимся через несколько часов, Скара, - подхватив с пола свой небольшой портфель, Тарталья удалился в сторону сопровождающей его женщины.       Дотторе, которому наконец удалось вырваться к своему подопечному, вертел меж пальцев ключи с прикрепленным к ним номером. Запустив пятерню в волосы, он откинул свои отросшие светлые пряди назад и озадаченно взглянул на мальчишку.       - Эта парочка всегда высасывала много энергии, не находишь?       - Полностью с тобой согласен, - пробурчал Скарамучча и, поправив лямку своей сумки на плече, кивнул в сторону лестницы. - Ну, веди. Хочу уже скорее попасть в душ.       Хоть перелет был не таким долгим, каким казался изначально, подъем в четыре утра и смена климата здорово вымотали Скарамуччу, а ведь главная работа была еще впереди. Всю дорогу он ворчал, что приезд в день съемки - самое отстойное решение организаторов. Недовольно взглянув на свои синяки под глазами, юноша щедро обмазал лицо и шею spf, который, кажется, станет второй кожей на следующие несколько суток. Облачившись в шифоновую черную блузу и короткие также черные шорты, он предстал перед Дотторе, который на контрасте был во всем белом. Поджав губы и чуть поморщившись, лишь представив, как же его сейчас будет жарить, Скарамучча первый покинул номер.       Они пообедали в ресторане на первом этаже. Разместившись на летней веранде под светлым высоким тентом, Скарамучча с жадностью пил воду со льдом и лаймом.       - Осторожно, заболеешь ведь, - укоризненно произнес мужчина, предприняв попытки отнять запотевший стакан у парня.       - Лучше уж температура, чем обезвоживание, - хныкал тот, не выпуская воду из рук. - Кстати, как далеко нам ехать?       - Место в районе Большого базара. Они должны были уже разместить декорации и подготовить помещение к этому часу. Мы проезжали мимо, но с другой стороны. Там находится сцена местного театра. Антураж тебе понравится, судя по тому, как тебя в принципе впечатляет Сумеру. Надеюсь, концепт вдохновит тебя на хорошую работу, - улыбнулся Дотторе и, поблагодарив официанта, который поставил перед ними чайничек с заваренными в нем ароматными травами, вновь взглянул на своего спутника. - Вижу, тебя что-то еще интересует? Лучше спрашивай сейчас. Как только я тебя туда отвезу, мне нужно будет вернуться в отель и поработать.       - О, я думал, ты будешь со мной, - чуть разочарованно произнес Скарамучча, но старался не подать виду, что его это расстроило. - Тарталья… А еще ведь две девушки. Есть фото? Интересно, каких моделей они подобрали. Мы с Чайльдом очень различны по типажу.       - Да, к подбору моделей они подошли в этот раз с креативом. Смотри, - разблокировав телефон и набрав в поиске имя первой модели, Дотторе развернул экран к парню. - Это Нилу, она местная. Как я уже говорил, они решили выбрать моделей с разных регионов. Нилу, как и ты, новичок в фэшн-съемке, но уже местная знаменитость. Харизма у девушки сумасшедшая, ее все обожают за детское и доброе лицо. А вторая девушка, ты ее, скорее всего, знаешь. Джинн из Мондштадта. Можешь сам вбить в поиск, если забыл, как она выглядит.       - Блондинка? Нет-нет, я знаю ее, она, как и Чайльд, повсюду была в какой-то сезон. Кажется, весной она снималась для многих брендов. Да и сейчас в нескольких рекламах ее можно увидеть. С ней я не работал, будет интересно.       - Да, у вас произойдет отличный обмен опытом. Думаю, этот проект даст вам с Нилу огромный рост. Каждый из вас пока узко работает в одном направлении и все коммерция. Чайльда и Джин уже нечему учить. Они везде смотрятся органично и могут браться за любой концепт. Так что эта поездка для тебя не только важная, но и полезная.       Довольно зажмурившись в предвкушении скорой работы, Скарамучча отпил еще немного воды. Голова была забита впечатлениями, которые подарил ему этот город за столь короткое время. Желание работать и показать себя новому миру разрывало изнутри, хотя еще недавно хотелось убежать. Эмоциональные качели в этот раз сыграли на руку и маниакальное состояние дарило чувство полета. Он скорее хотел уже оказаться перед камерами.       В нетерпении закончив обедать, они вызвали такси и двинулись на место проведения фотосессии. Дотторе не обманул, когда говорил про вдохновение.       Растения были повсюду. Огромная сцена с облепленной лианами бортами была усыпана лепестками неизвестных Скарамучче цветов. Посреди сцены стоял огромный белый диван, покрытый оранжевой сетчатой тканью. Рядом с диваном стоял тяжелый резной торшер, а на полу валялись свечи, книги и крупные камни, имитирующие жемчуг.       Внутри стоял пряный запах лаков для волос, термозащиты, антистатиков и прочих всевозможных спреев. Мимо Скарамуччи то и дело мельтешил персонал: кто-то настраивал аппаратуру, кто-то проверял свет, кто-то поправлял декорации. Недалеко от входа стояли рейлы с одеждой и обувью. Миниатюрная девушка быстро перебирала вешалки и, выуживая необходимые ей топы и блузы, ловко обрабатывала их складки отпаривателем. В конце площадки разместили гримерные зеркала со столиками. За одним из них уже сидела Джин и стилист с палеткой в руке изящно водил кистями по ее лицу, подготавливая к съемке. Суета заставила на минуту потерять концентрацию, было непонятно, что делать. К Скарамучче тут же подлетела девушка в зеленом комбинезоне и с бейджем на шее. Забрав его от Дотторе, словно от родителя, она мигом провела парня сквозь поток людей к стойке с зеркалом.       - Ох, какой ты у меня бледный. На фото мне показалось, ты чуть темнее, - прошептала девушка, которая, очевидно, являлась его визажистом. Двумя ладонями она обхватила лицо мальчишки и, чуть повернув к свету лампочек, промычала что-то нечленораздельное, пару раз при этом кивнув. - Хорошо-о, сейчас мы нанесем тебе немного контуринга и займемся глазами. Загар наносить, наверное, не стоит. Будешь у нас Белоснежкой.       - Это плохо? - Робко спросил Скара у суетливой девушки не уверенный в том, что его вообще услышали. Уж слишком та была увлечена.       - Что? А, нет, - улыбнулась она. - Просто я по твоей фотографии примерно представляла, чем тебя красить, но в живую, как и ожидалось, видна разница и придется кое-что подправить в моем изначальном плане. Не обращай внимания, это мои мысли вслух. У меня привычка проговаривать свою работу.       - Переживаешь? - Послышался голос Чайльда, который рухнул за соседний столик.       - Ничуть, - хмыкнул Скарамучча и уперся в своем отражение.       - Молодец. Я всегда говорил, что ты станешь профи, - улыбнувшись, рыжий откинулся в кресле, пока визажист прибивал спонжиком его лоб.       Наконец, с макияжем и прической было покончено. Оглянувшись на ребят, Скарамучча заметил, что не только на него не пожалели шиммера. Все участники фотосессии были, словно сбежавшие из чародейской школы феи, не меньше. Кожа лица, шеи и рук переливалась от каждого движения. На всех них были нанесены охристо-оранжевые тени, а по векам и вискам пущены крупные каплевидные стразы. Скарамучча ощущал себя каким-то дорогим предметом декора. Солнце уже заходило за горизонт и под желтым светом ярких ламп, что были расставлены по всему периметру, он весь светился. Даже его волосы переливались от блесток.       - Так, у нас модели готовы? Модели где? - Послышался грозный голос координатора съемки. - Переодеваемся, что стоим? Сейчас будут вещи с первого рейла, давайте, ускоряемся, - высокий статный мужчина в свободной голубой рубашке хлопнул несколько раз в ладони, разгоняя персонал вокруг себя.       Стараясь не теряться, Скарамучча взглянул на Чайльда, который твердым шагом пошел в сторону уголка с одеждой. Его окружило несколько человек. Один держал вешалки с вещами, в руках второго блистали аксессуары. Скарамучча, мысленно умоляя себя не тормозить, двинулся за Тартальей и его, словно по волшебству, также облепил персонал, помогая раздеться и упаковать себя в брендовую одежду.       - Черт, эти палаццо ему велики… - прошипел парень, который пыхтел над тем, чтобы образец брюк удержался на талии Скарамуччи. - Подайте кто-нибудь защеп… А, благодарю, - кивнул он проходящей мимо ассистентке и подогнул на парнишке пояс брюк чуть ли не на треть.       - Скара, ну ты и глист, - язвительно заметил Чайльд, который был почти подготовлен и сейчас надевал на свои изящные пальца золотые кольца.       - Лучше уже так. Защепить вещь проще, чем подбирать на ляжки размер. Я не глист, я универсальный, - показав кончик языка, парень отвернулся, чтобы не портить себе настроение этим конопатым лицом. - И вообще, чего ты весь день цепляешься.       На это рыжему оставалось лишь закатить глаза и оставить в покое обиженку.       Не то чтобы Скарамучча как-то негативно относился к Чайльду. В тот момент, когда этот чудик только начинал свою карьеру и прибыл в Инадзуму, Скарамучча увидел, как же он хорош. Казалось, этот улыбчивый юноша с пышной копной волос и диким шармом, мог по щелчку пальцев менять позы и задавать нужное настроение. Тарталья был профессионалом и моментально привлек внимание юного Скарамуччи. В тот день они подписались друг на друга и Чайльд пообещал, что будет помогать ему. У Скарамуччи были мысли сблизиться с этой яркой моделью, чтобы расспросить обо всем, но рыжий, отработав съемку, забил на назначенную встречу и сбежал. После этого темноволосый затаил подобие обиды на парня. Мол, не хочешь помогать, ну и ладно, сам добьюсь всего. Наверное, это было совсем несерьезно и как-то по-детски, но спустя четыре года Скарамучча видел в своем несостоявшемся друге лишь конкурента. И то, что Чайльд сейчас прилипал к нему, будто они были когда-нибудь близки, очень раздражало. С возрастом Скарамучча принял для себя истину, что на площадке модели должны быть учтивыми друг с другом и дружелюбными, но чувство конкуренции не предполагает близких отношений.       В скором времени вся их команда была готова к первому этапу фотосъемки. Начинали с золотистых образов, которые должны были попасть на обложку. Парней одели в широкие рубашки свободного кроя. У Чайльда была молочная, с огромными рукавами и лентами на вороте, которые были завязаны в крупный бант. Он был похож на принца и Скарамучча невольно позавидовал тому, как этому золотому мальчику шел образ. Блеск кожи под искусственным светом, кольца на длинных пальцах и нежная ткань блузы гармонировали с его взбитой стилистами копной густых волос и яркими голубыми глазами. Это была его фишка. За эти глаза боролись многие агентства и бренды. В себе темноволосый так и не смог выделить какую-то особенность, а потому он просто старался быть совершенным во всем.       Скарамучче выдали свободную тунику, которая спадала с его плеча, обнажая ключицы, а шею задушили золотым чокером. Конечно, он выглядел дорого, но на фоне Чайльда будто бы терялся. От этого осознания Скара начал закипать, пообещав себе, что выложится на все сто.       Девушки также не уступали по образам. Облегающие платья из золотистой тонкой сетки позволяли разглядеть каждый изгиб их тела. В их волосы вставили венки из цветов, добавляя прическам пышности. Скарамучча сравнил их с русалками. Они переливались на свету и были очень грациозны. Не засмотреться было сложно. Однако Нилу, видимо, все же волновалась. Джин стояла в раскрепощенной позе и наблюдала за тем, как ассистенты настраивают свет ламп на сцене. Нилу же, как и Скарамучча, впервые для себя открыла такую серьезную фотосессию и сейчас озиралась по сторонам, будто пыталась впитать в себя всю эту атмосферу.       Когда весь инвентарь был подготовлен и сама сцена окончательно преобразовалась в необходимую локацию, послышался голос продюсера.       - Так, сейчас начнем с группового фото для обложки. Потом делимся по парам. Сначала молодые люди, потом юные леди. И перейдем на улицу. Когда стемнеет, будем снимать вторые образы уже вне помещения, - оценивая перед собой моделей, мужчина расписывал план работы. - Готовы? Погнали. - Махнул он рукой и забежал за спину фотографа.       Их усадили на диван. Чайльд сидел посреди, чуть склонив голову. На его плече устроилась Джин. Ее светлые волосы градиентом растворялись в его золотистом блеске. В ногах у Чайльда разместили Нилу и Скарамуччу. По габаритам они были меньше, а потому фотограф потребовал, чтобы ребята находились ближе к объективу.       - Мой песик,- довольно промурчал Тарталья, подмигивая Скарамучче и тот бы все отдал, лишь бы вмазать сейчас по его конопатому лицу.       - Заткнись, - пробубнил темноволосый, устраиваясь в ногах у объекта раздражения и кладя подбородок на его бедра.       - Вот. Вот так отлично, - то и дело выкрикивал продюсер, когда ассистентка поправила венок в волосах Нилу. - Начинаем уже, давайте.       Послышался звук затвора фотоаппарата, который заставил абстрагироваться Скарамуччу от всего на свете. Несмотря на отчужденность мыслей, он почувствовал, как работал вместе с остальными моделями на одной волне. Словно единый организм, молча, но в то же время почти синхронно. Они изредка меняли свое положение, будто ощущали тела друг друга, как свое собственное. Джин и Чайльд, будучи профессионалами, иногда направляли их с Нилу, помогая расположить руку или слегка изменяя наклон головы. Скарамучча не сводил глаз с объектива, а желтый свет слепил, но чувствовал, как Нилу, меняя позу, водила рукой по его шее. Чайльд игрался с его волосами и иногда нажимал на макушку, опуская лицо вниз или наоборот, цепляясь за пряди, приподнимал его к свету. Ощущая, как тонкие пальцы Тартальи массирующими движениями взбивали укладку, Скарамучча на мгновенье выпал из реальности от нахлынувшего экстаза. И, казалось, именно на этой потере чистоты сознания, фотограф довольно воскликнул. Общая съемка буквально была пропитана опьянением, сравнимым, разве что, с опиумным. И, купаясь в золоте друг друга, они создавали искусство на фоне свечей и обилия лепестков.       - Было, все. Умнички, - резкий голос выдернул Скарамуччу из потока, в котором он успел раствориться.       Заслонив собой свет, Тарталья подал ему руку. Молча приняв помощь, Скарамучча коротко кивнул в знак благодарности. Несмотря на то, что Чайлд был сильным конкурентом, работа с ним принесла удовольствие. С его тактильными подсказками Скара чувствовал, что сделал все правильно.       - Девочки отправляются на передышку, мальчики остаются на сцене, - продолжал командовать мужчина, помогая Джин и Нилу спуститься с высокого выступа. - Где ассистенты носятся? Помогите им, у Чайльда бант развязался. Надо усадить и поправить одежду. Давайте, в темпе, девчонки, как в первый раз, ну серьезно - не унимался он, накручивая круги внизу сцены.       Парней усадили спиной друг к другу. Развернувшись на три четверти, Скарамучча закинул увешанную кольцами кисть руки на плечо Чайльда.       - Решил доминировать, малыш? - Тихо рассмеялся Тарталья.       - Я тебя сейчас укушу, - еле шевеля губами тихо прошипел мальчишка и, чуть приподняв подбородок, немного подался вперед, заставляя рыжего откинуться на спинку дивана, чтобы хоть немного выиграть в разнице их роста.       Парные фотографии также отсняли быстро. Скарамучча чувствовал себя уверенно, хоть до этого и боялся, что потеряется на фоне этого светящегося принца. Внутренняя уверенность в себе напомнила, что он красив, что он прекрасен и недостаток опыта не помешает ему быть первым. Наконец, фотограф показал большие пальцы вверх и они с Чайльдом могли отправиться на передышку, освобождая площадку девушкам. Сняв одежду, парней накрыли пледами и отвели к гримерному уголку, где на столиках уже стоял чай в одноразовых стаканчиках. С приходом вечера в сквозном проветриваемом помещении стало ощутимо прохладно, хоть кожа еще горела от прошедшей съемки.       - Сделаем фотку? - Налетел на темноволосого со спины Тарталья, прижимая вздрогнувшее от неожиданности тельце к своей обнажившейся груди.       - Твою мать. Никогда не подкрадывайся так к людям! - Воскликнул Скарамучча, слегка покраснев, и пошатнулся.       Задорно расхохотавшись, Чайльд легко хлопнул коллегу по плечу и, стянув со столика свой телефон, подтянул Скарамуччу к зеркалу.       - Не ломайся, набьем себе новых фанаточек. Отметим друг друга. Маркетинг, малыш…       - Я тебе что, новый вкус лимонада? - Пробубнил Скара, но все же сдался перед чарами рыжего.       - Думаю, ты был бы со вкусом сельдерея или чего-то такого. Совсем не сладкий и с минимальным содержанием калорий, - улыбаясь, Тарталья схватил губами налаченную прядку волос с макушки Скары и, поймав недовольное лицо, сделал кадр.       - Давай нормально уже… - выхватив из рук веселящегося парнишки телефон, Скарамучча уже привычно направил объектив в зеркало.       Сделав несколько фотографий, они уселись на свои стулья и с интересом наблюдали за работой девушек. Нилу была робкой. Видно, что она слегка смущена, но властный взгляд Джин создавал с ней интересный контраст. Парни то и дело перекидывались одобрением, глядя на то, как ловко девушки работают с реквизитом.       - Нилу красотка. Джин, конечно, хороша, но она уже взрослая, дорабатывает последний год, а там только по специальным приглашениям. Она отлично себя зарекомендовала, но контракт с ней продлевать не будут, как она мне сказала. - Делился рыжий, отпивая горячий чай. - А эта рыженькая малышка сейчас будет на пике популярности у дизайнеров, вот увидишь. Ее детское личико так и просится на обложку какого-нибудь модного журнала Фонтейна. Ты, кстати, был очень хорош, - обратил он внимание на молчавшего все это время Скарамуччу. - Твои навыки в позировании очень выросли. Мы с Джин договаривались, что каждый возьмет небольшое шефство за одним из вас. Эта съемка много значит для каждого, хотелось все сделать на высшие баллы. Но даже без такого крупного опыта ты превзошел мои ожидания.       - Спасибо. Я много работал.       - И твои труды заметны. Тогда, в Инадзуме, ты был зажат. Словно бездомный котенок, - вновь рассмеялся Чайльд, глядя на недовольного напарника. - Ну, правда. Мы тогда вроде для каталога делали фотки? Помню, ты долго собирался с мыслями.       - Ага, поэтому ты решил забить на встречу и бросить меня там.       - Ты все еще дуешься? Кто бы мог подумать, - веселился рыжий. - Эй, мы работали. Прости, что не смог с тобой встретиться, как обещал. Но я закончил свою часть быстрее и у меня… появились дела, - его взгляд будто бы затуманился на мгновенье и Скарамучча почувствовал, как тот хотел сказать что-то еще, но лишь судорожно выдохнул. - О, девчонки справились. Пошли, нам нужно переодеваться.       “Да что с этим парнем”, - чуть нахмурившись, он проводил Тарталью непонимающим взглядом, но, в конечном итоге подумав, что не хочет в этом ковыряться, спрыгнул со стула и направился к рейлам.       Съемка вторых образов проходила у фасада театра. Ребят облачили в яркие бомберы, которые они должны были показать. Сама работа предполагала позирование у кирпичной стены. Под ночным небом Сумеру фотограф, настраивая выдержку, то и дело ослеплял лица моделей вспышкой. И Скарамучча чувствовал, что сияет сейчас ярче любой звезды на небе.

***

      С момента фестиваля на Рито прошло несколько дней и Кадзуха, который решил забить свою голову учебой и подготовкой чертежей, игнорировал все входящие на его телефон. Друзья то и дело уговаривали парня на вылазки, но ему слишком уж хотелось побыть наедине со своими мыслями. Написать Скарамучче он все еще не решался. Последняя случайная встреча оставила неисправимый отпечаток в сознании. Почему-то Каэдэхара чувствовал, что что-то в одногруппнике изменилось, но все еще было страшно. Будто на переходе загорелся зеленый свет, но он все еще с опаской оглядывался по сторонам, боясь, что его все же собьют. Навязчивость мыслей о том, чтобы написать Скарамучче какую-нибудь незначительную глупость, превышала здравый смысл, но Кадзуха держался. Пятничным вечером, сообщив друзьям о своих планах просидеть все выходные над домашкой, он выключил телефон, чтобы сконцентрироваться на поставленной задаче, а не заглядывать каждые пять минут в сенсорный экран.       В его комнате горела лишь настольная лампа, переплетаясь своим тусклым светом с голубоватым свечением от ноутбука. Под правой рукой стояла переполненная окурками пепельница, но парень, насквозь пропахший табаком, упрямо пытался воткнуть в нее еще один.       Кадзуха совсем не заметил, как на улице стемнело. Лениво он перевел покрасневшие от едкого дыма глаза на часы и заметил, как маленькая стрелка подкрадывалась к десяти. Тряханув полупустую сигаретную пачку и мысленно подсчитав, что сигарет на ночь ему не хватит, он решил, что сейчас самое время сделать перерыв и спуститься в круглосуточный магазин, который находился на первом этаже его дома.       Накинув на плечи зеленую олимпийку и впихнув босые ноги в растоптанные кеды, Каэдэхара схватил с тумбы в коридоре ключи и вышел за дверь.       В Инадзуме осенью все еще было тепло. На улице стоял неприятный сладковатый запах от переполненных баков за домом. Видимо курирующие район дяденьки закрывали глаза на этот квартал, спуская все происходящее здесь на самотек.       Неоновые вывески с местами перегоревшими буквами - единственное освещение. Улица была напичкана ларьками с алкоголем и закусками, было два караоке-бара, которые располагались в подвалах жилых домов и еще несколько сомнительных магазинов, которые собирали у своего входа под стать себе личностей. Где-то вдалеке лаяли собаки, а у круглосутки стояли пьянчуги, которые оглушали случайных прохожих гортанным хохотом.       Засунув руки в карманы олимпийки и низко опустив голову, Кадзуха спешно забежал в магазинчик, где за кассой сидел худощавый парень. Видимо, тоже студент, который решил подрабатывать по ночам.       Шаркая по грязной плитке, Кадзуха миновал яркие полки с газировкой и какими-то сладостями и, задрав голову, посмотрел на стенд с табаком.       - Доброй ночи, мне…       - Да, да, я помню тебя, - устало вздохнул парень и вытянул бело-красную пачку. - Они?       - Да, спасибо - тепло улыбнулся Кадзуха. - Давай сразу две. - Покидать завтра дом совсем не хотелось. Даже если нужно было лишь спуститься на первый этаж. - И вот это, - импульсивно схватил он из коробочки первый попавшийся чупа чупс, мысленно не понимая, для чего он это сделал.       Пошарив по карманам, протянул кассиру смятые купюры и несколько монеток.       - Здесь без сдачи.       - Спасибо.       Раскидав по карманам оставшуюся мору и пачки с сигаретами, Кадзуха принялся неуклюже разворачивать обертку от леденца и уже почти дошел до выхода, как парень за кассой его окликнул.       - Пацан, постой!       - М? - Удивленно взглянув на него, Кадзуха запихнул конфету в рот.       “Черт, хотел с колой”       - Ты на доске случайно не гоняешь?       - Эм… - вопрос застал врасплох. - Ну, было дело. А что? - Медленно приблизился он к кассе.       Еще одно заброшенное и покрытое мхом хобби Каэдэхары. Кажется, он позабыл о нем, когда его семья переехала из Мондшадта в окрестности Ли Юэ. Кататься там было невозможно, да и времени на это он так и не сумел найти, крутясь в вихре нового увлечения и новой компании.       - Слушай, купи у меня доску, - парень вытянул из-под стола видавший виды лонгбрд. - Это не скейт, но тоже крутая тема. Ты не смотри, что потрепанный, он еще всех нас переживет. Просто деньги срочно нужны, выручай, - сложив ладони вместе, умоляюще произнес продавец.       Вытянув леденец изо рта, Кадзуха с интересом приблизился к доске в ободранных стикерах и, коснувшись пальцами до колесика, резко крутанул его.       - И сколько хочешь? - Внезапно для себя произнес Кадзуха, подтянув к себе доску.       - А сколько есть?       - Так дерьмово платят? - Усмехнулся и, опустив лонгборд на пол, встал на него, проверяя на прочность.       - Не то чтобы. Мне хватало всегда. Просто я накосячил и меня уволили. Сегодня отрабатываю последний день. А за хату платить надо, не хватает совсем немного, чтобы закрыть месяц, - пожал плечами парень. - Доска отличная, правда. Любые дороги вытерпит и в ноги не отдает. Покупал за дорого, но сейчас трудное время, отрываю от сердца. Выручай, брат.       Помолчав с минуту, Кадзуха для вида поломался, но в глубине души понимал, что уже принял решение. Подняв на растерянного кассира глаза, Каэдэхара пошарился по карманам и вытянул еще несколько крупных бумажек, которые должны были кормить его как минимум две недели.       - Все что есть. Нормально?       - Офигеть, - просиял парень, принимая купюры. - Это даже больше, чем я планировал получить за нее. Теперь занимать не придется. Офигеть, - тараторил он. - Выручил… - волчком закрутившись, он забежал за кассу и, открыв стенд с сигаретами, вытянул для Кадзухи еще пачку. - Вот, возьми. Все равно последние часы отрабатываю.       - Ну, спасибо, - улыбнувшись, юноша ступил на поверхность лонгборда и, спрятав в кармане еще одну пачку, подкатился к выходу.       - Это тебе спасибо! - Благодарно улыбнулся продавец.       Показав пальцами "пис", Каэдэхара засунул за щеку леденец и выехал на улицу.       “Молодец, Кадзуха, теперь у тебя нет денег”, - глупо улыбаясь, он опустил взгляд на доску, но почему-то остался вполне доволен тем, что карманы были забиты сигаретами, а под ногами покоился новый транспорт. Именно транспорт, потому что денег на метро у него больше не было.       “Кажется, настало время, когда нужна работа”, - подумал и тут же покосился на дверь магазина. Проведя кончиком языка по кислой поверхности леденца и поморщившись от этого, он принял решение на днях спросить про освободившуюся вакансию.       Нужно было возвращаться и продолжить чертежи, но на улице было так хорошо. Пьяницы, стекающие до этого по стенкам, забежали обратно в караоке, освобождая улицу. Поставив опорную ногу на шершавую поверхность лонгборда, Кадзуха с силой несколько раз оттолкнулся от асфальта и принялся набирать скорость, катясь мимо спрятанных за рекламными щитами трущоб.       Перед глазами мелькали яркие вывески, а впереди виднелась дорога в парк, которая была освещена фонарями. Осторожной поступью на мчавшейся вперед доске он сменил ноги и, еще раз оттолкнувшись, медленно присел на корточки, когда понял, что тело все еще помнит. Словно он вновь очутился Мондштадте и сейчас рассекает каменную кладку на главной площади перед фонтаном. Словно ему снова семнадцать.       Ветер напрочь растрепал его выбившиеся волосы и некоторые прядки назойливо липли к почти исчезнувшему леденцу, но временные неудобства блекли перед ощущением полной вседозволенности, когда он на огромной скорости въехал на гладкий тротуар парка. Расставив руки в стороны, Кадзуха продолжал разгоняться до свиста в ушах. Будто все это время он сам себя держал в заточении и наконец почувствовал полноту внутри себя. Ощущение скорости было сравнимо с чувством влюбленности. Влюбленности к тому, крыша дома которого виднелась впереди, когда Кадзуха наконец преодолел расстояние парка. Он не знал, зачем приехал к границе чужого района. Подгоняемые неведомым потоком ноги сами принесли его в эту часть города. Зажав меж зуб пластмассовую палочку, он резко притормозил, вглядываясь в крышу дома, на порог которого его так и не впустили.       “Зачем ты сюда приперся, придурок. Его здесь нет. Даже если бы он здесь был… Зачем”       Заблокированный телефон лежал сейчас дома где-то среди конспектов. Ни написать, ни позвонить, чтобы услышать желанный голос не было возможности. Оставалось лишь тупо вглядываться в его дом с темными окнами, стоя на небольшом холме.       Так он выкурил несколько сигарет подряд. В полной мере осознав, что чуда не случится и Скарамучча сейчас не появится, как бы он того ни хотел, Кадзуха вновь встал на лонгборд и развернулся по направлению к дому. В этот раз он ехал уже медленнее и с неохотой. Влажный холодный воздух заставлял ежиться и это единственное, что гнало сейчас его в прокуренную квартиру.       Кадзуха добрался до дома к полуночи. Обогнув магазин, в котором он умудрился оставить все свои деньги за считанные минуты, он слез с лонгборда и, подергиваясь всем телом от ночного холода, вбежал на второй этаж. Прижав к себе приобретенную игрушку, Каэдэхара увидел, как на лестнице у его двери кто-то сидит. На секунду в крови подскочил адреналин. Кадзухе еще не приходилось нарваться на неприятность в своем районе, но шансы явно не были равны нулю. Однако, услышав голос темной фигуры, адреналин сменился недоумением.       - Ты не отвечал больше суток. Пришлось выпытывать у Бэй Доу твой адрес, - робко произнес хриплый знакомый голос.       - Что ты здесь делаешь, Хэйдзо?       - Жду тебя, разумеется, - пьяно улыбнулся брюнет, с трудом вставая с лестницы и утягивая Каэдэхару в свои объятия.