До луны и обратно

      Юджи не хотела того, что сегодня произошло. И будь у нее машина времени, она дала бы сама себе подзатыльник. Не в момент очередной встречи с Сукуной. Нет. В тот момент, когда она зашла в учительскую на прошлой неделе. Зачем она согласилась? На кой черт она изобразила из себя бескорыстную мать Терезу?       Ну а теперь уже ничего не изменишь. Придется с этим жить. Придется вести Сукуну в свою квартиру, потому что он сам делит квартиру с еще двумя парнями, которые наверняка будут им мешать. Да и идти в логово школьного «ловеласа» ей не хотелось. Не ее территория. Слишком много внезапностей может произойти. В своей квартире она хотя бы знает, где спрятаны ножи.       Сукуна молчал всю дорогу. Так было даже лучше. У нее и так язык подвешен, когда до нее докапываются, а тут еще и в состоянии злости. Лучше уж молчать. А то снова скажет, о чем позже пожалеет. И не потому, что Сукуна может ответить чем-то подобным, а просто потому, что ей самой не нравилось, когда ее слова ранили людей.       Хотя, опять же, смотря каких людей.       В квартире Сукуна вел себя вежливо и немного тихо. Снял обувь и послушно дождался жеста следовать за ней. Юджи немного удивила такая смена в парне. Словно он тоже понимал, что на чужой территории действуют чужие правила. И не только понимал, но и знал, что неподчинение им может привести к проблемам.       Что же они с ним сделали? , подумала Юджи.       — Садись,       Она показала на стул, а сама полезла за стаканом. Ей хотелось пить. Сукуне она тоже налила почти полный стакан и поставила около него. Пусть он и не просил, но так они смогут сосредоточиться на английском. Сукуна поблагодарил ее кивком головы и достал из своей сумки учебник и тетрадь.       Они и словом не обмолвились о том, что произошло в четверг. Юджи не хотела даже знать, что это было. А потому молчала. Она не восприняла это слишком серьезно, ведь, по сути, Сукуна прекратил, стоило ей убрать его руку. Физически он был сильнее и мог бы спокойно продолжить начатое, но, может быть, у Сукуны все-таки был моральный компас. Несколько иной, нежели у большинства людей, или того, который принят в обществе. И все же он у него был.       А это уже означало, что Сукуна не просто мудак, который действует только ради удовлетворения своих желаний.       Они продвинулись на две страницы вперед и Сукуна усердно строчил в своей тетради. Юджи нравилось почему-то смотреть на то, как он сосредоточенно водит ручкой по бумаге. Будто это говорило ей, что все ее старания не проходят даром. Да, может Сукуна и не смог выучить все слова, но это и не обязательно. Главное, что он показывает, что старается и не пропускает все мимо ушей.       Приятно знать.       — У тебя есть балкон? — спросил Сукуна, бросив ручку.       Полчаса от него не было даже звука, если не считать шелест бумаги. Он откинулся на спинку стула, потягиваясь, как кот.       — Ага. — кивнула Юджи. — А тебе зачем?       — Курить хочу. — ответил Сукуна, смотря ей в глаза.       Он говорил это так, словно ожидал, что она прочтет ему лекцию о вреде курения. Но Юджи не собиралась даже начинать.       — Идем.       Сукуна поднялся за ней и, пройдя через гостиную, они вышли на балкон. Прохладный ветер дул в лицо, откидывая волосы и занавески назад. Сукуна потянулся к штанам и достал из кармана пачку сигарет. Юджи молча наблюдала, как он достал одну сигарету, зажал ее между губами и чиркнул зажигалкой.       — Дашь мне одну? — она протянула руку.       Глаза Сукуны переместились с огонька зажигалки на ее лицо. Он был удивлен, но не слишком. Молча протянул ей сначала пачку, потом зажигалку.       — Не знал, что ты куришь.       — Бывает иногда. — Юджи затянулась и вернула зажигалку вместе с пачкой. — Пришлось, правда, завязать, после того как в одном магазине у меня спросили документы. А просить у кого-то на улице будучи в школьной форме не хотелось. К тому же я все время за учебниками, так что времени на перекур особо нет.       Это было спонтанным решением, одолжить сигарету. Просто вдруг захотелось снова ощутить горечь на языке и насладиться слабым онемением во всем теле. Это приносило некоторую легкость. Дедушка дал бы ей скорее всего подзатыльник. А может быть посоветовал бы хорошие марки. Его тоже нельзя было прочитать.       — Значит, любишь учиться.       — Люблю читать людей. — ответила она, глядя вдаль.       Сукуна уперся локтями в перила, на его губах была усмешка.       — И как? Получается?       — В большинстве случаев. — Юджи стряхнула пепел. — Я пока встретила только двух людей, которых нельзя было прочитать полностью. Дедушку и тебя.       Она увидела, как Сукуна напрягся от ее слов, и прикусила язык. Только вот уже было поздно. Сукуна выкинул наполовину скуренную сигарету и отлип от перил. Страха Юджи не чувствовала, но о своих словах она точно пожалела.       — И зачем тебе это?       Сукуна не смотрел на нее. Словно боялся, что, если повернется к ней лицом, она сможет узнать о нем все.       — Просто интересно. — она пожала плечами. — Ты спишь со всеми подряд, а я читаю людей. у всех свое хобби.       — Разница лишь в том, что ты читаешь людей без их спроса, в то время как я полностью уверен, что девушки сами хотят оказаться в моей постели.       Юджи затянулась в последний раз и бросила окурок, который плавно спикировал вниз. Сукуна говорил уверенно и в то же время, ей казалось, что он больше старается убедить самого себя, а не ее.       — И в четверг ты тоже был в этом уверен? — спросила она.       Сукуна дернулся и посмотрел на нее. Что-то в его глазах напоминало ей ребенка, которого спалили за чем-то, что ему делать запрещалось. Обида? Или это что-то другое?       — Неважно. — она поняла, что не добьется от парня ответа, но ей это и не нужно было. Ей просто хотелось ответить на его колкость. — Хочешь посидеть еще немого или домой пойти? Не думаю, что ты в состоянии заниматься.       Ей не хотелось прогнать Сукуну. Ей хотелось уйти с балкона. Прервать этот разговор, их первый нормальный диалог, который привел в никуда. Она предполагала, что скорее всего Сукуна соберет сумку и пойдет домой, и не ошиблась, когда он сказал, что выбирает второй вариант.       Она проводила парня до двери и закрыв ее, пожалела о том, что вообще начала говорить. Хотя, с другой стороны, это могло стать для Сукуны причиной, чтобы прервать их встречи два раза в неделю. Но радости ей это все равно не принесло.       Юджи чувствовала, будто переступила границу, которую переступать не стоило. Они знакомы то всего пару дней, а она поступила не совсем правильно. Но стоит ли ей накручивать себя после того, как Сукуна первый перешел границу дозволенного пару дней назад? Однако в его взгляде было что-то, что она бы описала как сожаление. Может Сукуне действительно жаль?       Но что заставляет его поступать так? Это не было похоже, словно он считает, будто заслужил всеобщего внимания. Нет. Его популярность рухнула на него, как снежный ком, и он просто понял, как это можно использовать. И что он пытается доказать? А главное, кому?       Сукуна не казался ей глупым или самовлюбленным. Он больше был похож на человека, который привык полагаться только на себя. Привык из всего добывать выгоду, несмотря на то, как чувствуют себя другие. В школе никто на него не жаловался, кроме учителей, но они на всех жалуются. Так что это могло поспособствовать решению плыть дальше по течению.       Юджи решила приготовить ужин, но остановилась перед холодильником. Почему она столько размышляет о парне, который не привлекает ее? Почему ей так интересно его узнать? Неужели она все же чем-то похожа на всех тех девушек, которые сломя голову несутся в его постель?       Юджи покачала головой. Нет, это точно не так. В постель она к Сукуне не неслась, так почему же она столько думает о нем? Что в нем может быть такого интересного, что она несколько дней и после каждой их встречи размышляет о его поведении? В чем причина?       Она никогда не считала себя частью общества. Точнее, она знала, что по идее, как человек, она является частью общества, но сама она себя никогда к нему не причисляла. Она гордилась тем, что отличается от других, что думает много иначе, нежели ее сверстники. Так почему же сейчас она так зациклилась на парне, с которым три раза поговорила? Может быть причина в том, что подсознательно Юджи понимает, что Сукуна тоже не является, или не считает себя, частью общества, но усердно пытается в него влиться, в отличии от нее самой?       Аппетит пропал, желание готовить тоже. Зато появилось желание спать, что было странным, так как на дворе еще даже не темно. Может с помощью сна она хотела избавиться от размышлений о поведении Сукуны?       С ней такое впервые. Еще никогда она не размышляла столько об одном единственном человеке. Но почему? Может потому, что Сукуна действительно отличается от других? Или это просто от одиночества и интереса познать что-то новое? Ведь в чем Сукуна и вправду отличался, так это тем, что в он был чем-то большим, чем просто оболочкой. В нем была душа, переживание, которые были намного глубже, чем у сверстников.       Может именно это так раззадорило интерес Юджи? Может именно поэтому она так часто о нем размышляла? Потому что наконец-то нашла кого-то, кто тоже отличается, как и она сама. Нашла кого-то с кем можно быть интересно.       А если Сукуна на самом деле не отличается от остальных? Стоит ли взращивать столько надежд, если они могут быть разбиты. К тому же никто не отменял того, что Сукуна не заинтересуется в ней самой. Просто пройдет мимо и даже не вспомнит ее имени. Просто девчонка, которая безуспешно помогала ему с английским в выпускном классе.       Может так даже и лучше.