Обнимашки

Инид подняла голову от подушки и встревоженно нахмурилась: — Что с тобой? — Ничего, — недовольно проворчала Уэнздей, но у оборотней, помимо прочего, очень тонкий слух, Инид решительно поднимается со своей кровати и садится на постель подруги — простынь необыкновенно холодна, ледяным холодом. Словно Аддамс вытянула всё тепло из окружающего пространства. Инид кладёт тёплую и мягкую ладонь на лоб Уэнздей: — У тебя температура. — Ерунда, — отмахивается девушка, но даже Вещь заметно озабочена и сигналит Инид со спинки кровати: «Вовсе не ерунда!» Инид поднимается на ноги и решительно объявляет: — Утром идём к врачу. И даже не вздумай возражать и сопротивляться. Уволоку силой. Даже если придётся связать тебя по рукам и ногам. — Ладно, — неохотно сдаётся Уэнздей — она не хочет на своей шкуре узнать насколько Инид сильней физически, — ты же не отстанешь. Глаза слезятся, красный нос, Уэнздей чихает и не может остановиться. Инид в медицинской маске и глаза над ней смотрят уверенно и строго на Аддамс, которая сморкается в салфетку и бросает мокрый комочек в ведро — одну коробку девушка уже потратила на, ставший непривычно красным на бледном лице, нос, из которого течёт, как из испорченного водопроводного крана. — Пошли, — командует Инид. — Пошли… — обречённо выдыхает Уэнздей. … — Я же говорила — обыкновенная простуда, — ворчит Уэнздей, — было из-за чего столько шума поднимать. — Теперь ты временно на постельном режиме, а я буду присматривать за тобой, — говорит Инид. Она в медицинской маске и даже перчатки натянула, — Это всё оттого, что ты опять целый час просидела на балконе с виолончелью, а было довольно ветрено и сыро. Вот и результат. Уэнздей молчит и девушки направляются в свою комнату. Уэнздей удивлённо приподнимает брови — помимо розового зайца в её кровати сидит ещё несколько любимых плюшевых игрушек Инид. — У тебя в кровати, как в гробу — пусто и холодно. Ещё я положила тебе под одеяло горячую грелку. — Это было уже лишнее, — ворчит Уэнздей, но вынуждена признать — стало как то… уютнее. И эта тёплая рука на лбу — Уэнздей была совсем не против если бы она, эта тёплая и мягкая ладонь, задержалась на её, Уэнздей, лбу подольше. — Давай, ложись, а я за тобой поухаживаю немного, — командует Инид. — Тебе надо поспать. Но, в самом начале — поесть. Уэнздей закатывает глаза — Инид бывает удивительно несносной, но сейчас Аддамс совсем не хочется сопротивляться этому напору и, даже, когда Инид объявляет, что будет кормить подругу с ложечки, не протестует. … — Она… что? — светлые глаза сирены почти вылазят из орбит. Инид пожимает плечами: — Простудилась. Просидела целый час с виолончелью на нашем балкончике, а ветер был пронзительно холодный и вот… Бьянка качает головой — с удивлением и одновременно укоризненно: — Чтобы «железная Аддамс» подхватила обычную простуду… Не верю! — Это был очень злой вирус, — кивает головой Инид, — если захочешь её навестить — надень маску. Очень непривычно видеть Уэнздей такой — красный нос, воспалённые глаза, сморкается в салфетку. Сидит на своей кровати в окружении плюшевых игрушек Инид и довольно сердито смотрит на гостью. Бьянка улыбается — судя по глазам. Она в маске: — Зашла проведать. И отдать тебе домашнее задание. — Спасибо, — Уэнздей сморкается и отправляет очередной мокрый комочек в мусорное ведро, — положи, пожалуйста, на стол. — Пора обедать, — Инид с подносом и Бьянка почти в шоке наблюдает, как Инид суетится вокруг подруги и пытается накормить её с ложечки, но Уэнздей отбирает ложку у «няньки» и принимается за суп сама. — Ну я пойду. Выздоравливай. — Бьянка выскальзывает за дверь и уже в коридоре сгибается от с трудом сдерживаемого хохота в пополам. — Как она? — спрашивает Йоко. Бьянка откашливается: — Скоро будет в полном порядке. Кажется Инид нашла себе новую игрушку — не плюшевую и, что забавно — наша Уэнздей совсем не против. — Я хочу на это посмотреть. — Только маску не забудь надеть, а то Инид не допустит к телу подруги, — хихикает Бьянка. — Самым серьёзным стимулом к быстрому выздоровлению было то, что в нашей комнате побывали с визитами чуть ли не все студенты Академии и не по одному разу, — ворчит Уэнздей. — Тебя все любят, — говорит с ехидной улыбкой Инид и звонко чихает. — Надеюсь, ты шутишь. — Теперь моя очередь ухаживать за тобой, — тёмные глаза пристально смотрят в лицо Инид. На этот раз уже Уэнздей в маске и с подносом. Инид сморкается в салфетку и улыбается: — Звучит довольно зловеще. — Не такая уж я и страшная. Открывай рот. Уэнздей просто завалила кровать подруги и саму Инид игрушками — среди них было несколько новых. Во время очередного визита к психологу, Уэнздей посетила магазин игрушек в Джерико. И ту самую лавку, в которой Инид удалось, наконец, объясниться с Аяксом — пара экспонатов оттуда теперь стояло на столе Уэнздей.