An indispensable assistant.

      Очередное скучное совещание не удается перенести, как бы Йеджи не канючила. Большую часть этого дня она буквально не отлипала от Рюджин. Всячески старалась крепко сжать в объятиях, заставляя сесть на свои колени или попросту, не церемонясь, сваливая на диван.       Шин в свою очередь бурчала о том, что ей потом все гладить и стирать. Она все еще тыкала в штаны Йеджи, которые та использовала в качестве салфетки прошлой ночью, на что Хван поморщилась, но все же соизволила переодеться. У нее здесь было несколько сменных костюмов, а вот Рюджин имела лишь повседневную одежду. Не будет же она, находясь на высоком посту, щеголять в старых джинсах, кроссовках, которым уже давно пора на пенсию, и черной толстовке с принтом игры. Надо же держать лицо, репутацию в конце концов.       Шин позволяет старшей лежать на себе, гладит по волосам и в очередной раз напоминает, что до собрания осталось менее часа. Партнер уже скоро будет на месте, а застать их в таком положение — худшее развитие событий. Хван вновь хмурится, мило морща носик. Напоминает кто здесь босс и, что имеет полное право делать все что угодно в своем кабинете, отчего Рюджин лишь закатывает глаза.       — Да, отлично, может, нам прямо сейчас еще сексом заняться? Ну, чтобы окончательно шокировать этого приезжего? — Видя озорной огонек, что вспыхивает в глазах напротив, Шин строит недовольную гримасу. — Я пошутила. Сжалься над бедным японцем, он летел сюда не для того, чтобы глазеть на то, как две девушки занимаются этим в чертовом кабинете на высотке.       — Я бы ему глаза выколола, если бы он что-то успел увидеть, — цокает языком старшая, небрежно поднимаясь с младшей и садясь. Та повторяет ее движения, поправляя форму.       — Плюс одна причина, почему ему не стоит видеть нас. Сомневаюсь, что человек, который приехал заключить договор, хочет уехать слепым и со сломанным носом, и еще, как минимум, травмой черепа. — Йеджи немного не улавливает, вопрошающе глядя на младшую. Вскоре она наконец понимает, расплываясь в улыбке и смеясь. Ее вновь притягивают в объятия, целуя в макушку. Рюджин ворчит, но скорее для профилактики, нежели ей действительно неприятно.       — Все-все, липучка, отпускай. Боже, видел бы тебя сейчас кто-то из охраны. А то ведь кого не спроси, так у нас самая «строгая и жестокая госпожа, которая не терпит проявление человеческих чувств». — Цитирует Рюджин, усмехаясь.       — Ничто человеческое нам не чуждо, — бурчит Хван, складывая руки на груди. — Я просто бываю строгой.       — Ага, ко всем, не считая меня. — Вставляет свои пять копеек Шин. — Ну и к Госпоже Чхве, что у тебя гостит.       — Госпожа Чхве, тоже мне, — пародирует Йеджи, словно маленький ребенок.       — Ну не могу же я ее назвать Лиа, она не моя подружка!       — Вот! Можешь когда хочешь! — Парирует Хван, а после тянется за нежным поцелуем. И как бы Рюджин не хотелось отрываться, это приходится сделать.       — Время, Госпожа Хван. — Она демонстрирует экран телефона, на котором виден циферблат. Йеджи измученно выдыхает, откидываясь на мягкие подушки.       — Скажи им, что меня нет. Я умерла, сбежала. Могу спрятаться в шкаф. — Предлагает пути отхода старшая. Шин лишь вопросительно поднимает бровь. — Ну что? Я тоже, знаешь ли, иногда устаю. Не машина все-таки.       — Ага, тебя так измотала вчерашняя ночь? Бедняжка, наверное, за документами все время провела, да? Ах, чуть не забыла про метание стаканов. Тоже энергию забирает, — саркастично произносит младшая, кивая головой. Йеджи поднимается, окидывая ее холодным взглядом. — Ой, не надо этого, на меня не работает. Ты своими глазками пугай кого хочешь, но не меня. Пять лет это вижу. От разбитых карих глаз, до светящихся щенячьей радостью. Эти штучки на меня не работают. — Шин встает, отряхивая штанины. — Так, я пойду проверю готовность к встрече. Господин Ёсида обычно пунктуален.       — Ну и иди, — обиженно отвечает Йеджи. Шин разворачивается, нагибаясь и напоследок целуя старшую.       — Обещаю, если ты будешь вести себя хорошо, то ночью, я подумаю. Но останемся у меня, я не хочу всю ночь просыпаться, пытаясь тебя поймать. Ты так и норовила познакомиться со своим полом. — Рюджин осторожно поправляет большим пальцем помаду, что чуть смазалась. — Все, котенок, не скучай. Через минут двадцать увидимся. — Йеджи все же улыбается, провожая Шин взглядом, а после поднимается. Надо подготовить в первую очередь себя, а уже во-вторую бумаги, к встрече.       Рюджин же в это время околачивается внизу. Еще раз проверив форму, она крутится у дверей, ожидая гостя. Парни рядом перешептываются, глядя на нее. Вскоре это начинает раздражать.       — Больше двух говорят вслух. — Не выдерживает младшая. — Что за шушуканья?       — Простите, мисс Шин! — Хором отвечают ребята. Один из них почесывает шею, переглядываясь с другом. Прокашливается, чуть смущаясь. — А вы с Госпожой, ну типа, того?       — Это ты тут «типа того», конкретнее. — Злится Шин. Она видит, как к зданию подъезжает кортеж тонированных машин. Конечно, куда без этого представления. Суровые парни, судя по наколкам, состоят в якудза. Они бриты наголо, одеты в явно маленькие для них футболки и камуфляжной раскраски штаны. На ногах берцы. Шин вздыхает.       — Ну, вы типа мутите? — Подает голос парень. Шин одаривает его самым гневным взглядом, и тот сразу же замолкает, пряча взгляд. — Понял.       — Отлично, что понял, думала придется объяснять. — Ворчит Рюджин, а после выдыхает, готовясь. — А ты, иди оповести, чтобы были готовы. — Кивает она второму. Видя заминку, Рюджин почти рычит. — Бегом! Господи, и почему я все еще здесь?       — Потому что здесь Госпожа Хван? — Вновь подает голос парень, Рюджин сжимает кулаки. — Простите, понял.       — Еще одно слово — вылетишь, как пробка из шампанского. Под таким же углом. — Обещает младшая. Она кивает доверенному охраннику, что поправляя костюм, становится рядом.       — Госпожа Хван просила передать, что готова.       — Отлично, спасибо, Пак. Вы сами-то готовы? — Он сурово кивает. Судя по небольшим царапинам на лице, брился он наскоро, позабыв об осторожности. Шин тихо усмехается в кулак. — Ладно, тогда, да прибудет с нами удача. — Произносит она, и двери распахиваются. Первыми входят здоровяки. Шин никак не реагирует на их испепеляющие взгляды. И не таких видела. Да, шрамы, да, внушительные татуировки на руках и огромные бицепсы. Ничего привлекательного, ровно как и пугающего.       Парни расходятся, и перед ними появляется низкорослый мужчина. Он худенький, Рюджин даже сказала бы, что тощий. В очках, с прилизанными волосами. Напоминает какую-то мышь, а точнее крысу. Шин кланяется, приветствуя.       — Ох, Мисс Шин, давно не виделись. — Он почтительно протягивает руку, и Рюджин ее осторожно пожимает. — Как ваше здоровье?       — Не жалуюсь. — Притворно улыбаясь, отвечает девушка. Виделись они с ним на паре-тройке собраний. Обычный такой мужчина, ничем не примечательный, не считая огромного состояния за спиной. — Охрану сменили?       — Да, эти понадежнее будут. — Губы растягиваются в кривой улыбочке. — Как Госпожа Хван?       — Ох, прекрасно. — Шин усмехается в голове, вспоминая утро и прошлую ночь. — Ждет вас, чтобы вновь подписать контракт.       — Отлично, рад буду ее увидеть. Проводишь? — Шин кивает. Двое из «бугаев» собираются шагнуть, но мужчина лишь щелкает пальцами, и те резко выпрямляются по стойке смирно.       — Вы ждите здесь. Это наши друзья. Я им доверяю, мне здесь ничего не угрожает, — холодно чеканит мужчина, а после вновь натягивает добродушную улыбку. — Так, что же мы стоим?       Рюджин всегда поражала эта способность резко менять эмоции. Она и сама это умеет в совершенстве, но все же, когда перед ней такой хлюпенький мужчина, с жидкими волосами и измученными глазами, всего лишь щелчком заставляет рослых парней остаться на месте, как собак, это пугает.       Они быстро поднимаются на лифте, мило беседуя. После чего подходят, наконец, к дверям, возле которых стоят охранники. Они почтительно склоняют головы, и Ёсида явно доволен этим. Шин коротко стучит, заглядывая. Йеджи во всей своей красоте и строгости, гордо восседает на кресле, устроив руки на подлокотники. Ее кошачий взгляд вспыхивает готовностью, и Рюджин выдыхает.       Распахивает дверь, входя и пропуская мужчину. Тот расплывается в улыбке раскидывая руки. Шин лишь морщится, пока никто не видит. Ох уж эта наигранность. Как будто он действительно рад их видеть, ага. Конечно же, ему ведь совсем не нужны лишние миллионы, ни в коем случае.       — Госпожа Хван! Все так же прекрасны! — Произносит он. Проходит, садясь напротив нее и улыбаясь шире. Рюджин так и хочется сказать что-то саркастичное, но она лишь прикусывает язык, оглядывая старшую. Прикрывает дверь, оставаясь в кабинете. — Знаете, вы все еще, наверное, одна из самых юных представительниц прекрасного пола, что процветает в нашем бизнесе. — Он складывает руки на коленях, демонстрируя широкие печатки, явно золотые. — Как на личном фронте? — Рюджин смотрит на Йеджи, не отрываясь, но та не теряется. Даже на секунду не переводит взгляд на младшую, спокойно выдыхает, усмехаясь.       — Господин Ёсида, мы вроде собрались обсуждать поставки, а не с кем я сплю. — Напоминает Хван. Мужчина хрипло смеется.       — И то верно. Тогда перейдем к сути. Вы подготовили документы?       — Да. — Отзывается Йеджи, передавая большую черную папку. — Тут все. От транспортировки до наших заказчиков. Прибыль за эти пол года нашего сотрудничества, и прочие нюансы.       — Я готов подписать и так. — Он поворачивается к Рюджин. — Дорогая, принеси нам что-то крепкое и с хорошим вкусом. — Шин тут же метает взгляд на Хван, но та кивает.       — Как изволите, — Рюджин кланяется, выходя. Сдерживает себя, чтобы не хлопнуть дверью. На что этот идиот надеется? Он правда уверен, что Йеджи переспит с ним? Шин фыркает, быстро идя к кабинету. Отпирает его, сразу направляясь к сейфу. И почему все спиртное у нее хранится? Берет коньяк с шоколадным вкусом, банально, но и раскошеливаться на него не хочется. — Хрыч старый. — Ядовито комментирует Шин. Она запирает сейф, держа бутылку в руках. Опять ей с Йеджи пьяной возиться. Отличная ночь, ничего не скажешь.       — Спасибо, — мужчина уже подвигает стакан ближе, а после перехватывает бутылку удобнее. — Можешь идти, мы посидим с Госпожой Хван наедине. — Шин настороженно замирает. Ее встревоженный взгляд встречается с строгими кошачьими глазами.       — Все в порядке Рюджин. Я позову, если понадобишься. — Младшая немного выжидает, а после все же двигается к выходу.       — Она у вас преданная, не то что мои парни. Им плевать на меня, нужны лишь деньги. — Пепельноволосая еле сдерживается, чтобы не обернуться и не высказать все, что она думает об этом всем. Хлопает дверью, но остается рядом с кабинетом.       — Иди, если что, мы сами войдем. — произносят охранники. Шин благодарно кивает, уходя к себе. Достает остатки виски, наливая себе немного и выпивая залпом. Она проводит два часа в ожиданиях, стараясь отвлечься на соцсети. Милые видео с котиками ни капли не красили ее жизнь. Сейчас она волновалась за Йеджи, которая осталась один на один с этим извращенцем. Когда, наконец, слышится хлопок двери, она подрывается. Судя по звукам в коридоре, Ёсиду уводили, ведь тот громко распевал какие-то японские песни. Отлично, значит Хван одна. Рюджин кивает оставшемуся парню у дверей, отпуская, а после быстро юркнула внутрь. Запирает дверь, прислоняясь к ней спиной и глядя на старшую. Та расслабленно устроилась в кресле, склонив голову.       — Ты в порядке? — Шин быстро подходит к ней, наклоняясь. — Эй, Йеджи?       — Иди ко мне, — Йеджи тянет к ней руки, и Рюджин выдыхает, чуть улыбаясь и все же обнимая старшую. — Я соскучилась. Он все мозги мне изнасиловал. — Жалуется она.       — Спасибо, что лишь мозги, — недовольно ворчит пепельноволосая.       — Ну, он предлагал… — Шин резко отстраняется, глядя в затуманенные глаза Хван. Та фыркает, начиная смеяться. — У тебя такой злобный взгляд. Ревнуешь?       — Нет, он просто меня бесит, — кривится Шин. Йеджи поднимается с кресла, прислоняясь к Рюджин.       — Он своей рукой пытался по ноге провести. Коснулся бедра, повел вниз. — Тихо говорит Йеджи, прижимаясь ближе и внимательно глядя на реакцию младшей. Она хитро улыбается, замечая, как Шин вскипает. — Думает, что я свободна. А раз так, то почему бы и не…       — Ты издеваешься или что? — Рычит Рюджин, разворачивая ее и усаживая на стол. Размещается между ее ног, сметая одной рукой вещи со стола. Благо, их было не так много. — Ты специально злишь меня? Еще и юбку надела? Так хотела, чтобы этот старик тебя…       — Ну тише-тише, — Йеджи смеется. — Злюка. — шепчет старшая, осторожно прикусывая край уха. — Неужто волнуешься? Так напряглась. — Пальцы тянуться к ее галстуку, ослабляя и чуть спуская. Следом идут верхние пуговицы, но Рюджин по-прежнему серьезно смотрит на старшую. Она тянется ближе, касаясь губами шеи. Осторожно ведет ниже, вдыхая приятный аромат дорогого парфюма. Пепельноволосая задерживается, решая оставить след, чтобы другие, видя его, знали, что Хван занята. Кусает нежную кожу, чуть посасывая и слыша удовлетворенный стон возле уха.       Шин сегодня не в настроении церемониться и долго ластится с Йеджи. Злость внутри распирала, а шутки старшей только подливали масла в огонь. Она отвлекается от ее шеи, снимая пиджак, и кидая его на стул, который небрежно пихает ногой в сторону. Удобнее располагается между ног старшей, заглядывая в кошачьи глаза. Хван словно только этого и ждала. Во взгляде читается готовность ко всему. Она расплывается в довольной ухмылке и напористо целует. Шин злится сильнее, перехватывая инициативу и проходя языком по ровному ряду зубов. Ее пальцы наощупь находят пуговицы, торопливо расправляясь с ними. Йеджи жмется ближе, обвивая ногами талию младшей.       — Я хочу тебя, — в губы шепчет старшая. Она двигает бедрами, которые уже не скрыты под задравшейся юбкой, и Шин проводит ладонью, поглаживая внутреннюю часть. Пальцы касаются намокшей ткани и на губах появляется довольная усмешка.       — Уже? — Фыркает Рюджин. Йеджи продолжает льнуть, нетерпеливо ерзая. Шин находит застежку бра, ловко расстегивая, и Хван отбрасывает его в сторону. Тело горит, и она еле держится, чтобы не «наброситься» на Рюджин. — Ложись на стол, — хрипло командует девушка. Хван всматривается в глаза, будто пытаясь прочитать мысли младшей. Все же нехотя убирает свои руки с ее плеч, ложась. Шин задирает юбку выше, оставляя где-то на талии и самовольно разводя чужие ноги. Нагибается, чтобы пройтись языком по внутренней части бедра, видя, как подрагивает тело старшей. Йеджи скулит, пока с нее стягивают белье. Ей уже хочется большего, а Рюджин продолжает играться. Нарочно покусывает бедра, чуть сжимая, иногда пальцы касаются низа живота, казалось бы, подходя к пульсирующей точке, но в последний момент, меняя направление.       — Я тебя убью, — грозит Йеджи, изнывая от желания. Рюджин лишь усмехается, смазано проводя языком по влажным складкам и заставляя Хван застонать. Она все же сжаливается над старшей, решая не мучить. Язык касается клитора, начиная плавные движения вверх-вниз. Йеджи протяжно стонет, не сдерживаясь, она старается приподнять бедра, одной рукой хватаясь за пепельные волосы. Шин даже не собирается торопиться, нарочито медленно вырисовывая восьмерку языком. Иногда позволяя себе ускориться, чуть проникая внутрь и заставляя Хван сжать бедра сильнее. — Рюджин! — Хрипло вырывается у девушки на выдохе, и свободной рукой она ударяет по поверхности стола, скуля. — Ты прекратишь, издеваться? — Шин молчит, предпочитая занять свой язык более полезным делом. Решает немного ускорится, видя, как старшая подрагивает от каждого касания. — Черт! — Выругивается Хван, ощущая, как язык перестает надавливать на клитор. Дыхание становится тяжелым и рваным.       — Самое время сменить позицию, — довольно улыбаясь, произносит Шин. Она поднимается, нависая над столом. Хван почти хнычет, цепляясь за шею Рюджин и поднимаясь. На ее лице видно неудовлетворение. Руки спускаются на плечи, сжимая. — Иди сюда, — Рюджин отходит от стола, позволяя старшей спуститься. Видя, как ее ноги дрожат, Шин довольно улыбается, после чего подходит ближе, разворачивая ее за талию и нагибая, заставляя лечь на поверхность. — Раздвинь ноги, будь послушной. — Йеджи исполняет. — Шире, — более грубо произносит Шин, не сильно ударяя по оголенной ягодице. Хван вздрагивает, закусывая губу и стараясь хоть за что-то уцепиться. Увы, на поверхности стола ничего нет, а потому она просто сжимает кулаки, стараясь восстановить дыхание. Но сделать ей этого не дают. Рюджин нависает сверху, касаясь ее голой спины и чуть прикусывая тыльную сторону шеи. Два пальца входят нее, почти в полную длину, и Йеджи удовлетворенно стонет. Шин не дает времени привыкнуть, сразу наращивая темп. Хван плюет на все, позволяя себе не сдерживаться. Стонет громко, протяжно, ощущая, как с каждым толчком грудь трется о прохладную поверхность.       Рюджин не стесняется оставлять свои метки по телу, удовлетворенно слыша, как старшая шепчет ее имя. Пальцы входят полностью, и Шин решает добавить еще один. Хван прогибается в спине, шипя.       — Тише, расслабься, хорошая девочка, — шепчет Рюджин, успокаивая. Йеджи лишь скулит в ответ, сильнее сжимая кулаки. — Умница моя, — Шин целует ее в шею, второй рукой проводя по талии. Оглаживает кончиками ногтей — кожа покрывается мурашками. Вновь нависает над ней, целуя плечи.       — Рюджин, быстрее, — просит Йеджи дрожащим голосом, и Шин повинуется, ускоряясь. Движения становятся грубее, и Хван стонет лишь громче. — Блять, Рюджин, я почти…       — Давай, моя девочка, просто представь, что сейчас происходит. Осознай это, — шепчет Рюджин. — Кто-то может нас услышать. Ты такая послушная, лежишь на столе, стонешь от каждого толчка, сама насаживаясь на мои пальцы, которые перепачканы твоей смазкой. — Она усмехается, замечая покрасневшие кончики ушей. Йеджи выкрикивает ее имя, пытаясь расцарапать стол, сжимает и разжимает ладонь, часто дыша. Ее искусанные губы покраснели, а волосы разметались по спине. Еще пара сильных толчков, и Хван наконец кончает, срываясь на стон. Рюджин нежно целует ее в шею, опускаясь с каждым поцелуем ниже, проходя по позвоночнику и позволяя старшей расслабиться. Осторожно выходит из нее, поглаживая по бедру. Хван лениво поднимается, еще покачиваясь. — Эй, тише, — Шин обнимает ее за талию, свободной рукой одергивая юбку. Прижимает к себе, в который раз отмечая в голове, что сделать тонировку на окнах было лучшей идеей. Йеджи ластится, словно кошка, прячась в ее шее и все еще рвано дыша. — Устала? — Догадывается Рюджин. Она нежно целует ее в лоб, потираясь своей головой о ее. — Поедем ко мне?       — А ты разве не пила? — Тихо тянет Хван. Она цепляется руками на плечи младшей, стараясь не шататься. Рюджин заглядывает в ее глаза.       — Не так как ты, да и в голове все кристально чисто. Но если так хочешь, можем взять одного из твоих водителей. — Пожимает плечами младшая. Йеджи морщит носик, и Шин понимает, что эта идея не по нраву старшей. — Значит поедем на моей. Давай приведем тебя в порядок, а потом доедем и ляжем спать, угу? — Хван согласно кивает головой, прижимаясь.

***

      Рюджин просыпается к полудню. Она потягивается, ощущая, что рука затекла. Переводит взгляд на спящую девушку, что, удобно устроившись у ее бока, сопит, и тихо усмехается. Раньше она о таком и мечтать не могла, а сейчас, Йеджи с растрепанными волосами и в ее длинной домашней футболке, обнимая за талию, дремлет рядышком. Шин улыбается, обнимая старшую второй рукой, и бодаясь головой.       — Я тебя так люблю. — Шепчет она, думая, что старшая спит. Касается ее щеки губами, прикрывая глаза.       — Я тебя тоже, — сонным, еще хриплым, голосом отвечает Йеджи, нагло забираясь под футболку и устраивая там свою ладонь. Рюджин лишь усмехается, решая, что после вчерашнего тяжелого «совещания», они могут позволить себе один выходной. А потому, устроившись удобнее, погружается в дрему.