Я скажу прости

      Паша долго не верил самому себе. Сбежав подальше, думал, что спасся, но, кажется, утопил себя только больше. По началу даже на работу решил не устраиваться, бродил по незнакомым улочкам, созванивался с Олей, отыгрывая счастье, а потом еще долго смотрел в одну точку, тоскливо и тяжело. Родители ничего не говорили, просто старались быть рядом, поддержать.       Так прошел месяц. Мужчина уже злился на самого себя за эти глупые чувства, по старой схеме кинулся в постель к первой встречной. И каково же было его удивление, когда, ненадолго оставшись рядом с ней он узнал многие любимые черты: властность, строгость, темные кудрявые волосы и недоступность. Ему даже показалось, что вот оно. Любовь. Встречались недолго и вскоре поженились. Он задействовал все возможные для себя ресурсы, стал нежным, заботливым, милым. Приходил с работы пораньше и дарил цветы без повода, но вдруг оказалось, что за внешней схожестью стоит холодное сердце. Его новая жена, Ирина, будто ловила какое-то искреннее удовольствие, видя его страдания. Ей всегда чего-то не доставало, всегда было мало его и много одновременно. За каждым его искренним действием искала подвоха, а за минутным опозданием измену. В конце концов долгие пять лет брака разрушили в нем все, что было хорошего, доброго светлого. И лишь Оля осталась в сердце неразделенной любовью. Маленьким пятнышком света на его потемневшей душе.       Она все еще была замужем, вроде даже счастлива. Пошла вверх по карьерной лестнице и возбужденно в трубку рассказывала о противных министерских крысах, с которыми теперь часто приходилось иметь дело.       К концу второго Пашиного брака, Дима и Марина успели побывать во многих городах, в том числе и в Новосибирске, откуда пришла страшная история о том, как просто и легко можно отнять у человека всю его жизнь, если у тебя есть силы и связи. Рыков тогда хотел поехать следом за родителями, но был резко остановлен перепуганной этим матерью: -Езжай в Москву, через пару месяцев и мы приедем, не хватало еще тебе в такую же историю попасть. -Только не натвори там дел без нас, паршивец. – смеялся на фоне отец. Два года назад у него случился инсульт. Прямо на смене, поэтому успели вовремя доставить в больницу, но это больно ударило по нему: ослеп на один глаз и с трудом управлял правой рукой. Весь его день теперь был расписан по минутам, но всегда живой Рыков оставался собой даже болея.       У Паши не было привычки перечить родителям, когда они так серьезны, поэтому собрав нехитрый скарб направился обратно в тот город, где его ждала она.       Оля стояла у стойки охраны и пролистывала какой-то журнал. За прошедшие года ее голубая форма сменилась на строгий костюм, в голос приобрел нотки стали, но для Рыкова она была все той же родной Олечкой, что он оставил в Москве много лет назад. Ее неожиданно хватают за талию большие теплые руки и чуть приподняв кружат. -Что такое? – она пугается и пытается вырваться до тех пор, пока ее не ставят на землю и не разворачивают к себе -Пашка, - на лице расплывается широкая искренняя улыбка и она порывисто обнимает его. -Ты, когда приехал? – она все разглядывает его, уже не такой худой, как раньше, больше морщинок и бороду немного отрастил. -Вот, буквально только что, - и действительно на полу стоит небольшая спортивная сумка. Она не может перестать улыбаться, снова притягивает к себе, крепко обнимает, только сейчас правда поняла насколько скучала. Вдруг понимает, что они вообще-то у всех на виду, и отстраняется. -Пойдем ко мне в кабинет, поболтаем, - он послушно следует за ней, любуется, она по-прежнему прекрасна, а новый стиль просто бомбический, наверняка с новой должностью стало и больше поклонников. Дверь захлопывается с характерным треском, и она снова его обнимает: -Господи, Пашка, я так скучала, - мягко целует в макушку и осторожно придерживает за талию -Девочка моя, а я как скучал, - она смеется в ответ и отстраняется, пихнув его в грудь -Тогда не уезжай больше -Не уеду        Они с трудом отпускают друг друга и рассаживаются по местам, молча любуются, за эти года столько всего произошло в их жизнях. Хорошего и плохого. -А я ведь не просто так пришел, возьмешь меня на работу? – по-кошачьи улыбается -Возьму, конечно, врачей всегда мало, да у нас всех всегда мало и только министерство думает, что надо бы порезать штат, но я пока держу оборону, - смеются синхронно, внимательно разглядывают друг друга, сравнивая с образом из памяти. Оля приходит в себя первой: -У меня сейчас много работы, ты иди пока в отдел кадров, оформляйся, а я им позвоню сейчас, может вечером в гости заедешь? -Заеду, обязательно заеду, сто лет Ромку твоего не видел. – она приглушенно смеется -И не увидишь, развелись мы, - на него смотрят грустные уставшие глаза, подернутые дымкой не самых лучших воспоминаний. Он молча кивает: -Понятно, тогда до вечера.