Справедливость и бабочки

Пасхальные каникулы закончились слишком быстро. Они вернулись в свои дома и готовились встретиться в вагоне Хогвартс-экспресса. Драко перечитывал теорию по Трансфигурации, когда в его комнату заглянула мама. Она подошла к кровати, на которой он лежал и присела на край. - Готовишься к ЖАБА? - Да. Решил, что неплохо было бы повторить несколько формул. Завтра день в поезде, не хочу терять свободное время. Нарцисса кивнула, расправляя складки домашнего серого платья. Малфой сразу понял, что мама пыталась начать деликатный разговор. - Мама, ты хотела о чём-то поговорить? Она сцепила руки в замок. Всегда так делала, когда кто-то догадывался о её намерениях. - Я хотела спросить. О папе. Как прошла ваша встреча? Я не стала беспокоить тебя сразу после неё, потому что ты выглядел уставшим. Он говорил что-то неприятное? Юноша замотал головой. - Совсем нет. Я даже удивился. Он не против Астории, а ведь её не слишком жалуют в кругах... Нашей семьи. Нарцисса заметно приободрилась и хитро улыбнулась. - А вот этому удивляться не стоило. Твой отец никогда бы не мог быть против твоего выбора. - Почему? Драко впервые слышал о том, что ему было позволено жениться на ком угодно. Даже до войны. Или отец просто думал, что Драко в любом случае сделает выбор, который будет Малфою-старшему по душе? Мама посмотрела на него тем редким взглядом, когда её глаза оттаивали и излучали нежность. - Как тебе сказать. Мы встречались с твоим папой ещё в школе. А на седьмом курсе я узнала, что меня собирались выдавать за другого чистокровного. Мои родители якобы давно договорились об этой помолвке. Они никогда не разговаривали на такие откровенные темы. Драко удивлённо воскликнул: - И как тебе удалось разорвать договор?! Миссис Малфой ухмыльнулась. - Любой договор никогда не будет сильнее Неприложного Обета. Я заключила его с твоим папой и обязалась сразу после школы выйти за него замуж. Моим родителям пришлось смириться с тем, что я буду Малфой. - Мама, ты восхитительная женщина. Она тихо засмеялась, прикрыв рот рукой. - Ради твоего папы мне пришлось пойти на многое. Я понимала, что мне никто кроме него не нужен. А ему не нужна другая. Наверное, Драко впервые слышал, чтобы мама признавала свои глубокие чувства к отцу. Было приятно знать, что его родители так любят друг друга. - Но как эта история связана со мной? - Папа тогда сильно переживал. Нам обоим было нелегко с этой помолвкой. И он пообещал мне, что если у нас будет ребёнок, он позволит ему самому выбирать себе пару. Он не хотел, чтобы ребёнок страдал также, как и мы. Не давал клятву, которую нельзя нарушать. Юноша кивнул. - Вы мне никогда не говорили об этом. Нарцисса заметила: - Не говорили. Но и поводов думать о том, что мы насильно женим тебя, не давали. Это было правдой. Его, в отличие от Тео, никогда не спрашивали о девочках. Не заставляли танцевать с кем-то на приёмах или приглашать в Хогсмит. Ничего такого. - Хорошо, что вы мои родители. Мне повезло. В глазах мамы что-то сверкнуло, но успело быстро пропасть. Она ведь тоже была окклюментом. - Рада слышать это от тебя. Он ещё долго крутил этот диалог в голове. Ему казалось, что этот момент может стать одним из лучших его воспоминаний о родителях. Хогвартская жизнь текла своим чередом. Вернувшиеся с каникул студенты усердно готовились к экзаменам. Драко вместе с друзьями пропадал в библиотеке. Они ходили на занятия, а вечерами занимались, поэтому времени на то, чтобы встретиться и пойти куда-нибудь прогуляться, не оставалось. Теодор и Терри, если когтевранец приходил заниматься в гостиную Слизерина вместе с Невиллом, не стали никого специально извещать о начале своих отношений. Они держались за ручки или сидели слишком близко друг к другу. Все их друзья тактично молчали и делали вид, будто ровным счётом ничего не изменилось. Будто это было естественно. По лицам парней было видно, что они благодарны за такое молчание. Всё же, они ступали на опасную территорию, и привыкать не бояться встречаться, как все остальные, а не прятаться по углам, было сложно и волнительно. Особенно для такого скрытного Тео и скромного Терри. От Невилла исходила аура тотального спокойствия. Будто он знал какую-то истину, которая давала ему безграничную уверенность. Каждый раз, когда Драко смотрел на него, то невольно начинал улыбаться. У Блейза с Дафной было странно. Забини носился за ней, всячески ухаживал и шутил идиотские шутки. Дафну это не брало. Она даже специально научилась томно вздыхать, показывая, что парень ей надоедает. С другой стороны, она сама искала его общества и иногда охотнее шла на контакт именно с Блейзом. Драко видел, что друг стал таскать какие-то книги о колдомедицине и читать их, закрывшись пологом кровати. А у них с Асторией всё было хорошо. Спокойно. Как и всегда это у них было. Минимум ссор, максимум поддержки. Мало мнений, которые бы они не разделяли друг с другом, и много поцелуев в кладовке профессора Астрономии. Её насмешливо-нежное "Белоснежка" и его снисходительные вздохи. Они сидели на завтраке в Большом зале, когда принесли утреннюю почту. Совы кидали на столы посылки от родителей и свежие газеты. Сначала всё было тихо. Но стоило всем начать читать Пророк, как по залу прокатилась волна шокированных возгласов. Северус Снейп появился в Министерстве Магии. Сейчас он отправлен в Святого Мунго для лечения, но позже ему придётся явиться в Визенгамот для процесса суда. Все, кто желает быть свидетелем по его делу, должны были прислать в Министерство сову с письмом о своём предстоящем присутствии на слушании. Все испытывали смешанные чувства. Директор и все профессора охали и ахали. Макгонагалл потеряла своё обычное спокойствие и даже не стала успокаивать студентов, осев в своём кресле. Профессор Стебель что-то говорила ей и активно жестикулировала. Драко нашёл глазами мадам Помфри. Она тоже посмотрела на него. В её глазах так и читалось невысказанное торжество и ещё: "Я же была права?" Он согласно кивнул ей и улыбнулся. Но эмоциональнее всех конечно отреагировал Поттер. Он вскочил с места и отбросил газету так, будто бы она ошпарила его кипятком. Гермиона тоже встала и начала что-то быстро нашёптывать ему, но было видно, что она тоже растеряна. Поттер отмахнулся и выбежал из зала прочь. Малфою не хотелось гадать по какой причине он это сделал. Весь следующий день Хогвартс обсуждал эту новость. Все строили невероятные предположения о том, как Снейпу удалось выжить, где он всё это время был и зачем вернулся в Англию, почему именно сейчас. Друзья Драко всеми силами старались делать вид, будто бы они тоже очень удивлены, но всё равно посмеивались в кулаки, когда очередной эксперт сочинял нелепицу о чудесном воскрешении Северуса Снейпа. Вечером, когда Драко записывал для себя основные свойства слизи червей, чтобы убедиться в том, что он хорошо всё запомнил, к нему подошла Стори. Она уже не спрашивала, а просто садилась рядом ему под бок, словно кот, ищущий местечко потеплее. А Драко неосознанно приобнимал её. В кресле гостиной факультета можно было уместиться только так. - Ты будешь свидетельствовать на стороне защиты у профессора? Что ж, червей придётся отложить. - Да, завтра отправлю письмо. Я думаю, что и мама будет. Он её друг уже много лет. Думаю, если бы отец мог, то тоже бы пошёл. - Я тоже собираюсь пойти. В прошлом году я помогала ему передавать Отряду Дамблдора вести из Ордена. Думаю, это важно для того, чтобы суд понял, на чьей он был стороне. - Тогда пойдём вместе. Невилл тоже пойдёт. И куда же без Поттера. Он ко мне сегодня подходил. - И что сказал? Герой войны перехватил Драко после ЗОТИ. Он явно нервничал и постоянно сжимал руки в кулаки. Драко ничего не оставалось как последовать за Гарри в пустой кабинет Нумерологии. Когда они прикрыли за собой дверь, Поттер спросил: "- Ты пойдёшь в суд? - Конечно. Снейп - друг моей семьи. Я не могу не пойти. Поттер почесал затылок. - Отлично, супер. Я тоже буду свидетелем. Хотел убедиться, что ты будешь. Драко изогнул бровь. - Ты что, волнуешься? - А ты нет? Всё это странно. Почему он жив? Где пропадал? Я хочу защитить его, но новость о том, что Снейп живёхонький сам сдался Министерству, просто выбила меня из равновесия. Мерлин, я думал, что после войны странности в моей жизни прекратятся, но даже этот год заканчивается непонятно как! Слизеринец прыснул. Гриффиндорец неодобрительно зыркнул на него. - Малфой, какие у тебя проблемы? - У меня? Никаких. Просто забавно наблюдать, как ты носишься по кабинету и выглядишь совсем не так, как должен выглядеть человек, воскресший два раза и выигравший войну. Серьёзно, ты вообще не меняешься." Поттер наконец остановился и перестал мельтешить перед глазами. - Гермиона тоже говорит, что я раздуваю трагедию. - Расслабься, Поттер. Все, кто может свидетельствовать против Снейпа, или умерли, или сидят в Азкабане. Тем более, что у нас на каждое "против" есть свой аргумент. Гарри кивнул ему. - Я тогда пойду. - Поспеши, обеденный перерыв не длится вечно." - Странный вышел разговор. Стори пожала плечами и пробормотала: - Ну, если на стороне защиты будет Национальный герой... Мы выиграем суд. - Безусловно. Поттер ещё просто не осознаёт, какую власть имеет в своих руках. Немного помолчав, Астория спросила: - А Невилл? Тебе не кажется странным то, каким он стал в последнее время? Из разговор зашёл в опасные дебри. Драко не хотелось лгать, но нужно было уважать право Невилла на личную жизнь. - Я думаю, это волнение перед предстоящими экзаменами. Все сейчас на взводе. Девушка прикусила губу и покачала головой. - Здесь что-то другое. Может, ЖАБА тоже причина, но не основная. Я пыталась спросить его напрямую, но Нев постарался увести диалог в другую сторону. - Я думаю, что если бы случилось что-то серьёзное, он бы нам сказал. Она хлопнула ладонями по коленям. - Ты прав. Наверное, я тоже волнуюсь, поэтому ищу подвохи там, где их нет. Драко оставалось только кивнуть. Астория так и осталась сидеть вместе с ним в кресле, пока Малфою пришлось вернуться к своим червям. После ужина на следующий день Драко решил пройтись по замку. Астории пришлось отказаться от прогулки и заняться дополнительным заданием, которым нагрузили её на Знахарстве. Слизеринец проходил по полупустым коридорам, лавируя между островками света и тьмы. Шаг, он зашёл на освещённые факелами кусочки плитки. Ещё шаг, и он снова в тени. Из открытых окон веяло прохладой и тем непередаваемым весенним воздухом, какой мог быть только в апреле. Сердце неприятно ныло. Через несколько месяцев они покинут стены школы и вступят в новый взрослый мир. Устроятся на работу и будут создавать семьи. Будут стареть и встречаться с давними друзьями всё реже. Такие перспективы мало кого радовали. И Драко в том числе. Да что уж там, ему было просто страшно. Ведь, сколько бы он не храбрился, юноша так и оставался трусишкой где-то в глубине своего сердца. Он заметил, как Дафна выходит из туалета Миртл, и приподнял брови в удивлении. Сам Малфой не раз оставался во владениях девочки-призрака, чтобы дать себе передышку и выплеснуть эмоции. Но что там делала его подруга? Он подошёл к ней вплотную и тихо поинтересовался, даже не пытаясь наладить с ней зрительный контакт: - Даф, ты чего там делала? Стоя так близко, он увидел, что лицо у девушки покрылось красноватыми пятнами. Так случалось, когда она плакала в детстве. Дафна делала это беззвучно, даже как-то механически, будто делала это не потому, что ей было горько на душе, а потому что она могла заплакать. Старшая Гринграсс поджала губы, уводя глаза куда-то в пол. - Дафна ничего не делала. Малфой вздохнул и снисходительно закивал головой. - Конечно-конечно. У тебя всё нормально, Даф? Ты чем-то расстроена. Ей явно не хотелось разговаривать с ним. Она нахмурилась ещё больше, но всё же сказала: - Блейз. Он дурак. Этот серьёзный тон слегка развеселил юношу. - Это он тебя обидел? Хочешь, вызову его на дуэль? - Дафна не хочет никакой дуэли. Дафна не любит боль. Драко поднял руки в примирительном жесте. - Как будет угодно. Но ты мне расскажешь, почему он дурак? Дафну никогда нельзя было прочесть по её лицу. Несмотря на её детские наивные реплики, она всегда была будто под слоем льда. Так выглядели взрослые волшебники, которые повидали в своей жизни много дурного. - Дафне нравится Блейз. Но Дафна не понимает, почему нравится Блейзу. Ему нужен кто-то весёлый. Неважно кто, но другой. Дафна постоянно в своей голове. Трудно говорить с другими. Эмоции сложные. Дафна привыкла быть одной. Она отличается. Не как сестра. Её плечи поникли, но в глазах горел огонь. Огонь злости на себя саму. Интересно, сколько ещё подобных мыслей о собственной неполноценности крутились в этой голове? Он не слишком понимал, правильно ли поступает. Потрепав Дафну по голове, Драко сказал то, что думал: - Я думаю, что Блейз долго размышлял над этим. Он бы не стал шутить или играться с тобой. Не такой он человек. Почему ты решила, что ему нужна непременно весёлая? Мне кажется, ему нужна та, кто поубавит его пыл и выслушает, не делая лишних комментариев. Ему нужна ты, подруга. А твоя особенность... Она же не мешает тебе дружить со мной? Или с Панси и всеми остальными? - Не мешает. - Ну, вот. Просто оставайся собой. И не ходи к Миртл. Лучше к Стори или ко мне. Мы тебя выслушаем. Она кивнула. - Пойдём в общежитие? Нас там уже заждались. - Да. Дафна хочет драже. - У меня как раз завалялось пару упаковок. По пути в общую гостиную, Драко думал, что за этот год у него было немало откровенных разговоров. Помогая другим, он делал выводы для себя. Переосмыслял. У всех были свои проблемы, которые напрямую вытекали из того многовекового уклада волшебников, по которому они жили до войны. Но после Битвы, а может и раньше, всё изменилось. Никто из них уже не был уверен в том, в каком мире они живут и по каким правилам играют. Никто не понимал, что делать с этой относительной свободой, чистым листом. Как изменить себя, чтобы магический мир не вырастил нового Тёмного Лорда? И это было общей задачей. Драко казалось, что они справляются. Он справляется. И не остановится. Новое поколение установит новые правила. И будет лучше, чем их предки.