Прости меня, грешную

Была у нас в школе сенсей по алгебре/геометрии. Звали её Симидзу Юка. Молодая, высокая, стройная, симпатичная, фигуристая, кареглазая, с длинными каштановыми волосами. Все привыкли к тому, что математички — злые старые бабки, но наша от них сильно отличалась. Обычно, она не особо парилась с теми, кто в её предмете не очень хорош. Юка была настоящей пофигисткой. До определённого момента… В последнее время, дело обстояло по-другому. Симидзу-сенсей нередко вызывала после уроков на дополнительные консультации по геометрии одну девочку. И этой девочкой была моя Акира. Вроде бы, Исикава никогда не желала серьёзно заниматься этим предметом. Она предпочитала пойти в музыкальный клуб, а не сидеть зубрить геометрию. Неудивительно, я тоже люблю свой клуб намного больше, чем эти предметы. Но, к чему же я веду? В последнее время, стало замечаться неравнодушие Симидзу к Акире. Часто можно заметить, что она внимательно её разглядывает, причём, как видно, не от скуки. На лице сияет лёгкая улыбка, глаза немного прищурены. Очевидно, Юка любуется ею. Может это просто моя фантазия и одержимое желание защищать возлюбленную, но мне кажется, что кое-что тут нечисто. Сегодня мне нужно было поговорить с ней на счёт того, что она отметила в моём тесте больше ошибок, чем есть и, соответственно, снизила оценку. Я никогда не оставляю такую несправедливость, поэтому перед клубными занятиями я отправилась к ней в кабинет. Я подошла к двери, стала неспеша её открывать. Тут же пулей вылетила Акира, врезалась в меня, и, не извинившись, убежала в сторону туалета. Я чуть было не потеряла равновесие, но на ногах устояла. В ту долю секунды, когда наши лица были достаточно близко, я заметила, что её глаза были покрасневшими и немного мокрыми, очевидно от слёз. Что там случилось? Симидзу-сенсей послушно зачеркнула то, что исправила зазря. — Это всё? — спросила она. Я промолчала где-то пару секунд, теребя пальцами край юбки, но всё-таки решилась задать вопрос. — И ещё… А чего это Акира так агрессивно вылетила из кабинета? — Да, учиться не хочет, — Юка демонстративно отвернулась в окно, показывая какую-то обиду на неё. Я прекрасно знаю, что успеваемость Акиры неплохая, за исключением геометрии и физики, и она никогда не забивала на учёбу. На неё это не похоже. Определённо, Симидзу что-то скрывает. — Прям-таки до слёз? — переспросила я. — Ох, я сама не понимаю от чего она так взбесилась. Может день неудачный? — Всё возможно. Мой тон прозвучал несколько презрительно. Не доверяю я этой женщине. Конечно, может я как всегда делаю из мухи слона, но стоит хотя бы попытаться выяснить в чём дело. После разговора с сенсеем, я отправилась в туалет, хотя мне туда совершенно не хотелось. Моей целью было узнать, что не так у моей возлюбленной. Я огляделась и заметила знакомую фигуру, сидящую на полу за дверью кабинки. Мне хотелось позвать её, но что-то меня останавливало. Кто я такая, чтобы Акира делилась со мной своими проблемами? Может это сугубо личное? Я продолжала стоять в раздумьях, что же всё-таки предпринять. Кулаки сжались сами собой от раздражения. Рука потянулась постучать в дверь, но я тут же её отдернула. Вряд-ли она хочет меня видеть. Я вновь дотронулась до двери, пару раз еле слышно постучала, и резко отдёрнула руку. — Харуки-чан, это ты? Послышался чудесный голосок, который я узнаю из тысячи. Видимо, она узнала меня по черно-красным полосатым чулкам, которые во всей школе носила только я. Мне нередко проедали за это мозги, ведь устав школы разрешает только белые или чёрные, но в последнее время на это стали всё больше закрывать глаза. Меня удивило, что возлюбленная обратилась ко мне по имени. Неужели она считает, что мы сблизились? — Д-да… это я. Было видно, что Акира поднялась на ноги и отперла дверь. Её раскрасневшееся заплаканное лицо прикрывали волнистые пряди волос, а взгляд был опущен вниз. Она выглядила так беззащитно, что захотелось прижать её к себе. И мне удалось исполнить это желание, ведь она резко бросилась мне в объятия. — Харуки-чан… Акиры уткнулась мне в плечо и отчаянно зарыдала. Я встала как вкопанная, выпучила глаза и наверное сильно покраснела. Чтобы она с таким азартом побежала меня обнимать? Это что, сон? Сердце бешено заколотилось и я моментально вцепилась руками в её плечи. Как же давно я об этом мечтала! Каждую ночь, засыпая, я думала только об этом. Но вскоре, я решила взять себя в руки и пожала голос. — Что-то случилось? Исикава ещё сильнее прижала меня к себе. — Хочу… чтобы Симидзу-сенсей сдохла! Она мразь! Акира ещё пуще зарыдала. Так, теперь я знаю на 100%, что виновата математичка. Уже хорошо. — Что она сделала тебе? — Не могу сказать. Но… это ужасно. Чтоб её трактор переехал! Неужели всё настолько плохо, что ей даже стыдно признаться? Я начала поглаживать её по голове, впиваясь пальцами в рыжие кудри. — Давай вместе пожелаем ей плохого и отпустим ситуацию, хорошо? — Такое трудно отпустить… Да что же там такое?! Судя по всему, что-то ужасное, но Акира наотрез отказывается это говорить! Но давить мне на неё не хотелось. Она выглядила слишком несчастной. Несмотря на то, что Исикава выше меня ростом, она была похожа на маленького пушистого котёнка, который тихонько мяукал, просил, чтобы его обняли и погладили. От этой жалостливой картины, в голове промелькнула мысль — эта женщина точно не должна существовать на этой земле! Надо стереть её с лица земли любым способом. — Она умрёт. Обязательно. Я сделала серьёзный тон, спонтанно приняв решение. Она навредила моей возлюбленной, а я поклялась защищать Акиру во что бы то не стало. Даже если придётся ради этого пожертвовать чьей-то жизнью. Возможно, всё дело в негативных эмоциях и я завтра передумаю? ~поздний вечер~ Уже стемнело. За окном блестел яркий месяц луны. Пару звёзд стеснительно мелькали вокруг него. Я сидела на подоконнике, любуясь помрачневшей Иокогамой и не переставала думать об этой странной ситуации. Как нужно довести Акиру до такого состояния, чтобы та по своему желанию бросалась мне в объятия? Неужели она видит во мне какую-то поддержку и спасение? Возможно, поттолкнуло её на это произошедшее тогда после школы? Она поняла, что я готова ради неё на всё? Ну, или почти на всё. Мне надоело строить бессмысленные теории и я взяла свой скетчбук. На бумаге появился набросок человеческой головы в пол оборота. Я решила, что это будет Фёдор Достоевский из аниме Великий из бродячих псов. Прическа у него совершенно простая, а вот над формой ушанки пришлось попотеть. Вскоре, портрет был готов. На его лице сила ухмылка, которая напомнила мне кое-кого… Ито Иори. Я вспомнила тот разговор на крыше и подаренную шоколадку. Она же так и осталась валяться в школьной сумке. Я вынула её и открыла. Конечно, она немного растаял, но есть вполне можно. Она была молочной с солёной карамелью. Это же моя любимая… неужели он и это обо мне каким-то образом узнал? Странным был он человеком... очень. В 11 вечера я умылась, погасила свет в своей комнате и унеслась в забытьё. Голова, как это часто бывает болела от усталости, поэтому я быстро заснула. Перед глазами предстал образ моей возлюбленной. Из её прекрасных серо-голубых глаз, словно маленькие ручейки, текли слёзы. Она смотрела так беспомощно, казалось, ещё беспомощнее, чем я видела её в жизни. Вдруг, Акира взяла меня за руки и произнесла: — Убей её, пожалуйста! Дальнейших событий я вспомнить не могу, но с утра эта фраза, не переставая, крутилась у меня в голове. Намазывая себе масло на булку, для того, чтобы сделать сэндвич, я посмотрела на нож. Его лезвие искрилось на свету, и тут же я представила его в груди сенсея. А что если… Я, конечно, вряд-ли осмелюсь по-настоящему убить человека, но нож в сумку, я все же положила, после того, как сделала себе завтрак, поела и помыла его. Это звучит очень безумно, но может оно того стоит? ~Утро~ Сегодня я пришла пораньше, думая, быть или не быть убийству. Наверное я потом пожалею о своём решении. Что же делать? Хоть у нас и должен был быть урок японского, ноги сами привели меня к кабинету математички. Сердце застучало быстрее, мне тут же захотелось пнуть дверь ногой, вбежать в помещение и вонзить нож в Симидзу. Стоит ли делать это? Тут же, я вспомнила несчастные заплаканные глазки Акиры, что во сне, что в реальности, и ту простую, но очень мотивирующую фразу: «Убей её, пожалуйста!» Я не могу проигнорировать просьбу возлюбленной, хоть это и всего-лишь сон, но он очень близок к реальным событиям. Симидзу причинила вред Акире. Она не должна оставаться в живых. Моя рука потянулась, чтобы открыть дверь. — Извините, Вы не… Я уж было начала фразу, но продолжить её не смогла. Если сказать, что эта картина меня ужаснула, то это значит ничего не сказать… Она разбудила каждого таракана в моей голове, которые на протяжении нескольких часов давали мне дурные советы. Симидзу-сенсей прижимала к стене хрупкое, как морально так и физически, существо, которое одной рукой сжимала её шею, пытаясь хоть как-то обездвижить противника. В её глазах отражалось ещё больше боли и страха, чем вчера и это окончательно уничтожило мои сомнения. Теперь понятно, почему Акира не хотела говорить, в чем причина. Изнасилование — штука страшная, способная оставить психологическую травму на всю жизнь. Нельзя оставлять мою девочку в лапах этой маньячки-лесбухи! При виде меня сенсей отпустила Акиру. Мы с математичкой молча пожирали друг друга взглядом, но обе не произносили ни слова. Я сжала кулаки до побеления костяшек. — Что ж, раз уж меня всё-таки раскрыли, предлагаю сделку, — нарушила молчание сенсей. — Ты не говоришь никому о том, что увидела, а я отпускаю её и завышу тебе оценку на следующей контрольной по алгебре, или геометрии. Как пожелаешь. — Я не взяточничеством заниматься пришла. Всё это время я стояла у порога, и только сейчас прошла в кабинет. Я закрыла дверь и моя рука потянулась в сумку за ножом. Я понимала, что больше медлить нельзя. Пора действовать! Я, совершенно забыв о присутствии сведетеля, а если быть точнее, Акиры, накинулись на сенсея. Симидзу не успела и глазом моргнуть, до того как нож вошёл прямо промеж её вульгарных сисюль. Она приоткрыла рот, пытаясь издать какой-то звук, но тут же повалилась на пол. Её тело исходилось в судорагах, изо рта потекли слюни, перемешанные с кровью. — Мразь… конченная мразь… — стала бубнить я. — Отправляйся на тот свет… ГОРИ В АДУ! ПУСТЬ ЧЕРТИ ТРАПЕЗНИЧАЮТ ТВОЕЙ ПЛОТЬЮ! НИКТО НЕ ПОСМЕЕТ ПРИЧИНЯТЬ АКИРЕ БОЛЬ! Я не видела себя со стороны, но наверное у меня был безумный взгляд. Я прокричала это так, что после этого начала чувствовать боль в горле. По сути, это моё первое убийство. До этого я всего-лишь служила причиной для несчастных случаев. Но а с этой минуты, меня можно считать настоящей убийцей. Кровь моего врага растекалась по полу, тело сенсея перестало биться в судорогах и дыхание прекратилось. Её выпученые глаза так и продолжали таращиться в стену. На недолгое время я почувствовала некую гордость за себя, но вскоре, робкий тон Исикавы вернул меня с небес на землю. — Харуки… ты только что… Это чудесное чувство сменилась жутким испугом. Что я, чёрт возьми, наделала? Я совершила убийство перед своей возлюбленной! Теперь об уважении можно и не мечтать… я, приоткрыв рот, опустилась на колени перед трупом и зарыдала, закрыв лицо руками. Мне кажется, или я сейчас потеряю смысл жизни?.. Послышалось какое-то шевеление. Как оказалось, Акира где-то нашла ключ от кабинета и закрыла его изнутри. Затем, она подошла ко мне и присела рядом на корточки. Я молчала, а она поглаживала меня по голове. — Ты ведь сделала это ради меня? Я взглянула на неё своими раскрасневшимися и мокрыми глазами. Наверное, моя рожа тогда была похожа на поросячье рыло. Я и так-то никогда не была красавицей, а в такие моменты с меня можно было рисовать паронормальных существ для хоррор-игр. — А для кого ещё… ты… ты… Я вновь пустилась в истерику. Акира обняла меня. — К сожалению, мне не понять твоего поведения. Зачем ты защищаешь меня? Кто я тебе такая? — Неужели ты не понимаешь… Я ЛЮБЛЮ ТЕБЯ! Меня переполняли все возможные эмоции. Я отчаянно рыдала, уткнувшись в плечо Акиры. Мне было не важно, как она отнесёться к моим словам. Мой мозг не мог думать о чём-то, принимать какие-то решения. Он отключился от слова совсем. Сердце взяло над ним шествие и управляло мной. — В смысле? — кажется, Исикаву удивили мои слова. — В прямом. Ты — любовь всей моей жизни! Первая и самая крепкая. Ты покорила моё сердце полтора года назад, раз и навсегда! Моя истерика уже, можно сказать, успокоилась, поэтому я могла говорить внятно и очень была этому рада. Нельзя мямлить, раз уж взяла на себя такую ответственность — признание в любви. — Ты серьёзно? Я вышла из её объятий, оставив свои руки на её плечах и посмотрела ей в глаза. — Да, солнце моё. Я бы не пережила, если бы с тобой что-то случилось. Я не могу не защищать тебя! Ты — мой смысл жизни, хочешь ты этого, или нет. Акира удивлённо уставилась на меня и просто хлопала ресницами в ответ. — Может быть, ты всё ещё призераешь меня, но… даже если так. Это не остановит меня. Я всё равно буду тебя любить! Мне было не остановиться. Это был настоящий словесный понос. Приторные речи так и лились из моего рта. Никогда я так ни с кем ни разговаривала, а тогда меня просто потянуло на сентиментальность. — Эм, ну… что ж, — Акира наконец-то смогла что-то произнести, — Даже не знаю, что тебе на это ответить. Ну… в любом случае, я тебя не презираю. А что насчёт любви… Не эксперт я в этом. Поэтому, не знаю что и сказать. Не удивительно, что это не взаимно. Когда мне в голову приходили подобные мысли, я сразу же отбрасывала их. Её ответ меня не расстроил. — Можешь ничего не говорить. Самое главное, что не презираешь. Я улыбнулась ей, а из моего правого глаза вытекла последняя слеза. — Ну что, я предлагаю спрятать труп в тот шкаф. — Исикава решила резко перевести тему. — Все равно, когда туда заглянут, нас уже и на горизонте не будет. Нас точно не заподозрят. — Наверное ты права. Других вариантов мне было не придумать. Я взяла труп за руку и попыталась сдвинуть с места, но мне не хватило сил. Симидзу слишком тяжелая. — Давай помогу. Акира встала рядом со мной и взяла труп за другую руку. Процесс пошёл. Две хилые девчонки кое-как дотащили мёртвую Симидзу до шкафа. А поставить её в эту узкую «коробку» было ещё труднее. Но мы, всё же справились спустя несколько минут. И вдруг у меня возникла идея. — Слушай, а давай напишем на бумажке предсмертную записку, чтобы создать иллюзию суицида! — Хорошо придумала. А ещё, я где-то видела у неё пустые бутылки от дешёвого бухла, их можно поставить туда, чтобы все подумали, что она совершила это в пьяном состоянии. Ну, для правдоподобности. — Гениально! - я произнесла это слишком радостно, так, как не подобает произносить про смерть человека. Исикава вытащила из-под стола три больших темно-зелёных бутылки и разложила их рядом со шкафом. Странно, что ей было совсем не противно помогать мне в таких делах. Неужели у неё не возникло неприятное дежавю с другом детства? Тем временем, в кабинет уже кто-то ломился. Казалось, что дверь скоро выскачет из петель. Акира повернула ключ пару раз в замке и мы убежали отсюда, что есть силы. К счастью, это оказался четвёртый класс начальной школы, который наивно поверит в нашу маскировку убийства. А дальше, они прибегут к взрослым, расскажут все в красках, и те, испугавшись, примут это за истину. Из-за этих дел мы немного опоздали на японский, сенсей поворчала на нас и вскоре пропустила в кабинет. В общем, я была удивлена, что моя возлюбленная так отнеслась к моему деянию. Она могла тут же позвонить в полицию, тем более, её мама работает в агентстве по делам несовершеннолетних. Но напротив, она успокоила, выслушала меня и помогла спрятать труп. Не зря я всё-таки это сделала. Теперь Акира в безопасности.