覆水难收 |Верни меня домой

Большую часть воскресного дня, мужчина пытался прийти в себя. Но похмелье не желало отступать. Апатичность, слабость во всём теле, раздражительность и жуткая жажда — мучали весь день. И только ближе к вечеру Сяо Чжань, почувствовав небольшое облегчение, покинул постель, которая стала похожей на берлогу, чтобы подготовиться к завтрашнему рабочему дню. После чего вновь выпив препарат от похмелья, который и с первого раза ему не очень-то помог, снова лёг спать. По утру голова всё ещё слегка гудела, но в целом самочувствие было сносным. Чтобы немного взбодриться, мужчина принимает прохладный душ и заваривает крепкий чёрный чай, которой и мёртвого с могилы подымет. «Курить с чаем не так приятно», — ловит себя на мысли мужчина после третьей затяжки, после чего тушит сигарету, спокойно допивая чай, который, на удивление, придал ему больше энергии нежели привычный кофе. Ещё какое-то время он бродит по квартире одеваясь и собирая необходимые записи, после чего спешит в, уже привычное, метро. Вот только несмотря на привычность, раздражения меньше вызывать не стало. Тесно прижатые к друг другу люди, по сей день дарят не самые приятные чувства. Добирается Сяо Чжань до работы почти вовремя, вот только времени зайти к Ян Таю не остаётся. «Надеюсь, ничего страшного, если зайду к нему перед обеденным перерывом», — мысленно надеется мужчина, закрывая за собой дверь в кабинет, и в спешке подготавливает нужные бумаги, и прочие принадлежности, ведь скоро должна прийти Бао Ли. Не успел мужчина и дух перевести как в дверь постучали. — Да, — отозвался он, и следом с небольшим скрипом открылась дверь. — Здравствуйте, — в кабинет зашла Бао Ли. — Проходи, — мужчина жестом указал на стул, — присаживайся, — что-то ища в бумагах, — как ты себя чувствуешь? — Неплохо, — тихо ответила девушка, занимая место напротив мужчины. Как только Сяо Чжань нашёл то, что искал последовал стандартный диалог врача и пациента. Сегодня Бао Ли, на удивления, была более сговорчивой, слегка приоткрывая завесу своего тёмного прошлого, но этих крупиц всё ещё было недостаточно, для полного понимая того, что привело её к попытке суицида, и вытекающим последствиям. Мужчина, как и раньше, не был намерен оказывать давление, ведь девушка, пусть и медленно, сама прекрасно открывалась, готовая работать над проблемой, а не зарывать её. Сяо Чжань, в какой-то момент, даже позавидовал ей, ведь Бао Ли явно выпала не самая лучшая судьба, но она не боялась говорить и более того не сдавалась, желая улучшить своё состояние. Чего не скажешь о самом Сяо Чжане. «Возможно, стоит взять с неё пример», — проскочило у него в голове. Бао Ли в его глазах определённо заслуживала уважения. Вопреки всему, эта хрупкая девушка продолжала бороться, невзирая на попытку покончить с собой, — «суицидник тоже хочет жить, только не всегда находит ради чего», — стремления девушки казались искренними, но ощущение недосказанности не покидало Сяо Чжаня, — «время расставит всё по своим местам», — успокаивал он себя, делая вид что странное предчувствие, плод разгулявшегося воображения, пока под конец сеанса Бао Ли не отвела свой взгляд в сторону, словно боясь посмотреть на мужчину и задала весьма странный вопрос. — Доктор Сяо, — в голосе слышалась лёгкая дрожь, — возможно, это не уместно, но вам знакомо имя Ван Ибо? — услышав имя юноши Сяо Чжань растерялся. И дело не в том, что не привык так часто слышать это имя, он как раз таки привык, но никак не ожидал услышать его от Бао Ли. — Простите, это не моё дело, — следом произнесла девушка, когда не поступило никакой реакции. — Почему ты спросила? — пришёл в себя мужчина, стараясь сохранить невозмутимый вид, будто его это совсем не касалось, и было лишь сугубо рабочим интересом. — Я не знаю, — пожала та плечами, — кажется, где-то слышала его в связке с вашим. Ещё при нашей первой встрече, ваше имя показалось знакомым несмотря на то, что никогда не пересекались. — Что ты хочешь этим сказать? — Думая об этом, я кое-что вспомнила, но до конца не уверена, было ли это взаправду. — Не хочешь поделиться? — голос мужчины оставался мягким и ровным, чтобы ненароком не спугнуть девушку. — Нет, — она отрицательно замотала головой, — точно не сейчас. У меня есть одна просьба, — конечно, услуга за услугу, как Сяо Чжань сам до этого не додумался. — Я тебя слушаю, — голос мужчины приобрёл более холодные нотки. — Помогите мне как можно скорее выбраться отсюда. Это всё чего я хочу. — Ты должна понимать, что весь процесс лечения напрямую зависит от тебя. От твоего поведения, физического состояния, и самое главное эмоционального, а также проработки триггерных факторов. — Сегодня наш сеанс уже подходит к концу, но на следующем, обещаю, я всё расскажу вам. Мне очень нужно выбраться. — И что тогда? — не удержавшись поинтересовался Сяо Чжань. — Расскажу вам то, что помню о Ван Ибо, вы ведь знаете его, правда? — она словно искала подтверждение нахлынувшим из прошлого воспоминаниям, — Я знаю что он тоже здесь… — Время сеанса вышло, на этом и закончим, — перервал её мужчина, а в подтверждение его слов спустя несколько минут за Бао Ли пришла медсестра. «Что это чёрт возьми было», — не унимался мужчина, расхаживая взад-вперёд по кабинету, будто других дел не было. Безумное желание расспросить её разбивалось об тонкую грань врач-пациент, он не мог переступить черту. И это сводило с ума, заставляя копошиться в памяти, в поисках ответов на толком не сформулированные вопросы, — «остынь», — призывал он себя делая очередной глубокий вдох. Смятение понемногу отступало, всё же Сяо Чжань отчётливо понимал где находится, и довольно быстро приструнил свои ненужные эмоции. До обеда оставалось чуть больше часа, и перед тем, как пойти к Ян Таю мужчина занялся своей основной работой — разбором кипы бумаг, которую натаскал ему Лю Ханг. Сейчас эта монотонность, как никогда кстати, стала его спасением, отвлекая от ненужных мыслей. Ближе к обеду мужчина отложил документы в сторону и поднялся с кресла, чтобы размять затёкшие ноги. Почувствовав, что снова может ровно стоять на своих двух, Сяо Чжань не раздумывая покинул кабинет и отправился к Ян Таю, в надежде, что тот не занят и сможет его принять. — Думал, ты зайдёшь с утра, — произнёс Ян Тай вместо приветствия, — проходи. Это, конечно, не принципиально важно, ведь смены не на постоянную основу, а до тех пор, пока медсестра не выйдет с больничного, но из-за проверки приходиться быть осторожным, — продолжил мужчина, не обращая внимая на Сяо Чжаня, — смены ежедневные включая выходные, с шести до двенадцати. Если уверен, что справишься, то подпиши вот здесь, — указал он на нижнюю строчку в документе, — и здесь. Сяо Чжань не проронив ни слова расписался в двух документах, тем самым максимально лишая себя свободного времени, и от осознания этого факта, победно ликуя, — «больше не будет времени на глупые мысли». —Даже не подумаешь? — удивился Ян Тай тому, как быстро Сяо Чжань всё подписал. — Здесь не о чем думать, — спокойно ответил Сяо Чжань, — изначально зная на что иду, нет смысла сейчас задерживать вас своими сомнениями, — объяснил он. — Одобряю. Тогда можешь идти, на этом всё. — Благодарю, — с этими словами мужчина покинул кабинет начальства, думая, чем занять себя во время перерыва. Обычно в свободное время он спускался к медсёстрам помогая с подготовкой к проверке, но всё самое важное было сделано ещё перед выходными, а значит его помощь больше не требовалась. Есть тоже не хотелось, а заставлять себя было бессмысленно, иначе пришлось бы склониться над унитазом моля о пощаде. Блуждая по коридорам больницы Сяо Чжань свернул именно в тот, который недавно ему снился. Он бежал за Ибо, но так и не смог догнать. Казалось, это было в прошлой жизни, да и не так отчётлива мужчина помнил происходящее, но в груди что-то сжалось. «Сегодня снова увижу его», — от этой мысли стало не по себе и Сяо Чжань решил вернуться к себе в кабинет. Остаток первой смены прошёл спокойнее некуда, даже Лю Ханг не заходил, чему мужчина удивился, ведь тот всегда любил после обеда зайти к нему с яростным выражением лица, словно готов уничтожить весь мир, подкинуть бумаг, что-то буркнуть и уйти, громко прихлопнув за собой дверью. Было слишком тихо, особенно в сравнение с прошлыми днями, полными суматохи и постоянно доносившемся шумом с коридора. Настолько гладко, словно где-то ожидал подвох. Закончив с основной работой Сяо Чжань всё-таки, решает пойти поесть в кафе напротив. Конечно, чашка кофе и пару булочек, вряд ли, можно считать нормальным приёмом пищи, но кроме выпечки и напитков здесь, увы, больше ничего нет. Во всяком случае лёгкое чувство голода перебил, и этого вполне достаточно, чтобы продержаться до двенадцати ночи. Хотя, от ещё одного кофе Сяо Чжань точно бы не отказался, но с собой нельзя. Отбой у пациентов был ровно в десять. Конечно, не все из них были мирными и послушными, поэтому после обхода медицинский персонал присматривал за всеми до двенадцати, а после отправлялся по домам и лишь один человек оставался дежурить ночью. Сяо Чжаня эта участь по умолчанию обходила стороной из-за того, что он работал в день, а первую половину выходного дня решили не отнимать, ведь каждому нужен отдых. Первые два часа мужчине почти ничего не приходилось делать, то ли удача сопутствовала ему, что было крайне маловероятно, то ли его просто старались лишний раз не трогать. Глядя на человека с огромными кругами под глазами и хмурым видом, мало кто захочет с ним контактировать, особенно когда привык видеть его, как минимум, добродушным и вежливым, а не чернее тучи. Сяо Чжань даже не постарался одарить их своей дежурной улыбкой, забившись в угол общей комнаты подобно маленькому котёнку, от чего все коллеги решили просто оставить его в покое, пока не настанет время обхода пациентов. — Доктор Сяо, — осторожно обратилась к нему девушка, запоминать имена всего младшего персонала было слишком утомительно, — уже восемь. — Мг, — кивнул мужчина, — уже иду, спасибо, — поднявшись со стула, он, как ни в чём не бывало, натягивает дежурную улыбку, берёт папку и идёт исправно выполнять свою работу. Сяо Чжань немного побаивался этого момента, точнее побаивался вновь пересечься с Ван Ибо, вопреки тому что неосознанно сильно желал. Покидая палату за палатой с отмеченными пациентами, чем ближе походила очередь юноши, тем медленнее двигался Сяо Чжань, в попытке оттянуть неизбежное. Вот только сегодня звёзды решили смиловаться над ним, пока он медлительно завершал обход, другой врач успел обойти оставшихся, в том числе и юношу. — Сяо Чжань, — окликнул его мужчина, — заканчивай, у остальных я уже был. — Хорошо, — отозвался Сяо Чжань. — С тобой всё нормально? Выглядишь уставшим, — поинтересовался коллега. — Да, просто, правда устал. Извини, что пришлось вместо меня обходить, — мужчина почувствовал себя неловко, ведь изначально сам напросился на вечерние смены, а теперь не мог выполнить свою работу как следует. — Никаких проблем, — улыбнулся ему собеседник, — давай папку, занесу в кабинет, — Сяо Чжань в очередной раз благодаря отдал ему папку с бланками с обхода, после чего коллега скрылся за дверью кабинета. Сяо Чжань прошёл ещё несколько дверей, прежде чем дошёл до общей комнаты, где вновь забился в угол, покорно дожидаясь конца смены. Или рассчитывал на то, что всё пройдёт именно так, вот только стараясь не думать, он по-прежнему каждый раз в мыслях возвращайся к Ибо. «Хорошо, что не пришлось идти к нему», — думал он, понимая, что не знает, как смотреть тому в глаза, что говорить и как вести себя, — «но я…хотел», — в нём боролось два человека, один из них врач, другой — тоскующий. Борьба была долгой, но под конец рабочей смены, в этом сражении рациональности и чувств, победили чувства. «Лучше сделать и пожалеть, чем пожалеть о том, что не сделал», — с этим выводом, больше не думая, мужчина подскочил со своего места, в котором за предыдущие полчаса ни разу не пошевелился, от чего в глазах немного помутнело, но стоило на немного остановиться, давая организму прийти в себя, как всё прошло. Уверенности в правильности действий не было, но что-то словно магнитом тащило его в палату. Юноша уже должен спать, а если нет, то он просто уйдёт, ведь нет ничего странного в том, что врач зашёл проверить пациента. Подойдя к двери, Сяо Чжань оглянулся по сторонам и убедившись в том, что его никто не видит зашёл внутрь, в душе радуясь тому, что обход довольно быстро подошёл к концу, и теперь он может себе позволить побыть здесь, зная, что никто не будет его искать. Радовало и то, что не пришлось заходить раньше, пока ещё юноша бодрствовал. У Сяо Чжаня появился уникальный шанс, привыкнуть к новому положению обстоятельств. В палате было темно, глазам было необходимо привыкнуть чтобы хоть что-то разобрать. «Не страшно ли тебе», — задумался мужчина, тихонько подходя к окну, чтобы приоткрыть штору, которые обычно зашторивали при последнем обходе. Немного лунного света стало попадать в палату, делая её светлее. На удивление ночь была тихой, а небо чистым и звёздным, — «не ночник, конечно, но лучше, чем кромешная тьма. Жаль нельзя приоткрыть окно, чтобы заходил свежий воздух», — убедившись, что свет не будет падать на лицо юноши, мужчина подошёл к больничной койке, аккуратно присаживаясь на край кровати, так чтобы не разбудить Ибо. Возможно, сейчас он больше, чем кто-либо на этом этаже, похож на больного, который наблюдает за спящим человеком. Вот только его это абсолютно не волновало. Он просто сидел, всматриваясь в темноту, пытаясь унять дрожь в руках, совладать с собой, научиться находиться рядом с ним, не испытывая тревоги, граничащей с паникой, словно вот-вот и мир рухнет. С каждой минутой, находиться рядом с Ибо становилось легче, на смену тревоге приходило приятное чувство покоя. Словно так и должно быть. Поймав волну спокойствия, мужчина, по-прежнему не глядя на Ван Ибо, заговорил шёпотом: — Мы так давно не… — Сяо Чжань не знал что именно хотел бы сказать, слишком много этих «мы так давно не», — Лю Ханг иногда говорит о тебе, — мужчина вцепился в подол медицинского халата, крепко сжимая, — ничего конкретного, просто, — он даже не понимал зачем это делает, — я не знаю, что с тобой произошло, но, пожалуйста, позволь ему помочь тебе, — слова сами лились, — это крайне эгоистичное желание, но я хочу чтобы ты был счастлив, — последние слова дались с трудом, они звучали словно прощание, которое не было озвучено в тот проклятый вечер, навсегда изменивший их жизни. — Сегодня одна девушка спрашивала о тебе, — продолжался его монолог, — не знаю, что именно ей известно, она обещала всё рассказать, когда выберется отсюда. Может, это всего лишь обман, на которой я готов повестись. Не знаю, — вновь наступила пауза, — порой кажется, что ничего не знаю, — на секунду повисла тишина, — знаю ли я тебя? Знал ли хоть когда-то, какой ты настоящий… — в груди щемило, в глазах ощущалось явное жжение, — Имею ли я право что-то знать о тебе? Когда-то мы были так близки, а сейчас, словно это было в прошлой жизни, но почему рядом с тобой… — Сяо Чжань не успел закончить свою мысль, его поток прервал какой-то шум, доносящийся из коридора. — Я не могу долго здесь оставаться, — он перевёл взгляд на мирно спавшего юношу, беря контроль над эмоциями. Выбившаяся прядка, влажных от пота, черных волос прилипла к коже, словно моля о том, чтобы её поправили. Сяо Чжань был готов протянуть руку, но тут же одёрнул себя: «Нельзя, чтобы он проснулся». Рядом с Ван Ибо, мужчина терял счёт времени, словно вселенная замедляла ход, давая им возможность побыть вместе, но мысль о том, что если скоро не вернётся то его начнут искать, заставила Сяо Чжаня зашевелиться. Мужчина поднимался с кровати так же аккуратно, как и садился, но та всё равно издала неприятный скрип, от чего Сяо Чжань тут же посмотрел на Ибо — спит. Перед тем как уйти мужчина подошёл ближе. Он всего лишь хотел поправить одеяло, как вдруг рука Ибо мягко накрыла его за запястье, затем сжав чуть сильнее, в остальном положение юноши оставалось неизменным. Сяо Чжань застыл думая, как выкручиваться из этой ситуации, но не прошло и мгновения, как рука юноши беззвучно соскочила и вновь опустилась на кровать. Понимая, что больше задерживаться не стоит, Сяо Чжань ещё раз бросил свой взгляд на руку, которая только что держала его, стараясь подавить внезапно вспыхнувшее желание, самому уцепиться в неё лишь бы вновь ощутить тепло. Согреть холодные пальцы, которые обжигали кожу. Сейчас, в тусклом свете холодной луны, лицо юноши выглядело таким безмятежным, но в тоже время настолько уязвимым, от чего хотелось прижать к себе, защитить от всего мира. Как тогда, когда-то. Он ведь обещал ему всегда быть рядом. Самым трудным было отвести взгляд. Ещё немного и он бы точно не выдержал, точно сорвался, вцепившись в ледяную руку, прижавшись к ней щекой. Но вовремя закрывшаяся за ним дверь не позволила совершить ошибку. «Почему…», — устало выдохнул мужчина, — «почему, чёрт возьми», — его сердце, как и раньше, трепетало от малейшего прикосновения юноши, а тело реагировало, желая поддаться вперёд. После случившегося Сяо Чжань привык обозначать все эмоции, которые в нём вызывал юноша или воспоминания, чем угодно, но не любовью. Стараясь выкинуть всё хорошее, наполнив себя болью и страданиями. В надежде, что боль поможет забыть. Чем больше боли, тем лучше, тем меньше должно остаться желания быть с человеком. Ведь кто нормальный пройдя через персональный ад, захочет снова быть с источником мучений.

Надеждам свойственно не оправдываться

Сяо Чжань не возненавидел его, не забыл. Ведь чем отчаяннее пытаешься что-то выкинуть из головы, тем прочнее оно там держится. И пусть ответ на терзающий вопрос лежал на поверхности, Сяо Чжань был слеп.