覆水难收 |Верни меня домой

有缘千里来相会 Даже тем, кто находится в отдалении друг от друга, судьбой предначертана встреча. [22 декабря того же года]

В воздухе витал терпкий аромат холода, а серые тучи заволакивали без того блеклое солнце. Снег ещё не выпал, и лёгкий мороз ощущался сильнее. В скромной квартире, на всё том же тринадцатом этаже, который наконец-то оправдал своё значение, по-прежнему ютились двое молодых людей. Они небрежно раскинулись на диване чуть поодаль друг от друга. Наслаждаясь выходным днём в честь праздника Дунчжи . — Вот всегда ты так, — ворчал юноша, — твои новостные каналы никому не интересны! — То, что они не интересны тебе, не значит, что… — Сяо Чжань не успел договорить, его внимание привлекла речь девушки. «Сегодня утром у входа одного из жилых комплексов Пекина была найдена молодая девушка. На данный момент удалось установить личность погибшей», — на экране высветилось фото, и увидев кто на нём изображён, Сяо Чжань машинально прикрыл рот рукой, — «Бао Ли, двадцать лет. Все, кто может её знать, прошу обратиться в службу безопасности для установления предпосылок происшествия. Был ли это её собственный выбор, уйти из жизни или кто-то подтолкнул — всё ещё предстоит выяснить, как и то, кто пусти девушку на крышу. Уверяю все причастные понесут наказание соответственно закону», — женщина средних лет закончила свой репортаж с места события, после чего были показаны ещё некоторые кадры, на которых Сяо Чжань увидел дурацкую плюшевую игрушку, которую сам же её и купил, когда та согласилась пожить у него. — Ты в порядке? — обратился к нему юноша, глядя на то, как побелело его лицо, а рука, прикрывавшая рот, дрожала. Сяо Чжань, казалось, потерял дар речи и всё что мог отрицательно замотать головой, смотря куда-то вдаль, сквозь телевизор. — Это та самая девочка, которую ты лечил? — осторожно спрашивает Ибо, на что мужчина положительно кивнул, плотно закрывая лицо обеими руками, поджимая колени к груди. — Эй, посмотри на меня, — он взял его за руки обращая на себя внимание, — это не твоя вина. Слышишь, ты здесь не причём. — Я… — мужчина хотел что-то сказать, но не мог выговорить ни слова. — Иди сюда, — без лишних слов Ибо притягивает к себе мужчину заключая в объятия. В любом другом случае он не позволил бы себе подобного, но сейчас он не мог просто сидеть и смотреть как страдает Сяо Чжань. Ведь знал, что тот всегда воспринимает всё близко к сердцу. — Тише-тише, — шептал юноша, поглаживая мужчину по спине, — я рядом. Сяо Чжань зарылся лицом в грудь юноши, давая волю эмоциям. Казалось, пока он рядом всё можно преодолеть. Они просидели так какое-то время пока мужчина не успокоился. — Я в порядке, — шепчет мужчина отдалясь от юноши, — спасибо, — чувствуя себя жутко неловко. — Хочешь поговорить? — ненавязчиво интересуется Ибо. — Нет…не сейчас, — отвечает Сяо Чжань вытирая слёзы, с красного лица. — Тогда я бы мог начать готовить пельмешки, — мягко улыбаясь говорит юноша, чтобы отвлечь мужчину. — Только не это, — мужчина легонько толкает его в плечо, улыбаясь сквозь боль, — если хочешь я приготовлю. — Нам не обязательно соблюдать все традиции. — Отварные или обжаренные? — уточняет мужчина, — И с чем? — На твоё усмотрение, — голос юноши звучит мягко и ласково, ему действительно не хочется вынуждать Сяо Чжаня готовить в таком состоянии, но кажется тот настроен решительно. — Тогда давай так, — говорит мужчина, шмыгая носом, — я поставлю замешиваться тесто, а потом сходим в магазин, посмотрим, что взять для начинки. — Хорошо, — кивает Ибо, соглашаясь, — тебе нужна помощь? — Отдохни, — Сяо Чжань невесомо касается голени юноши, и встаёт с дивана. Чтобы то не было — кухня его стихия, но сегодня руки подводят. Как бы он не старался взять себя в руки, новость о том, что Бао Ли больше нет выбила его из колеи. «Почему она не позвонила, когда понадобилась помощь?», — думал мужчина отмеряя пшеничную муку, — «Это ведь не мог быть её выбор», — всыпая её в тестомес, и отмеряя воду, — «что если в этом замешан Чэнь Дэй», — одна лишь мысль об этом пугала, ведь что если это правда и он решил так расправится с непокорной сестрой, что если захочет поквитаться и с ним самим, — «что если он помнит про Ибо», — чем больше мужчина думал, тем больше им овладевал страх, — «что если рано или поздно правда выплывет наружу», — тогда то он явно ничем себя не оправдает, вновь разрушив выстроенное доверие, — «я должен рассказать ему, но как…». — О чём задумался? — А? — Сяо Чжань испуганно взглянул на юношу, разинув рот. — Давай сюда, — Ибо стал рядом с мужчиной забирая с его рук стакан с водой, — всю выливать? — Да, — тихо отвечает Сяо Чжань. «Нет, не сейчас. Я так не смогу», — побороть панику было крайне сложно. — Ты куда? — окликнул его юноша. — Хочу подышать, — отреагировал мужчина, открывая дверь на балкон. Несмотря на прохладу в квартире, ему становилось душно, не хватало воздуха. — Накинь что-нибудь, там прохладно, — спокойно говорит юноша, но Сяо Чжань его игнорирует, выходя на балкон в тонких штанах и одной футболке. Поток холодного ветра обдувает тело, унося с собой все мысли, кроме одной: «холодно». Холодно и сыро. «Неужели пойдёт снег?» — мужчина смотрит в беззвёздное небо, затянутое облаками. — Просил же что-то надеть, — недовольно ворчит юноша, направляясь в сторону мужчины с кофтой в руках. Стены тонкие, так что его отлично слышно. — Я уже захожу, — отзывается мужчина, возвращаясь во внутрь. — Ага, так бы и стоял там пока что-то не отморозишь! Вроде ты за старшего, Чжань-гэ. — Виноват, прости, — старается улыбается мужчина, забирая кофту у Ибо, чтобы надеть её. — Пошли прогуляемся, заодно в магазин зайдём. — А тесто? — Уже замесил, накрыл влажной тканью и оставил в прохладном месте, — отчитался тот. — Дайм пять минут, я оденусь, — во избежание очередного ворчания юноши, Сяо Чжань закрывает за собой дверь в спальню, раньше чем успевает договорить. «Верх можно не менять, а вот штаны нужны по приличнее», — роется в шкафу мужчина, делая вид что всё в порядке, но на самом деле сейчас это не так. С тех пор как он поговорил с профессором прошло больше двух месяцев, и он принял окончательное решение ничего не рассказывать Ибо, но сейчас ситуация явно играла ему не на пользу. «Как мне чёрт возьми быть…», — помимо приёма прописанных Лю Хангом препаратов, он всё же решился на визит к рекомендованному психотерапевту. Встречи с ним давали свои плоды, но даже на них Сяо Чжань не мог рассказать всю правду, потому что как не погляди то, что случилось тогда — преступление. «Важно проговаривать», — говорила ему врач, но также напоминала, что у всего есть своя грань. «Да почему всё просто не может быть хорошо», — мучался мужчина, не понимая почему жизнь всегда, прежде чем что-то дать, что-то отнимает, — «стоп. Успокойся», — словно придя в себя повторяет себе Сяо Чжань одеваясь, — «не паникуй». — Ты там долго? — Уже иду, — отзывается мужчина. Квартиру они покидают в тишине. Ибо понимает, что мужчине трудно и не хочет быть слишком шумным или навязчивым, для него главное быть рядом, поставить плечо в нужный момент. Метро ещё долго будет ходить, но пешая прогулка, кажется, нужна им обоим. Кажется им обоим есть над чем подумать. Ведь несмотря на всю трагичность, вечер выходил слишком интимным. Так неспешно прогуливаясь, они дошли до фонтана, в который обычно все кидают монетку загадывая желания или просто на удачу. Сяо Чжань дрожащими пальцами достал монету из своего кармана, поднося к губам и зажмурив глаза, оставив лёгкий поцелуй на удачу, загадав самое сокровенное желание, бросил в фонтан. — И ты в это веришь? — спросил Ибо, нарушая тишину между ними. — В неё нет, а в стремление сердца — да. — Не поделишься? — Боюсь тогда не сбудется, — с грустью ответил Сяо Чжань, глядя на юношу, — если бы ты мог загадать всего лишь одно желание, которое точно сбудется, чтобы это было? — Хм… — задумался юноша, — меня всё устраивает, — подходя ближе, — так чего желаешь ты? — Я… — запнулся мужчина на полуслове, стараясь унять дрожь в голосе, — скорее боюсь…боюсь всё испортить и потерять. Но есть то, что мне нужно тебе рассказать, — с опаской произносит мужчина, набираясь смелости. — На счёт чего? — Порой прошлое нет смысла ворошить, но есть кое-что… — он почти готов рассказать всю правду, но что-то вновь останавливает его, — просто знай, что мне очень жаль… — Постой, — перебивает его Ибо, — если ты о том самом дне, то я не хочу ничего знать, — слыша эти слова мужчина с одной стороны рад, что не подвергнет их взаимоотношения разрушению, но с другой, страх что всё может повторится, с более плачевным исходом не даёт расслабиться, — одно желание говоришь? — сменяет Ибо тему, — Наверное, я хотел бы остаться в прошлом, где всё было легко и просто, — серьёзно произносит юноша, не отрывая взгляда от Сяо Чжаня. — Увы прошлого не вернуть, но мы сами кузнецы своего счастья, — выдыхает мужчина. — Разлитую воду трудно собрать, — констатировал Ибо. — Но ведь пока сосуд цел его всегда можно наполнить вновь, — он мягко улыбнулся, надеясь. Последняя надежда уходящего года, в которую он так отчаянно хотел верить. Последняя надежда на то, что всё может получится. И заветное желание исполниться.

Надеждам свойственно оправдываться.

— Уверен в том, что хочешь этого? — губы исказились в кривой ухмылке, Ибо не был глуп и всё прекрасно понимал. — А ты? — не найдя что ответить, мужчина спрашивает в ответ. Ибо кажутся слова излишними, он тихонько кивает головой, подходя ещё ближе. Аккуратно беря мужчину за руку и притягивая к себе, заключая в объятия. — Прости меня, — шепчет Сяо Чжань, прижимаясь к юноше. — Я рядом. Посмотри на меня, — просит его юноша, ласково касаясь щеки, — я с тобой, — шепчет прямо в губы, накрывая их своими, в невесомом поцелуе, — я люблю тебя, — продолжает шептать, отрываясь от мягких губ. — Я люблю тебя, — роняет Сяо Чжань, глядя Ибо прямо в глаза, и тот не может не заметить, как блестят уголки глаз от слёз. Но на этот раз это слёзы счастья. — Кажется снег пошёл, — улыбается юноша, и они оба подымают головы вверх. — И правда, — по-детски улыбается Сяо Чжань, крепче прижимаясь к Ибо.

但愿人长久，千里共婵娟

Пожелайте нам долгой жизни, чтобы разделить красоту этого изящного лунного света, даже на тысячи ли друг от друга.