Я в полном (бес)порядке

      Фан-встреча подкрепляется разборками с другими участницами, от которых Кира откровенно хуеет.       Фан-встреча – очередное испытание.       Но Кира ловит азарт в крови, садится за руль и заводит мотор. Она иногда выезжает на своей без пяти минут безрассудной решимости и ей нихуя не стыдно. Медведева действительно подумывала пригнать чёртов фургон со сладким к клубу, но план приходится отложить в долгий ящик. К тому же Андрющенко преступно редко выходила с ней на связь перед фанкой.       Настя говорила, что Лиза словила что-то вроде лёгкой стадии выгорания. «У неё бывает» - говорит Афанасьева, а Кира облизывает пересохшие губы, сдерживая бурлящий вопрос: «Херли ТЫ знаешь, а Я – нет?». Краткая разлука идёт на пользу (или так кажется?), Медведева вновь свернула в тугой узел собственный (временами агрессивный) норов. Впрочем, как выяснилось – до первого взгляда.       Лиза в клуб приезжает чуть запоздало – выпрыгивает из такси в одном долбанном плаще и Кира (раскуривающая сигаретку у чёрного входа), едва вслух не матерится от этой бедовой. Поэтому весьма грубо затаскивает Лизу в помещение вместо объятий. — Ебать, кисунь, тебя мама не учила шапку носить? — Я её у тебя похерила, возвращай заложника, - Андрющенко и бровью не повела, запыхавшись.       И Кира вытаскивает трофей из-за пазухи, резким движением натягивая красную шапку на всё лицо протестующей Индиго. — Бля, ты мне причёску исп…! — Ты стала ещё более томбоистой, чем раньше, - шикает Медведева, - я словно корейского мальчика в клубе тискаю. — О, боже, не выговаривай мне, Кир-р, - на этот раз чуть огрызается Лиза, стаскивая шапку с головы, - кого-то за барной стойкой в своё время за мужика приняли и это точно была не я. — Надо бы вспомнить, кто именно назвал меня пидором, - усмехается Кира. — Вот и встретились два пидорских счастья, надеюсь, ты довольна, - Лиза, наконец, улыбается, имитируя в этом узком коридоре кабэ-дон.       Кира не знает, куда их могут завести эти шутки, которые Индиго называет «тренировОчка перед фанами». Не знает, но чувствует в себе змеиное внимание к деталям: спертое дыхание Лизы, её черные волосы (мягкие, очень мягкие), и чуть сладковатый запах какой-то выпечки.       От Андрющенко никогда не пахло духами, это факт. Она, как собака сутулая – морщится и фыркает от подобного. Ну, Кире и поебать, сама не особо в теме. Они заваливаются в гримёрку, едва не спугнув Настю, которая с утра на нервах. Медведева жопой чует, что именно ей придётся тащить на себе потенциальное смущение двух девчонок.       «Ну, кто тут батя?» - мысленно повторяет Кира, высовывая кончик раздвоенного языка. Лиза выходит первой, а толпа скандирует её имя заранее. Кира и Настя переглядываются, по губам Медведевой вновь змеится усмешка. Пиздец Индиго популярная для цыпы, которая вылетела в середине «Пацанок».       Даже слушая чуть сбивчивый голос, Кира понимает, насколько Лиза борется со смущением там, на сцене. Андрющенко легко выходить в веб-пространство, но на людях она становится местами неловкой, что, впрочем, нихуя не отнимает милоты. И, да, Кира почти приступы материнской гордости за неё ощущает. Мол, «смотрите на мою кралю, лично воспитала». Лизок, конечно, нахуй бы её послала за такие мысли, но Медведевой пофиг.       Момент истины наступает быстро – и Кира выходит в зал уверенной, чуть пружинящей походкой. Она пришла разъеб по всем фронтам устроить и на меньшее не готова. Кира зажигается от музыки, от поддержки, от криков, и просто лютует внутренне, опьяненная этим бешеным ритмом.       Девчонки поддерживают её – Лиза скачет рядом, и, в какой-то момент, они всё же делают эту хуйню совместно – сердечко двумя сложенными ладонями. Так сказать, в поддержку пейринга (Кира до сих пор хер знает, зачем, но ей просто кайфово). Индиго рядом временами смущается, но улыбается широко и ярко, чутко отзываясь на выкрики. Медведева оглядывается на неё время от времени, но держит периферийным зрением. Не замечает даже, что от Насти чутка отдаляется. В какой-то момент Лизу едва не стаскивают со сцены в толпу и Кира обхватывает её за талию, шутливо бросив: — Эй, кошки, полегче, ага?       Времени на передышки катастрофически мало, но Медведева запомнила стихи, которые читала Индиго, её слегка срывающийся голос. Слов, честно говоря, Кира почти не разбирала, у неё в тот момент диалог в голове:

«— Жопа, или сиськи? — Глаза и улыбка»

      Медведеву клинит совсем немного, и она даже показывает небольшое шоу в местном баре. Вдохновение словила, ничего с этим дерьмом не поделаешь. Впрочем, если говорить о том, что запомнилось – так это момент, когда ладонь Индиго шуточно хлопнула её по заднице, прежде чем засунуть (вне) очередную записку от фанатки в карман.       Кира смеется, чуть запрокинув голову и, если честно, у неё есть порыв, блять, выпороть Лизу ремнём. Впрочем – остальные от подобного их общения балдеют, а значит, можно забить болт. … Забить и петь песню «Лампочка», покуда горло не начнет срываться. Их фан-встреча походит на крутой концерт и под конец Кира чувствует усиливающееся давление на лобную долю.       Лиза тоже устала, но до последнего сидит на краю сцены с фанатами, покуда терпение самой Медведевой не кончается – и та не утягивает Индиго в гримёрку. Девчонки уже в тот момент понимали, что подохнут, если не отдохнут сразу же. Впрочем им забронировали отель с возможностью поесть, поспать – и в целом сделать что угодно. — Требую десять мускулистых тайских массажистов, - ставит ультиматум Настя, отправляясь после еды в свой номер.       Ужинали (или обедали?) они в комнате Киры, которая по всем признакам подходила «элиткам». Лиза, к слову, все ещё валялась на кровати, утверждая, что её нужно донести до другого места. — Заюш, сегодня я не готова к твоей тушке, - хмыкает Медведева, бросая на стул спортивную куртку. — Тогда я останусь в кровати, - сипит Лиза, которая, похоже, и голос умудрилась сорвать. — После одного сердечка и хлопка по жопе? – вскидывает бровь Кира. – Не, типо, мы ещё не прошли конфетно-букетный период. Я не такая и еблю только по взаимочке приветствую. — Надеюсь, с трупами тебе трахаться не в кайф, потому что я сейчас именно в таком физическом состоянии, - дёргается Лиза, выползая из своего плаща. — Из нас двоих могильщица…       Их диалог прервал стук в дверь. Кира хмурится и мнется, понимая, что это её номер, но… Если это кто-то из ребят, почему не предупредили заранее? Медведева, всё же, двигается с места, открывая дверь. И сцена на секунду повергает её в ступор долбанной схожестью. Какой-то странный чувак стоит, привалившись к двери и гнусно улыбается, держа в руке чёртовы таблетки.       Такие знакомые. Такие манящие. Такие, от которых горло Киры сохнет и дерёт наждачкой. И он ей их предлагает. Ебаное дежавю – замкнутый крысиный лабиринт.