Я в полном (бес)порядке

      Кира в отношениях – тот ещё ебанутый флюгер. С пираньей жадностью ловит чужую симпатию, но неизбежно обрубает чувства, если ощущает отторжение партнерши. Она с Любовью именно эту хуйню и пыталась проработать, «то-что-ведёт-к-абьюзу».       Но одно оставалось неизбежным: Медведева охуеть как подвержена накалу страстей. Если жажда ударами тока под кожей расползается – для неё это однозначное «да» и поебать на принципы. Кира ни за что не признается, но она та ещё капризная сука по части собственных симпатий. Её «хочу» диктовало условия. А сегодня она хотела Лизу.       Целовать Индиго было «ахуенно». Во взгляде Лизы – мало осмысленности, но Кире похуй, она в каком-то смысле ловит тот самый кайф из прошлого, когда барменом работала и снимала тёлок. Иногда прожженных бисексуалок, но иногда и джекпот выпадал – такие вот девочки с нежным румянцем, не умеющие пить.       Кира углубляет поцелуй, не чувствуя сопротивления. Скользит языком по нижней губе Индиго, слегка прикусывает зубами, собирая привкус крови вперемешку с мятной сладостью. Лиза чуть мотает головой, хмурится, неловко отодвигаясь, а Кира вновь её к кровати прижимает, но уже полноценно – роняя на одеяло, проникая ладонями под худи. Кожа под пальцами мягкая, тело – горит от прикосновений.       Лиза её не отталкивает, но смотрит так, словно окончательно запуталась. И Кира понимает, что, если честно – совсем не сложно на неё надавить. У Индиго в близости прорва неопытности, но и явная «застарелая» привычка уступать партнёру, пусть и против воли. Если Медведева захочет, она, блять, на всё уломает Лизу прямо сегодня. И выебать действительно хотелось. Хотелось, но Медведева оступается на доверии, которое к ней испытывают. — Просто хочу с тобой понежничать, кисуля, - хрипло мурлычет на ушко Лизе, ослабляя давление. И этим подводит черту: не полезет она сегодня в трусы к Андрющенко. Пока нет.       Индиго обнимает её за шею, немного расслабляясь. Дышит чуть учащённо, пока Кира продолжает скользящие поцелуи на изгибе шеи оставлять. Но Медведева становится мягче и каждый поцелуй в щёку – почти возвращает их на отметку неопределённости. Почти.       Если стереть из памяти тот факт, что Кира реально хотела сегодня поиметь Индиго.

***

      За каждым действием следуют последствия, просто Кира привыкла на некоторые логические цепочки хер класть. Так или иначе – та ночь закончилась мирно, они вместе заснули в обнимку, а проснулась Медведева от того, что Лиза поднялась первой. Несколько шуток про то, что ей впредь противопоказан «компот» - и Индиго уходит, поставив кривой крестик на обсуждениях. Киру это не особо парит. Мук совести она не чувствует и никаких странностей – тоже.       День проходит, как по маслу: катание на горках, обед с Розенберг и общие сборы домой. Охлаждение Кира замечает мимоходом, когда кивает Лизе на переднее сидение, а та (рассеянно улыбнувшись) намёка словно не понимает, подвинув Рони и Настю. Пальцы Киры каменеют на руле, а скулы напрягаются. Впервые за день она думает о том, что могла нихерово проебаться. Честно говоря, Медведева не в курсе, как Лиза относится к интрижкам и… Ну, знаете, был бы подобный эпизод с кем-то из сестёр Кравцовых, они бы, возможно, просто посмеялись на следующий день. А Лизок у-мол-ча-ла. И начала отдаляться.       Кира терпит, развозит девочек, Индиго оставляет «на десерт». Та в телефоне сидит, едва поддерживая разговор и силится выпрыгнуть из машины сразу, как только они у подъезда тормозят: — Класс, спасибо за… — Ты меня даже не обнимешь? – Медведева знает, что в её тоне прорезаются строгие, жгучие нотки обиды. — Ну, мы, вроде, достаточно наобнимались, - кривая ухмылка Лизы ни о чём хорошем не сигнализирует. — Я проебалась перед тобой? – Кира ненавидит ходить вокруг, да около, а потому прямо спрашивает.       Она в тот момент даже не знает, как опознать свои эмоции по отношению к Лизе. Лизок была охеренной, занятной и «комфортной». Не во вкусе Киры. Слишком надломанная по всем фронтам. Да и Медведева была больше настроена на несерьёзные интрижки.       Казалось бы: забудь хуйню и выруливай нахер, но Кира слегка залипла. Слегка завязла и отравилась чужим теплом. Ей нравились руки и объятия Лизы, нравилась непродолжительная тактильность. «Дай мне больше» - шипели змеи внутри. — Я правда… Не хочу ничего обсуждать, - качает головой Индиго, - поговорим об этом позже, ок?       Кира понимает, что не сможет её удержать и коротко выдыхает: — Окей. Напиши мне, когда будешь готова.       Просьба кажется такой простой, но оборачивается ёбанным адом, потому что Лиза не пишет. Неделю, две… У Киры спокойное лицо и достаточно дел, но она копит ярость, копит раздражение.       Индиго на самом деле её морозит. Сука…       Как на зло: в этот раз Кире не всё равно.       И первые признаки срыва проскальзывают, когда Настя присылает ей видео с какой-то локальной тусовки: прибухнувшая Крис висит на шее у Лизы.       «О как» - ухмыляется Кира, сглатывая скопившийся яд, - «значит, время на посиделки с НИМИ, ты нашла. Но не со МНОЙ»       Медведева закуривает, но сиги гнев почти не остужают. И Кира не выдерживает: ближе к вечеру приезжает к подъезду Лизы, вводит код домофона и поднимается на знакомый этаж.       Несколько звонков в дверь, после чего на пороге появляется усталая Индиго. Её волосы чуть влажные (только после душа?), а губы кривятся, когда она видит Киру. Не радостно. — Тебе кто-нибудь говорил о том, что невежливо вламываться в гости без предупреждения? – прямо и весьма агрессивно спрашивает Лиза.       Кире на вежливость поебать, она делает быстрый шаг вперёд и, спустив собственные эмоции с поводка, прижимает к стенке Лизу. — Я бы не вламывалась, если бы ты не начала эту ёбнутую игру, Лизок, - цедит Медведева сквозь зубы, кончик раздвоенного языка чуть высовывая. – Какого хуя у тебя дохера времени на обнимашки с Крис, но разговор со мной, походу, дохуя не первая задача? — Я не хочу с тобой разговаривать, - хмурится Лиза, с силой сжимая пальцы на запястье Киры, - тем более, в таком тоне. Ты ведёшь себя неадекватно. Блять… Говорила мне Розенберг, а я, идиотка, нихуя не слушала.       Почему-то, упоминание психолога в таком ключе – как красная тряпка для быка (вместо рогатого – Кира). Концентрированное бешенство говорит за неё: — Ну так расскажи мне. Расскажи, блять, ты же так хорошо умеешь хуйню пороть. Что же такого тебе сказала Любовь Розенберг обо мне?