Я в полном (бес)порядке

      «Точка кипения» созвучна с «точной невозврата». Последствия, которые раньше имели значимость – посланы нахуй.       Одна из Кравцовых (Оля, кажется) замечает маневр Киры и удивлённо выдыхает: — Бля, братан, не надо! Ты же в завязке… — Нахер, - лаконично отзывается Медведева и запирается в ванне с притыренной бутылкой.       План? Нет у неё никакого плана, кроме извечного «напиться и забыться». Кире хочется заглушить чувства, что под ребрами током бьются, внимание собственное перевести – и ни о чём не думать. Переключите блядский рубильник, Кирюха устала. Она открывает бутылку над раковиной, решительно и неотвратимо, но дыхание всё же сбивается. В горле становится сухо от предвкушения. Медведева смотрит на своё отражение в зеркале и вдруг замирает с этой раскупоренной бутылкой.       Нелепо выглядит. Злая, раскрасневшаяся, без пяти минут алкашка. В отражении ей чудится взгляд Лизы, полный укоризны и ра-зо-ча-ро-ва-ни-я. Кира стискивает зубы, опираясь ладонями на раковину. Мысли в хаосе, мысли мучения причиняют. Она опять выбирает путь наименьшего сопротивления. Руки Киры дрожат, когда она медленно переворачивает бутылку, выливая водку в слив.       А потом не выдерживает – с силой кидает на пол. Горлышко, судя по звону, откололось. В дверь тут же начинают стучаться и Медведева выходит, сталкиваясь в проходе с обеспокоенной Ларисой. — Ты чего, Кир…? Что случилось? Лиза только что уехала, а ты…       Кира усмехнулась: — Ну, раз она уехала, то и я уебываю. Осторожнее с ванной – там осколки.       Сегодня её, наверное, до основания расплавит внутреннее бешенство, но гасить она его не будет. Только не алкашкой.

***

      Медведева не напиздела. Не только от Кравцовых уехала – от всех сбежала, на следующий же день ломанувшись в Нижний. Ей там спокойнее, там прошлое притаилось старой ёбанной змеей, но Кире так легче. Она скрывается в еле обставленной квартире, прячется от социума, планомерно разматывает клубок собственных нервов.       Ей ночами снится Лиза, Лиза – и только Лиза. Дебильно, правда? Кира себя презирает за слабость, за чрезмерную зацикленность. Возможно, Андрющенко права, новая блядская зависимость оформилась в голове, червячком черепную коробку прогрызая.       Обида плотно в подсознанке угнездилась, удерживая Киру от необдуманного дерьма. Её ломало, как блядского наркомана (иронично), на ебнутом желании написать Индиго, услышать её голос. Так ломало, что Медведева нахуй везде Лизу заблокала, от себя спасая, так сказать.       Проходит пять дней и дышать становится немного легче. Проработка от Розенберг дала плоды – Кира начала сожалеть о сказанном (но не сделанном). Хер знает, сколько времени она могла провести за пустыми сожалениями, но всё решил звонок. — Кира? – голос Насти в трубке взволнованный, натужный. – Кир, Индиго с тобой?! — Нет, - Медведева хмурится, ничего не понимая, - с хера ли ей… — Блядь! Бля-бля-бля… У неё в телеге кипишь какой-то, все пишут о каком-то ебаном нападении… — Что? – ахуевает Кира. — Лиза в Нижний поехала, тебя навестить хотела, - выпаливает Настя, - типо, блять… Я до неё дозвониться не могу, в канале инфа, что на Лизку напали! — Кто? – тупо спрашивает Кира, ощущая, как холодеют кончики пальцев. — Ты не знала? – голос Насти срывается. – У неё бывший – мразина конченая, на стриме своим блядским ебантеям сказанул, типо… Что её могут и подкараулить где-то. Лизка пиздец нервничала, что кто-то угрозу осуществит, и… — Где она сейчас находится? Есть фото? – перебивает Кира.       Афанасьева присылает фотку из тг-канала. Кира резко обрывает звонок, сглатывает вязкую слюну и истерично натягивает толстовку поверх домашней майки, закрывая лицо чёрной маской, а на голову накинув кепку.       Эту улицу с фото Медведева узнала, но от узнавания не легче. В голове бьётся дохуллион мыслей и, среди прочих одна превалирует: она никогда себе не простит, если с Лизой что-то случится. Никогда.       И Кира торопится. Торопится так, будто её собственная жизнь от этого зависит. Здесь пешком добежать – не особо далеко, но лёгкие наливаются паническим свинцом. Ноги становятся ватными, когда она видит полицейские машины и идёт вперед, лавируя между толпой зевак. — Гражданка, дальше нельзя, - нахмурился полицейский, стоявший на пути. — Здесь пострадала Лиза? – хрипло и безнадёжно спрашивает Кира. - Лиза Андрющенко? — Вы с чего интересуетесь? – колко спрашивает мужчина. – Родственница, подруга? — Подруга, - едва не рычит Кира. — Да, конечно, все тут подруги, - язвит мент, а Медведева себя к спокойствию призывает. Не хватало ей ещё драки. — Послушай, дядя, - ядовито цедит она, - мы действительно подруги. Серьезно, если с ней что-то произошло… Короче, кому угодно про Киру Медведевой скажите и они распорядятся меня пропустить.       Коп щурится. Маску оттягивает (Кира ему в лапу чуть не вгрызлась). — А-а, эта… - бурчит он. – Ну, ладно. Проходи.       Её заводят в комнату и коленки окончательно подгибаются. Лиза сидит там, живая и здоровая, только взгляд растерянный и на щеке кровь. Кира сама не понимает, как на коленях перед ней оказывается, до хруста сжимая чужие ладони. — Я в порядке, - тихо шепчет Лиза, - я… Правда, всё нормально. — Что случилось? Что, блять… - Кира лбом утыкается в холодные ладошки Лизы, тяжело дышит.       Пиздецки психанула. — Я… Я хотела сюрприз сделать. – признается Индиго. – Приехала, но не знала твой точный адрес. И дозвониться не смогла. В общем… Отошла в переулок, а там – какой-то ублюдок. С канала Хиккана, видимо… Узнал он меня, короче. Облить решил, а я и испугалась, решила, что кислота. Выбила бутылку у него из рук, поскользнулась, телефон разбила… Щёку рассекла. Глупо вышло. — Не глупо, - у Киры впервые за день от сердца отлегло, - совсем не… Бля, сделала ты мне сюрприз, конечно… Я чуть приступ не схватила, Лиз.       А потом на макушку упала слеза. Кира поднимает взгляд и видит, что Андрющенко вздрагивает, растирая по щекам слёзы. — Прости, прости, прости меня! Я так… Глупо поступила. Я не должна была говорить то, что сказала. — Лиз, ты не… — Я виновата, - брюнетка грустно улыбнулась, - сорвалась на тебя. Просто… Блять, тот поцелуй мне крышу сорвал, понимаешь? Мне было удобнее просто… Дружить. Словно и нет симпатии. А потом ты меня поцеловала и всё, я просто не могла забыть. Меня постоянно лихорадило. Я не хочу… Снова в это погружаться. Это я не хочу быть зависимой от чувств, от привязанности… Ты была права, когда сказала про эгоизм. — Лиза… - бессильно выдыхает Медведева, прикасаясь губами к чужим холодным ладоням.       Индиго вздрагивает и шепчет: — Я сорвалась на тебя. С Юлей поссорилась в тот день, потом ты… Мне плохо в одиночестве. Но с кем-то в отношениях – почти невыносимо. Мне не нравится… Когда кто-то нравится слишком сильно.       Лиза путалась в словах, Лиза плакала, а Кира материлась сквозь зубы, в объятия затянув её. — Ты не одна виновата, если на то пошло, - хрипло выдыхает Медведева, - я, нахуй, не должна была лезть, не разобравшись. Повело меня знатно. На тебя, блять, повело. Хочешь это зависимостью назвать – пускай, мне насрать. Вот только она обоюдная и взаимная, Лизок, а такое в приличном обществе фразой заканчивается. — Какой? – недоумевает Индиго. — Либо целуй, либо нехуй смотреть, - чётко выговаривает Кира, поймав чужой взгляд.       Лиза смеётся (у неё губа чуть треснула) и действительно целует. Легко, невесомо, слишком мягко, но неизменно опьяняюще. У Киры внутри стены города рушатся, заново выстраиваются постулаты. — Пиздец мы бедовые, - скажет она потом, смущенно приведя Лизу в свою квартиру. — Беды с башкой капитальные, - не спорит Индиго, щеголяя в рубашке Медведевой на голое тело. — Справимся? – одними губами спрашивает Кира, носом уткнувшись в изгиб Лизиной шеи, ладонями обхватывая тонкую талию. Вопрос, на самом деле, риторический. — Понадобится время, чтобы разгрести беспорядок в головах и личной жизни, - подчеркнуто строго говорит Андрющенко, - но, знаешь… К счастью, у меня есть свободное место в московской квартире. Хочешь попробовать пожить вместе?       Вместо ответа Кира стискивает ладони на бедрах. У неё список надежд похож на бесконечный поток пропущенных на телефоне. В конце концов, Кира лучше других знает: жизнь – тот ещё мешок с дерьмом, но иногда подкидывает что-то прекрасное… Или кого-то.       Ради такого, если честно, можно и выполнить обещания. Ради такой можно и поменять ёбнутые привычки прошлого.       И в одном Кира уверена точно: покуда Лиза в её объятиях, кошмары больше не проникнут во сны.