Восстание Магов. Прижатые к земле

Он бежал, бежал со всех сил, ведь его обуял ранее не ведомый ему страх. Странным образом, на подкорке своего почти затуманенного в тот момент сознания он понимал, что если его поймают, то ему конец. Он не хотел так думать, ему была противна сама мысль подобного, но его ноги сами уносили его прочь. Как, как он мог настолько испугаться, когда рядом был учитель? Всё дело было в языке их тел: это была вовсе не спокойная беседа в расслабленной обстановке, то была напряжённая дискуссия, где в любой момент одна из сторон готова была завязать бой. В соответствии с этим, все участники того разговора стояли почти что в боевых стойках: лишь одно короткое движение отделяло каждого от того, чтобы обрушить на другого сокрушительный удар. А сейчас они все, скорее всего, преследуют его! Вильгельм даже и представить боялся, что произойдет, если между ними завяжется бой. Так наивно клясться, что он всех защитит, и так трусливо бежать — в этом был он весь, всё его ничтожество, наконец, всплыло на поверхность. Если бы на его месте был Лео, то он не стал бы бояться и принял бой. Но победил бы? Вряд ли. Хоть он и стал превосходным магом, но Ви отлично понимал, что оба из них не смогли бы поднять руку на Константина. Единственным спасением была бы ситуация, при которой учитель встал на сторону ученика. Однако Ви, почему-то, сомневался, что такое произошло. Ведь если глаза тех имперских магов просто выражали полную боевую готовность и расчет, то в пучине глаз Константина Ви явно видел готовность пойти на всё, ради того, чтобы добиться победы. Таким он его еще никогда не видел. Такой его взгляд он не мог перенести. Именно эти, полные тьмы глаза прежнего ангела и отправили наутек незатейливого храбреца. Странно..., но когда Вильгельм, наконец, пришел в себя, то обнаружил, что за ним не идет никакой погони. Солнце уже начало вставать, озаряя лик Вильгельма через разбитое стекло на стене, напротив которой он сейчас, съежившись в клубок, находился. А уходивший из головы адреналиновый поток приносил всё новые и новые открытия: — Почему? Почему они не погнались за мной, если обнаружили? — в полубреду бормотал про себя Вильгельм — А я как дурак умчался за тридевять земель, хотя с самого начала не чувствовал рядом с собой чужого присутствия! Что это всё тогда было?! Окончательно взяв себя в руки, он накопил смелости и решил вернуться в приют. Он не знал, что увидит там, его мозг уже строил сотни теорий, и не одна из них не была хорошей. Волнение и страх накрепко поселились там, постоянно вызывая у него дурное предчувствие. Но, когда он вернулся на свой прежний пост, то увидел то, чего вовсе и не ожидал: всё было спокойно, всё было как прежде. Здание не было разрушено, в нем не бушевали огни битвы. Нет, то было всё то же скромное и тихое убежище, что он полюбил, в котором постоянно искал покоя. Однако одной ключевой фигуры не хватало. Он рванул обратно, уже абсолютно ничего не соображая: в его голове уже ни одна мысль не задерживалась надолго. Вместо этого он вернулся к тому состоянию адреналинового накала, желая мчаться еще быстрее, представляя, как его кожа и кости рвутся от повышенных напряжения и скорости, которой ему сейчас не хватало, как воздуха. А вместе с ним, совершенно не ведомо для него самого, мчался огромный кусок вырванной из под земли породы, из осколков которого постоянно формировались клинки. Его глаза были так напряжены, высматривая её фигуру вдалеке, что каждое их движение приносило боль. Он стал подобен неистовому быку, что поднимает пыль на своем пути в поиске чего-то столь дорого ему. — Я не позволю этому случиться! Только не снова, только не сейчас! — думал он про себя, а слова сами рвались из его глотки. Но вот, он стоит посреди огромной чистой равнины, которую сам и распахал, своими многочисленными каменными «рогами». Каждый вздох и выдох с трудом даются его телу. Его голова до сих пор машинально движется в поисках, но глаза уже ничего не видят: бесконечные волны пота и небольшая струйка крови застилают взор. Даже свои руки он не пожалел: кто только додумается рыть сквозь руины вокруг своими пальцами?! Слабость тянет его вниз, и он обрушивается на землю. Но даже находясь в сидячем положении, он не может собраться с мыслями. Если первое потрясение он, как-то еще принял и был готов встретиться с его последствиями, то вот к этому оказался совершенно не готов. Уже третий поток ринулся по его щекам: — Значит, вот какого тебе было, Лео?! — лишь нелепо вопрошая, стоял на коленях Вильгельм и глядел в небо. Он просидел в таком положении где-то с час, а затем так и заснул. Ему снился сон: он оказался на той самой свадебной церемонии Лео и Анны. Они все впятером весело и вприпрыжку мчались вперед. Но оглядываясь по сторонам, Вильгельм замечал, что уступ за уступом, и камень за камнем, кто-то из них спотыкался и отставал от других. Сначала Отто, затем Анна, сейчас Лиза..., а в конце он лишь видел, как сам слабеет и почти падает, как столь любимый и дорогой ему красный шарф теперь так и душит его и тянет к земле. Но, в конце этого сна он видит руку Лео, что тянет его к себе и поднимает со следующими словами: — Неужели и ты, меня покинешь? — хоть не его лице и была улыбка, но Вильгельм четко мог сказать, что говоря это, его друг готов был расплакаться. — Ни за что! — лишь крепче схватив руку, ответил ему Вильгельм. — Тогда, пора вставать! — вдруг он услышал её голос позади. А когда попытался обернуться, то сделал это уже в нашем измерении, а не в иллюзии из сна. Вновь взглянув пред собой, он увидел Лео, и оказался немного смущен, до сих пор не отличая сон от реальности. — Ты чего это тут спишь? Еще и в таком нелепом виде? — с непониманием задал вопрос Лео. Вильгельм не знал, что сказать. Слишком многое в один момент желало ринуться из его уст и обрушиться на Лео, но, по итогу, все слова и предложения лишь застряли где-то в горле. — Мне нужно кое-что тебе рассказать, — лишь выдавил из себя Вильгельм в ответ — Учитель, он... — Учитель? Он в опасности?! — сразу напрягся Лео. — Нет, — сказал, как отрезал Вильгельм — Но сначала нам надо кое-где укрыться. Следуй за мной. Было видно, как ошарашен оказался Лео, но он не посмел возразить другу и лишь кивнул, направившись за ним. Вильгельм завел его в подвал приюта, в то место, что раньше ассоциировалось у Лео лишь с сыростью, грязью, пылью и тьмой. Как вы уже могли понять, это место ему никогда не нравилось. Но было и еще кое-что, вызывавшее неприятный холодок по спине, но сейчас Лео даже и думать о таком забыл. Однако речи его лучшего друга вновь пробудили и вернули это дурное чувство: — Ты хочешь сказать, что наш учитель напрямую замешан во всем этом?! — искренне не веря словам своего друга и не зримо для себя повысив голос, спросил Лео — Я не поверю в подобное! Последние слова наиболее ранили их обоих: никто из них не хотел в это верить. Но если один верил, что им придется принять эту правду, то другой: — Слушай, я всё понимаю, Лиза куда-то вдруг пропала и та тайная встреча ночью, но тогда из этих двух вещей сейчас стоит беспокоиться именно о первой! Я сейчас же направлюсь и поищу любые зацепки в округе, а ты пока отдохни и соберись с мыслями, хорошо? — взволновано говорил Лео. — Значит, ты мне не веришь... — лишь измученно произнес Вильгельм. — Причем тут это?! Я всего лишь хочу сначала сконцентрироваться на том, что важно! — Она уже не вернется, сам посуди, ни Отто, ни Анна... — Замолчи! — резко и грубо прервал его Лео — Ты устал и сам не понимаешь о чем... — Тебя я туда не отпущу! — вдруг Вильгельм вцепился в руку Лео — Я не видел учителя и этих магов с того момента, а потому не знаю, что они сейчас могут затевать. Идти и копаться там одному будет опасно! — Да, о чем ты вообще?! Ты сам устроил там такой переполох, что они бы точно заметили! И кого это волнует?! В конце концов, я смогу с ними совладать. К этому я готовился — внезапно клинок возник прямо из под рукава рубашки Лео. — Значит, ты готов их... — снова впадая в апатию, произнес Вильгельм. Лео лишь отвернулся от своего друга и направился наружу. А его глаза были такими же, как и у учителя: полными решимости всепоглощающими черными дырами, в которых уже давно утонули все прежние чувства и сожаления. Один такой взгляд мог сравниться с сотней клинков, ибо бил мгновенно и пронзал насквозь. От этого взгляда Вильгельму стало вдруг так холодно и одиноко, что невольно прикрыл своё лицо шарфом, будто его обдул поток зимнего ветра, лишь невольно наблюдая, как фигура друга всё оттдоляется от него. Вернуться обратно в приют Лео смог только под самый вечер. Он так ничего и не нашел: лишь следы поисков Вильгельма. Ну и переполох он устроил. С какой-то странной горечью Лео даже сожалел, что будь и он таким безбашенным, то мог бы и найти Анну тогда. Но ни к чему сейчас было страдать из-за этого. Факт оставался фактом: Лиза и учитель куда-то пропали. И сколь долго и усердно Лео не искал бы снаружи, он не смог ничего найти. — Неужели? — лишь вопросил он про себя, как вдруг увидел знакомое лицо. — Ох, Лео, выглядишь уставшим, опять тренировался? — это был учитель, стоявший у ворот приюта, с прежней невинной улыбкой встречающий его — Но в этот раз ты, видимо, перестарался немного. Он думает, что Лео всё тут вверх дном перевернул? — А я что-то вас немного заискался, Вильгельм сказал, что вы и Лиза куда-то пропали, — пока он точно не собирался спрашивать у него про ту ночную встречу. — Лиза!? — реакция учителя на это немного сбила Лео с толку — Чёрт, не стоило мне так поздно встречать этих гостей. Константин вовсе и не намерен скрывать это? Тогда неужели то было лишь чем-то совершенно невинным, раз он не боится это открыто признавать? — О чем это вы? — смущенно спросил Лео. — Имперские маги, сам, наверное, уже понял. Они ни с того, ни с сего заявились вчера сюда, я даже и не знал, чего им надо! Оказалось, это всё была такая внезапная проверка. Ну и дурачье военное! — выпалил Константин в ответ, а затем задумался — А что если Лиза заметила их проникновение, но ей, по каким-то причинам, не удалось с ними пересечься и этим кто-то воспользовался?! — Но кто еще мог находиться на этой территории и почему эти имперские маги тогда их не обнаружили?! — Эх, стыдно признать, но наши благородные хранители вчера были не в лучшие и не в самом адекватном состоянии. Видимо, расслабились из-за того, что не видели прямой угрозы, когда наш противник действует так изощренно и скрытно! — Да что это за солдаты тогда такие?! — Ну, а кого еще могли спокойно послать на такое задание?! Ситуация приобрела совершенно иной окрас. Нужно было вернуться к Вильгельму и обо всем ему поведать. Но когда он вновь спустился в подвальные помещения, то не нашел своего друга. Признаться честно, он даже слегка заблудился и провел там слишком много времени блуждая. Хотя какая-то его часть и желала поподробнее исследовать это место. Ранее ему казалось, что здешние помещения почти не используются, однако они отнюдь не выглядели заброшенными. Вдруг в одном из помещений и вовсе загорелся свет! Может быть, Вильгельм просто решил уединиться здесь? Тогда, наверное, не стоит его тревожить, но в то же время, Лео хотел узнать, так ли это на самом деле. Если что, он в любом случае хотел сказать пару важных слов для своего друга в такой ситуации. Как только он приблизился к двери, покрытой золотым ореолом света, она внезапно распахнулась, а пред ним предстал учитель. — Лео, а ты чего тут забыл? — хоть ему и казалось, что он заметил Константина за каким-то тайным делом, но тот отреагировал совершенно спокойно — Так и не нашел друга? — Ага, кхм, видимо, я заблудился тут слегка, — смущенно попытался объясниться Лео. — Ой, ты, наверное, ни разу и не бывал тут, верно? — Да, думал, что эти помещения не используются. — Ага, как же, я тут много времени провожу вообще-то. — И чем вы здесь занимаетесь, учитель? — Занимаюсь? Не сказал бы, что у меня тут есть прямо какое-то дело или увлечение. Просто тут дополнительные складские помещения. В основном тут хранится множество уже моих вещей и вещей прежних учеников. Как-то стесняюсь просто это всё выставлять напоказ, вот и храню здесь. Сегодня Лео чувствовал себя глупее, чем когда-либо. Стоя вот так, напротив учителя и разговаривая с ним, он понимал, какой же он на самом деле еще ребёнок, что верит каждой сказке, что услышит и боится каждого шороха во тьме. — Знаете что, учитель? — обратился вдруг Лео к Константину — Никакой вы не ребёнок в теле взрослого! На самом деле, лишь благодаря вашему серьёзному, адекватному и ответственному отношению мы все смогли отлично провести время в этом приюте! Да, это были немного странные слова похвалы, но Лео просто говорил в данный момент, что думал. Что лежало у него на сердце. Но учитель почему-то опустил глаза и печально посмотрел в сторону от Лео. — Правда? — это было последнее, что он сказал, прежде чем молчаливо попрощался с Лео и отправился наверх. Глядя на него и находясь в полной растерянности, Лео лишь мог стоять и наблюдать, как учитель одиноко поднимается по ступеням вверх. Оказывается, выход был столь близко. Но видя, как изменилась походка Константина, Лео казалось, что лестницы всё отдаляются от него вместе с прежним образом учителя. — Ладно, не время еще сильнее себя загонять! — хлопнув себя по щекам, мотивировал себя Лео — Надо найти Вильгельма и рассказать ему всё! Он заглянул, казалось, во все любимые Вильгельмом места: столовая, дежурная вышка, его комната и даже за небольшую стенку снаружи. Стоя за ней, он явно чувствовал, что его друг был здесь, но раньше. Оглядывая округу в поисках, он на мгновение заметил искаженное отражение Вильгельма через наполовину разбитое стекло на стене. Оказывается, он сейчас упорно занимался внутри спортивного зала. — Ты уверен, что еще двигаться сегодня можешь? — сказал Лео, заходя со спины и накинув на покрытого потом друга полотенце. — Ну как, поговорил с Константином? — через отдышку спросил Вильгельм — Как он умудрился тебе всё объяснить? — К чему такой тон? — слегка напрягся Лео, видя что его друг до сих пор находится на взводе — Там такая дурная ситуация произошла: эти имперские маги напились и без предупреждения явились сюда, чтобы проведать нас! Ну а Лиза, вероятно, заметила их еще на подходе, но ей кто-то помешал... — Ты хоть себя самого-то слышишь? — грубо прервал его Вильгельм — Когда я их видел, они выглядели боеспособными на все сто процентов. Одно неверное движение, и жди беды. — Они военные, как никак, должны у них оставаться какие-никакие привычки поведения! — К чему же им было так напрягаться, даже инстинктивно, если они просто пришли для невинной проверки?! А с учетом того, на каком расстоянии я находился, и как точно один из них указал на меня... — теперь Вильгельм завелся не на шутку. — А с чего ты так уверен, что всё настолько четко разглядел ночью?! — в схожей мере повышая тон, отвечал Лео — Половина из того, что ты мне рассказал, строилась лишь на том, как ты прочувствовал на себеэту ситуацию! Мы больше не дети, чтобы так наивно бояться ночи, Вильгельм! — Так ты уже выбрал себе сторону? — сухо спросил, а скорее заявил лучший друг в ответ. — О каких сторонах ты вообще ведешь речь? Нам сейчас не время сориться! Враг, вполне возможно, до сих пор находится рядом, а если и нет, то определённо готовит новый удар! — Это, ты, верно говоришь, враг до сих пор рядом. А скорее, он всегда был рядом! — прокричал Вильгельм, окончательно заявляя о своей позиции в этом разговоре. — Неужели ты так хочешь видеть в нас своих врагов в такое тяжелое время, Ви?! — так же срываясь на крик, вопросил Лео в ответ. — Не смей меня так называть... — эти слова, подобно пуле вошли глубоко в грудь Лео, рождая там огромный пустотный вихрь — Лишь она могла так ко мне обращаться! А потому я не позволю такому наивному глупцу как ты произносить моё имя так! — Я думал, что ты пришел сюда, чтобы отвлечь свои мысли и выпустить весь пар — с напускным спокойствием начал говорить Лео — А оказывается, что ты уже готовился к войне! Но спешу тебя уведомить, что эта схватка сейчас идет лишь в твоей голове! На деле, ни я, ни учитель, не несем тебе вреда! Я лишь хочу достучаться до тебя, потому что и сам был в таком же положении! Лео понимал, что делает своему другу больно. Он знал, как сильно сейчас страдает Вильгельм, ведь ему куда сложнее доводилось переживать каждое такое событие из-за своей открытой натуры и привязанностей. К тому же, на этот раз его нить не просто разрезали или разорвали, её вырвали с корнем прямиком из его тела! Но неужели и Лео не чувствовал себя так же!? Как будто из его сердца пропала важная частичка? Что в день, когда он потерял Анну, что сейчас. Даже Отто откололся. Именно, нельзя давать ему сейчас подобную скидку! Они оба просто слишком сильно устали, запутались и понаговорили глупостей. Завтра, а может только через неделю или месяц, он таки остынет и сможет вести себя адекватно. Точнее, они оба придут к этому. — Всё сказал? — не меняя выражения на своем лице, произнес ему в ответ Вильгельм. И если в день первого свидания с Лизой ему удавалось сохранять подобное спокойствие с трудом, а потому оно скорее было для виду, то вот сейчас он не намерен был более ничего обсуждать с Лео. Если тот не желает его слышать, так тому и быть. Побеждать своих кумиров — это всегда непростая задача, но именно подобные пробуждали в Вильгельме его скрытый потенциал. Создать стальные клинки — легко, заставить их носиться по всему полю боя с невероятной скоростью — осуществимо. Оставалось лишь разработать собственное уникальное заклинание, чтобы совладать с уникальным боевым стилем Лео. А когда ему удастся пригвоздить того к земле, то он еще раз спросит у него, так ли сильно тот верит в своего учителя. — Я не намереваюсь тебе уступать, Вильгельм! — будто прочитав его мысли, произнес напоследок Леонард. Учитель, Вильгельм, Лиза, имперские маги — все мысли Лео были переполнены постоянными мыслями и поисками каких-никаких связей между всем этим. Он не хотел, чтобы в разговоре с Вильгельмом дошло до такого, но и хотел верить в учителя. Это, и правда, были два абсолютно противоположных полюса для него, которые одновременно притягивая его друг к другу, стремились разорвать на части его ослабшее тело и разум. И что тут тянуло его вниз — собственная слабость или нерешительность, он так и не мог понять.