love or addiction

Спина даёт о себе знать ноющей болью вдоль позвоночника, из-за чего Тэттё просыпается далеко не в лучшем настроении. Опять уснул за столом, сколько можно, разве так сложно отложить все дела, когда чувствуешь, что глаза слипаются? Видимо, сложно. На слегка дрожащих после пробуждения ногах он встаёт с поскрипывающего стула и потягивается, сонно зевая. Вдруг за дверью раздаются шаги, направляются явно в его комнату. Дверь с почти неслышным скрипом отворяется, и в комнату входит женщина около сорока лет, к которой Тэттё поворачивается и опирается на край стола, складывая руки на груди. — Ну что ж ты будешь делать, — вздыхает женщина, замечая, что Суэхиро выглядит даже не слегка, а очень сильно помято. — Опять за столом уснул, что ли? Ты же так себе всю спину искривишь. Тэттё улыбается, ничего нового. Он опять уснул на рабочем месте и наплевал на нормальный сон, а его мама — к слову, прекрасная женщина — опять отчитывает его за это. — Ма-ам, — произносит Тэттё, зевая. — Всё будет нормально, у меня даже спина не болит, — наглая ложь. Он ведь и проснулся именно от этой тягучей боли. — Это она сейчас у тебя не болит, а потом, лет через десять, двадцать, так начнёт болеть, что не будешь знать, куда деться, — женщина вздыхает, после чего подходит к сыну, обнимая его. — Ма, ты чего? — Тэттё удивлён такой безосновательной нежностью с её стороны, но принимает ласку, обнимая в ответ. Она ниже его больше, чем на десяток сантиметров, поэтому чтобы поцеловать парня в лоб ей приходится подняться на носочки. — Давай вставай, — она хлопает его по спине, а после проводит рукой вдоль позвоночника. — Нам надо серьёзно поговорить, папа ждёт тебя на кухне. Она выходит из комнаты, напоследок улыбнувшись. Сердце Тэттё пропускает один удар, он всегда боялся этих слов. Последний раз, когда они звали его с такими словами — новость о смерти его старшего брата. Этот человек был самым близким в его жизни, с Хикару он чувствовал себя собой. Ему не хотелось надевать маску, хотелось быть с ним открытым. Прошло уже три года с его смерти, а Суэхиро до сих пор каждое воскресенье ходит на могилу своего любимого брата — и как когда-то давно, когда он был десятилетним мальчиком, рассказывает обо всём. Об успехах в школе, о всяких интригах на любовном фронте, о новых знакомствах, и успехах в художественной школе. Сейчас же Тэттё лишь тускло смотрит на фото в красиво оформленной рамке, и грустно улыбается. «Зачем ты тогда сел за руль?» — всё крутится в его мыслях. Ужасные воспоминания бьют по голове, вспоминаются картины того, как в новостях показывали кровавое месиво, что осталось вместо его жизнерадостного и доброго братишки. Суэхиро машинально смахивает накатившую слезинку, и, шмыгая носом, идёт в ванную. Надо привести себя в порядок, негоже в таком виде выходить к родителям. Они не должны волноваться за него. После всех водных процедур он чувствует себя намного лучше, тёмные мысли отгоняет ледяная вода, и Тэттё, шумно вздыхая, наконец выходит к родителям. Но что-то не даёт ему покоя, кажется, что вот-вот он сядет напротив слегка взволнованного отца и  произойдёт что-то ужасное. Или уже произошло. Сердце колотится с неистовой силой, словно ещё чуть-чуть и, сломав рёбра, упадёт на холодный кафель, а за ним и бездыханное тело. Но он пересиливает необъяснимую тревогу и страх, и переступает с ноги на ногу, чувствуя, как холод от пола проходится по его телу, заставляя покрыться мурашками. Тэттё садится на заранее отодвинутый стул и глубоко вздыхает, стараясь успокоиться. Руками он впивается в колени, сжимая их до лёгкой боли и красных отметин. Отец начинает говорить, что отвлекает Суэхиро от вновь подступивших разного, не особо приятного, рода мыслей. — Тэттё, — начинает серьёзным тоном мужчина. — Тебе здесь всё нравится? Образование, жизнь… — он замолкает, смотря на недоумевающего сына. — Никто не обижает? Тэттё хмурится, это явно не то, ради чего родители позвали его, так ещё и окрестили это серьёзным разговором. — Пап, это ведь не то, о чём ты хотел поговорить, — Суэхиро кладёт руки на стол, складывая их домиком и пристально смотря отцу прямо в глаза. Что-то здесь нечисто, и это что-то не даёт ему покоя. Тэттё мельком смотрит на мать, что стоит поодаль от них, поясницей опираясь на столешницу. Её лицо выглядит взволнованно, губы поджаты. Он вновь смотрит на мужчину, новость не из слишком радостных. Он готовит себя к любому сюжету, от переезда в другой город, до, не дай боже, скорой смерти кого-то из родителей или родственников. — Ты прав, — мужчина напрягается сильнее, скулы на его лице становятся выразительней, что слегка пугает Тэттё. Что бы это ни было, он не готов это услышать. — Двадцатого августа ты переезжаешь на новое место жительства, где будешь жить пока не окончишь там школу, — на одном дыхании произносит он, одним предложением руша, казалось бы, прекрасное будущее Суэхиро. У него ведь тут друзья, учёба, он тут уже институт себе нашёл, да в конце концов девушка, с которой они планировали съехаться после окончания школы! Тэттё опускает голову, пытаясь переварить то, что сейчас сказал отец. Он ведь пошутил? Тэттё не готов уезжать из дома, где родился и вырос, он же лишается всего. В голову сразу лезут разного рода мысли: «а что если я там не приживусь?», «а если Сайона меня бросит?», «вдруг с родителями что-то случится?». Он вздрагивает, когда чувствует женскую руку, слегка сжимающую его плечо. Мама гладит его, пытаясь успокоить, и проводит рукой вниз по спине. Здесь они вряд-ли смогут обеспечить ему хорошее будущее, а перекладывать эту ношу на несовершеннолетнего ребёнка не хотят. Долгое время они сомневались, по сотне раз взвешивая все «за» и «против», но пришли к выводу, что в Европе ему будет намного легче получить образование и устроить свою жизнь. Тем более там у них есть родственники, которые с радостью приютят парня, дав всё необходимое для хорошей жизни. Тэттё вздыхает. А что если всё будет лучше и никто его не бросит? Но он ведь даже не знает, куда его отправляют… — Куда я должен поехать? — он старается быть как можно более сдержанным, что довольно сложно в такой-то ситуации. Суэхиро старается сохранять спокойное лицо, но родители знают его слишком хорошо, видя его волнение и растерянность. — Помнишь своего дядю? — говорит уже мама, садясь между ними и поворачиваясь к сыну. — Да, Мори Огай, он на похороны брата приезжал вместе с дочкой, — он закатывает глаза, пытаясь вспомнить чуть больше информации об этом человеке. Тэттё видел его нечасто, но, судя по тем редким встречам, — человек он разумный и надёжный. Да и вся родня мамина о нём хорошо откликается. Но Суэхиро всё ещё не хочет никуда ехать, он хочет остаться с родителями хотя бы до совершеннолетия, он не готов ехать настолько далеко. — Вы собрались отправить меня к нему в Швейцарию? — Тэттё констатирует факт, откидываясь на спинку стула, чёрт, он не готов! Они сообщили ему о переезде всего за два месяца до события. Что за нахер?! Он ведь даже языка нормально не знает! Ему за два месяца что-ли зубрить его? — Да, поверь, так будет лучше для твоего же будущего, — женщина берёт тёплую руку парня, в свои, более прохладные, что Суэхиро отчётливо чувствует. — С твоими знаниями тебя примут в любую школу! — она улыбается, искренне, без фальша и натянутости. По-доброму, как… мама. — А язык? Мори-сан живёт в немецкой части, а я его еле как знаю, максимум короткий диалог провести могу, — Тэттё успокаивается, слова матери внушают доверие и надежду, что, возможно, всё не так плохо, и это — очень даже хорошая идея. Но какое-то вязкое чувство тревоги не покидает его. Кажется, что там его ждёт что-то плохое, что-то, что разрушит его жизнь. Он вздрагивает, отгоняя эти мысли. — За это не переживай, репетитора мы тебе уже нашли, да и Мори-сан отлично знает японский, так что если что — он тебе поможет. — Цумуги улыбается, гладя по голове сына и мельком смотрит на мужчину, который кивает, улыбаясь женщине в ответ. — В четверг твоё первое занятие, они будут идти по часу в день: во вторник, четверг и субботу. — Ямото встаёт из-за стола и, улыбаясь, выходит с кухни.                                  *** Время до дня Х неумолимо уходило, за постоянными занятиями с репетитором, школой, и довольно редкими вылазками на свежий воздух с друзьями. Рисование он почти забросил из-за сильной нагрузки и усталости. За скетчбук и карандаш Тэттё брался уже около часа ночи, и то не больше, чем на час, потому что просто засыпал за столом. Дни пролетали словно кто-то поставил на них перемотку, мысли по поводу переезда и новой жизни заполняли его голову, не давая и вздохнуть спокойно без какой-то тревожной мысли по этому поводу.                                   *** И вот он стоит на пороге своего дома, мама крепко обнимает его, плача в плечо и сжимая шею до лёгкой боли. Отец успокаивающе гладит её по спине, хотя сам еле сдерживает подступившие слёзы, шмыгая носом. Ещё чуть-чуть и Суэхиро сам разревётся и опоздает на самолёт. Нет, он не должен подвести родителей, они ведь надеятся на него. Тяжело осознавать, что тебе придётся прожить больше года с почти незнакомыми людьми, в чужой стране, с чужим языком и чужими правилами, в дали от своих родных и близких. Но сможет ли он? Или он не выдержит и в какой-то момент купит билеты и, наплевав на всех и вся, вернётся в родной дом? Он не знает, считай, что он идёт по мутному дну, и не знает, чего ожидать: гладкого дна с песком или кучу стекла и подводных камней? Снесёт ли его течение этой вечно бушующей реки, или он её приручит, заставив идти в том течении, в котором скажет он? — Всё, мам, успокойся ты, всё будет хорошо. — Тэттё обнимает Цумуги, прижимая её к себе, мельком смотря на нервную улыбку отца. Даже он нервничает… Тэттё взволнованно прикусывает язык, вздыхая. Вдох-выдох. Всё в порядке, ничего не случится, он не разобьётся в самолёте, не сойдёт с ума в другой стране, там его никто не возненавидит. А если… — Береги себя, — вздыхая, говорит Ямото и подходит к сыну, крепко прижимая к себе, и до ушей Суэхиро доносится звук, который, казалось, он не услышит никогда. Папа… Плачет? У Тэттё подкашиваются колени от волнения и ни с того, ни с сего накатившей тревоги. — Пап… Всё хорошо? — Тэттё обеспокоенно поворачивает голову к мужчине, а тот в свою очередь кивает, наконец выпуская из объятий. Он хлопает Суэхиро по плечу и улыбается. На солнце блестят его влажные глаза и дорожки ещё не высохших слёз. Он прижимает такую же плачущую Цумуги к себе, успокаивающе гладя по плечу. Тэттё разворачивается и, сдерживая слёзы, на ватных ногах движется в сторону уже минут пять стоящего в ожидании такси. Ехать предстоит около сорока минут, и эти сорок минут он проведёт в наушниках и с скетчбуком в руках. Ну а что? Надо же как-то отвлечься. Тэттё достаёт из кармана проводные наушники, засовывая их в уши. Включает свой любимый плейлист, который часто использует для каких-то поездок, будь то полёт на отдых в самолёте, или простой автобус. Эта музыка его успокаивает, словно окутывая его пеленой, которая не даёт не самым приятным мыслям залезть ему в голову и засесть там. В голове вырисовывается образ светловолосой девушки, стоящей на фоне красивого, ветвистого дерева сакуры. Он до сих пор помнит, как в конце марта ходил с родителями на цветение этого прекрасного дерева. Было безумно красиво, он словно оказался в каком-то аниме про подростковую любовь и был там главным героем. Карандаш вырисовывает стройный силуэт, штрих за штрихом, непонятные круги и треугольники превращаются в фигуристую девушку, с прекрасными, густыми локонами. Поправлять ничего не приходится, на удивление, работа идёт как нельзя лучше и едва не в первые нравится юному художнику. С изящным деревом проблем так же не возникает, он и не замечает, как молчаливый водитель подвозит его к огромному аэропорту в Токио. Как же давно он здесь не был, уже почти полгода. Хочется вновь пройтись по любимым ресторанам и кафе, посидеть в, как всегда, заполненном людьми парке и прогуляться по улицам этого прекрасного города за руку со своей дамой сердца, которая так нагло украла его ещё в шестом классе.

***

Посадка проходит без происшествий, в самолёте спокойно, и Тэттё надеется, что такое же спокойствие будет и ближайшие семь часов, которые ему предстоит провести на борту воздушного судна. Он решает поспать, поэтому слегка опускает спинку сиденья назад, расслабляясь и наконец засыпая под какую-то очень известную песню в наушниках.

***

В Бёрн он приезжает вымотанный и уставший. Выходя из аэропорта, Тэттё наконец вдыхает полной грудью. Телефон вибрирует, и он достаёт его, открывая чат со своим дядей, от которого сообщение и было послано. Ох, это номер такси, которое должно его забрать и отвезти к самому Огаю. Суэхиро проходит к парковке, параллельно рассматривая каждую машину. О, нашёл! Из чёрного BMW со значком «TAXI» выходит приятная женщина тридцати лет и начинает говорить на немецком, приглашая Тэттё сесть на заднее сиденье, а сама берёт чемоданы в количестве двух штук и несёт их в багажник. Он думает, что эта женщина очень сильная, ведь она так спокойно поднимает чемоданы, которые он сам тащил с трудом. Поездка выходит приятной, они перекидываются парой фраз, и дальше Суэхиро наблюдает за пейзажами совершенно новой для него страны. Местность вокруг завораживает, здесь безумно красиво! Кажется, вся его галерея будет забита фотогорафиями пейзажей и растительности вокруг него.

***

Наконец-то он доехал, женщина подвозит его прямо к какому-то двухэтажному дому. Тэттё платит водителю за довольно приятную поездку и, беря чемоданы, заходит на красиво оформленный участок. Несколько не особо высоких деревьев украшают живописную качель, стоящую вдоль так называемой тропы, уложенной брусчаткой тускло алого цвета. Трава насыщенно зелёная, а забор состоит из такой же сочной зелени. Ну просто райское местечко! Дом очень красивый, похожий на дома в пригороде Йокогамы. Он невольно вспоминает родителей, они, наверное, безумно волнуются за него… Ладно, разложит вещи в новом доме и позвонит им, чтобы рассказать о том, как прошла поездка. Тэттё неловко переминается с ноги на ногу, унимая дрожь в руках и репетируя своё приветствие с дядей. Чёрт, главное не забыть всё… Но Мори понимает японский, так ведь? Значит, всё не так плохо. И вот, сглатывая вязкую слюну, он звонит в звонок и часто-часто дышит, стараясь успокоиться. Но дверь открывает совсем не его дядя, а симпатичная девушка, с нежно розовыми волосами, собранными в неаккуратный пучок. Суэхиро смущается, привезли не по тому адресу, что ли? Но девушка улыбается, распахивая двери в дом. — Здравствуй, Тэттё! Я столько наслышана о тебе! Проходи, не стесняйся, — она, неожиданно для самого Тэттё, говорит на японском, вставая боком к проходу, пропуская в дом озадаченного Суэхиро. — А… Здравствуйте, а вы..? Девушка распахивая глаза, охает. — Ох! Я совсем забыла представиться! — она вновь улыбается ещё шире, что слегка смущает Тэттё. — Я Коё, — она протягивает руку для рукопожатия, и Тэттё берёт её, слегка сжимая, неловко улыбаясь. — Коё Озаки, а теперь, — она затаскивает его в дом, вместе с двумя тяжёлыми чемоданами. — Пошли, выпьем чай? Познакомимся получше. Тэттё, улыбаясь, кивает и, оставляя чемоданы в, судя по всему, прихожей, идёт за этой приятной девушкой. Интересно, кем она приходится Огаю? Он заходит в просторную кухню и садится за стол, осматриваясь. — Ну, рассказывай, как доехал? — первой разговор начинает Коё, ставя чайник, и тянется к верхним шкафчикам, доставая оттуда довольно дорогие конфеты. Хм, производители разные, но, судя по оберткам, — конфеты, которые Суэхиро обожает, вкусные. — В принципе спокойно, правда, — морщась, Тэттё потирает слегка болящую шею, — видимо, спать в самолёте было не самой лучшей идеей. — У-у-у, не завидую тебе. Шея ещё минимум дня два болеть будет, — Коё ставит конфетницу с наполнением на стол перед юношей. — А… Кем вы приходитесь Мори-сану? — Суэхиро складывает руки на столе, разглядывая её внешность. Выглядит она очень молодо. Домработница? — Женой, — улыбается Озаки. — Женой?! — Тэттё удивляется от того, что девушка выглядит очень молодо, но при этом оказывается женой Огая, который ненамного младше его матери. — Женой, — повторяет она, выгибая бровь, так как не понимает такой странной реакции Суэхиро. — А к чему такая реакция? — Ну… — Тэттё слегка мнётся, думая, стоит ли говорить о своих мыслях ей. — Вы выглядите намного моложе Мори-сана. Коё смеётся. — Приятно слышать. На самом деле, я всего на четыре года младше Мори, — вдруг в коридоре слышится хлопок двери и детский вскрик «я дома!». Судя по всему, это Элис пришла. Коё встаёт из-за стола и идёт в коридор, после чего слышится какой-то короткий диалог на немецком, и Тэттё понимает, что Элис вряд ли понимает японский, так что стоит уже переключаться на немецкий. Он глубоко вздыхает, быстро прокручивая в голове самое базовое, что он учил с репетитором. Спустя десяток секунд в просторную кухню врывается девчонка с золотистыми волосами чуть ниже пояса, подлетает к Тэттё и крепко крепко обнимает его, залезая к нему на колени. — Тэттё! Ты наконец-то приехал! Ура! — девочка смеётся, а Тэттё с широкой улыбкой обнимает её в ответ, вставая со стула и кружась с сестрой в воздухе. Они не виделись с момента похорон Хикару, так что радость плещет через край, вызывая лёгкую усмешку у зашедшей на кухню Озаки. — Брата хоть не задуши, — девушка проходит к столешнице, доставая ещё одну кружку, Элис обожает чай, так что будет ли она — можно не спрашивать. — Мама! Почему ты не сказала, что Тэттё приедет утром?! Я бы не шла гулять! — возмущается Элис, сидя на руках у старшего брата. Да, у них разница всего в три года, но это не мешает Суэхиро таскать сестрёнку на руках и поднимать, чтобы покружить её в воздухе. — Да я сама думала, что он к приходу папы приедет, а он уже здесь, — она неловко потирает шею, зевая. Сегодня она не выспалась от слова совсем, работа на дому, конечно, хорошая идея, но Коё часто засиживается до двух-трёх часов ночи, из-за чего Огай часто ругает её за это. — Кстати, о Мори, он говорил, что уже устроил меня в школу, мне бы хоть осмотреть её перед первым сентября, — Тэттё опускает Элис на пол, после чего выпрямляется, хрустя спиной. — Ну вот как раз будет у тебя десять дней до начала учёбы, Элис сводит тебя. Осмотришься, глядишь, кого-то из своего класса встретишь, может, подружитесь, — чайник щёлкает, обращая на себя внимание людей, находящихся в помещении. — А вот и чай. — Коё улыбается и заливает чайные пакетики кипятком, наблюдая за тем, как вода приобретает коричневый окрас. День проходит совершенно спокойно, Тэттё показывают его новую, очень даже просторную комнату, и предоставляют ему возможность самому украсить её так, как нравится ему. С родителями Суэхиро созванивается меж делом, лишь предупреждая, что доехал без происшествий и встретили его очень радостно. К вечеру все вещи Тэттё уже аккуратно разложены по комнате, наконец занимая пустое пространство в ней, и давая понять, что здесь кто-то живёт. Около восьми вечера с работы приходит и Мори, который радостно обнимает племянника, приветствуя в своём — а ближайшие два года и его — доме. Весь вечер они вчетвером сидят на кухне, то и дело попивая постоянно обновляющийся чай и обсуждая всё на свете: от домашних животных, которых так хотела Элис, до специальности, на которую Тэттё собрался учиться. На самом деле он до сих пор не знал, кем хочет стать, он творческая личность, но ведь творчество не окупается? Так ему говорили родители, желающие, чтобы Тэттё шёл на адвоката, но его душа всегда лежала к разного рода творчеству. Лепка, игра на гитаре, стихи и рассказы, рукоделие, танцы, рисование — всё это Тэттё любил. Казалось, что он этим жил, но родители, хоть и понимали страсть сына к таким направлениям, но всё же настаивали на более точной профессии. А отец и вовсе поставил условие, что Суэхиро по-любому пойдёт на административные дела и отучится там, а потом уже, если захочет, то может идти, куда угодно. Тэттё не особо хотелось учится на нелюбимую специальность, но с отцом спорить бесполезно, в этом вопросе он непреклонен, и даже мать не в силах его убедить.

***

Эти десять дней пролетают словно лёгкий ветерок, оставляя после себя приятный осадок в виде тёплых и радостных воспоминаний. Вот уже первое сентября, он вместе со своей двоюродной сестрой шагает в школу, обсуждая с ней какой-то недавно вышедший фильм. Рядом с Элис волнение перед новыми одноклассниками и страх ошибиться из-за не досконального знания языка уходят на второй план. Вот они уже заходят в ворота школы, и на долю секунды Суэхиро останавливается. А что если не идти? Что будет? Нет. Он пойдёт в школу, всё будет в порядке, пора выкинуть подобного рода мысли из головы. Уже у входа в школу Тэттё делает глубокий вдох, поджимая пересохшие губы, но в миг его едва не сбивают с ног, хватая за ворот футболки. — О, о господи! Простите меня, пожалуйста! — сзади он слышит мальчишеский голос, из-за чего незамедлительно разворачивается. Перед ним предстаёт невысокий парень с белоснежными волосами и немного странной, состриженной набок чёлкой, сам, что ли, стриг? Парень неловко улыбается, переминаясь с ноги на ногу. — Вы не ушиблись? — спрашивает незнакомец, потирая шею. На самом деле Тэттё чуть не упал скорее от неожиданности, чем от самого толчка, который оказался не таким уж и сильным. — Нет, всё… — Суэхиро слегка заминается, случайно забывая, как на немецком будет «всё в порядке», чёрт, он в полной заднице. Но вдруг в его голове всплывает другая формулировка, и он оживляется. — всё хорошо, было даже не больно, эм… Я Тэттё, — парень протягивает руку своему, судя по всему, новому знакомому, который радостно жмёт её, улыбаясь уже шире, и не так глупо. — Ох, а я Ацуси! Ацуси Накадзима! Очень приятно познакомиться! А ты с какого класса? — Ацуси крепко жмёт его руку, после чего поворачивается, будто высматривая кого-то. Но вновь возвращает взгляд к Тэттё, широко улыбаясь. — 10 «А». — Так мы одноклассники? Прекрасно! — этот парень кажется очень добрым и дружелюбным, отчего Тэттё улыбается, как замечает, что сзади Накадзимы подходит длинноволосая девушка, беря того за руку, переплетая их пальцы и вопросительно смотря на Ацуси. — Кёка! Здравствуй! — парень обнимает её, после чего целует в щёку.— Знакомься, это Тэттё, оказывается, он наш новый одноклассник! Представляешь? Кёка переводит взгляд на парня, который явно выше её, и вежливо улыбается. — Приятно познакомиться, я Кёка Изуми, — спокойно проговаривает она, осматривая своего нового знакомого. — И мне, я Тэттё Суэхиро. Они обмениваются взглядами, после чего Ацуси решает взять обоих под руки, самостоятельно ведя на их этаж. Они заходят в почти пустой класс, в нём сидит ещё три человека за первыми партами, и Ацуси сажает Тэттё за последнюю парту у окна, прямо за собой. Ребята сразу находят общий язык и обсуждают многие-многие темы, иногда громко смеясь. Но вдруг в класс влетает кучка громко хохочущих подростков, чем обращают внимание всех находящихся в классе на себя. Ацуси хмурится, что замечает Суэхиро, но он не понимает такой реакции, вроде появившиеся пять подростков выглядят как нормальные ребята. Тэттё разглядывает каждого из них, подмечая, что все их вещи качественные и дорогие. Та самая шайка богачей, что ли? — Не обращайте на них внимания, — говорит Кёка, заставляя парней обратить на неё внимание. — Но почему? — Тэттё задаёт вполне логичный вопрос, на что получает ответ уже от Накадзимы. — Они не самая хорошая компания: курят, пьют, ходят слухи, что наркоту употребляют. Ещё есть слух, что именно из-за них в прошлом классе один из наших одноклассников совершил суицид, — тихо говорит Ацуси, иногда поглядывая на эту пятёрку, которые заняли задние парты, а двое светловолосых парней и вовсе залезли на них и чуть ли не разляглись там. От услышанного глаза Суэхиро округляются. — Тот парень был из бедной семьи, вот они и взяли его за мишень. Тэттё замечает, что они затихли, видимо, перешёптываются. Странно, опять накатывает необъяснимая тревога, из-за чего в горле встаёт ком. Но он ловит мимолётный взгляд и усмешку от парня с каре. Выглядит он очень даже неплохо, белоснежные волосы, кончики которых окрашены в кроваво-красный. Голубые глаза, которые красиво блестят на солнце, ну и эта лисья ухмылка. Он заметил её ещё как только этот незнакомый парень ввалился в класс на руках у другого парня с такими же, белоснежными волосами. Тэттё показалось, что они братья. Вдруг он замечает, как один из ребят направляется, судя по всему, к ним. Тэттё мельком смотрит на Кёку и Ацуси, выражение их лиц знатно смягчились, поэтому лёгкая тревога отступает. — Приветик! Ты же новенький здесь? Я Тачихара, — он неловко улыбается, протягивая руку для рукопожатия, и Тэттё, улыбаясь в ответ, сжимает её. — Я Тэттё, — начинает Суэхиро, но его перебивают, когда тянут на себя, заставляя встать со стула. — Ой! А хочешь познакомится с остальными? Я думаю, они будут не против! — Мичизу тянет парня за собой, ведя к своим друзьям, и после представляя его всем. — Итак, идиоты, — он начинает говорить, обращая внимание всех на себя. — Это Тэттё, наш новый одноклассник, и, надеюсь, что друг. Тэттё неловко улыбается, наблюдая положительную реакцию в виде улыбки у всех, кроме одного, того парня, сверкающего своими небесно-голубыми глазами. Суэхиро сразу отмечает, что у него красивые черты лица, подходящие для рисования. Кажется, он нашёл свою модель для последующих работ. — Тачи, тебе по приколу, что ли, нищебродов тащить к нам? — недовольно произносит парень, складывая руки на груди, но тут же ойкает, когда стоящая рядом девушка бьёт его по бедру, заставляя поёжиться. Она спрыгивает со стола, радостно хватая Тэттё за руку. — Не обращай на Дзёно внимания, он сегодня не в настроении, вот и плюётся своим ядом на всех, я Тэр- — С каких пор, если я не одеваюсь в дорогущие, брендовые вещи значит, что я бедный? — серьёзным тоном произносит Суэхиро, заставляя всех замолчать, ожидая реакции от самого Дзёно. — А с тех, что ты просто не можешь себе этого позволить, потому что нищий, — гордо задирая голову, отвечает он. Этот парень ему вообще не нравится, хотя причёска у него причудливая. Он лишь пробегает глазами вниз по Тэттё, фыркая. Суэхиро уже хочет возразить этому парню, но девушка, до этого стоявшая молча, начинает говорить. — Дзёно! Хватит со всеми ссориться! — кричит девушка, поворачиваясь к нему, прожигая его пристальным взглядом. Тот лишь цокает, показательно закатывая глаза. — Начнём сначала, я Тэруко, — она показывает на уже знакомого Тэттё Тачихару и стоящую рядом с ним девушку, — это Тачихара и Гин, а это, — она поворачивает голову к светловолосому парню, обнимающего Дзёно, — говно собачье. — Что?! Тэруко, ты ахуела?! — он резко вскрикивает, подбегая к Оокуре, дёргая её за одну из аккуратно завитых прядей. — Да шучу я! — она смеётся, прячась за Тэтте, — это Коля, Николай Гоголь если полностью, ну а с Дзёно ты уже знаком. Тэттё вздыхает, понимая, что это уж очень весёлая компания, и вряд ли они от него отвяжутся. Он наблюдает за Дзёно, нервно перебирающим свои пряди и смотрящим прямо Суэхиро в глаза. Под его взглядом становится не по себе, отчего Тэттё сглатывает вязкий ком и отворачивается, смотря на Тэруко и Николая, бурно о чём-то спорящих. А Дзёно слезает с парты, подходя к самому Суэхиро и, пристально всматриваясь в его янтарные глаза, словно залезает ему в душу. — Симпатичные глазки. — шепчет он, хитро улыбаясь и толкая Тэттё, выходит из класса. Кажется, сердце Тэттё начинает биться с бешеной скоростью, а по щекам расплывается заметный румянец. Ох, этот парень определённо зацепил его и забронировал место в его сердце и мыслях на ближайшие пару недель.