Из крови и пепла

*встреча президента Российской Федерации и премьера-министра Японии на нейтральной территории* — Здравствуйте, Фумио Кисида. — Здравствуйте, Владимир Владимирович, давайте перейдем к делу. Я требую немедленного вывода ваших войск с территории Японии. — Мы готовы к заключению мира, если вы отдадите мне белую книгу, я знаю, что она находится на вашей территории, мир в обмен на книгу. — Это невозможно, никто не знает где книга, даже если бы знал, я не могу отдать её, это могущественный артефакт. — Подумайте ещё раз, посчитайте все потери, которые будут получены в ходе войны. — Я уверен в своём решении, вы начали войну без особых на то причин. Я могу обвинить вас в терроризме. — Причина есть. Вы нарушили договор об обмене эсперов между нашими странами, так же ввели запрет на любые взаимоотношения между нашим нациями. Снова начали конфликт по поводу Курильских островов, которые были решены передать нам после Второй мировой войны. — Эсперы — ценный ресурс, который я не могу раздавать на право и на лево. К тому же вы уже завербовали огромное их количество. — Всё из-за нарушения договора. — Хотите войну, будет вам война. Прошло полтора года с последних переговоров между представителями обеих страх. Через полгода после начала войны, Соединённые штаты не упустили возможности пойти против России, американцы стали поставщиками оружия для Японии по очень выгодным ценам. Как и предполагал Фёдор из-за вмешательства США война затянулась. Россия потеряла сто восемьдесят тысяч человек. Решающим ударом для Японии было совместное использование сил Гончарова, Накахары и Сваровского, троих самых сильных эсперов. 10 Июня 2023 года из-за колоссальных потерь Япония решила сдаться и присоединиться к России как Японская республика. По приказу президента РФ страна переставла быть монархией, а последнего императора попросили покинуть страну, вместе со всей королевской семьёй. После войны численность организации составила тридцать тысяч человек. Достовский и Гончаров были награждены орденом «за заслуги перед отечеством», Накахара и Сваровский получили ордена Кутузова «за умелое командование и успешное выполнение боевых заданий». 20 Сентября 2022 года родилась наследница Достоевского, по велению Фёдора, девочку крестили с именем Александра, крёстными родителями стали Николай Гоголь и Белла Ахмадулина. Во время войны она оставалась под опекой Николая в поместье Достоевского. Фёдор видел её только во время крещения, поскольку не мог надолго оставлять штаб-квартиру во время войны, Дазай отлично справлялся с обязанностями Фёдора в его отсутвие. Гоголю очень нравилось заботиться о крестнице, он любил детей, Ахмадулина была более равнодушна к ребёнку и в основном находилась рядом с Дазаем. Чуя и Осаму сильно сблизились за это время, Накахара забыл обо всех переживаниях, его тело стало ещё крепче он почти полностью контролировал силу Арахабаки, его характер стал более гордым. Сваровский стал для Чуи самым настоящим другом, они проводили вместе много времени. Осаму и Фёдор стали доверять друг другу чуть больше, чем раньше, они понимали друг друга слишком хорошо. После окончания войны организация решила взять отпуск, чтобы собраться силами и приступить к следующему этапу плана Достоевского. Совет в составе Дазая, Достоевского, Гончарова, Пастернака, Ахмадулиной вернулись в Россию, в поместье Фёдора, где их встретил Гоголь с юной наследницей. Накахара вместе с Леонидом присоединяться к ним через несколько дней, им поручили привести территорию организации и остатки солдат в более менее приемлемый вид. Совет прибыл в поместье, где у дверей ждал Гоголь с ребёнком на руках. — Фе-е-едя! Ваня-я-я! Как я рад вас видеть! — он тут же подбежал к братьям и обнял их, — добро пожаловать домой! — Добрый день, Коля, мы тоже рады тебя видеть, давайте пройдём внутрь, — Фёдор зашёл в поместье, а следом за ним все остальные. Дворецкий — Роман Константинович взял их багаж и разнёс чемоданы по комнатам, после подал чай в гостиной. — Осаму, познакомься с нашей дочерью — Александрой Фёдоровной, наследницей организации и будущего России. — Привет, малышка, я твой папа, — Дазай был равнодушен к ребёнку, к тому же они не связаны кровью, но ему придется стать для него опорой, поэтому надел счастливую маску с очаровательной улыбкой. Черноволосый ребёнок протянул руку в сторону Осаму и посмотрело на него своими фиолетовыми глазами, — у нее твои глаза Фёдор, вы очень похожи. — Так и должно было быть. Коль, как твои дела, никаких проблем не возникло в моё отсутствие? Сергеевы не пытались сунуть свой нос в наши дела? — Не волнуйся, Федь, никаких проблем не было, к тому же у Сергеевых сейчас не всё гладко. — Хорошо. — Кстати, у нас сегодня будет вечеринка, надо непременно отметить ваше возвращение. —Мы устали после долгой дороги, давайте немного отдохнём, а после можно и отпраздновать, я пойду к себе и вам советую, дворецкий отведет вас в гостевые комнаты. Гончаров жил тут с детства, его комната находилась рядом с комнатой Гоголя и Достоевского. Пастернак и Ахмадулина нечасто оставались на ночь в поместье, но за ними была закреплена гостевая комната, где они могли остаться если задерживались на работе до поздна, Дазая разместили в одной из свободных комнат, но прежде провели экскурсию по поместью. Особняк был в 500 кв.м. на первом этаже располагалась гостинная, кухня, кладовая, прачечная и комната для персонала, рядом со входом была просторная лестница из орехового дерева, ведущая на второй этаж к спальным комнатам. Всего были четыре хозяйские спальни и шесть гостевых комнат с личной ванной. На третьем этаже располагался просторный кабинет для работы, библиотека и ещё одна гостиная. Ближе к вечеру все проснулись и решили собраться в гостиной на третьем этаже, Гоголь приготовил несколько привычных для русских закусок: бутерброды с красной икрой, солёные огурцы, копчёное сало и мясной рулет. Среди алкоголя была водка, самогонка Николая, коньяк, ликёр, виски, пиво и несколько сиропов для коктейлей. — Ого, Николай, да ты превзошёл себя! Такое разнообразие, даже сало успел приготовить, — Иван оглядел содержимое на столе. — Давайте напьемся как следует! — сказал Борис. — Поддерживаю, — промолвил Фёдор. — Что это за закуски, первый раз вижу что-то подобное, — поинтересовался Дазай — Попробуй, Осаму, это очень вкусно, — Фёдор сунул ему в руки бутерброд с икрой. Музыку выбирал Гоголь, она было очень разнообразной от кальянного репа до клубных треков. Дазай и Фёдор в основном сидели и много выпивали, Осаму закусывал только бутербродами с икрой и мясным рулетом, попробовать сало он не решился. Ивана с Николаем уже сильно разнесло, вместе с Борисом они экспериментировали с градусами и смешивали много всего. Не понятно откуда у Бэллы появился кокошник и пёстрый цветочный палаток на плечах, ее красная помада оставляла яркие следы на рюмках и стаканах. Неожиданно для всех включилась какая-то восточная музыка, у Гоголя растрепалась коса и он ее распустил, красивые белые локоны волнами свисали на плечи. На его бедре был повязанан пояс для танца чёрного цвета с монетками, на руках были золотые браслеты в комплекте с длинной серьгой на одно ухо. Николай стал изгибаться и двигать бёдрами как профессиональная танцовщица, все взгляды были направлены только на него, послышались аплодисменты в такт музыке, — Давай, Коля! Е-е-е-е! Фёдор даже забыл про свой стакан с коньяком, следил за каждым его движением, казалось бы, что двадцати семилетний мускулистый мужчина не может танцевать женский танец настолько завораживюще, но он был полон сюрпризов. Бэлла отыскала ещё один такой же пояс и стала повторять его движения. После окончания прекрасного танца, Николай развалился на диване рядом с Фёдором и тяжело дышал. — Ты никогда не перестаёшь меня удивлять, и когда ты научился этому, а главное где? — не выдержав своего любопытства спросил Достоевский. — За последние месяцы у меня было много времени, и я решил пересмотреть «великолепный век», ну помнишь сериал такой, мы его ещё по телеку как-то видели? — Помню-помню. — Ну-у во-о-от! Мне очень понравилось, как там девушки танцевали, решил попробовать, как тебе? — Очень понравилось, красивый танец. — Правда? Я очень рад! Для тебя старался, хотел устроить сюрприз. — Твои волосы совсем запутались, я помогу тебе их расчесать, достань расчёску. — Ах да, сейчас! — немного смущённый Гоголь быстро телепортировал расчёску из своей комнаты себе в руки, отдал брату и повернулся спиной, — ты обычно не такой тактильный. — Я истосковался по дому и по тебе, — Достоевский стал аккуратно расчёсывать запутанные пряди. — Мне было так одиноко без вас, твой ребенок настоящий ангел, такая красавица, будто твой двойник, я все время был рядом с ней. — Ну вот и всё, готово. Время уже позднее, я наверно пойду к себе, если продолжу пить, то не смогу даже стоять, а вы продолжайте веселиться, — повернувшись к супругу, он оповестил его о своём уходе. Дазай продолжал пить, он опустошил целую бутылку виски в одиночку, не оставил без внимания и другие напитки, и если честно был порядочно пьян. Банда тусовщиков проснулась только к обеду, в то время как Достоевский уже сидел в библиотеке с чашкой зелёного чая, читая «государство» у Платона. Узнав о пробуждении совета, он спустился на кухню и сказал повару подавать завтрак. Почти все уже собрались за столом, кроме Дазая и Гоголя. Достоевский подозвал к себе дворецкого и велел поторопить их. — Роман Константинович, передайте Дазаю и брату, что обед остывает, если Николай ещё лежит в постели скажите, что повар приготовил его любимое блюдо. — Будет сделано, господин, — дворецкий ушёл, через две минуты был слышан голос Гоголя, который жаловался на боль в голове, Дазай спустился вслед на ним. — Доброе утро, — Гоголь поздоровался с Фёдором и сел с боку рядом с ним, Дазай же сел во главе стола с другой стороны. — Это красный суп? Очень необычно, из чего его готовят? — поинтересовался Дазай. — Это называется борщ, суп со свеклой, тебе понравится, попробуй, — Фёдор посмотрел на супруга, подождав когда тот попробует. — Хм, вполне неплохо, у вас русских весьма своеобразная еда. — Ты быстро привыкнешь. Во сколько вы разошлись вчера? — Не помню, где то в час ночи. — У меня ужа-а-асно болит голова! Роман Константинович, принесите, какое-нибудь обезболивающие, — протянул Николай. — Не умеешь пить — не надо, хоть бы угля выпил перед тем как лечь или полисорб. — Да умею я пить, это просто ты странный, кто встаёт в семь утра после пьянки, так ещё и выглядит нормально. — Кстати да, я с ним согласен, ты выглядишь очень даже хорошо, первый раз вижу тебя таким расслабленным и домашним, — Осаму поддержал Николая. Фёдор одет по простому, но всё равно выглядел потрясающе, тот случай, когда человек красит одежду. На нём были чёрные брюки и простая незаправленная коричневая рубашка, без каких либо украшений. — Я умею заботиться о своем здоровье, в отличии от тебя, Коля. — Только не начинай, говорит тот, у кого вечные проблемы с гемоглобином. — Хорошо, давайте сменим тему. — Я получил новости от Сваровского и Накахары, у них самолёт завтра в пять утра, прибудут где-то к десяти вечера. — Отличные новости, Иван. Роман Константинович, пожалуйста подайте фермерский габа улун в библиотеку, спасибо. Дазай приходи как только закончишь с едой. Достовский сел в кресло и продолжил читать Платона, дожидаясь супруга. Через минут десять библиотечную тишину разрушил звук открывающейся двери. Фёдор отложил книгу в сторону и показал жестом сесть в соседнем кресле. — Ты что-то хотел? — Просто немного пообщаться, у меня не часто бывает такое настроение. Как тебе Россия? — Я толком её ещё и не видел, так что говорить рано, но мне определёно нравится самогонка Гоголя. Твоя библиотека прекрасна, сколько же тут книг. — Как-нибудь съездим в Петербург посмотреть достопримечательности, а пока прочти «преступление и наказание», великий роман, написанный моим предком, специально для тебя купил ее на английском языке и прочти ещё «государство», понадобится для нашей дальнейшей работы. — Хорошо, это касается революции? — Дазай спросил спокойно, но настороженно, Достоевский промолчал, лишь медленно кивнул, — Я давно заметил, что цвет глаз у Гончарова и Гоголя отличаются, но цвет волос идентичен. — Это долгая история…