You kneeled before me

      Солнце поднималось на небе всё выше. Тени укорачивались с каждым часом. Шумел город. Слуга, глубоко кланяясь, удалился, унося «дар» его невесте. Он избавился от одного источника греха, и не было смысла оставлять другой. Скоро он с Филис принесут светлые свадебные клятвы, оставив за спиной то, чему нет места в браке.       Высокие кипарисы, кажется, скоро проткнут синеву неба над людскими головами. Сладкий аромат цветущего олеандра разносится по саду. Тихое кваканье лягушек слышно со стороны пруда, затянутого кувшинками. Чистят перья птицы, покачиваясь на ветвях пинии. В тени деревьев подле воды стоят скамейки из холодного камня. Алые цветы гибискуса оставляют в воздухе нежный, вовсе незаметный среди множества иных запахов, аромат цветения. Качаются на ветру зелёные травы.       Адонис сидел, положив рядом принесенный лук, и тень от листьев падала на его лицо оставляя золотые пятна света, пробившиеся сквозь зелень деревьев. Раб сидел ещё ниже, опустившись на колени. Камушки гравия врезались в кожу, причиняя боль. Мужчина запустил пальцы в чужие волосы, убирая пряди назад, гладя юношу по голове, словно собаку. В глазах раба всё ещё плескался бесконечный океан обожания и восхищения. Жаль, что утратят они это сияние любви, если их вырвать из глазниц. Эта смесь боли и влюблённости в глазах, когда на тебя смотрят будоражит разум мужчины. Никто прежде на него так не смотрел и не будет смотреть.       — Скоро многое поменяется, — предупредил Адонис, поднимаясь на ноги и кивая на плетёную корзинку, стоящую неподалеку. — Открой и принеси мне то, что там хранится.       Раб пару секунд глядел на корзину, прежде чем встать и приблизиться к ней. Стоило юноше только поднять крышку, склонившись на ней, как чёрная лента стремительно бросилась вперёд. Змеиные клыки вонзились в шею, впрыскивая яд. От неожиданности раб нервно вскрикнул. Змея не остановилась на одном укусе, пронзая кожу зубами во второй раз уже на руке человека, по инерции пытающегося схватить причину своей скорой гибели. Чёрная лента стремительно бросилась в кусты, пытаясь ускользнуть меж травинок. Но Адонису незачем иметь такое опасное существо в своём саду. Стремительно вскинув лук, мужчина выпустил стрелу, так хорошо вошедшую в голову, прибивая её к земле. Опасная эта змея, привезённая из пустынных земель, что раскинулись за морем. И нет у раба шанса спастись, сколько ни зажимай шею рукой. Жгучая боль разливается по телу от мест укуса. Тело слабеет, ускользает разум, а сердце ускоряет свой темп. Кровоточат следы от укусов змеи, покуда кожа вокруг наливается тёмным цветом — отмирает от яда. В глазах раба страх. Страх смерти. Стремительно поворачивается он к господину. Но видит лишь улыбку на лице и пугающее удовольствие во взгляде мужчины. Бросается раб к ногам Адониса, пока в глазах появляется серость тумана.       — Я никому не доверяю свои тайны, даже немым, — откидывая раба ногой назад, мужчина разворачивается и уходит, оставляя юношу одного в саду умирать, подтянув колени к груди.       Медленно шагает к своему дому Адонис, высоко подняв голову, покуда в него почти врезается старый управляющий. Глубоко склонившись, доносит он до господина, что Филис пожаловала и ожидает встречи с женихом своим. Адонис знал, что так будет, поэтому отправился к ждущей его невесте. Но лишь он один «рад» этой встрече. Девушка перед ним пусть и сохраняет спокойствие на лице, но буквально источает ярость. Светлые волосы в высокой причёске с венком из золотых листьев. Пальцы нервно сжимают рукоятку веера, словно пытаясь её переломить. Хитон с дорогой вышивкой явно был надет в спешке и был первым, что попалось ей под руку. В серых, почти бесцветных глазах Филис горело пламя ярости. Пусть она и ниже его почти на голову, но всё же удается ей глядеть на Адониса сверху вниз.       — Ты получила мой подарок, я вижу, — проходя в комнату, замечает Адонис скучающим тоном.       — Убийца, — «приветствует» жениха девушка, стремительно шагая к нему, словно прямо сейчас позволит себе ударить его. — Почему над вами ещё не разверзлось небо за ваши деяния? Почему боги ещё хранят вашу душу?       Адонис лишь склонил голову в сторону. Нет ничего нового в словах девушки, в её криках ненависти — слышал он это много раз. Лишь усмехнулся мужчина, отрицательно мотая головой, вспоминая любовника Филис, что уже мёртв. Хаджар считал девушку слабым и хрупким цветком, но это лишь внешний облик. Филис была «сильнее» многих, с кем встречался на своём пути Адонис. Но чем крепче стержень внутри человека, тем будет приятнее ломать его. За обликом прекрасной нимфы скрывалась опасная гарпия, что сейчас разошлась, как буря над морем.       — Я ненавижу вас. Вам так нравится мучать людей? — до треска сжимая дерево веера, продолжала вопрошать Филис с ненавистью в голосе.       — Эта ничтожная шавка пророчила, что ты будешь меня ненавидеть, — заметил Адонис, награждая невесту смеющимся взглядом, внутри которого легко можно рассмотреть опасность.       Глаза Филис заволокло темной серостью вечернего неба. Тонкая рука с браслетом, что так легко болтался на запястье, медленно поднялась для удара. Девушка плотно сжала губы, опуская руку для пощечины. Но Адонис был быстрее. Сжал женскую руку со всей силы, заставляя невесту протяжно скулить от боли. Рванув Филис на себя, Адонис произнёс ответ сквозь зубы, заглядывая в глаза девушки, что напитывались страхом. Не беспокоился он о том, что у неё останутся фиолетовые синяки.       — Жаль, я не мог наблюдать за открытием моего подарка. Видеть отчаянье на твоём лице, — хищно улыбаясь, заметил Адонис, опасно нависая над невестой. — Можешь ненавидеть меня сколько угодно — мне не нужна твоя любовь. Сегодня вечером ты станешь моей.       Оттолкнув девушку назад, Адонис направился к лестнице на второй этаж, явно показывая, что их разговор завершён. Губы Филис мелко дрожали, пока она пыталась не заплакать, запрокидывая голову. Часто моргая, чтобы не дать Адонису то, чего он хотел — слёз, девушка спешно покинула дом жениха. Адонис был прав. Предстоит ей этой ночью войти в этот дом и стать его хозяйкой. Свадебный наряд уже готов, только предстоит ей выбрать новые украшения, чтобы скрыть синие отметины от чужих пальцев на запястье. Солнце клонится к горизонту. Зажигаются огни в домах, чтобы разогнать ночную тьму. Только больше никогда не зажгутся огни надежды двух людей. Людей, чьи жизни оказались разрушены.