Хвост любви не помеха

      Утро в гостинице началось с тихого стона. Это Цзян Чен поднимался, держась за голову. Воспоминания о прошлом вечере были путаными, но одно парень помнил четко: как прижался губами к Сичэню. Собственно, что произошло после, память выдавать отказывалась. В нос страдающему от похмелья проник знакомый запах, что ассоциировался у Чена исключительно с морем, которое тот на самом деле любил. Кровь прилила к шее. От осознания совершенного парень завалился обратно лицом в подушку. Пролежав так минут пять, он тяжело вздохнул, поднял гудящую многострадальную часть тела и стал думать о произошедшем. Просидев еще пару минут со стеклянным взглядом и алыми щеками, Чен в итоге решил прикинуться валенком, если Сичэнь разозлится при встрече. «Ну а если нет, то я не против и повторить», - мелькнула мысль, и только успокоившиеся щеки снова запылали. Приступ смущения прервала мигрень, чем заставила мужчину покинуть ложе и отправиться за разъяснениями. Через несколько секунд Цзян Чен уже читал оставленную Ланем записку. От ее содержимого почему-то становилось тепло на душе. «Напоминает маму», - с меланхолией и теплом подумал Цзян и, поддавшись внезапному порыву, аккуратно сложил клочок бумаги, поместив прямоугольничек между купюрами в кошельке. Добравшись до своего телефона, он глянул на часы, кивнул, и отправился в душ: до времени выселения оставалось около часа, а делать все в последнюю минуту Чен не любил.

***

      Тем временем Лань Сичэнь готовил завтрак и думал, как реагировать при встрече со смутьяном, укравшим его первый поцелуй. То, что она состоится, знали оба. Вопрос был в том, вспомнит ли вообще затейник свою выходку, а если вспомнит, то непонятно, как отреагирует. Едва не спалив омлет, что для него не было характерно, парень со вздохом решил не поднимать вопрос, а дождаться реакции соучастника, попутно погрузившись в размышления о том, как все может сложиться, если случившееся не было простой ошибкой, совершенной по пьяни. Однако от сладостных мечтаний, вывалившихся из-за пробитой плотины под названием «воспитание», Сичэня оторвала вода, случайно попавшая на подбородок: слишком сильно он задумался, пока запивал получившееся солоноватым блюдо. Через несколько секунд появился хвост, и парень едва не упал, сумев чудом вовремя уцепиться руками за стол и удержать равновесие. Ситуация, будто ушат воды из проруби, окатила тритона, и он прошептал:       - Как жаль, что пока я такой, то все это остается только моими фантазиями…       Со вздохом высушившись магией, он встал на обе ноги и направился к посудомоечной машине: даже такое простое действие как помывка посуды из-за превращения становилось для Ланя невозможным.       До конца золотой недели оставалось не так уж и много дней.

***

      Осень сменилась ранней зимой. Ночи стали холоднее, но снег не спешил укрывать промерзшую землю своим полотном. За прошедшее время мало что поменялось: Цю Сюэ продолжала тихонько сватать своих теперь уже друзей, а те старательно притворялись, что все осталось прежним. Вот только что один, что другой заливались румянцем при мыслях друг о друге, когда никто не видел. На работе оба парня строго соблюдали деловую этику, не собираясь нарушать банальный этикет, а вне офиса компания собиралась не то чтобы часто. Наедине же Цзян Чен и Лань Сичэнь не остались ни разу, боясь возможной негативной развязки, как огня посреди сухостоя.       Приближалось католическое Рождество. Пусть в Китае оно и не имело такой долгой традиции, как в Европе, но праздник молодое поколение любило отмечать, руководствуясь леммой «чем больше поводов для веселья, тем счастливее проходит жизнь». Да и проигнорировать убранство магазинов было очень сложно. Именно напротив одной из витрин и стоял Лань, разглядывая веселые свитера с характерным орнаментом. В голове парня проносилось множество мыслей, и одна из них касалась приглашения подруги отпраздновать дату где-нибудь в городе. Он был уверен, что та пригласила и Цзян Чена, а значит покой будет только сниться. Следовало купить подарки, и если с Цю Сюэ было легко, то вот что принести Чену, Сичэнь представлял так себе. Оттого и стоял, рассматривая потенциальные варианты для подарка. Благодаря осеннему происшествию он знал размер Цзяна. Вообще изначально тритон планировал подарить канцелярию, но решил, что такой подарок излишне официален, да и образ Цзян Чена в повседневной одежде все никак не уходил из головы. Что-то для себя решив, парень кивнул и зашел внутрь. Через довольно продолжительный промежуток времени он вышел оттуда с небольшим красивым пакетом, внутри которого лежал заботливо сложенный продавцом алый свитер с белым геометрическим орнаментом (от смешных оленей пришлось отказаться). Для Цю Сюэ Лань уже купил красивый обруч для волос, так как девушка носила короткую стрижку и частенько жаловалась, что пряди падают на лицо почти в любой ситуации.       За день до встречи Цю Сюэ сообщила место. Ее голос немного сел, но девушка утверждала, что все в порядке. Действительно, оказалось, что предполагалось собраться втроем. Однако утром двадцать четвертого декабря на телефон пришло сообщение: «Поднялась температура...Т_Т…Я не смогу прийти. Повеселитесь за меня тоже!» Это произошло, когда Цзян Чен только встал и степенно чистил зубы, поэтому непроизвольно подавился пастой. Ситуация, которую оба парня тщательно избегали, встала в полный рост. «Ну что же, бегать от препятствий совсем не по мне», - подумал мужчина и, ответив сразу за двоих, пожелал девушке скорейшего выздоровления.       Тем временем Лань Сичэнь сидел за завтраком и паниковал внутри, но в итоге смирился. Вечером дуэт должен был встретиться напротив довольно прикольной кофейни, где заранее был забронирован столик. Шагая по оживленной улице, где прохожие за собой оставляли легкий след из пара, Лань с непонятно откуда накатившей радостью смотрел по сторонам, пока взгляд не выцепил слишком хорошо знакомую фигуру: высокий Цзян Чен стоял перед кофейней, укутавшись в фиолетовый шарф поверх длинного черного теплого пальто. Солнце уже давно закатилось за горизонт, поэтому тротуар освещали теплым желтоватым цветом фонари. Их свет только украшал застывший силуэт. От красоты у Сичэня на секунду перехватило дыхание, но, вспомнив о холоде, парень двинулся вперед.       Через пару минут они уже сидели за отделенным от остальных посетителей праздничными ширмами столиком и заказывали кофе и не только. При этом оба тщательно старались не смотреть в глаза друг другу.