Полной грудью

20 марта 1999 года. Драко всё чаще проводил время в одиночестве на Астрономической Башне, чтобы не сталкиваться с Асторией или еще чего хуже наблюдать Голдстейна и Грейнджер. Вообще-то Малфой считал это своеобразным наказанием, он понимал, что их отношения не могли заканчиваться поцелуями, особенно, видя довольное лицо когтевранца, но если это - цена её счастья, то он согласен. Он был согласен на всё, что угодно, лишь бы она была счастлива, кажется, она была единственным человеком, которому он позволил бы это. Драко быстро заметил, как часто они проводили время в их гостиной и затем поднимались в её спальню. Они всегда накладывали заглушку, но он не был идиотом и догадывался, что там происходит, каждый раз он уходил из Башни и поднимался в своё безопасное место - на Астрономическую Башню. Его кулаки были избиты в кровь, а под глазами появились синяки от бессонных ночей. Даже после того, как он оборвал любые отношения с Грейнджер, Люциус регулярно отправлял ему письма, в которых постоянно угрожал Гермионе за его малейшую провинность. Малфой-старший, казалось, совсем обезумел, раз всё чаще подозревал сына в подготовке своеобразной диверсии или бунте. Каждые выходные слизеринец уходил из школы в Малфой Мэнор, он старался не сталкиваться там с отцом, а проводил время в своей комнате или библиотеке. Он постоянно напивался, чтобы забыться и хоть как-то скоротать выходные, которые стали походить на день сурка. Нарцисса видела, что её сын изменился, хоть она и была согласна с решением мужа, но видеть Драко таким ей было больно. В очередной день он лежал на кровати в своей спальне и смотрел в потолок, не притронувшись к ужину, который эльфы заботливо принесли в его комнату, по приказу миссис Малфой. Дверь открылась и в комнате появилась стройная фигура Нарциссы. Она прочистила горло и начала разговор. - Драко, сынок, тебе нездоровится? - Нежный голос матери был тихим, будто даже осторожным. - Я в порядке, мама. - Сухо произнес он. - Драко, это из-за свадьбы? - Нарцисса села рядом с ним на кровать. - Астория прекрасная партия, тебе не стоит волноваться. - Я в порядке. - С большим раздражением сказал он. - Мы с твоим отцом поженились в таком же возрасте, Астория воспитана, умна и красива, тебе повезло. - Невозмутимо продолжала женщина. - Выйди из моей комнаты. - Прошипел он. - Что ты сказал? - Не веря переспросила Нарцисса. - Выйди. Из. Моей. Комнаты. - Каждое слово он выплёвывал как яд. - Не смей поднимать на меня голос, юноша! - А ты не смей говорить о том, как мне повезло, когда вы даже понятия не имеете какого это всё! - Рявкнул он, приподнимаясь с кровати. - Каждый раз вы с отцом решаете всё за меня, даже не поинтересовавшись, чего хочу я! Салазар, у вас еще хватает наглости вести себя так, будто вы действительно заботитесь обо мне, а не о себе или нашей чёртовой фамилии. - Драко, мы вынуждены так поступать, потому что ты связался с этой девчонкой! Это была мера, которую мы должны были принять, раз ты собственноручно решил испортить себе жизнь! - Идите к чёрту, оба. Да я лучше запущу себе Аваду, лишь бы не жениться на Гринграсс. - Усмехнулся он. - Не говори так. - Дрожащим голосом проговорила Нарцисса. - А вам не плевать? - Выплюнул он и усмехнулся. - Я умираю без неё. Я умираю, мама. Так лучше я умру быстрее, чтобы это наконец закончилось. - Перестань так говорить! - Вскрикнула женщина. - Не смей! Не смей говорить, о смерти! Я уже однажды тебя чуть не потеряла! - Тогда ты можешь представить, что чувствую я! - Проревел он. - Вот, что я чувствую! Будто кусок меня просто вырвали и пытаются поместить что-то инородное, приговаривая, что так будет лучше. А знаешь, лучше бы я сдох во время получения метки или во время войны, чем жить вот так... Лучше бы Белла запытала меня Круциатусом или эльфы не вовремя дали зелье после тренировок с кем-то из Пожирателей, потому что то, что происходит сейчас хуже. Драко ненавидел себя за то, как он сейчас вел себя с матерью. Она не заслужила всё это, она просто не понимала, что всё то, что им твердили про маглорожденных полнейший бред. Она не знала Грейнджер, не знала, какого это видеть её настоящую: восхищаться её силой и одновременно хрупкостью, поражаться её уму и упорству, тому как она вписывалась в волшебное сообщество, побольше многих чистокровных волшебников. Может когда-то Нарцисса и смогла бы понять, но разве он мог винить мать за это? Драко встал с кровати и призвал из шкафа бутылку огневиски, он взял мантию и хотел выйти из комнаты, когда услышал голос матери. - Ты действительно любишь её? - Пожалуйста, не делай вид, что тебе есть до этого дело. - Хрипло ответил он. Он вышел из спальни и спустился в библиотеку, зная, что в это время она будет точно свободна. Он наколдовал себе стакан и наполнил его, оставаясь наедине со своими мыслями. Он не питал иллюзий, что их разговор с матерью что-нибудь изменит. Даже после войны Люциус и Нарцисса относились к маглорождённым свысока, что уж говорить об отношениях собственного сына с одной из них. Тем более, когда речь идет о Гермионе Грейнджер. Хоть родители и обещали, что он сам сможет выбрать себе невесту, но видимо, он слишком разозлил отца, раз тот в одно мгновение договорился о его свадьбе с Гринграсс. Если бы не Грейнджер, то он скорее всего был бы не против жениться на Астории, более того, он бы сам её выбрал, если бы не понял, какого это любить по-настоящему. Он не хотел вновь нарываться на разговоры с матерью, его страшно раздражало её поведение и притворная забота, а грубить ей ещё больше он просто не мог. Драко любил мать, она любила его тоже, какой бы странной не была эта любовь. Отец относился к нему, как к будущему наследнику, с которого постоянно требовал соответствовать его личным идеалам, которые далеко не всегда были близки Драко. Пожалуй, его всегда устраивало такое положение вещей, правда всё это было задолго до того, как в его жизни всё поменялось с приходом Грейнджер. Сейчас он бы отдал всё, лишь бы лишиться груза фамилии и статуса, он бы отдал всё, ради того, чтобы провести жизнь рядом с ней, как бы эгоистично это не было.

***

Нарцисса нашла мужа в его кабинете, он читал книгу и не сразу заметил жену в комнате. Женщина прокашлялась и Люциус поднял взгляд на жену, искренне не понимая её встревоженный вид. - Что-то случилось? - Я бы хотела поговорить. - Серьезно сказала женщина. Аристократическое воспитание не позволяло Нарциссе проявлять излишнюю эмоциональность, пусть даже некоторое время назад она провела очередной безуспешный разговор с собственным сыном. Хотя вряд ли их перебранку можно было назвать разговором. Мужчина отложил книгу в сторону и указал рукой на рядом стоящее кресло. Нарцисса присела и призвала стакан, наполнив его водой, она сделала пару глотков и начала разговор, который явно разозлит мужа. - Драко... Я переживаю, Люциус, мне кажется, мы поспешили со свадьбой. - Что за вздор, Цисси! - Раздраженно выплюнул Люциус. - Он давно не маленький мальчик, хватит с ним сюсюкаться. Во имя Салазара, ты носишься с ним, как с мальчишкой, который не в силах подтереть себе слюни! Драко уже вырос, Нарцисса, он должен вести себя, как истинный наследник, как Малфой, а не как девчонка, которая прячется за подолом матери! Пусть подберет сопли и вырастет наконец. - Дорогой, но он мой сын, я вижу, что он разбит. Он сломлен, я не видела его таким со времён... Ты знаешь с каких времён. - Она тяжело вздохнула видя, как хмурится Люциус. - Ничего, уверен, что спустя время всё наладится. Это просто очередной бунт. Или ты что, хочешь, чтобы наш сын так и оставался между ног этой грязнокровки?! - Он выплюнул это так будто даже слова были грязными. - Нет, Люциус, конечно, нет! - Поспешила пояснить миссис Малфой. - Просто может быть мы должны дать им время привыкнуть друг к другу, а не гнать под венец? - И что из этого выйдет? Пусть привыкают после замужества. Малфои не изменяют, Нарцисса, не забывай, это будет хорошим стимулом. Ему нужно смириться, тем более, Астория - хороший вариант. - Люциус, он пьёт, он напивается в библиотеке вот уже которые выходные. Я не могу больше видеть его страдания! - Это всё твоё воспитание, Цисси! Он слишком избалован. - Махнул рукой мужчина, искренне не понимая беспокойство жены. - Они поженятся и все эти мысли уйдут из головы. - Люциус, а если нет? Если наш сын никогда не будет счастлив с этой девушкой? Что если на этом закончится род Малфоев? Ты готов этим рискнуть? - И что ты предлагаешь? - Недовольно спросил мужчина. - Я предлагаю выслушать его. Он наш сын, я хочу видеть его счастливым. - Сейчас он скажет, что хочет быть с той девчонкой, ты и сама это знаешь. - Выплюнул Малфой-старший. - Я не позволю очернить свою фамилию связью с этой грязнокровкой! - Дорогой, наш сын и Астория не станут ближе, даже если их запереть в одной комнате на год! Они возненавидят друг друга, если мы будем и дальше давить, а это не приведет ни к чему хорошему. - Нарцисса, повторю, что ты предлагаешь?! - Отложи свадьбу. - Нет! - Люциус, мы допустили много ошибок в жизни нашего сына. Я не позволю тебе испортить ему жизнь скорым браком с девушкой, которую он не любит. Ты видел, что происходит с парами, которые поженились без чувств. Вспомни Ноттов, Теодор вырос в нашем доме, потому что никогда не видел любви в своём! А Блейз, он же делал всё, лишь бы не оставаться с матерью и её очередным мужем! Наш сын возненавидит нас! А его дети? Будут ли вообще у него наследники, если он будет ненавидеть свою жену? - Нарцисса, не драматизируй, он поймёт, что мы делаем лучше для него. - Закатил глаза мужчина. - Такие браки заключаются вот уже много веков, он привыкнет. - Ты всегда говорил, что делаешь всё для семьи, но сейчас, я против! Я не позволю женить его на Астории, если он этого не хочет! - А если он решит жениться на грязнокровке? Что тогда, Нарцисса? - Он не посмеет. Я знаю, что ты угрозами заставил его согласиться на помолвку. - Сухо произнесла женщина. - Всё останется, как и прежде, он не будет с мисс Грейнджер, а она останется жива. Я прошу лишь одного - время. Время пока он забудет эту девушку, может отправиться учиться, найдёт достойную партию и женится, когда сам посчитает нужным. - А что прикажешь делать с Гринграсс? - Раздражено протянул он. Каким бы черствым Люциус Малфой не был, он любил жену и сына и действительно считал, что делал в своей жизни все ради семьи. И будь он проклят, если не видел насколько его план относительного будущего семьи местами был небезупречен. - Я слышала о том, что в их семье есть родовое проклятье, о котором они умолчали. Это станет хорошей причиной для отмены свадьбы. Даже если это неправда, их семья скомпроментирована, они не станут спорить, если хотят выдать замуж Дафну и Асторию за достойных мужчин. - Спокойно произнесла миссис Малфой. - Люциус, это будет правильное решение, мы уже однажды подвели нашего сына. - Хорошо. - Мистер Малфой накрыл ладонью руку жены и прикрыл глаза. - Я думаю, что это возможный вариант. Я завтра же поговорю с отцом Астории. А сейчас, можешь рассказать Драко, но если он не примет наши условия, тогда свадьба состоится. - Хорошо, я поговорю с ним прямо сейчас.

***

Нарцисса нашла сына в библиотеке, который уже успел опустошить бутылку огневиски. Она тяжело вздохнула и подошла к Драко, присев рядом на корточки, надеясь, что он действительно услышит то, что она хочет сказать. - Дорогой, тебе не стоит пить так много. - Тихо проговорила женщина. Она провела рукой по его щеке и в груди защемило. - Я хочу с тобой поговорить, мне нужно, чтобы ты меня внимательно выслушал. - Что ещё я должен сделать, мама? - Хмыкнул он. - Твой отец согласен отменить свадьбу. - Она поймала на себе взгляд сына, который мгновенно просветлел. - Но с одним условием. - Конечно, кто бы сомневался, что никаких условий не будет. - Усмехнулся он. - Драко, пожалуйста, дай мне закончить. - Серьезно сказала Нарцисса. - Он согласен отменить свадьбу и помолвку. Ты отправишься учиться, найдёшь своё призвание в жизни, а потом, когда будешь готов, сам выберешь себе жену. - Воодушевленно сказала женщина. - Чистокровную ведьму, естественно. - Чуть тише сказала она. - Но условия на счёт мисс Грейнджер остаются прежними. Только в этом случае, он всё отменит. - Хорошо. - Бесцветно сказал он. - Ты согласен? - Всё лучше, чем жениться на Гринграсс в восемнадцать. - Хмыкнул Драко. - Я хочу уехать. Я сдам все экзамены досрочно, мой испытательный срок подходит к концу и поэтому, я могу уехать из Лондона. Я уеду во Францию, куда угодно, лишь бы больше не находиться здесь. Куда угодно, чтобы не видеть её. - Хорошо, я передам отцу твоё решение. Женщина встала и прошла к выходу из библиотеки, когда её окликнул Драко. - Мама? - Она обернулась. - Спасибо. - Тихо сказал юноша. Конечно, едва ли это было радостной новостью, но это было лучше, чем скорая свадьба с Асторией. Он много думал этой ночью. Думал о том, какой его жизнь будет вдали от Грейнджер, как он будет дышать, зная, что рядом нет её, что в воздухе больше не витает её аромат. Какого это будет узнать, что она вышла замуж, счастлива в браке с Голдстейном или Уизли, или любым другим недотепой. Какого будет знать, что у него был шанс, который он упустил? С каждым новым витком мысли его захлёстывала всё большая ярость. Он отправил сову Макгонагалл в эту же ночь, попросив досрочную сдачу ЖАБА для поступления в магловский университет во Францию. Он быстро принял для себя такое решение, он решительно хотел быть менее похожим на Люциуса, а возможно, хотел сделать это ему назло. Он вернулся в свою спальню и приняв душ улегся в постель, проваливаясь в сон. Ночью ему снилась Гермиона. Снилась её улыбка и смех, снилось их невозможное будущее, они жили вместе в небольшом доме, разительно отличающегося от Мэнора. Они были счастливы, он был уверен, что со стороны он глупо улыбался своему сну. Это в последний раз. Я люблю тебя.

***

9 апреля 1999 года. Гермиона не сразу поняла, что в отношениях Малфоя и Гринграсс что-то изменилось. Девушка старалась не смотреть в их сторону, ведь тогда окружающие могли заметить то, как именно она смотрит на них. Ведь она до сих пор не понимала, что случилось той ночью, когда Драко и Астория объявили о помолвке, но сейчас что-то изменилось. Они больше не целовались в Большом Зале, практически не находились вместе в коридорах, а спустя время до девушки дошли слухи о их разрыве. Гриффиндорка надеялась, что хотя бы теперь слизеринец объяснит всё, что случилось между ними, но его отношение к ней никак не изменилось. Он всё так же избегал её общества и появлялся в их Башне только ближе к ночи, не говоря ей ни слова. Почему ты так поступаешь, Драко? Энтони стал иногда проводить ночи в её спальне, сначала это было неловко, но спустя время его забота и нежность сделали своё и Гермиона смогла расслабиться. Гриффиндорка не знала любит ли она Энтони, но она определённо испытывала к нему нежность и симпатию, он был дорог ей. Однако иногда, ей, всё же, было стыдно перед ним, ведь Голдстейн испытывал к ней куда большие чувства, чем она. Гермиона надеялась, что ей просто нужно время, хотя где-то в глубине души понимала, что это не так. Она случайно узнала, что Малфой попросил досрочную сдачу экзаменов. А потом Пэнси обмолвилась, что он продолжит обучение во Франции. Её сердце разрывалось от мысли о том, что она больше его не увидит, поэтому она решила во что бы то не стало поговорить с ним. Гермиона не знала, что ему сказать, надеясь, что слова сами придут в момент, когда они останутся наедине. В одну из ночей она ждала его прихода в его спальне, чтобы он не смог пройти мимо, а если попытается, то она точно пойдёт за ним. Было около полуночи, когда она услышала шаги на лестнице, дверь в комнату открылась и он замер, не заходя внутрь. - Ты перепутала спальни? - Сухо спросил он, закрываясь окклюменцией. В нос ударил сладкий аромат духов Грейнджер или какого-то лосьона для тела, которым она пользовалась после душа. Где-то внутри неприятно защемило осознание того, что, возможно, он последний раз чувствует этот аромат. - Ты так и не сказал бы мне о том, что уезжаешь? - Не видел смысла. - Пожал плечами блондин, входя в спальню. - Учебный год подходит к концу, уверен, ты блестяще справишься с обязанностями одна. Тем более, что Голдстейн всегда будет рад тебе помочь. А теперь прости, я устал. - Я не уйду. - С вызовом сказала она. - Грейнджер... - Гулко выдохнул он. - Разве Голдстейн не ждёт тебя в кровати? Что ты ему скажешь, если он заметит золотую девочку у спальни другого? - Драко, что случилось? - Не слушая его спросила девушка. - Почему ты уезжаешь? - Хочу продолжить обучение во Франции. Всегда любил Париж. - Усмехнулся он. - Не помню, чтобы должен был с тобой обсуждать все свои решения. Не хочу видеть тебя с другими, Грейнджер, как ты не понимаешь. Не хочу видеть, как ты счастлива без меня. Я эгоист, чёртов эгоист и слабак, который никогда не сделает тебя счастливой. - Почему ты собирался жениться на Астории? - Слёзы предательски навернулись на глаза. - Ты был со мной, мы были счастливы. Я видела, что ты был искренним. Ты был счастлив, Драко. А потом ты просто оставил меня. - Голос дрожал и ей требовалось не мало сил, чтобы сдержать слёзы. - Тебе лучше уйти. - Он почувствовал, как она своими вопросами бьёт в его стены. - Я не уйду, пока ты не ответишь. - Я должен был это сделать, Грейнджер, как вижу, ты счастлива, не хочу больше занимать твои мысли, поверь, я как никогда счастлив за тебя и Голдстейна. Он хотя бы не такой идиот как Уизел. - Драко, ты любишь меня? Да, конечно да, блять, и всегда буду! Он тяжело вздохнул и сделал к ней шаг, собрав все силы. Он не хотел делать ей больнее, и, наверное, было бы лучше объясниться перед отъездом, но он не знал, что сказать. Как вообще можно объяснить, что всю ту боль, что он принес ей, он сделал ради её блага? - Я не люблю тебя. Хочешь ещё что-то спросить? Или уже наконец оставишь меня в покое? - С показным равнодушием сказал он. - Я тебе не верю. Опусти стены и скажи мне это снова в глаза. - Попросила Гермиона. Он не был уверен, что сможет. Как можно солгать человеку, которого любишь? Он не мог смотреть спокойно на то, как она стоит здесь в его комнате со слезами на глазах, как просит сказать о своих чувствах. Но если он скажет ей правду, о том как сильно любит, о том, что всегда будет любит, то может сделать ей больнее. Она ведь не сможет сдаться, а он не сможет что-то изменить. - Я люблю тебя, Драко, а ты? - Повторила гриффиндорка. - А я нет. - Он опустил стены и сказал это сдавленным голосом. Он был не уверен, вышло ли это правдоподобно, но, судя по надвинувшимся на глаза девушки слёзы, она поверила. - Это неправда. - Дрожащим голосом сказала она. - Это не может быть так. - Она замотала головой будто пытаясь откинуть мысли прочь. - Ты не мог разлюбить меня в миг. - Я не буду больше повторять. - Сдавленно сказал он. - Пожалуйста, выйди из моей спальни, мне нужно отдохнуть. Прости меня. - Знаешь что, пожалуй, я даже рада, что больше не увижу тебя. - Сказала девушка и поспешила прочь из комнаты, смахивая слёзы. Она захлопнула дверь своей спальни и скатилась по двери вниз сокрушаясь в немом рыдании, у неё не было сил кричать, её сердце словно вырвали из груди. Она опустила лицо в ладони задыхаясь от плача. Это было больно. Больно настолько, что казалось, что она умирает, умирает от того, как сильно ранил её Драко. Она не верила в его слова, не могла поверить, потому что видела его глаза, когда они были вместе. Гермиона видела, каким он был сейчас, едва ли он был счастлив, когда говорил ей, что они больше не встретятся. Боже, не забирай его. Прошу тебя. Только не он. Она услышала тихий шорох двери и несколько шагов, которые остановились напротив её двери. Гермиона задержала дыхание и закрыла руками рот, чтобы всхлипы стали тише. Она не хотела, чтобы он видел её такой и одновременно мечтала, чтобы он постучал в дверь. Пожалуйста, открой дверь. Открой дверь, Драко. Постучи в чёртову дверь. Она буквально слышала его дыхание, но ничего больше не происходило, Гермиона не понимала почему. Зачем после того, как он растоптал её приходить обратно, чтобы просто стоять рядом? Она хотела, чтобы он вернулся к ней, она бы простила всё, лишь бы утонуть в его объятиях, лишь бы почувствовать тепло его тела, поцелуи на своих губах. Она бы забыла всё, что он сказал, только если бы он сейчас постучал в дверь и объяснился. Гриффиндорка услышала удаляющиеся шаги и ещё сильнее заплакала, чувствуя, как сердце разбивается в дребезги. Гермиона думала, что ей точно вырвали сердце из груди, из-за того, как было больно. Если бы ей кто-то сказал, что может быть ещё больнее, она бы не поверила, потому что сейчас она не могла даже дышать. Вернись ко мне, пожалуйста. Прошу тебя, Драко, вернись ко мне.

***

30 апреля 1999 года Драко не возвращался в Башню, после разговора с Грейнджер, он не мог смотреть на её страдания, а после того, как он сказал ей, что не любит её, ему казалось, что он точно встанет перед ней на колени и будет ползать в ногах, лишь бы только она простила его. Его отец чётко определил условия: никаких отношений с Грейнджер, она должна была продолжать жить дальше, пусть даже он будет умирать каждый день без неё. Драко проводил всё свободное время с Блейзом, он единственный, кто до конца знал все нюансы его сделки с родителями. И пусть Забини не до конца понимал логику друга, он не мог его оставить. Мулат тоже попросил досрочную сдачу ЖАБА, тем более, что Джинни досрочно подписала контракт с Гарпиями и вот-вот должна была отправиться на сборы. Они вместе будут учиться в Сорбонне, выбрав факультет экономики, управления и бизнеса. Драко никогда не говорил другу, насколько сильно он благодарен за его поддержку, но Блейз и без слов понимал, что хотел сказать блондин. Они вместе сдали все экзамены и послезавтра отбывали в Париж. Далее - четыре года обучения, а потом они могут пройти стажировку в любом из волшебных министерств магического мира. Конечно, в основном, Забини не интересовала перспектива получить лучшую должность в отделе международного магического сотрудничества, но он не хотел оставлять друга, особенно после того, как он вернулся в подземелья. - Снова напиваешься один? - Усмехнулся Забини. - Снова будешь лезть не в своё дело? - Парировал Малфой. - Составишь компанию? - Если ты настаиваешь. - Расплылся в улыбке мулат. - Ты сегодня не с Уизлеттой? - У неё сегодня что-то вроде девичника. - Пожал плечами Блейз. - Завтра она будет только со мной. - Не рассчитывай, что я позволю тебе приводить её в мой дом. - Усмехнулся блондин. - Я до сих пор не представляю, что кто-то из Уизли будет довольно часто находится в непосредственной близости. - Конечно позволишь, ты же не хочешь сгнить в своём новом доме в одиночестве. - Рассмеялся Забини. - Уже послезавтра мы будем потягивать огневиски в квартире с видом на Эйфелеву башню. - Забини, у тебя же достаточно денег, чтобы купить половину Франции, почему ты собираешься поселиться в моей гостевой спальне? - Потому что я твой друг. - Пожал плечами Малфой. - Хоть ты и собираешься прожить эти четыре года погрязнув в самобичевании, я планирую быть рядом. Как минимум чтобы ты вписал меня в наследство, уверен, что ты не успел наплодить себе бастардов и я удачно приму на себя роль нового наследника Малфоев. Ох представить не могу лицо твоего отца, когда он узнал бы, что его белокурое наследие закончится на тебе. - Громко рассмеялся мулат. - Ну и конечно, зная твой дурной характер, едва ли ты заведешь себе друзей, а одному быть паршиво. - Забини, это не обязательно, мы будем учиться вместе, я буду в порядке. - Хочу в этом сам убедиться, Малфой. Они чокнулись бокалами и осушили их, Драко откинулся на диване и закрыл глаза, думая о том, как завтра в последний раз будет рядом с Грейнджер. Он хотел бы поцеловать её, вдохнуть аромат её волос, хотел бы заняться с ней любовью. Именно любовью, а не сексом. Именно сейчас он был уверен, что в этом есть разница. Драко хотел бы провести весь день с ней, но он не мог, не мог подвергнуть её риску, поэтому решил, что лучше отправится в Мэнор, чтобы попрощаться с родителями. Он поднял голову на Забини и хотел было сказать, как сильно он ему благодарен, он прочистил горло. - Спасибо, Блейз. В этом было намного больше, чем просто пара слов. Малфой никогда никого не просил о помощи, он был не из тех, кто рассыпался в благодарностях, но сейчас это слово описывало всё то, что у него было в голове. - Не за что, друг. - Улыбнулся Забини, понимая, как много это значит для Драко. Они сидели молча всю ночь, не проронив больше ни слова, понимая, что это последняя их ночь в школе, в школе, в которой они стали лучшими друзьями. В месте, которое заменило им дом на все восемь лет.

***

2 мая 1999 года - Он уехал, Пэнси. - Тихо прошептала Гермиона, сама не веря, что это всё же произошло. - Он правда уехал. - Будто не веря повторила девушка. - Да, ты в порядке? - Неуверенно протянула Паркинсон. - Конечно, если не хочешь, мы можем не говорить о нем, но я просто волнуюсь. Они сидели в комнате Гермионы, как делали это, пожалуй десятки раз, но сегодня Пэнси чувствовала, что подруга особенно нуждается в её поддержке. Она отправила Гарри в гостиную Гриффиндора, а сама набрала разнообразных сладостей и выпечки у столовых эльфов, которые были счастливы угостить лучшими блюдами святую Гермиону Грейнджер. - Я справлюсь. - Неуверенно прошептала Гермиона. - Я больше не хочу быть жалкой. Я слишком устала. - Конечно справишься, ты Гермиона мать твою Грейнджер, ты героиня войны, умнейшая ведьма, которую я встречала. Салазал, ты - это ты. Ты самодостаточная и потрясающая девушка, просто тебе нужно вспомнить об этом. - Она накрыла ладонью её руку и улыбнулась. - Грейнджер, ты невероятная, тебе непросто, но ты сильная и обязательно справишься со всем. У нас у всех бывают плохие дни, плохие недели и даже года, но поверь, ты справишься. - Спасибо, Пэнси. - Гермиона смахнула слезу и улыбнулась в ответ. - Я правда устала, я хочу снова стать той Гермионой, которой я была, но я совершенно не знаю, с чего начать... - Милая, но ты и есть та Гермиона. - Не понимая встряхнула головой девушка. - Никогда не было никого другого, это все ты. То, что тебя потрепала война, мудак Малфой и стертая память твоих родителей не делает тебя другой! Это всё делает тебя только сильнее. Да любая другая уже давно бы сдалась, но ты - нет! Ты, Грейнджер, сильная и невероятная, никогда не забывай об этом. - Пэнси... - Нет, Гермиона, я серьезно! Вы гриффиндорцы берете на себя слишком много ответственности. Ваше гребаное самопожертвование немного раздражает. - Фыркнула слизеринка. - Что ты, что Гарри взвалили на себя столько всего, что не успеваете разгребать свои проблемы, как находите новые! - Пэнси, ты... - Нет, послушай меня! - Перебила подругу слизеринка. - Хватит заботиться обо всех, кроме себя. Милая, ты должна наконец вспомнить о себе. Посмотри, что с тобой творится. - Она смерила девушку взглядом и продолжила. - Никто тебе не говорит, но я больше не могу молчать! Ты плохо питаешься, когда нервничаешь, это нормально, но не в той степени, как изводишь себя ты. Милая, это уже просто опасно. Твои панические атаки, они же становятся только сильнее на фоне всех стрессов. Мы с Гарри нашли ему целителя и, кажется, ему становится легче. Может ты хочешь попробовать? Ты всегда можешь отказаться, но Грейнджер, мы волнуемся. Не только мы с Гарри... Джинни, Энтони и даже Рон! Мы все переживаем. - Простите меня... Боже, я не знаю, как это всё происходит... Может ты и права. Я хочу попробовать обратиться к целителю... - Она улыбнулась. - Вдруг, это то что мне нужно? К тому же, мне не мешало бы привести мысли в порядок. - Милая, ты справишься, мы рядом. - Улыбнулась Паркинсон. - Все мы. - Знаешь, я всегда считала, что ты невероятная Пэнси Паркинсон. - Да? Даже тогда, когда вы с Поттером и Уизли тихо ненавидели нас? - Хитро улыбнулась девушка. - Мы никогда не ненавидели вас! - Рассмеялась гриффиндорка. - Мы просто не понимали вас. И ты сама понимаешь, что наши претензии были довольно обоснованными. - Ну уж нет! По-моему я всегда была довольно мила с вами. - Пэнси откинулась на спинку кровати и задумалась. - Я вообще никогда не ввязывалась в ваши перебранки с Драко и остальными. Если подумать, то я стала жертвой ваших постоянных ссор! - Паркинсон деланно надула губки и скрестила руки на груди. - Поэтому Грейнджер, ты, как защитница всех несправедливо обиженных просто обязана быть со мной снисходительнее! - Что?! - Неподдельно удивилась гриффиндорка. - То есть ты никогда не издевалась над моими зубами, не смеялась над волосами и не высмеивала мою тягу к знаниям? - Гермиона прищурилась и внимательно следила за тенью улыбки на лице подруги. - Я делала это только лишь потому, что не знала как защититься! - Ох, да что ты говоришь, Пэнси Паркинсон! - Рассмеялась девушка. - Прости за это. - Сквозь улыбку сказала слизеринка. - Вообще-то иногда я действительно была сукой. - И еще какой! - Ну уж такой у меня характер, Грейнджер! Смирись, ведь теперь тебе так просто от меня не избавиться! - Рассмеялась девушка. - И поверь, я сама удивлена, что мы смогли стать подругами, но теперь ты в моем списке. А я так просто не вычеркиваю оттуда людей. - Я рада, потому что ты тоже в моем списке, Пэнс. Спасибо за всё. - Она улыбнулась и обняла подругу. Они просидели так всю ночь болтая обо всём на свете и Гермиона вдруг поняла, что поистине счастлива. Счастлива быть рядом с близкими, смеяться, любить. Она по прежнему всё это могла делать, ей только нужно было отпустить себя и позволить чувствам вновь прийти в её жизнь. Конечно, ей предстоит ещё разобраться во всех тех проблемах, которые она долгое время не могла отпустить, но сейчас она была уверена, что всё получится. Всё наладится.