Никогда не отпускай

Гин отступил назад и запрыгнул на стол, усевшись на окровавленную поверхность так, словно это его нисколько не беспокоило, что, как признала Рангику, скорее всего, так и было. Кто знал, в скольких бессмысленных убийствах шинигами он участвовал, даже до бойни в Центре 46. Он, вероятно, привык к крови, разбрызганной повсюду, а это была кровь вековой давности. Она даже не испачкала бы его белую форму. Она же, напротив, не могла смотреть на стол без содрогания. — Значит, Белла сильнейшая здесь, иначе кто-то бы убил её. Ты убила нескольких ее лучших друзей, но я уверен, они не были ее сильнейшими лейтенантами, - например Элдон. У него что-то вроде бороды. Мы прошли мимо него в конце прохода из леса, ты его заметила? — Да? — Он остановится где-то поблизости. Не хотелось бы, чтобы кто-то незваный забрел сюда из леса. Жаль, что они пустили всех отросов - они всегда такая боль, надо держать их в узде. Я надеялся, когда они устроили там большое представление... но это, наверное, было для адьюкасов и им подобных... Хорошо, что Белла придумала, как сделать так, чтобы они не ели друг друга, но я все равно не думаю, что мы будем держать их здесь. О - Рангику резко поняла, что Гин думает, что кто-то может подслушивать. Это было верное предположение, хотя ей не очень-то хотелось, чтобы его подслушивали, когда он замышляет избавиться от большого числа своих подданных. Но почему Гин вообще что-то делает, всегда оставалось для нее загадкой. — Конечно, отро не особенно сильны, просто надоедливы и ни на что не годятся - кроме, похоже, уничтожения уязвимых шинигами. Полезными будут такие, как Белла и Элдон... Ты заметила ту маленькую рыжеволосую пикси с крыльями стрекозы, от которой Белла отмахнулась прямо перед нашим приходом? Это Кармен, что-то вроде того. У нее что-то вроде водной стихии, не то что у Харрибел, но летает она до смешного быстро. — Ты должна подружиться с ними, когда я занят чем-нибудь скучным - надо начинать управлять этим местом, иначе они поймут, что мы им тут не нужны. И я не собираюсь уходить. Теперь это мое. Эта крепость, эти арранкары, Хуэко Мундо более или менее, мы потратили столетие, чтобы сделать его таким, какой он есть сейчас - что ты думаешь о моем королевстве пустых? Было мило со стороны Айзена оставить его мне, ты так не думаешь? Рангику оглядела холодную, каменную комнату. Она была рада, что ей не нужно было притворяться, что ей здесь нравится. От всего этого места веяло отчаянием, словно боль пустых впиталась в камень за долгие века. Бессердечная пустота - она никогда раньше не думала о пустых иначе, как об опасных врагах, но все они когда-то были людьми - людьми, чьи негативные эмоции удерживали их в Мире Живых, пока они не потеряли свои сердца, а затем они проложили себе путь сюда. Каждый из этих пустых, даже арранкар, уже давно был поглощен собственной болью, будь то горе, гнев, ненависть, отчаяние, что бы это ни было, оно было настолько сильным, что уничтожило надежду, любовь, радость, все сердце человека, которым он когда-то был. Смерть для них была милосердием. Неудивительно, что Гин так быстро убивал их. Она считала, что с его стороны было бессердечно так просто убить песчаного пустого, а потом адьюкаса, который подошел к ней слишком близко, но хотя пустые боялись смерти, смерть была их единственным спасением от проклятого существования. Это было кошмарное место, но если бы ей и Гину пришлось бежать от Готея, она была бы готова последовать за ним сюда - если бы это был единственный выход. — Лишь бы это было безопасно. — Конечно здесь не безопасно. Белла вероятно составляет план по нашему убийству, пока мы разговариваем. Она привлечет на свою сторону как можно больше сильнейших, прежде чем попытается что-то сделать. Ей понадобится не менее двадцати, прежде чем она сможет взять нас в плен с уверенностью. — Тогда почему мы оставили ее в живых? — Если бы она была самой сильной, разве их жизнь не стала бы легче, если бы она умерла? — Она держит отрос в узде. Это стоит того, чтобы смириться с небольшим заговором. Мы расправимся с ее товарищами по заговору по очереди. Мы лучше них умеем хитрить. Мы победим. Рангику покачала головой. — Говоришь такое, когда знаешь, что кто-то может подслушивать? — Считай это предупреждением - ты слышишь, Белла? — громко сказал он, поднимая голову и смотря в высокий потолок. — Ты задумаешь что-нибудь против меня, я убью всех твоих маленьких друзей. Не думай, что я ничего не знаю. Я гораздо хитрее, чем ты можешь даже мечтать. Его глаза резко опустились на Рангику. — Думаешь, она слышала? Я бы хотел иметь харизму Айзена. Они не просто боялись его. Они любили его. Они хотели следовать за ним. — Полагаю, ты просто должен править через страх, — улыбнулась Рангику. — Вот как ты руководил третьим, не так ли? Они все были в ужасе от тебя - кроме Киры. — Я не понимаю почему. Я не избивал весь свой отряд до полусмерти, как Кенпачи, просто от скуки. — Нет, ты просто давал им невозможные приказы и смеялся над их провалом. Я не знаю ни одного шинигами, который предпочел бы, чтобы над ним смеялись, а не избивали до полусмерти. А ты не пробовал посмеяться над ними здесь? Может быть, тогда они будут бояться тебя настолько, что не станут ничего предпринимать. — Конечно, я пробовал. Почему ты думаешь, они ненавидят меня? Рангику покачала головой. — Это мой Гин - ненавидимый всеми во всех трех мирах. — Мне пришлось много работать, чтобы получить такую репутацию. Разве ты не впечатлена? — Я буду более впечатлена, если ты заведешь друга. — У меня есть ты. Мне не нужны друзья. — Все равно - я буду впечатлена. Больше, чем впечатлена, я буду счастлива. Я буду очень, очень счастлива, когда мой Гин позволит себе сблизиться с кем-нибудь настолько, чтобы заботиться о нем, и позволит кому-то увидеть, кто он есть на самом деле. — Хорошая мечта, Ран-чан. — Моя последняя сбылась. Может эта тоже. XXXXXXXXXXXXXXXXXX Не было ничего удивительного в том, что за дверью ждало более нескольких арранкаров. Они отлично справлялись с ролью почетного караула, действительно очень хорошо. Гин был впечатлен. Большинство пустых с большим трудом подавляли в себе инстинкт убийства, чтобы делать что-то кроме излучения враждебности - а может, он просто пробуждал ее в них. Он действительно вызывал у людей желание убить его. Это был дар. Но все они очень вежливо кланялись и спрашивали его, "Гин-сама", чем они могут ему услужить - и даже не язвили, как это всегда делала Эспада. Очень мило. — Я решил пойти посмотреть, где хранят еду. Вы случайно не знаете, где Белла? — Она ждет... — начал было отвечать смешной парень с волосами, которые явно были из перьев дикобраза, но его оборвал гораздо более суровый арранкар. — Еду принесут очень скоро, Гин-сама, — сказал более крупный и широкий арранкар, который был намного выше Гина и, вероятно, возглавлял маленькую группу. — Нам нелегко добыть пищу, пригодную для шинигами, но мы... — О, я знаю и сочувствую, но Ран-чан не понимает. И если она будет жаловаться на меня, я буду жаловаться на Беллу. Это справедливо. — Вы хотите пожаловаться? — спросил лидер, побелев. — Да, не волнуйся. Я прослежу, чтобы Белла знала, что у тебя не было выбора. Пойдемте к ней. — У нас нет выбора? — Нет, — Гин ответил ему с усмешкой. — Ты можешь отвести меня или я найду ее сам. Все зависит от тебя, но я уверен  что ты предпочешь решение, где мы все живем счастливо после этого. Была маленькая пауза, прежде чем:"Мы с радостью отведем вас прямо к Арабеллерии-сама." — О, хорошо. Тогда мы можем быть друзьями. Как здорово. Другая пауза и он бросил взгляд на дверь позади него. — Что насчет вашей леди? Она идет? Улыбка Гина увеличилась. Его леди? Ему нравилось быть собственником Рангику гораздо больше, чем следовало бы. Он знал, что если он продолжит в том же духе в Обществе Душ - при условии, что они не бросят его в тюрьму, что он все еще считал наиболее вероятным исходом, - но если он будет на свободе, то, скорее всего, за собственничество он получит пощечину. На самом деле, вероятно, было бы хорошей идеей оставить как можно больше пространства между собой и Рангику. Возвращаться назад после всего этого Рангику будет достаточно сложно. Ей не нужно было, чтобы все в Готее объединили ее с их наименее любимым бывшим капитаном. Но здесь она была его, и это было приятно. — О, Ран-чан настроена враждебно   против всех пустых, так что она останется там, где ей не придется смотреть на тебя... Мне придется поговорить с Беллой о том, чтобы она нашла для неё хорошее место. Это меньшее, что я могу сделать после того, как она спасла мою жизнь и пожертвовала всем, что придавало смысл ее жизни, не так ли? Охранники уставились на него, явно не зная, что ответить. — Ну, двое из вас должны остаться на случай, если ей станет скучно и она выйдет, а двое других могут отвести меня к Белле - идемте.