Хроники Кабака «Северный Олень»

      Всегда считалось, что работать кабак «Северный Олень» (как и многие злачные места) начинает если не в сумерках, то уж после обеда — точно. Сам Гарри, будучи убеждённой совой, на это очень рассчитывал. На деле же оказалось, что табличка «Закрыто» не действовала для своих, и вот этих-то «своих» меньше не становилось. Правда, все, входя в положение владельца «Оленя», его присутствия и не требовали, будучи готовы сами и найти, и налить, и даже более чем щедро это оплатить.       Казалось бы, спи сколько угодно! Но не получалось. Поттер просыпался и спускался в зал, порой пребывая в не самом благостном настроении.       За любимым столиком в углу возле стойки, как всегда, сидела неразлучная компания, получившая дополнение в лице Басти Лестрейнджа.       — Вы здесь что, с ночи сидите? — мрачно спросил хозяин заведения, оглядывая зал. После последнего празднования Хэллоуина всё вроде убрали и починили общими силами, но память о попойке с заглянувшей на огонек Дикой Охотой была ещё свежа в памяти.       — Нет, — жизнерадостно отмахнулся Руквуд. — Утром пришли. У меня, например, та-акая ночка весёлая выдалась…. Гарри, а кофе можно?       — Это злачный кабак, а не светская гостиная, — зевнув в кулак, буркнул Поттер. — Никаких завтраков, никакого кофе. Могу налить водки.       — Вот никогда не думал, что я это скажу, — задумчиво проговорил Долохов, откидываясь на спинку стула. — Но вот водка сейчас будет совершенно не к месту. Эх… а чем так пахнет-то?       — Кофе, конечно. Северус утром пил. В отличие от посетителей, мы с ним здесь вообще-то живем.       — Ну, Гарри….       Поттер выразительно выгнул бровь.       — А я тебя накормлю, — голосом демона-искусителя проговорил Долохов, поднимаясь со своего места. — Хочешь — яичницу с беконом сделаю? А в обед — пельменями. Настоящими, а не той отравой, что у вас по ресторанам подают.       — Завтрак бы не помешал. Можем помочь с готовкой… чтобы сразу — на всех, — подхватился вечно голодный МакНейр. — И колбаски пожарим. Со вчерашнего же ещё были колбаски, да?       — Ладно, — вздохнул Поттер. — Пикси с вами. Делайте и жарьте. Уж где кухня Антонин знает лучше меня. И кофе варите сами, я могу дать зерна и специи.       — Сделка! — хлопнул ладонью о стол Долохов. — Ну, все на кухню? Басти, ты как, с нами?       — Конечно! — Лестрейндж перекинул на грудь длинные красные волосы, заплетенные в сложную косу. — Никогда в жизни не жарил сам яичницу.       — О, сколько нам открытий чудных….       — Это опять что-то из твоей таинственной русской классики?       — Нельзя быть таким тёмным, Уолден. Что, если не Шекспир — можно и не знать?       — Пока что тебя, Тони, спасает только то, что жрать я хочу больше, чем свернуть тебе шею.       — Это спасает тебя. Знаешь, сколько магов мечтали добраться до моей шеи…

***

      Гарри, накормленный плотным завтраком, с «гостями» смирился, решив искать во всём происходящем что-нибудь хорошее. Еда, например. И кофе. Переговоры с поставщиками, что удивительно, тоже прошли как по маслу (мелькавшие на заднем плане Макнейр и Сивый, устроившие шутливую дуэль, и обсыпанный мукой злющий Долохов были точно ни при чём!), так что вскоре не слишком богатое меню кабака должно было стать пусть немного, но разнообразнее. С кухни уже доносились дразнящие запахи, обещая скорый ланч, а Поттер как раз допивал чашку сваренного по семейному шотландскому рецепту МакНейров ароматного напитка, просматривая свежий номер «Пророка», когда закрытая на все замки и зачарованная дверь отворилась. Деликатно звякнул колокольчик. Люциус Малфой светски улыбнулся, с самым независимым видом держа в руках огромную прямоугольную корзину с плоским дном. Из-под плетеной крышки терпко и сладко пахло тропическим раем.       — Добрый день, Гарри.       — Добрый… чем обязан?       — Был рядом по делам, — настолько искренним тоном проговорил Люциус, что и ребенку было бы понятно — врёт. И даже не скрывает этого. Но Поттер лишь кивнул, соглашаясь, что дела у Малфоя в Лютном, да ещё и в непосредственной близости с «Оленем» — это так тривиально.       — А поскольку знал, что буду поблизости, захватил с собой… небольшой знак внимания. Пустяк, конечно: фрукты из нашей оранжереи. Не стал уменьшать — Нарцисса считает, что это делает вкус хуже, и я с ней согласен. Даже эльфам не доверил. А это — гордость её цветника…       — Мистер Малфой, при всём моём уважении, — Гарри оторопело посмотрел на веник цветов, осторожно и без резких движений отступая назад. — Вы что… с дуба рухнули?       — Мы уже на «вы»? — поднял брови тот, ставя корзину на ближайший столик. Огляделся в поисках вазы, сам улыбнулся собственной наивности и принялся любовно прилаживать букет в бочонок из-под выпивки.– А мне казалось, что мы подружились.       — Породы дерева это не меняет!       — Ну, почему же… хочешь манго? В этом году они особенно удались. Редчайший сорт. В Англии он растет только в Малфой-меноре: много лет назад мистер Патил привез несколько ростков из священных храмовых садов и отдал их за… хм, просто подарил. Они прижились, что уже было настоящим чудом….       — А папайя из китайского императорского питомника? — скопировал тон Малфоя Гарри, всеми силами стараясь не рассмеяться. Настроение скакнуло вверх. — Чей росток передала вам мадам Чанг с благодарностью от императора магического Китая.       — Конечно, — оживился Люциус, на секунду в его глазах мелькнула растерянность, но он мгновенно взял себя в руки. — Прекрасный выбор!       — Люци, хватит полировать мне уши. Мы не на министерском приеме. Давай ты сразу без тибетской агавы и сибирских арбузов скажешь, что тебе нужно?       — Не то, чтобы нужно… но я размышлял о том, что этому месту несколько не хватает красок. Таких… деталек интерьера, способных сделать уютное и чудесное место отдыха ещё более…       — …уютнее и чудеснее, — подсказал Поттер, закатывая глаза.       — …я готов предоставить произведения искусства из своего собственного охотничьего домика и Малфой-менора: прекрасно выделанные шкуры, несколько кресел, каминную решетку работы непревзойдённого мастера Востока и набор каминных щипцов. А ещё — картину, чтобы придать этому простенку законченный вид. Надо признать, что на Самайн портрет леди Блэк здесь смотрелся очень уместно.       — Ага. А мумифицированная голова эльфа — ещё уместнее. Вообще-то я собирался вернуть на крюк светильник.       — Светильник? — Люциус произнес это с таким ужасом, словно речь шла о проведении ужасно тёмного и кровавого ритуала. — Это… будет так банально. Но я согласен с тем, что какая-нибудь посредственная мазня уронит репутацию заведения.       — Да уж… это кабак в Лютном, Люци, какая у него может быть репутация?       — Безупречная. И я готов предоставить несколько полотен из коллекции Малфой-менора.       — Вот мы и добрались до цели визита, — замер и прищурился Поттер. — Правильно я понимаю, что все предоставленные картины будут исключительно портретами?       — Гарри….       — Никаких…       — Люци, ты голодный? — выглянул из кухни Долохов. — Самолепные сибирские пельмени, с зеленью, с чёрным перцем и под охлаждённую водочку… но сразу говорю: если ты сейчас со снобистским видом возьмешь вилку с ножом…       — Благодарю, Тони, но я сегодня уже…. — Малфой глянул на Поттера, деликатно втянул носом воздух и продолжил без запинки тем же тоном. — Уже как раз размышлял о том, что неплохо было бы сделать перерыв на ланч. Твое предложение как никогда актуально, и я принимаю его с большой благодарностью.       — Зашиби меня фестрал, — буркнул Поттер и махнул рукой, смиряясь с ситуацией.       Стол накрыли прямо в зале, так чтобы сесть могли все. Даже появилась огромная белоснежная скатерть, каких в «Олене» никогда не водилось, и несколько кованых подсвечников. Гарри спустился вниз, в лабораторию к Северусу, пригласить его на ланч. Но, к сожалению, сложное экспериментальное зелье на том этапе варки не подлежало Стазису, так что вытащить Снейпа, чтобы он нормально поел, не получилось. Оставалось только оставить ему полную миску пельменей на ужин. Ну, и Люцевский букет на десерт: вроде бы что-то там, в цветнике Малфоев, произрастало крайне редкое и подходящее для зельеваров, вдруг и сюда затесалось? Зная «скользкого друга» Люца, Гарри в этом не сомневался ни на минуту: взятки тот умел давать с неповторимой элегантностью.       — Гарри, а та настоечка с берёзовыми бруньками осталась? — Антонин сделал такие просящие глаза, что прямо и не верилось, что перед ними один из лучших боевых магов Англии. — Ну, которую Северус ещё тогда на спор гнал, очищая на углях и…       — Не продолжай, — в один голос попросили Руквуд и МакНейр.       — Осталась. Сейчас достану.       — К нашему разговору о картинах, Гарри. Я думаю, что хотя бы одно достойное полотно…       — Люциус… — вздохнул Гарри и полез за припрятанной подальше бутылкой. — Ну, вот что ты мне по дружбе мозги полощешь? Понятно же, что воскрешение Вальбурги — это было редкое совпадение абсолютно невозможных факторов. Молния дважды в одно место не бьет!       — Кто тебе сказал такую глупость? Молнии прекрасно бьют в одно и то же место не только дважды, а порой и трижды за раз!       — А здесь — один шанс на миллиард! — буркнул Гарри, скептическим взглядом осматривая рюмки.       — Не самый худший расклад. Я выигрывал в делах с шансом куда меньшим.       — Нет, — перед Малфоем со стуком встала запотевшая, наполненная прозрачной жидкостью стопка, в которой плавал кусочек уголька.       — Не обсуждается, Люциус. У меня — не картинная галерея. Оглянись, ты же в Лютном!       — Ага, центр культуры Магической Англии, — заржал Сивый, со значением пододвигая вперед свою пустую рюмку.       — А будете меня доставать, я выпрошу из Хога гобелен с Варнавой Вздрюченным и троллями в балетных пачках. Вот что будет достойно кабака в Лютном.       — Это — не просто кабак в Лютном. Это уникальное место и редчайший шанс… Тони, ну хоть ты скажи! — оглянулся в поисках поддержки Люциус. — Сам же потом локти кусать будешь!       — Так мне некого, — пожал плечами Долохов. — Родня такая, что оживил бы разве что высказать наболевшее и самолично прибить ещё раз. У меня в жизни был только один близкий человек — моя бабушка. Она была невероятной, потрясающей женщиной и такой красавицей… хм. Люциус, как думаешь, а с не ожившим, но волшебным портретом — есть шанс?       — Должен быть, — задумчиво протянул Малфой и автоматически хрустнул выдержанным в самогоне угольком. — Тут отдельно смотреть надо, слишком много факторов.       — Значит — есть, — Долохов с хищным интересом глянул на крюк, куда в памятный Самайн вешали раму с портретом Вальбурги Блэк.       — Я занимал первым, — тут же среагировал Малфой, чуть оскалив подчернённые зубы и выставляя вперёд трость. — Имей совесть, Антонин!       — Некая субстанция, о которой ты, Малфой, вспоминаешь только когда тебе выгодно, — весело фыркнул прямолинейный, как древко фамильного топора, МакНейр.       — Вот прямо думаю, а чего это мы портретов не пишем, — задумался Сивый. — А черепушки не подойдут? Тоже же можно на крюк навесить. Была вот пара достойных волков…       — Черепушки, коврики из волчьей шерсти и отпечатки любимых лап — потом! Портрет…       — Это ты кого ковриком назвал?!       — А если всё-таки…       — Вы меня с ума сведёте! — простонал Гарри, хватаясь за голову. — Тони, ну вот от тебя-то никак не ожидал.       — Ты просто не представляешь, каким она была потрясающим человеком, Гарри. И чаровницей знатной. Силы было не так чтобы много, брала искусством. И меня учила. Так… Мне надо срочно отбыть, господа. Прошу меня простить — на родину потянуло, — отбросив салфетку, поднялся необычно серьёзный Долохов. — В Санкт-Петербург.       — Я с тобой. Всё равно заставляют отпуск взять за все проведенные на работе выходные, — ухмыльнулся Руквуд. — А на твою бабулю прямо взглянуть захотелось. Где она там у тебя висит?       — В Эрмитаже* (*на самом деле в Русском музее). Портрет графини Разумовской. Люциус, ты с нами?       — Прости, Тони, но нет. Моя жена настаивает, чтобы в случае необходимости я похищал исключительно её, а не каких-то там русских аристократок, пусть даже и нарисованных. С урожденными леди Блэк спорить себе дороже.       — Поддерживаю, — буркнул помрачневший Лестрейндж и потянулся за стопкой.       — Ну, вот и зря ты. Отличный выйдет отпуск, — ухмыльнулся МакНейр. — Вот я лично русские музеи ещё не грабил — такое упущение!       — И я с вами, — поднялся Муди. — В таком деле нужен присмотр Аврората!       — Тайный отдел на страже, аврор. Хотя да… вместе — веселее.       — Ну, в Петербург так в Петербург, — заключил Сивый и залпом допил содержимое своей стопки. — Русских графинь похищать без волка никак нельзя, точно знаю, даже картина такая есть!       — И что это только что было? — уточнил Поттер, глядя на захлопнувшуюся дверь. Посмотрел на бутылку, примерился, но наливать себе не стал и со вздохом убрал подальше. — Я так с вами скоро сопьюсь.       — Надо будет заранее составить ответ на ноту протеста от русских, — вздохнул Малфой. — Чтобы голову не ломать впопыхах, когда этих героев поймают на горячем.       — Всё плохо? — уточнил Гарри, облокачиваясь на стойку.       — Да нет. Пока что они нам должны за одну услугу. Отправят наших грабителей обратно. Ну, въезд запретят на пару десятков лет. А портрет графини Разумовской я официально затребую как наследство Антонина. Портрет бабушки…. Даже если с документами путаница, подтвердим прямое кровное родство. Беспроигрышный вариант. В крайнем случае, обменяем на какой-нибудь пейзажик из запасников наших музеев. У нас есть специальное соглашение как раз на такие случаи.       — Так почему ты сразу не…       — А меня что — кто-то спрашивал? К тому же им необходимо развеяться, а то скоро скиснут и сопьются. А тут смотри, какие приключения!       — Конечно, путешествие на родину русской водки и центр мирового производства самогона — лучшая идея для начала новой трезвой жизни!       — Конечно, — убежденно проговорил Малфой. — Но ты не о том думаешь. Вот привезёт Антонин свою бабушку и, нежно обнимая золочёную раму, начнет ныть, какая она расчудесная, как он скучает и что ему просто необходимо повесить её портрет в том тёмном уголке, а мой достопочтимый отец…       — Вешай, — со вздохом согласился Поттер, понимая, что он только что открыл шкатулку Пандоры. — Отца. Та стена, на которой висел портрет Вальбурги, от угла до балки — вся ваша. На пару-тройку небольших полотен, думаю, хватит. Делите её, как хотите, только меня в это не вмешивайте! И не нойте, когда все портреты портретами и останутся!       — Чтобы в «Северном Олене» всё осталось как положено законами мироздания?! — задумчиво отозвался Люциус, успевший раздобыть листок пергамента, перо и теперь спешно выводящий какой-то график. Как подозревал Поттер, таким плотным выставочным календарем, как его стена, не сможет похвастаться больше ни один музей мира. — Да это же просто невозможно вообразить!       Единственное, что во всём этом радовало Гарри, — пельменей Долохов с помощниками успели налепить много. Да и самогона, того самого — с углём и на невыговариваемой русской берёзовой зеленушке, ещё было вдоволь. На их часть мирового художественного искусства должно было хватить.