Котенок, которого следовало утопить.

На следующую ночь Азирафель пытался вести себя как обычно. Он почти агрессивно развешивал бельё, будто днем он спал, а не ворочался с кучей странных мыслей в голове. Никто не будет лукавить, Ангелу Кроули нравился, он чувствовал некое смущение, когда вампир проходил рядом и целоваться ему тоже мягко говоря понравилось. Просто ситуация была странной, если это ничего не значило, то слава Богу, все просто это забудут. Если это что то значило, то тоже слава Богу, у Азирафеля мог выйти неплохой роман с вампиром. Главное ничего не накручивать. Может, он всю ночь просидит в библиотеке? Куда-нибудь уйдет? — Доброе утро. Ангел резко вышел из своих мыслей и выронил сорочку из рук. Кроули проснулся, он стоял в чёрном халате сзади. — Доброе. — Мягко ответил Азирафель. Кроули ему улыбнулся. — Почему ты такой тусклый, тебе не понравилось целоваться с трупами? — Понравилось. — Рафаэль был немного не контролируемо кокетлив. — Особенно когда не приходится копать им могилы. — Не хочешь потусоваться сегодня? Азирафель спокойно выдохнул. Так, хорошо, его клеят нещадно, а он уже взрослый мужчина и в праве на это соглашаться не задавая глупых вопросов. — Конечно. Что будем делать? — Не знаю, фильмы посмотрим, напьемся. Что хочешь. — Кроули зевая ушёл с кухни оставив Азирафеля на едине с пустым тазом, который он улыбаясь не знал куда деть. Кроули сидел на веранде и курил. Почему он не проявил внимание сразу? Сейчас он немного жалел об упущенном, но тогда повода не было, если он кому то нужен. Да и Кроули не знал, останется ли Азирафель тут, а лишний раз привязываться у него нервы и печень уже не те. Может, все к лучшему и напряжение в воздухе, которое копилось все это время сделает все это только слаще? Азирафелю оставалось только догадываться, почему его вдруг поцеловали спустя три месяца тихой уборки в этом доме. Тем не менее, он поспешно закончил свои дела и забежал в свою комнату. Ангел не знал, стоит ли ему измазать лицо своей старой пудрой или это было бы слишком пошло. В итоге он не решился, но надел кружевную рубашку с объемными манжетами. Ангел спустился на кухню и посмотрелся в специально для него купленное зеркало. У Кроули их вообще не было, что бы непосвящённые в вампирскую тайну не испугались, что хозяин дома не отражается. Вампир знал, что как и любой человек Азирафель любит любоваться собой, так что прихватил. — Красивый. Азирафель вздрогнул. — Ах, ты каждый раз подкрадываешься как змей. — Ангел развернулся от зеркала и увидел Кроули в своём обычном обличии и небрежными кудрями на голове. — Что то змеиное во мне точно есть. — Сказал Кроули и дзынкнул двумя бутылками вина друг об друга. — Он был явно доволен свои уловом. — Точную выдержку не помню, но примерно твой возраст. Сколько сейчас люди живут, лет сто? — Ну не всегда, чаще меньше. Восемьдесят? — А тебе сколько? Азирафель немного смутился, вероятно потому что чувствовал себя немного староватым, а вопрос не уместным. — Тридцать шесть. — Ой, я думал ты старше. Не, тогда вину по больше чем тебе будет. — Спокойно бросил Кроули и пошел к шкафу за бакалами. Азирафель испуганно на всякий случай ещё раз посмотрел в зеркало. Ангел не особо любил пить что то крупнее аперитива, потому что результат мог быть крайне непредсказуемым, но это очень хорошее, ароматное вино и Кроули, разливающий все длинной струей в красивые бокалы его манили. О нет, соблазн слишком велик. — Какой будет первый тост? — Спросил Кроули подняв бокал белого. — За мир во всем мире? — Ну давай за мир во всем мире. — Вампир дзынкнул своим вином о вино своего наивного приятеля. Тост за тостом, пластинки в проигрывателе меняются, ноги все мягче, а рассудок туманнее. Кроули кого то дразнит, а Азирафель смеется, скоро все в этой комнате понимают, что сидеть на кухне на стульях уже слишком не удобно и они оба слишком горячи и расслаблены. Ангел аккуратно встает со стула, хихикает и идёт в гостиную, Кроули настигает его и то и дело касается то его кисти рук, то спины. — Так, и какое ты животное? Ангел садится на просторный красивый диван и водит пальцами по резьбе. — В какой момент мы от мира в мире к животным перешли? Кроули падает рядом и бесстыдно обнимает Азирафеля, тот нежно отвечает. Вампир продолжил. — Ну, змей спрашивает. Азирафель улыбаясь закатил глаза. — Дай мне сохранить хоть какую то загадочность, мы уже и так друг другу наплели. — А что наплели, я и так знал, что ты на меня слюни пускаешь. — Зевнул Кроули и получил легкий удар ладонью по плечу. — Я вообще не это сказал. — Ага, Котенок, осособенно, когда у тебя вино носом пошло, от того что я всего лишь дотронулся до тебя ногой под столом. Ты, конечно же, не вздрагиваешь от каждого моего нежного действия. Азирафель отвернул от него голову зарываясь рукой в волосах вампира. — Забудь все. — Он сжал кисть. Утром Кроули проснулся не в духе, от употребления не вампирской еды. Он был у себя в гробу, но не помнил, как вчера до него добрался. Хотелось осушить пару тел и одно потрогать. Желательно тело Ангела. Он спустился с этажа, что бы найти желанную тушку, но Азирафеля нигде не было. Боже, понятно, значит он в библиотеке, а когда он там, значит у него нет настроения сталкиваться с реальностью. Не то что бы сегодня Кроули это останавливало и он забрался на чердак. Там действительно сидел его фамильяр. — Доброе утро, Ангел. — Доброе. — Сухо ответил Азирафель. — У тебя похмелье? У меня тоже. — Вампир подошел сзади и положил руки на плечи сидящего за книгой Ази. Он даже не оторвался от неё. — Нет. — Малыш, тогда что с тобой не так? — Кроули стал нежно массировать его шею. — Со мной все так. — Азирафель был непробиваемой глыбой, которая упала на только проснувшегося вампира. Кроули немного поджался и замер, шестеренки в его голове заскрипели и он спросил. — Слу-у-ушай, а ты случайно не помнишь, как я дошёл до кровати. — Ты не помнишь? Мне пришлось закрыть тебя там, я открыл замок буквально пару часов назад. Вампир закусил губу клыком. — Алкогольная амнезия у меня почти всегда. Так, что я сделал? Азирафель захлопнул пыльную книгу. — Ничего такого, просто говорил пошлые и вульгарные вещи, которые я не смог разделить. — Что? Я тебя очень прошу скажи конкретно, после чего тебе пришлось закрыть меня в гробу? Ангел выдохнул. — Ты сказал, что я теперь твой и вообще это мое не выраженное желание, а потом. — Азирафель потер переносицу. — Начал лезть целоваться и говорить, что нам нужно ещё минимум три бутылки вина, что бы развязать мне язык и глаза. Кроули чувствуя некоторую вину за это сел на колени перед Ангелом и положил голову на его ноги, но выглядел не как кот, а как змея. — Малыш, прости, я вёл себя не слишком вежливо и благородно, но разве это не так? Мы вроде понравились друг другу. Азирафель невероятными усилиями сдерживал свой порыв дать пощечину, а потом поцеловать. Чем сильнее он хотел на кого нибудь наорать, тем более выверенной становилась его речь. — Дорогой Кроули, не состыковка в том, что я не... Безвольное существо и твой дух завоевателя мне не слишком приятен, давай я сам решу, что я к тебе испытываю, сколько и чего мне пить и должен ли я, в той или иной ситуации тебя целовать. Кроули выдохнул. — Прости, я буду бережнее, но ты же понимаешь, что ты мне нравишься? — Нравлюсь!? Ты воспринимаешь меня как... Как мальчика, который вот так просто, поведется на твою... На твое красивое личико! Ты наверняка даже имени моего не помнишь, не нужно пудрить мне мозги. Тебе просто в какой то момент стало скучно и ты решил меня обворожить. — Выпалил Ангел тяжело дыша. Кроули немного испугался повышенных тонов от своей пушинки и выпрямился. — Боже мой, Азирафель, нет. Я так не думаю и тем более помню твое имя. Прости что я заставил тебя так думать, я сразу нашел тебя осень хорошеньким, мне не становилось скучно. — И ты молчал так долго, а потом вдруг решил, что я твой? — Да дело не в этом вообще. Смысл мне был что то делать, если я был почти уверен, что через пару дней ты сбежишь. Я думал, что тебе тут не слишком нравится. Потом, конечно я узнал, что ты просто не можешь отсюда выйти, но тебе тут вроде ещё и, я не знаю, хорошо. Ты был мил со мной и я понял, что ты не боишься меня. Азирафель выдохнул и отвернулся. — Допустим, я на тебя больше не обижаюсь. Кроули мягко поцеловал его руку.