The Ficlet Project/Коротенький Фанф-проект

— Ты ходишь за мной. То был не вопрос. Луна не была дурой. Ей, конечно же, уже был известен правильный ответ. Мужчина легко пожал плечами, его тёмные волосы рассыпались по плечам. — А что, если так? Разве мне не разрешено проводить здесь свои выходные? Её пронзительный взгляд смотрел прямо сквозь него; любой другой мужчина, возможно, отступил бы.

***

— Ты ходишь за мной. То был не вопрос. Луна не была дурой. Ей, конечно же, уже был известен правильный ответ. Мужчина легко пожал плечами, его тёмные волосы рассыпались по плечам. — А что, если так? Разве мне не разрешено проводить здесь свои выходные? Её пронзительный взгляд смотрел прямо сквозь него; любой другой мужчина, возможно, отступил бы. Но только не Тео, ведь за последние несколько лет он видел и худшее, гораздо худшее. Он лишь вопросительно поднял бровь, когда она легко улыбнулась. — Мог бы просто спросить. Луна развернулась и пошла прочь, но только после того, как оглянулась на него через плечо и спросила: — Ну, тогда ты не пойдёшь? Тео вдруг замолчал и быстро моргнул, озадаченный, а только затем побежал трусцой, чтобы догнать её, когда она открывала дверь очередного магазина.

***

— Мне было девять. Она потягивала воду с отрешённым выражением лица, хорошо известным Нотту. Этот взгляд говорил о том, что девушка погрузилась в раздумья. Взгляд, украшавший её всякий раз, стоило Луне решить поделиться какой-нибудь необычной историей. Часто личной или с глубоким сюжетом. Он не осмеливался её прерывать, просто позволяя говорить. Тео с удовольствием слушал её каждодневно, всё время, лишь бы слышать её звонкий голос. — Она экспериментировала, как это часто бывало. Всегда экспериментировала, вообще-то. Она была такой любопытной. Такой смелой. Такой полной жизни. Пальцы Нотта чуть крепче сжали столовые приборы, когда её взгляд скользнул по нему, словно тяжёлый занавес, поглотивший всё его существо. — Мой отец всегда увлекался журналистикой. Он проводил весь день в офисе, забывал поесть и поздно возвращался домой… Всем этим он занимается и сейчас, но уже не так увлечённо, как раньше. Луна оглядела ресторан: другие туристы, наслаждавшиеся радиккио и лазаньей, за столиками; прекрасный пейзаж, который можно было увидеть сквозь панорамные окна; дети, играющие под звёздным небом. — Я любила помогать маме. Я всегда сидела рядом с ней и смотрела, как она работает. Это было невероятно. По этому я скучаю больше всего. Она поставила свой бокал, её тонкие пальцы провели по стеклянному ободку, прежде чем Лавгуд снова взглянула на него. Тео опрокинул свой собственный бокал и проглотил вино с привычкой, свойственной богатым и чистокровным. — Это был несчастный случай. Её ярко-голубые глаза встретились с его зелёными, и вино у Нотта вдруг встало в горле, вдруг стало кислым на языке, в горле, самом желудке. — А что насчёт тебя? Губы Тео сжались. Он не говорил о её смерти. Никогда не говорил. — Это несчастным случаем не было. Луна поспешно кивнула, передав ему кувшин с итальянским вермутом.

***

Её ладони лежали на коленях, девушка сидела без дела, пока он лежал на пляже, задрав голову к нему, а Луна смотрела на волны. — Как ты думаешь, они видят нас? Наблюдают за нами? Лавгуд смотрела на него мечтательным взглядом, и пустое сердце Тео наполнилось надеждой, радостью, даже глубокой тоской. Он снова поразился своей удаче, тому факту, что она решила провести время с таким разбитым, таким неважным человеком, как он. С мальчишкой, не сделавшим ничего хорошего и ничего плохого. Тем, кто всегда был затворником, который стал мужчиной, сбежавшим от своих обязательств и даже не потрудившимся найти работу в их новом обществе, где он мог, где он должен был… В то время как она была героиней войны, вносящей в их магический мир гораздо больший вклад, чем он когда-либо внёс или внесёт со своей фамилией-фикцией. — Потому что я в это верю. Лавгуд перевела взгляд на звёзды. — А ты веришь?

***

— Не верил. Она посмотрела на Нотта, и на её губах заиграла удивлённая улыбка. Казалось необычным, что он обратился к ней первым. В последние дни мужчина шёл позади неё, не проронив ни слова. С тех пор, как Луна спросила о его матери и вместо этого рассказала о своей. — Блейз сказал мне, ты направляешься в Италию, но я никогда не думал, что увижу тебя здесь. В тот первый день я за тобой не ходил. Полумна лишь усмехнулась. — Я знаю. Нахмурившись, Тео нежно поймал её запястье и притянул ближе в себе, прежде чем она смогла дойти до следующего магазина, следующего места, следующего ресторана, на который положила глаз. — Я надеялся уехать подальше от своего дома… Подальше от давления, взглядов, ожиданий… Он не сказал этого, но Лавгуд знала, что он имел в виду смерть своего отца в Азкабане. — Всё в порядке, Тео. Она положила свою вторую ладонь на обе его, столь нежно, сколь только могла. — Я знала это. Улыбка Полумны стала лишь шире, когда девушка подтолкнула его в выбранном ею направлении. — Но я даже рада, что ты со мной поделился.

***

— А об этом что думаешь? Нотт чувствовал, что просто не может заткнуться после того, как в последний день раскрыл правду об их первой встрече, сделав Полумну столь счастливой, но его социальная неловкость заставляла парня кривляться. — Разве это не тот же ювелир? Глаза Тео сверкнули озорством. Он с нетерпением ждал этого разговора. Полумна снова всем докажет, что может быть такой забавной в магазине. — Рассмеши меня, Лавгуд. — Предпочитаю выбрать серьги, Тео. Он положил ладонь на её руку, сложенную в локте, чего его отец никогда не делал с его матерью, пока пара уходила от ювелирного итальянского магазинчика. — Голубые? Она весело рассмеялась, покачав головой. — Ох, нет, фиолетовые. Луна повернулась к нему лицом, на её губах сияла игривая улыбка. — Может, хватит притворяться, будто цвета наших факультетов — единственные в мире? Ох, он мог бы поцеловать её.

***

— Пойдём. Её голубые глаза поднялись от книги, и Луна встала, готовая, казалось, последовать за ним. — Куда? Его сердце пропустило удар от того, насколько искренней, насколько откровенной она была. Заслужил ли Тео её утешение, её дружбу и то, что казалось её любовью, при том, насколько всё же он устал? — Куда захочешь. Лавгуд мило улыбнулась ему, застёгивая плащ на шее, возле которого висел подаренный им кулон с фотографиями обеих их матерей. — Приму за предложение.