Черное затмение

Утро выдалось жарким. Солнце полностью скрылось за облаками, на улицах городка стояла изнуряющая духота. У Лары пробежала мысль о том, как все-таки утомительно тренироваться в такую погоду. Казалось, такого сильного утреннего зноя она ещё не заставала здесь. Не повезло ее друзьям-воинам этим утром. Сама девушка ощущала прохладу и свежесть, сидя за столом в библиотеке Главной Пирамиды. В воздухе витал приятный запах книг и древесины. Ночью Ларе снился сон – ее новая знакомая, Мариам с ее загадочным и недружелюбным братом. Точнее то, как они вновь говорят на неизвестном ей языке, чтобы суть их разговора не была понятна. То, как они призывают что-то темное и опасное у себя на закутанной густым плющом веранде, читая древние проклятия. Разговор Мариам и Джафара крепко отложился в памяти и все не выходил из ее головы. На каком языке они говорили? Сама не зная, что именно она хочет найти, Лара внимательно просматривала один словарь за другим. Будчи языковедом, он хотела знать, что это был за язык. Это было важно для нее. И хоть здравый смысл твердил, что, не стоило пропускать тренировку по такой причине – всего лишь из-за некого предчувствия, которое она не могла объяснить; шестое чувство вопреки всему подсказывало, что стоит зацепиться за то, что с самого начала ей показалось необычным. Да, это может не значить ничего, но и такой ответ ее бы вполне устроил, поскольку уже являлся бы ответом. Нужно было узнать, даже если она просто потратит время. Что-то ей подсказывало, что эта информация могла бы быть полезной. Сами Мариам и Джафар явно не расскажут своих секретов. Она запомнила лишь одну фразу, сказанную Мариам. Именно она была сказана медленно и размеренно, словно с предостережением. Последующие реплики были быстрыми. Их уже было невозможно запомнить дословно. – Ты знаешь что-нибудь о здешних диалектах? – чуть вздохнув в попытке отбросить мысли о странном сне, спросила она Рамзеса, который стоял на лестнице у стеллажа неподалеку от нее. Профессор тоже перебирал какие-то книги на самой верхней полке. Лара застала его ранним утром, как только пришла. Похоже, он был здесь постоянным гостем. В бесконечных книжных стеллажах он ориентировался даже лучше библиотекаря. – Не так уж и много. К сожалению, мало чем могу быть полезен в этой сфере. – ответил Рамзес. – Ты знаешь, я историк, не языковед. – Так или иначе, ты все равно знаешь гораздо больше, чем я. Я знаю только основной язык Египтуса. Язык Египтуса хоть и был схож с арабским, все же имел различия. Немногие жители Египтуса понимали арабский. Возможно, именно поэтому Джафар в начале обратился к Мариам на нем. Лео знал только язык Египтуса и итальянский, поскольку он итальянец и жил в Италии, где они и познакомились с Ларой около года назад. Гиксос не разбирался как в современном арабском, так и во его диалектах, но зато хорошо знал родной язык Египтуса. Первым, на что Лара обратила внимание было то, что Джафар в начале сказал фразу на современном арабском, причем на его египетском диалекте. Ошибиться было невозможно. Но она никогда прежде не слышала, чтобы кто-то в Египтусе говорил на ее родном языке. – Что ж, если подойти к твоему вопросу с точки зрения истории… – начал профессор. – Раньше в Египтусе был другой основной язык. Сейчас его называют древним. – Что-то схожее с древнеегипетским? – задала вопрос Лара. – Скорее всего, это он и был. Без значимых различий. Не так как с арабским и нашим языком. – подтвердил профессор. – Египтус начал свое существование одновременно с Древним Египтом. Но продолжил развиваться в своем направлении, отделившись спустя пару лет после захвата македонцами. Можно сказать, сейчас он уже не так давно как обогнал современный мир. – Говорят, Черное Затмение – серьезная угроза существования нашего мира. – мрачно добавила Лара, повторив услышанное от Мариам. «Риск слишком большой. На кону существование нашего мира.» – в голове пронеслись слова гадалки, сказанные ее низким, чуть хрипловатым голосом. – Да. – подтвердил Рамзес. Вот почему оно так опасно. Не только влечет за собой перемены, но и может привести все к началу. Думаю, это и может означать реальную угрозу. Рамзес передал девушке ещё один словарь. Но, к сожалению, и в нем не было ни слова на древнем. – Лара, а зачем тебе это? Почему именно древний язык? Профессиональный интерес? – поинтересовался мужчина. Он знал ее специальность, потому что уже спрашивал о ее образовании. Причем о том, на кого она учится, он с неподдельным интересом спросил в первые минуты их знакомства. Такова была его натура профессора. – Да, ты прав. Услышала где-то и не могу забыть. – уклончиво ответила Лара. Отчасти, это было правдой. Но не стоило пока было упоминать тот факт, что она слышала обрывки фраз в доме у гадалки, практикующей темную магию. Любое использование магии без особого разрешения фараона было запрещено. Разрешение обычно получали некоторые воины и немногие приближенные. Причем, их магия концентрировалась только в талисманах и была под полным контролем Главной Пирамиды и фараона в частности. Воины могли использовать ее в сражениях. Но никаких магических способностей без талисманов у них не имелось и не могло быть. Предрасположенность к обучению и владению магией являлась особой редкостью. Известно, что она была дарована богам и их потомкам. Только они могли использовать магию самостоятельно. Кефер и Эксатон, как сыновья бога Ра, имели огромный магический потенциал. Именно они и могли даровать небольшую часть своей силы, заключив ее в талисман или амулет. Так, их воины и приближенные получали некоторые магические способности. Сила богов считалась абсолютной, но варьировалась на нескольких уровнях – высший, средний и низший. У простых же людей способностей не наблюдалось, да и быть не могло. Но если Джафар, Мариам и Ахмад не были потомками богов, тогда как они могли унаследовать такой ценный и редкий дар? Не только Лара заинтересовалась природой возникновения такого дара, но и Гиксос, как ей показалось, достаточно обратил свое внимание. Использование магии не по назначению фараона для него было непостижимым и удивительным. Как и впрочем, для всех жителей городка. Контролировал ли их фараон? Если он сам обращался к Мариам, значит, он в курсе ее деятельности. Но почему не пресек это сразу? – Где же ты могла это услышать… – задумчиво произнес Рамзес. – Не думал, что в Египтусе ещё кто-то говорит на древнем… Лара слегка напряглась. И хоть ей было нечего бояться, ведь Кефер знал о ее вчерашних похождениях поздней ночью с Лео и Гиксосом, она не хотела сыпать подозрениями в семью беспризорников без реальных оснований, опираясь лишь на свое предчувствие. Обвинение было более, чем серьезным. Неожиданно послышались размеренные шаги между полок. – Рамзес, ты здесь? – спросил голос Кефера. – Да. – ответил профессор. Взгляд фараона скользнул от него к девушке. – Так вот, где ты. – чуть удивился мужчина, увидев Лару вместе с Рамзесом в библиотеке. – Апис сказал, тебя не было на утренней тренировке. – Уже доложил? Нажаловался? – спросила Лара, не сдержав улыбки. – Нет, я сам спросил. – просто ответил Кефер. – Я хочу узнать побольше о древнем языке Египтуса. – ответила Лара. Не самая серьезная причина, но, по крайней мере, правдивая. – Знаю, кто может тебе с этим помочь. – неожиданно ответил фараон. – Но только больше без пропусков. Апис сказал, что сейчас будет проводить инструктаж. Лара довольно улыбнулась. То, что Кефер сразу же согласился ей помочь, было приятным. Девушка собрала в сумку листы, на которых она делала пометки и оставляла выписки из словарей. Повесив сумку на плечо, она попрощалась с Кефером и Рамзесом и отправилась на инструктаж к Апису. Она уже предчувствовала, что лекции о прогулах ей не избежать. – Рамзес, я зачем приходил то… – улыбнулся фараон, подловив себя на мысли, что немного отвлекся, глядя вслед Ларе. – Ты хотел мне что-то рассказать насчет книги, которую вы нашли с Азенет. – Да, я отметил небольшую деталь. – начал Рамзес, достав ту самую книгу. – Вот здесь, на последней странице, где оглавление… Профессор открыл самую последнюю страницу. По началу она не показалась особо примечательной. Оглавление, примерный год написания книги, имена авторов – это пока никак не могло помочь с поиском информации. – Внизу мелким шрифтом написано «экземпляр 2». – наконец произнес он самую важную деталь. – То есть, должна быть ещё одна, точно такая же книга? – спросил Кефер. – Да. Как минимум одна. – Если мы не нашли ее в наших архивах, то, кажется, я имею представление, где она может быть… – проговорил фараон. Он многозначительно посмотрел на Рамзеса, слегка поменявшись в лице. – У нас все же есть шанс. – ответил профессор, догадавшись о чем говорит фараон. – Да. Это самое главное. Спасибо, Рамзес, это важная деталь. По рации фараона послышался шум, сопровождаемый помехами. Кефер, по-дружески похлопав Рамзеса по плечу, ушел, поднявшись наверх. Сигнал рации в библиотеке ловил не так хорошо, поскольку помещение считалось полуподвальным и находилось в самом низу Пирамиды. Наверху сигнал стал значительно лучше, шум и помехи стихли. Из рации послышалось: – Кефер, прием. Это Гор. У тебя гость. – Понял. Сейчас буду. – ответил мужчина. Фараон поднялся в свой кабинет, где его ждал таинственный гость, о котором пару минут назад предупредил Гор. В кабинете сидел грузный мужчина, которого Кефер узнал бы из тысячи. Эксатон. – Не ожидал. – признался Кефер, как только увидел брата. – Неужели? – переспросил Эксатон в своей ироничной манере. – Ты думал, я не приду, когда такое творится? – Спрошу прямо. – серьезно начал Кефер, не ответив на вопрос брата. – Весь во внимании. – спокойно ответил Эксатон. – Это ты устроил? Он озвучил вопрос, о котором он уже не раз размышлял. Вопрос, терзавший его последние дни после увиденного на небе символа. Прямых столкновений и сражений с Темной Пирамидой уже давно не было, но все же, всего пару дней назад, Эксатон произнес слова, которые все ещё крутились в голове. Пару дней назад, в ту ночь перед началом Черного Затмения Лара призналась Кеферу, что фраза Эксатона ее очень обеспокоила. Тогда Кефер не обратил внимания на эту фразу, успокоил Лару, сказав, что пока все нестабильно, и это нормально. Тогда, он даже не подозревал, насколько все будет нестабильно. «Скоро все изменится.» Теперь он прокручивал эту фразу в голове по несколько раз за день. И если бы он не увидел Эксатона у себя сегодня, он бы пришел к нему сам в поисках ответов. – Зачем мне это? – ответил вопросом на вопрос Эксатон. – Что ты имел в виду, когда говорил, что скоро все изменится? Ты знал об этом? – Да, знал. Сехмет мне сказала. – ответил он. – Почему ты не рассказал сразу? Это она сделала? – Нет. Мою жену не впутывай. Ей это так же без надобности, как и мне. Никто из нас бы никогда не подставил наш мир и жителей под угрозу. – Как же Сехмет тогда узнала? Так или иначе, ее я тоже подозреваю, она самая умная и хитрая из твоих. И на все пойдет ради тебя. – отметил фараон. – Мне расценить это как комплимент? – усмехнулся Эксатон. Все же, слова брата были приятны. Его похвалу он высоко ценил, хоть и никогда бы не признался в этом не только ему, но и самому себе. – Да. – кратко, но честно ответил Кефер. Верность и острый ум Сехмет действительно его восхищали. В глубине души он даже был рад за брата. – Да, я был не в восторге от решения отца провозгласить тебя фараоном. – начал Эксатон. – Но как бы мне не хотелось это признавать… Это твое место, не мое. После твоей коронации я многое обдумал. Кефер внимательно слушал брата, не перебивая. Эксатон говорил правду, когда решение уже было принято, больше не велась никакая борьба за власть, как было прежде. Столкновений воинств так же давно не наблюдалось. – Я слышал об убийстве в Золотом городке. Анубис разузнал. Даже в Темной Пирамиде и ее окрестностях никогда не было убийств. Эксатона и Анубиса новость об убийстве в Золотом Городке потрясла почти так же, как и Кефера и остальных. – Как же Сехмет узнала о надвигающемся? – Гадалка из твоего городка предсказала. – Ты держишь с ней связь? – чуть удивился Кефер. – А ты, что не знал, что она вхожа в Темную Пирамиду? – Я не думал, что она гадает именно тебе. Мне казалось, у тебя и своих полно, кто может это делать. – Так правдиво, как она это делает – нет. Она и коронацию твою мне предсказала. Я даже как-то предлагал ей перебраться к нам в Пирамиду, но она сказала, что семья ее веками жила в Золотом городке, Священная земля для нее. Не обрезай ей крылья, нормальная девка. Гадает, так ещё и все честно рассказывает. – Да, она мне тоже рассказывала. – согласился фараон. Не факт, что так же охотно, как Эксатону, но все же. – В общем, я думаю, нам необходимо объединиться вновь. Но уже не так, как раньше. Теперь мы должны сделать это окончательно. Наверно, уже пора забыть старое и жить в мире… – Эксатон ненадолго остановился, словно смутившись. – Ой, много лирики… В общем, можешь рассчитывать на меня и мое содействие. Сехмет и Анубис так же готовы помочь. И воины в твоем распоряжении, если понадобятся. – Согласен с тобой. Я рад, что мы наконец пришли к миру. Правда. – ответил Кефер, пожав брату руку. Кефер вспомнил про первый экземпляр той самой книги. – Доступ к своим архивам организуешь? – спросил он брата. – Хоть сейчас. Сообщи Рамзесу, что пропуск у него будет. – ответил Эксатон.