Не думаю, что это хорошая идея

Оливия приходила к Лизе чуть ли не каждый день, всë было хорошо, наша героиня шла на поправку. В очередной раз Оливия приехала к Лизе на такси от Ахмедика, и, зайдя в палату, черноволосая девушка увидела грустное, и даже немного напуганное лицо Варвары. Затем перевела взгляд на Лизу, прикрывающую рот ладошкой и почти плачущую. Оливия заметила медсестру, что стояла между ними, которая была не менее грустной. Оливия испугалась, что произошло что-то ужасное, или у Лизы нашли какую-то неизлечимую болезнь. – Что происходит? — хрипло спросила Оливия. Лиза посмотрела на неë и заплакала, из-за чего Оливия перепугалась ещë больше. Кажется она никогда не боялась так, как сейчас. – У меня сильно воспалены миндалины, да и они у меня увеличины с рождения... — всхлипывая, дрожащим голосом ответила Лиза – Лизае нужно будет делать операцию и вырезать их, — грустно продолжила Варвара. – Фух, я уж испугалась, что произошëл какой-то полный треш, — сказала Оливия и прикусила язык, поняв, что взболтнула лишнего. – Это ещë не всë, — немного успокоившись сказала Лиза и снова зарыдала. – Под местным наркозом эту операцию мы провести не сможем, у Лизы непереносимости этого вещества, — сказала медсестра, она хотела продолжить свою речь, но Оливия перебила еë. – Так в чëм проблема, сделали бы под общим, — явно волнуясь сказала Оливия. – В том то и дело, что и тут есть проблемы, — чуть громче сказала медсестра и грустно посмотрела на Лизу. – Если мне сделают под общим, то 60%, что я больше не очнусь, — плача сказала Лиза. – Ну так тогда не делай эту операцию! — крикнула Оливия, тоже готовая расплакаться, но бунтарка сдерживала себя. – Если не сделать эту операцию, то большой риск, что при очередной болезни я просто задохнусь! — разрыдавшись, крикнула наша героиня. – Ну, тогда надо делать под общим, — тихо заявила Оливия. – Ты что, не слышала? 60%, что я не очнусь! — переходя на крик, переспросила подругу Лиза – Ну не 100 же! — немного успокоившись, почти крикнула Оливия. – Да, не 100... — раздумывая о чëм-то, буркнула себе под нос медсестра, – Да! Будем делать под общим. И делаем прямо сейчас, нельзя медлить, девушка может задохнуться в любой момент, — добавила она. Черноволосая бунтарка молча подошла к Лизе и, молча сев на кровать, крепко обняла свою единственную подругу, пожелав ей удачи. Привезли каталку и уложили на неë Лизу, предварительно сделав ей укол наркоза. Девушка уснула и еë начали оперировать, пока Оливия сидела в коридоре и... Плакала? Оливия плакала чуть-ли не первый раз в жизни. Бунтарка дала волю чувствам и разрыдалась. Она не хотела терять свою единственную подругу, ведь за это время Лиза стала ей больше, чем просто подругой. Оливия считала нашу героиню своим по-настоящему близким человеком, они были почти семья, эта шлëндра боялась потерять Лизу, боялась больше не услышать еë звонкий заразительный смех, боялась больше не увидеть таких жизнеродосных красивых глаз, в которых можно было утонуть, она боялась больше не увидеть еë прекрасное, а главное живое лицо. Оливия очень волновалась за подругу. – Извините... — обратилась к Оливии медсестра. – Да что такое? — не поднимая свои заплаканные глаза, спросила Оливия. – Операция закончена, Лиза выжила, — мягко улыбнувшись, сказала медсестра. – Выжила?! Она очнулась? — уже не скрывая своих заплаканных глаз, переходя на крик, обрадовалась девушка. – Пока нет, она ещë... под наркозом, — сказала медсестра явно выдавив из себя последние слова, после паузы. – Так... Стоп, что значит «выжила»? — подумав о том, что она умерла, но всë же снова вернулась в этот мир, спросила бунтарка. – У неë... Дважды останавливалось сердце, она чудом выжила, — ответила девушке медсестра. Оливия была в шоке. Она чуть не потеряла всë, что у неë было... Да и не факт, что она вообще очнëтся. – Вы можете пойти домой, мы будем рассказывать вам о всех изменениях, — заявила медсестра, и, развернувшись, собиралась идти, но Оливия остановила еë. – Можно... К ней в палату? — хрипло спросила Оливия – Боюсь, что нет, лучше идите домой и выспитесь хорошенько, вы сидите здесь уже 2 часа с тех пор, как началась операция. – Нет, я лучше подожду тут, пока она очнëтся, — заявила бунтарка и, облегчëнно выдохнув, развалилась на кресле.