королёк, не умеющий петь

      Сказать, что чонин был удивлён-ничего не сказать. Время словно застыло. «нравлюсь?..» — блондин разбавил гробовую тишину. «прости, я должен был сказать раньше.» Эмоции обоих имели существенный диссонанс: в мыслях сынмина не было ничего хорошего, он лишь безнадёжно уверял себя в том, что тому даже дела до него после такого не будет. Он не так представлял своё признание; Слёзы подступали к глазам. «это сон?» — думал младший. Понимание того, что твой лучший друг влюблён в тебя делало его жизнь более чем благо. «наши чувства взаимны.» — он не может в это поверить. «Перестрелка бабочек в животе» — только так можно описать это чувство. До сынмина он не знал что такое влюблённость. Он был пуст. Пуст был его разум, его мысли. Но когда появился «он» то понял, что такое ухаживать и вытаскивать кого-то из ямы моральных амбиций.       Такое тривиальное слово может заставить двух человек сойти с ума от ощущения нужности и небезразличия со стороны другого. Ведь теперь они не просто друзья. Они друзья по чувству, которое в простонародии называют любовь.       долгий взгляд на друг друга, и вот она, та самая секунда, когда в голове обоих заиграла музыка души, песня открытости и удовольствия; Губы едва ли касались чужих, но не могли. Они боялись. Но страх это не преграда, тем более страх любви. Любить очень сложно и больно, чонин тоже понимал это, он испытывал практически те же чувства, что и ким, но они были тихими. Он плакал тихо, а любил ещё тише. Но сейчас, когда всё выяснилось и почти встало на свои места, зачем любить в омуте?       «сынмина, ты мне правда очень сильно нравишься. Я тебя безумно люблю.» — были ли это слёзы радости? — конечно. Парень уткнулся носом в родное плечо; кофта была мягкой и пахла так, что не хотелось поднимать голову больше никогда. Приятный запах весенней свежести и лишь тонкая нотка корицы, кофе с которой было выпито недавно, уходил в самое сердце, распыляясь по всему телу. Подходя до прекрасных бабочек в животе наворачивались слёзы. Алые губы всё же сомкнулись в нежном кротком поцелуе, но этого было достаточно, чтоб почувствовать невероятную привязанность. Шли дни, парни ещё больше начали разговаривать. Сынмин уже не чувствовал того, что раньше, не боялся сказать, что чувствует; Он будто родился вновь, только счастливее. Они жили будто какая-то пара из американских фильмов; Столько любви было в их словах и действиях, они буквально не представляли жизнь друг без друга.

***

Через неделю чонин всё же решил переехать к парню, потому что тот ему уже несколько раз намекал, не сказав ему; Он решил сделать ему сюрприз на день рождения. Родители были не против, а даже очень рады, что их сын наконец-то обрёл счастье, что теперь у него есть смысл жизни.

***

Ослепительно яркое солнце и столь манящий запах корицы, заставили парня проснутся и встать с кровати. Потерев лицо руками, он вошёл на кухню; В его глазах вырисовывается такая картина: довольное лицо чонина, и настолько красивая голубовато-серая рубашка, заправленная в широкие чёрные джинсы; В одной руке букет воздушных гипсофилов, завёрнутых в крафтовую бумагу, а в другой что-то непонятное: упакованая, в нежного цвета бумагу коробка. «С днём рождения!» — пение птиц так хорошо сочитается, со спокойным, но в то же время безумно радостным голосом младшего, что хотелось наслаждаться этим вечно. Без всяких слов сынмин подошёл и обнял парня, уткнувшись носом в ту самую, так вкусно пахнущуюю свежей весной рубашку. «Спасибо» — тихий, ещё заспаный, но уже полный счастья голос благодарил его от всего сердца. И вновь кроткий, но настолько родной поцелуй.       Цветы, что стояли в вазе так гармонично смотрелись стоя на столе. Солнце озаряло большую и просторную кухню. «может уже откроешь свой подарок?» — чонин очень сильно хотел увидеть реакцию, Но расстроился, когда старший сказал, что хочет открыть подарок вечером. «вечером ты будешь помогать мне перевозить вещи!» — он пытался сказать, но не хотел делать это слишком резко. «Всмысле? куда? ты квартиру будешь снимать?» — удивлённый парень пал в ступор, и чуть разочаровался: вдруг они будут жить совсем далеко, и чонин не будет просто спускаться со своего этажа на шестой, чтоб прийти к нему в гости. «хахаха, место в шкафу освобождай, на двоих делить будем» — намёк был слишком понятный. Глаза раскрылись от этих слов, сынмин был слишком удивлён. «правда?» сказал он, сияв от радости. Он удостоверился в своих мыслях и ещё крепче обнял парня- «я так рад». «а я то как, ты просто не представляешь»       Сынмин открыл подарок, он был слишком счастлив чтобы что-то говорить; Слёзы радости сами катились по щекам- «но он же такой дорогой.» Это было то, на что сынмин копил уже второй год-телефон, причём самой последней модели.

***

Жизнь правда казалась счастливым сериалом. Все было слишком хорошо.

***