Семья Коробас

Ты бы солгал, если бы сказал, то что тебе самому никогда не казалось, что "это уже чересчур". В каждый раз сидя перед своим старшим братом, тяжко вздыхающим из-за очередной жалобы, поступающей на тебя, ты нервно перетягиваешь шнурки своей толстовки, пытаясь придать своему лицу как можно более безразличное выражение. То и дело ты бросаешь взгляд на Комана, пытаясь прочитать в его глазах "степень недовольства проступком", и тут же отводишь взгляд в сторону, когда Коман смотрит на тебя в ответ. Но это не было из-за то что тебе типа стыдно или что-то в этом роде. Потому что, чёрт, тебя абсолютно не волнует, что он тебе скажет. Пффт, это всего лишь один разочарованный брат. Ты разбирался с шайкой голодных собак до этого, какого труда тебе стоит моральное давление? Да на тебя невозможно морально надавить, ты твёрд как камень из нижних слоёв земли. Или что-то подобное. Неважно. Ты хмуришься. Хмф, как будто Коман в детстве был лучше. Судя по его собственным многочисленным рассказам, прибавить к тому моменты из его детства, которые Рэдли то и дело рассказывает вам, только чтобы побесить Комана (и это ему удаётся, к сведению), Коман и сам не раз оставался на школьном наказании и заставлял маму краснеть за него перед соседями с разбитым окном. Правда, тогда главным автором идей, мотиватором и напарником в его преступлениях бывал Рэдли, но в любом случае. Коман соглашался, и это всё. Но прямо сейчас ты вновь сидишь перед ним на кухне, в полнейшей тишине, хмуро ожидая своего приговора, пока кухонные часы тяжко тикали. Прошло уже пятнадцать минут тишины, и Коман до сих пор ничего не сказал. Да, ты знал, зачем он тебя позвал, и ты знаешь, что Коман знает, то что ты знаешь. Но, как бы тебе не хотелось того признавать, эта тишина уже начинала хорошо давить на тебя. Боже. Вот бы он уже начал тебя ругать. Или кричать, что угодно. Только не эта тишина, о нет. Ты можешь действительно расплакаться, если Коман не скажет ничего ближайшие две минуты. Ты взглянул Коману в глаза, но тот смотрел на стол, взглядом абсолютно нечитаемым и пусто-задумавшимся. Ты внезапно почувствовал себя виноватым. С самого начала ты был тяжким грузом для этой семьи, и осознавал это, но не хотел признавать. Чёрт, да даже твой никчемный брат-близнец справляется лучше. Он хотя бы не зарабатывает проблем на плечи Коману, заставляя его впадать в такое стрессовое состояние. Тебе интересно, не жалел ли когда-нибудь Коман о том, что ещё раньше не сдал тебя обратно. Боже, всё было намного легче, когда мама была здесь. — Коман, - ты действительно удивился, услышав свой голос, - прости. Твоё горло было сухим и слова вышли полушепотом, но тем не менее ты мог уловить дрожащие нотки в своём голосе. О чёрт нет, ты не будешь плакать. Коман оторвался от мыслей и взглянул тебе в глаза, и ты был готов разрыдаться в ту же секунду. Ты ожидал от него чего угодно, даже тихого и холодного изгнания из дома. Но ты никак не ожидал тёплой улыбки, чёрт его подери. — Приятно слышать, то что тебе действительно не всё равно, Эрлтон. Теперь тебе захотелось плакать ещё сильнее. Ты зарыл лицо в руках, глубоко вздохнув. Слова отказались выходить, и ты неожиданно для самого себя и сам начал улыбаться, какого долбанного чёрта. — Я... - ты попытался подавить смешок и не справился. - Извини, я... я знаю, я не подарок. Мы все, честно говоря, но я в особенности. Я имею ввиду, блин, вам с Рэдли и без нас было хорошо. А тут мы... И тем более я... Может было бы лучше, если бы мама никогда не... — Нет, не говори так. Боже господи, никогда не говори так. Я не могу представить свою жизнь без единого из вас. Ты оторвал руки от лица, открыв Коману свою улыбку. Ты мысленно клянёшься, то что он воистину самый лучший старший брат, о котором можно только мечтать, но, разумеется, ты ему этого не скажешь. Вместо этого ты лишь проводишь пальцем по поверхности стола, пытаясь увести тему от этого душевного разговора. Ты ненавидишь душевные разговоры, насколько сильно они бы не облегчали твоё внутреннее состояние. — Так... это значит, у меня больше нет проблем из-за курения на территории школы? - Спросил ты с ноткой надежды в глазах. Коман ухмыляется, пожимая плечами в довольно игривой форме. — Думаю, нет. Проблемы только у твоего здоровья. И карманных денег, которые придётся на пару месяцев изъять. — Что... Эй! — Я просто беспокоюсь о твоём здоровье. И, о! Думаю, те же пару месяцев лёгких утренних пробежек отнюдь не помешают твоим бедным лёгким. Ты уронил голову на стол, пробормотав невнятное "ну тебя". Коман взъерошил волосы на твоём затылке, и ты ненавидишь признавать, то что тебе действительно это нравится. ----- Разумеется, только ступив за порог кухни, ты не удивляешься, увидев всех своих братьев у дверей. Они всегда любили слушать, когда Коман отчитывал тебя, говнюки каковы они есть. — Что? - Довольно резко спросил ты. — Без денег два месяца? Вау, это жёстко. - Подмечает Рэдли. — Чувааак, как ты избежал отчитывания? - Спросил Уолтер, медленно моргнув. Ты уставился на своего близнеца, не зная, стоит ли его послать, или это уже через чур. — Ну... - начал было ты, но тут же, ожидаемо, оказываешься перебит Эйреном. — Уолтер! Не все разговоры между братьями должны идти хмуро, знаешь ли! - Он как всегда самый громкий и чересчур семейный. - Семьи на то и семьи, чтобы уметь прощать, когда то надо! Представь себе, что бы случилось если бы все члены семей вдруг перестали доверять друг-др... Нет, это не слыхано! У братьев всегда должно быть взаимопонимание и помощь! Не знаю, какие книжки вы читали в своём детдоме, но лично я... всегда... всегда знал, как должно быть в семье! Может быть и не на собственном опыте, но я набрал его с литературы и окружающих! Как по мне, решение Комана... — Заткнись хоть на минуту, боже мой, - Колборн морщится, лёгонько ударяя Эйрена сзади, на что тот чуть не упал. План тихо хихикает, и Эйрен пускается в достаточно громкую (как и всегда) лекцию о том, что братьям братьев бить не подобает, так что ты успеваешь проскользнуть мимо них незамеченным, мимолётно дав пять Уолтеру, потому что, чёрт возьми, почему бы и блин нет. Чёрт. Твоя семья реально одна из самых ненормальных. Ты любишь это место. По крайней мере, только тут ты можешь врубится в свою приставку под крики и споры с нижнего этажа, сопровождаемые смехом и попытками разнять дерущихся, и тебе так этого не хватало в детстве.