Семья Коробас

Ты выходишь из ванной, воровато оглядываясь. Не заметив никаких следов чьего-либо присутствия, ты с выдохом расслабляешься. Фух. Ещё один раз завершён незамеченно. Так держать. Ты бы дал себе за это звонкую пять, и, конечно, ты тут же так и делаешь, потому что, эй, жизнь коротка. Нельзя отказывать себе в пустячных мелочах, святой фак. А ведь в данной ситуации тебе действительно хочется дать кому-нибудь пять за удачно завершённое делишко, но ты же не можешь предложить это одному из своих братьев, они точно начнут задавать вопросы. Хотя, ты не сомневаешься, то что Эйрен не отказался бы дать своему брату пять хоть просто так, пацан дружен с вами до агрессивности. Ха. Иногда ты представляешь всех своих братьев запертыми в клетке, и как низкий мужской голос сообщает вам о том, что вас отпустят, только если Эйрен ударит одного из вас. Мазафакер бы этого не сделал, долбаные утки. Он бы скорее казнил царя тупых троллей когтями котёнка, распевая песню из Титаника, чем навредил бы одному из своих братьев. Чёрт, твои мысли такие странные. Может, стоит завязывать с наркотиками. Ты невозмутимо идёшь по коридору, смотря в пол. Или, по крайней мере, ты думаешь, то что это пол. Глазам нельзя верить, чувак. Всё может быть иллюзией. Повернув за угол, твоё сердце невольно ёкает, когда прямо за ним ты видишь Рэдли. Ой ё. Этот факер действительно ходит очень бесшумно, чёрт его подери. Как же он этим часто пользуется. При виде тебя, его лицо переформировывается в его обычную "чертовски самодовольную ухмылку мазафакера", как ты её называешь. Она у него действительно по умолчанию, чёртово говно. Ты просто медленно на него моргаешь, решив дать право первого удара ему. И он начинает свой ход: — Тааак. Чего это мы так воровато крадёмся, мм? Воу. Это было мощно. Минус двести хп, курлыка. С оставшимися восемьсот хп, ты наносишь ответный удар: — Я не знаю, брат, я думал это ты у нас обычно подкрадываешься? Мои руки чисты как серебренные ложки, королевский ёршик. А вот у тебя, похоже, фак, не очень. Твои слова не имеют эффекта. У Рэдли остаётся столько же хп, и он вопросительно поднимает бровь, щурясь. — Мои? И с чего это? Защита. Отлично, у тебя ещё есть шанс. — А может с того, что ты вечно всех пытаешься в чём-то обличить, шеф? Это у тебя что, такая система самозащиты: "чтобы не спалиться самому, спали других"? Это был замечательный ход. Ты видишь, как Рэдли меняется в лице. Минус четыреста. — Боже. - Он вкладывает столько искреннего недоумения и лёгкого отвращения в это единое слово, что ты уже не сомневаешься, что победа за тобой. - Ты... Я тебя никогда не пойму, Уол. Минус пять. Иммунитет. Тебе настолько часто напоминают о том, что ты странный, что это тебя уже и не волнует. — А я никогда не пойму тебя, Рэд. Так мы чёртовы квиты? Рэдли лишь качает головой, конечно, вновь поставив своё лицо по умолчанию. Так держать, ты его разнёс, Уолтер. Ю вин. — Квиты, - говорит Рэдли, перед тем как развернуться. - И, да, спасибо за то что сказал, что меня не понять. Значит, я действительно хорошо держу свой образ. — Всегда пожалуйста, твою ж мать, готов услужить брату хоть когда. Ты не совсем понимаешь, что Рэдли имел в виду, но тем не менее чувствуешь "братскую обязанность" (ёбанный Эйрен) ответить ему вежливо. Иногда ты задумываешься, любит ли Рэдли вас на самом деле, но ты блядь не знаешь. Гоблин сложный как девушки. Но ты его не винишь. Чувак, кому не трудно в этом мире? Если у факера есть свой "образ", то пусть его придерживается, если ему так легче. Значит, на то есть причина, но ты не будешь лезть в его жизнь, ты уже и так это сделал двенадцать лет назад, придя в эту семью из детдома. Но, чел, тебе тут хотя бы хорошо. Чего только стоит один Коман. Настоящий трюфель, покрытый золотом с бриллиантами, на руках у красавицы мира, а не старший брат. Ты улыбаешься и вновь возобновляешь свой путь в вашу с Эрлтоном комнату. Открыв дверь, ты с порога говоришь своему брату: — Больше никогда не заставляй меня играть в твои грёбаные игры, чел. Эрлтон поворачивается к тебе, оценивая взглядом. Затем он просто фыркает, вновь поворачиваясь к своему монитору. Ты немного остаёшься стоять у порога, любуясь им. Чёрт, как хорошо, что у тебя есть этот говнюк. Без него тебя бы давно затоптали в детдоме. Только благодаря ему ты там выжил. Было приятно иметь кого-то рядом всю свою жизнь. А теперь у тебя их ещё пять, вау. Иногда ты не можешь даже до конца это переварить. Жизнь такая непредсказуемая штука. Вот так вот сидишь с братом один, и, бац, мазафака! У тебя их уже шесть! Да ещё и мама впридачу! Мама. Какое красивое слово, тебе всегда так казалось. Ты помнишь, как, будучи трёхлетним пиздюком, выучил где-то как оно пишется, и, пока все остальные спали на тихом часе, ты проводил своими пальчиками по неумело выведенным буковкам, шёпотом повторяя: "Мама". По крайней мере, ты успел узнать, каково это - иметь маму, будь то и ненадолго. Но теперь у тебя остались только эти сосунки, и, чееел, ты будешь хранить их как зеницу ока, ибо они самый лучший подарок в твоей жалкой жизни.