Убереги меня от этого кошмара.

Забвенью поддайся, разрежь ночь ножом, во тьму окунайся, ворвись в сон огнём. Не дай шанс спасению, ничтожен герой. Двойник твой бесследно, умрёт под дождём. . . . Темнота погружала комнату в бесконечный поток мрака, на небе видна лишь полная луна, да малое скопление звёзд, что соединялись, порой в странные выдуманные созвездия. На улице развивались легким ветерком листья деревьев, а вместе с ними и слабые демоны, что повылезали из углов, в поисках остатков человеческой еды. Ночь будет веселой для Неро, и его нового напарника — Вергилия, конечно же, если демоны помешают мирной жизни людей. За весь оставшийся день, после того, как Данте привёл своего братца, и огорочил Неро, Верг в действительности старался научиться человечности у собственного сына, ему было интересно прислушиваться к советам парня, не перебивал и задавал встречные вопросы. Неро был поражён этим поведением отца, как мог такой как Вергилий, выбрать вместо погони за силой, путь к саморазвитию, познанию чего то большего, а самое главное принятие человеческой сущности Хоть, и кажется что Данте и Вергилий, вовсе не близнецы, не братья, словно два разных человека, это не так. Они связаны, они две половинки чего то большего. Но из-за разных взглядов на мир — эти половинки, могут в конце концов не сойтись в едино. Может, одна часть рассыпется в прах, глубокой ночью. . . Все так же темно, Данте с трудом удается уснуть, размышляя о всяком. Его мысли настолько быстро сменяются с одной на другую, что голова невзначай начинает побаливать в области затылка. Обычно, этому зазнавшемуся мужику нипочём даже пуля в грудь, не то что боль в голове. Но в такие моменты, когда он совсем один, и рядом ни души, даже демона. бывает до жути больно даже от занозы. Хоть Данте и получал какое то удовольствие от битв, и получаемых ран в разгар драки, но это, скорее похоже на игнорирование явных «болячек» во время наплыва адреналина в теле. В конце концов, Данте сломился перед непереносимой усталостью, смыкая очи свои, укрывшись своим же плащ-пальто, засыпая на твердой диванной подушке, с растрёпанными белыми локонами, задевающие ручку дивана. . . . Маленький дворик, прекрасные стволы деревьев, что стоят практически в ряд с остальными, и два юных мальчика близнеца, что играют в войнушку между собой, дерясь на деревянных палках, что были аккуратно спиленны на концах и на основани. Юный Вергилий, отчаянно пытался одолеть своего младшего братца Данте, что к счастью, на этот раз не проиграет своему близнецу. Они смеялись, злились на друг друга, но все равно оставались братьями, что будто слились в едино во время своей битвы. Юнцы часто поддерживали друг друга, даже когда один проигрывал — другой говорил ему: «Всё в порядке, я понимаю», что доказывает их общие мысли, общие чувства. Даже на расстоянии, они могли чувствовать друг друга, чувствовать эмоциональную связь, и даже тактильную. Это был лишь сон. Не прекрасен ли он? Маленький Данте старался защищать себя от атак близнеца, но и не позволял себе сильно колечить того. Что так же проделывал Вергилий. Они вместе сражались, иногда бок о бок, ударяя палками о кусты и стволы деревьев, представляя — что на них напали демоны. К сожалению, сражаться с демонами придётся лишь старшему сыну Спарды. В момент их поединка, Ева позвала к себе Вергилия в дом, поговорить — не иначе. Верг в ту же секунду крикнул матери, что уже бежит к ней, опустив свою палку из собственной хватки, давая ей упасть на землю. Старший попрощался с Данте, и обещал вернуться закончить начатое, после чего, на всех скоростях поторопился в дом. Оставив близнеца на едине с собой. Спящий Данте, что видел этот сон от своего лица юноши, после исчезновения Вергилия из поля зрения, заметил краем глаза что-то не ладное. И не то чтобы он увидел что-то, он почувствовал маленький скачок смешанных чувств, которые он испытывал во время разлуки с семьёй. Стоящий лицом, в сторону дома, мальчик хотел разглядеть его получше, так из-за того, что всё пространство казалось мыльным, не чётким. но всё так же прекрасным, отдавая ноткой теплоты в душу. . Но Данте не сразу допёр. Всё дошло до его ума, когда он затяжно моргнул, после чего, перед его лицом стояла ужаснейшая картина, все так же нечёткая: Кипящая демонами, горящим домом, и тёмным небом. Он стоял во дворе, на том же месте, где стоял Вергилий в прошлом. Но теперь, стоит тут только он, он, и озлобленные, голодные демонические твари, что пронзали его тело всем, чем только возможно. Данте кричал, ревел во все горло, ему было страшно, от того, что те смешанные чувства, что он испытывал прячась в шкафу, были и частью чувств его старшего брата, на месте которого стоит сейчас сам он. Его крики были ужасающими, ужасающими до боли в животе и голове спящего Данте на этот момент. Как странно, что он, будучи во сне, чувствует всю боль как наяву, прямо как Вергилий чувствовал всё это. Кровь мальчика заполнила весь двор, окрашивая палки-мечи, с которыми он дрался с братом, впитываясь в землю, словно капли проливного дождя Группа демонов потрошили тело Данте, ещё живого Данте, что чувствовал это, и чувствовал, до конца. Как острия когтей и орудий этих голодных тварей задевали и пронзали человеческие органы, в том числе и лёгкие, от чего было трудно дышать. Он всё чувствовал. Так ужасно. Больно! Больно… Мама! Мне страшно! Вергилий! прошу, вернись за мной! Не бросайте меня! . . . . Исцеление мрак, а жизнь каламбур, возьмись близнецом, сыграй свою роль. Не даром душа, на две половинки разбита как ваза в полу-мрачной квартирке.