На кончиках пальцев

      — Ну и чего я так волнуюсь?              Арсений смотрел на своё отражение в зеркале туалета, упёршись руками в бортики раковины: волосы всклокочены беспорядочными тёмными волнами, глаза — с тревожной синевой, губы сжаты в тонкую полоску, хотя индиговый цвет вполне себе симпатично оттенял уровень его переживаний. За четыре года в костюме Арсений приходил на работу лишь пару раз, предпочитая неформальный стиль и являясь живой рекламой собственного мерча, как практически все в офисе, но конкретно сегодня ему стукнуло в голову нарядиться во что-то строгое с галстуком в придачу, а всё для того, чтобы произвести впечатление. Не на Антона, а на его сопровождающего и по совместительству лучшего друга Диму.              После знакового сообщения с согласием сопоставить графики сразу не удалось, поэтому прошедшие три дня Арсений жил, как на иголках, попутно отвечая на весьма странные вопросы Антона в телеграме. Тот признался, что нашёл их на просторах интернета с пометкой «Как сблизиться с человеком за 5 минут». Арсений не знал, что умиляло больше: желание Антона узнать его поближе, целенаправленный поиск вспомогательных элементов или сегодняшний вопрос в семь утра — «Каким супом тебя кормить, когда ты болеешь?», на который он ответил просто — «куриный, но с щепоткой любви» и получил привычную батарею скобочек.              Команда не замолкала ни на минуту. Телефонные звонки, макеты, договоры о поставке необходимых материалов для инсталляций, свет, периодический поток мата, если не удавалось условиться с первого раза. Оксана — не менее всклокоченная — едва не сгрызла свежий маникюр на большом пальце, пока разговаривала с менеджером «Этажей» по поводу аренды пространства Синий пол. Судя по облегчению на её лице, договориться всё-таки удалось, но требовалось личное присутствие, чтобы прикинуть расположение того богатого плана, вылепленного за четыре часа усиленного брейншторма. Арсений ни разу не пожалел, что когда-то перешагнул через убеждение «Если хочешь сделать что-то хорошо, сделай это сам» и подобрал себе таких же двинутых на голову людей, впоследствии сформировав слаженную команду. Оксана улетела к такси, схватив распечатанный план смоделированного оформления зала, а Арсений в четвёртый раз за день потащился к кофемашине и налил кофе не только себе, но и Гороху с Зайцем — те спорили о том, какие модельки следовало добавить в Куб Темноты и почему не стоит в игру на осязание добавлять предметы с двояким смыслом, так как на мероприятии будут присутствовать дети и подростки, которые совершенно точно устроят словесное порнографическое шоу, а портить репутацию серьёзного мероприятия — «нет, нет и ещё раз нет, пацаны, я вам жопы порву, если вы пошлятину туда засунете».              Деловой директор с деловыми делами.              Арсений улыбнулся и кинул взгляд на время, ужаснувшись, как быстро день проглотил часы, приближая его к моменту Икс, до которого оставалось двадцать минут. Голова шла кругом от нескончаемой переписки и потока фотографий Оксаны — зал ему очень нравился. Они буквально схватили удачу за хвост, ведь перед новым годом такие места разбираются как горячие пирожки. Очевидно, Оксана была достаточно убедительна в презентации идеи нестандартного показа мод и сотрудничества с «Миром на ощупь», которые от концепции пришли в полный восторг.              — Арсений? — на пороге его кабинета застыл Серёжа Шевелев и выглядел очень обеспокоенным.              — Что стряслось?              — Оксана попросила меня принести тебе объёмные макеты футболок, чтобы продемонстрировать нашей модели. Ты в порядке?              — А не похоже, да? — Арсений откинулся в офисном кресле и бросил взгляд на верхушку Исаакиевского Собора, торчащую из соседнего здания.              — Выглядишь заёбанным, — Сергей аккуратно разложил перед ним макеты и устало улыбнулся.              Лучше бы я себя им чувствовал, и лучше бы не работой.              — Зато работа кипит, — не менее устало улыбнулся он в ответ.              — Мы с пацанами на созвоне с ребятами из «Мира». Сошлись на том, что для детей и взрослых будут разные предметы на ощупь.              — Только без порнухи, иначе журналюги меня сожрут. А я сожру вас.              — Сделаем. Дарина там с кем-то усиленно срётся уже час, и судя по её упорству, у нас не только интернет-порталы будут, но и пара федеральных каналов точно.              — Вы все — большие молодцы. Если до следующего года доживём и выполним план продаж, премию такую выдам, что закачаетесь!              Сергей кивнул и почти вышел из кабинета, когда в дверь тихо постучали. В проёме оказался невысокий мужчина — наверняка Дима — в тонкой куртке и странной шапочке на макушке и укутанный в дутый пуховик Антон — слегка потерянный, пытающийся прислушаться к нескончаемому потоку речи (Дарина на другом конце опен-спейса смачно заорала «да блядь!» и громко хлопнула дверью в уборную).              — Здравствуйте, — поздоровался Дима и пропустил быстро просочившегося между ними Сергея на волю офисной вакханалии.              — Добрый вечер, Дмитрий, здравствуй, Антон.              Не расплыться в улыбке при виде Антона, слегка вжавшего в плечи голову, было крайне сложно. Арсений с абсолютной невозмутимостью пожал руку озирающемуся по сторонам Диме. Антон вытянул ладонь, и Арсений почти на автомате нырнул своей под длинные прохладные пальцы, слегка цепляясь кончиками за чужие.              Такой жест со стороны мог выглядеть странно, но Арсений находил в нём особое очарование и уникальность — ни с кем из своих близких и знакомых он никогда так не здоровался. Ему бы обнимать Антона примерно часов пятнадцать, но вместо этого он помог ему снять крутку, указал Диме на шкаф для одежды и жестом пригласил сесть, самостоятельно провожая Антона в кресло напротив собственного. Невесомо сжав плечо под фиолетовым худи, Арсений чуть улыбнулся и занял своё место.              — Чай, кофе, вода? — на манер бортпроводницы произнёс он.              — Я бы не отказался от кофе, — ответил Дима. — Каппучино какой-нибудь, но без сахара.              — Антон?              Он сидел, сильно сжав подлокотники пальцами, и выглядел как человек, загнанный в клетку, но не имеющий возможности из неё сбежать даже через открытую дверь. Арсений не представлял, что с этим делать, а вот Дима выглядел вполне буднично и, склонившись, что-то шепнул Антону. Тот низко хохотнул, также тихо ответил и сцепил пальцы перед собой, расслабляясь. Ужасно подмывало узнать, что именно заставило его волнение сойти на нет, но сейчас было не самое подходящее время.              — Свежевыжатую воду, пожалуйста, — сказал Антон с улыбкой на губах.              — Аромат горного хрусталя добавить? — Арсений подошёл к кулеру, налил воды в стаканчик и зарядил кофемашину.              — В следующий раз.              Дима бегал взглядом с одного на другого и обратно, будто сидел на теннисном матче и вот-вот мог воскликнуть: «Гейм Шастун. Шастун/Попов лид уан гейм ту зироу». Пока кофе наполнял бумажный стаканчик, Арсений достал две копии договора из ящика стола и положил перед Димой.              — Изучайте столько времени, сколько понадобится. Антон, — тот повернул голову в его сторону, — сейчас покажу тебе макеты.              Направив чужие длинные пальцы к футболкам, Арсений внимательно наблюдал за реакцией Антона: осторожными движениями он потирал подушечками материал, ощупывал его и стал медленно искать выпуклый рисунок, вышитый вручную специально в несколько слоёв, чтобы не возникало трудностей в воссоздании его смысла в голове. Антон с интересом очерчивал пластырь на своём собственном нарисованном рте, отслеживал силуэт лица и линии пушистых кудрей.              — Вот это прям прикол. Рот мне ещё не заклеивали, — прокомментировал Антон и принялся рассматривать вторую футболку.              Дима с максимальной внимательностью вчитывался в каждую строку, тихо поблагодарил за кофе и кинул на Арсения короткий взгляд исподлобья, будто пытался найти в выражении его лица какие-то невербальные сигналы о лжи и незаконности. Подобная подозрительность в особенном случае Антона была вполне оправдана, так что никаких обид Арсений не держал и решил, что созерцание собора за окном вполне его успокаивает.              — И вот прям никакого текста мелким шрифтом? — Дима закончил читать контракт и сделал глоток из стаканчика.              — Наша деятельность совершенно прозрачная. Кредитов мы не выдаём, а значит, никаких подводных камней не надо. Вас все пункты устраивают?              Арсений ослабил узел галстука, мечтая снять его вовсе, тем более что объекту для хорошего впечатления было глубоко параллельно и на цвет костюма, и на фасон, и на степень чистоты. Старания вылетели в трубу, получается, а Антон всей красоты всё равно увидеть не сможет.              — Здесь написано, что предоплата в размере пятидесяти процентов производится в день заключения контракта, а вторая половина в день завершения. Что вкладывается в понятие «завершения»?              — Вы юрист? — Арсению Дима определённо нравился своей дотошностью и въедливостью, потому что сам он поступил бы точно так же, если бы оказался на его месте и защищать предстояло бы интересы Серёги.              Не дай боги, конечно, чтобы лучший друг утратил зрение: как же ему потом красивых цыпочек рассматривать и добавлять в свою шикарную коллекцию в телефонной книге.              — Стоматолог.              — И душнила, — добавил Антон, ощупывая рисунок наушников. — Во-о-о, я себе тоже такие хочу, музыку слушать!              — Ты вроде Робин себе хотел, — Дима перевёл взгляд на Антона, который в свою очередь переместил своё внимание на футболку с закрытыми маской глазами.              — Робин — приоритет номер один. Потом наушники.              — А Робин — это..? — вклинился в диалог Арсений, чуть покачиваясь в кресле.              — Умная трость, — ответили Антон и Дима в унисон.              — А.              Стоимость Арсений загуглил сразу же и испытал облегчение, когда увидел цифру на сто тысяч меньше половины гонорара Антона за участие в проекте. Никаких актов доброй воли, благотворительности, подарков и самодеятельности в виде немедленной покупки трости Антон точно не потерпит, обидится страшно и вполне может отказаться от участия, поэтому удача явно благоволила Арсению: его деловое предложение покрывало нужду в дорогостоящем девайсе, которое Антон мог оплатить самостоятельно, без налёта жалости со стороны своего работодателя и симпатичного воздыхателя в одном флаконе.              — Арс, вот эта больше всех нравится.              Антон вверх тормашками показывал футболку с принтом маски для сна и надписью «Всё видел» на ней, а Арсений чуть сдвинул брови от осознания, что его задумку уловили, как надо. Все эти дни его беспокоила судьба конкретно этой модели. На иголках он ходил, потому что боялся реакции или, что ещё хуже, полного её отсутствия, но Антон превзошёл все ожидания и широко улыбался — я понял, я чувствую, я тоже видел всё — и Арсений снова в своей голове разыграл мини-сцену очередного романтического фильма, где вокруг них летают бабочки, те самые, что почему-то живут в области живота.              — А где планируется презентация? — Дима допил кофе и ещё раз перечитал последнюю страницу.              — В лофт-проекте «Этажи». Строго по приглашениям. Вас обеспечу именным с «плюс один». Будут развлечения для детей.              Бал правил Арсений-продажник, и Дима действительно впечатлился схваченностью ситуации, хотя всё равно продолжал смерять его полуподозрительным взглядом.              — Где подписать? — оживился Антон и выпил свою воду залпом.              — На последней странице есть строка для подписи рукоприкладчика и пункт «Условия контракта мною услышаны и донесены в полной мере» — для тебя.              — Тебе вслух зачитать? — спросил Дима и взял ручку с подставки.              — Я вам верю, — без колебаний произнёс Антон.              — По контракту я обязан прочитать вслух.              — Поз. Мы знакомы десять лет, ну какой к чёрту «обязан»? — Антон нервно постукивал ногами по полу. — Там есть пункты о порнографии, нелегальной деятельности, убийстве котят, отмывании денег, продаже меня на органы?              Чем дольше Антон перечислял, тем выше ползли брови Арсения. Откуда в его голове вообще взялись такие абсурдные вопросы?              — Э-э-э, — Дима на рефлексе заглянул в бумаги ещё раз, — нет.              — Жаль, что первого нет, конечно, — Арсений закатил глаза при виде хитрой, кривенькой улыбки на ярких губах.              — Могу устроить, — невозмутимо сделав глоток из большой кружки с надписью «Собственность Графа», Арсений решил, что оставлять такой вброс без ответа будет фатальной ошибкой.              — По контракту?              — Добавить этот пункт в приложение?              — А ещё парочку можно?              — Такие вы, конечно… — на грани слышимости произнёс Дима.              — Паспортные данные верные? — спросил Арсений уже у него, но взгляда с Антона не сводил.              — Да. Я ещё вчера перепроверил в электронном виде.              Выводя буквы на обоих экземплярах и передавая их для подписи Арсению, Дима снова вошёл в режим судьи на теннисном матче и наблюдал не за дуэлью взглядов, а за дуэлью игривого взаимодействия.              «Гейм Попов. Шастун/Попов лид ту геймз ту уан».              Арсений связался с нотариусом этажом ниже, и тот появился в кабинете спустя десять минут, подтверждая легальность сделки, расписался сам, проследил за участием Арсения в этом важном деле, шлёпнул печатью и был таков.              — Поздравляю, Антон, теперь ты официальное лицо коллекции «Без чувств», — и протянул руку, которую тот сжал и погладил тыльную сторону ладони Арсения кончиком большого пальца.              — Кхм… А где у вас…? — вклинился Дима, резко поднявшись.              — Прямо по коридору и налево.              Арсений воспользовался моментом тет-а-тет и подошёл к Антонову креслу, присаживаясь на подлокотник. Антон улыбнулся, но голову в его сторону повернул не сразу, теребя кольцо на безымянном пальце.              — Что оно значит для тебя?              — М? — Антон сел полубоком.              — Кольцо.              — Это подарок мамы и Димки на день рождения. «Che il vento sia con te» — «Да прибудет с тобой ветер». Оно о свободе и о том, что я волен делать то, что хочется, с кем хочется и когда хочется. Даже несмотря на недуг.              — Очень красиво.              Невозможно было не вытянуть руку и не коснуться чужой, притягивая ближе, чтобы рассмотреть украшение. Очень много деталей, сделано качественно и в целом выглядит достойным красивых антоновских пальцев. Арсений очертил рисунок штурвала, едва заметно провел линию к тыльной стороне ладони и почти убрал руку, когда его перехватили и аккуратно сжали четыре пальца одновременно.              — Я благодарен тебе за эту возможность, Арс.              — Мне только в радость поработать с тобой. Новые горизонты развития компании.              — А ещё я благодарен за то, что ты не пытаешься давить, не занимаешься благотворительностью и поступаешь так, будто я нормальный человек.              — Антон, я прошу тебя перестать так отзываться о себе, — Арсений зачем-то сел на корточки, чтобы оказаться с его лицом на одном уровне.              — Ты не так понял меня, — выражение лица Антона вмиг стало напуганным. — Я тут не играю в образ «пожалейте меня, я весь такой бедный и несчастный, поплачьте над моей тяжёлой судьбой», — Антон сжал руку Арсения крепче, почти до боли, но желания вырвать её не возникло ни на секунду. — Мне просто очень приятно чувствовать себя человеком, которому предложила работу крупная дизайнерская компания, платит деньги, организовывает мероприятие и всё такое. Со мной такое в первый раз в жизни!              — Антон…              — Дай мне договорить, пожалуйста, — поняв, что сжал пальцы слишком крепко, Антон ослабил хватку и стал быстро оглаживать кожу, будто извиняясь за дискомфорт. — У незрячих людей спектр профессий узкий: массажист, гид, наборщик текстов какой-нибудь, тифлопереводчик или педагог в школе для особенных детей. А я чувствую себя нормальным человеком, потому что получил то, что мне обычно недоступно.              Проглотив порыв вывалить на него весь поток своего восхищения, симпатии, обнимать, пока руки не заболят, Арсений сильно сжал губы, глубоко вдохнул и под аккомпанемент щиплющих нос эмоций спокойно произнёс:              — Я уверен, что это начало нечто нового.              Дима предусмотрительно громко зашевелил ручкой двери (та работала прекрасно), покряхтел на пороге, попереминался с ноги на ногу пару секунд, чем вызвал улыбку. Арсений выпрямился и отдал контракт Антону, предварительно положив его в файл, чтобы не случилось чего.              — В какое время мне подойти завтра в студию? — Антон аккуратно держал документ пальцами, словно тот был ценнейшей рукописью.              — Давай в пять тридцать? — Арсений снял галстук окончательно и швырнул его в кресло. Дима криво улыбнулся. — Я могу за тобой заехать.              — Да не, я после работы сразу пойду, там идти двадцать минут всего.              — Я настаиваю.              — Я тоже.              Это был не спор, а Дима вполне мог засчитать победу Антону, потому что его никак не удавалось переубедить: вот уж действительно упёртый человек. Хотя сам Арсений был точно таким же, но умел лавировать и подстраиваться, в отличие от непреклонного Антона.              — Хорошо, — сдался Арсений. — Есть ещё какие-то вопросы?              — Да, — отозвался Дима. — А есть возможность сделать две детские футболки? Мои Тео с Савиной будут в восторге.              — Придумаем что-нибудь. Передадите размеры через Антона?              — Передам обязательно. Спасибо тебе, Арсений.              Он смотрел в карие глаза без тени улыбки и был уверен, что Дима благодарил его далеко не за футболки.              И кивнул ему в ответ.