Развращение первой любви героини

Все началось с темной колыбели. До этого момента я только думала, что переродилась, сохранив память о прошлой жизни, но не подозревала, что попала в мир романа. Открыв глаза, первым делом оглядела окружающее пространство взглядом. Повсюду было темно. Это было унылое место без света. Если бы не луна, изредка пробивающаяся из-за облаков, здесь была бы кромешная темнота. Зрение, которое постепенно становилось все более четким, подтверждало тот факт, что в этой комнате кроме меня никого не было. Я подползла поближе к зеркалу. Было странно, что я могла двигать руками и ногами, несмотря на то, что была новорожденной, но, видимо, я инстинктивно двигала своим телом. К счастью, в зеркале отражался ребенок. Маленький и милый малыш, голова которого была большой, а тело маленьким. Однако у ребенка были длинные волосы и необычная форма глаз. Я приблизилась ближе к зеркалу. Мои волосы были достаточно длинными, чтобы покрыть все тело. Было абсолютно темно, но часть волос, освещенная лунным светом, была цвета индиго. В зеркале также отразилась моя кожа. Для новорожденного ребенка, которого еще не осквернил мир, было нормально иметь гладкую и мягкую кожу. Однако моя кожа была другой. Это было похоже на... Чешуйки? На шее виднелись какие-то странные наросты, похожие на чешуйки. Когда я слегка коснулась их, они впились в кожу. Однако они не исчезли полностью. Было странное ощущение. Неприятное чувство охватило все тело. Наконец я увидела свои глаза. Эти глаза были непрозрачного желто-зеленого цвета, как будто нарисованные. Желто-зеленые без всяких примесей. Пока что мне все нравилось, но... зрачки, вытянутые по вертикали, были на удивление выразительными. Когда они расширялись, то увеличивались настолько, что заполняли всю радужку, а когда сужались, то походили на тонкую нить. Такие глаза были ужасающе загадочными. Когда зрачки двигались, казалось, что они издавали шипящий звук, как будто... Как у змеи. Ш-с-с… Мои зрачки сузились. Я почувствовала, как задрожали чешуйки на моем теле. Каждая прядь волос дрожала. Это был инстинктивный страх. Когда я сжала плечи и огляделась, дверь внезапно открылась, и кто-то вошел в комнату. — Ты проснулась? Он был одет в черную мантию, которая скрывала все, кроме лодыжек, открытых из-за высокого роста. Это мужчина. Хотя… можно ли назвать такое существо человеком? Именно такие мысли пробежали в моей голове, когда я увидела тонкие, костлявые лодыжки. Он подошел ко мне вплотную и протянул руку, чтобы приподнять подбородок. Его прикосновение было очень грубым для новорожденного ребенка, но это не имело большого значения, так как все уже вышло из привычной колеи. Мой разум был пуст. Он осмотрел мои глаза. Затем взял и приподнял веки пальцами. Я не хотела показывать свои глаза, но ничего не могла поделать, лишь почувствовала, как вытянутые зрачки сужаются. — Шон, — позвал он. Не успел он договорить, как рядом с ним появился другой мужчина. Его лицо было закрыто маской, но, к счастью, кости и плоть все еще были при нем. Казалось, он был человеком. — Посмотри на это дитя, — схватив и направив мой подбородок в сторону мужчины, сказал он. Не думая, я посмотрела в глаза мужчины. Ш-с-с… По спине пробежал холодок, заставивший все тело дрожать. В то же время я почувствовала острую боль, как будто мне разорвали глазные яблоки. — Ха-а! Я закрыла глаза и свернулась калачиком. Было такое чувство, будто глаза горят. — Ха-ха-ха! — рассмеялся он, отбрасывая меня в сторону и не обращая внимания на мою боль. Что, черт возьми, происходит? Я зажмурила воспаленные глаза и едва подняла голову. Затем обнаружила, что человеческий мужчина превратился в камень. Я протерла глаза, но увиденное не изменилось. Мужчина по имени Шон превратился в камень. Что здесь творится... Я не могла отправиться от шока после своего первого убийства. Мужчина, который уже некоторое время смеялся, потянул меня за руку. — Хорошо сработано. Это действительно шедевр! Шедевр, — поглаживая руку, сказал он. — Хорошо. Теперь я должен дать тебе имя. Он наклонился и посмотрел на меня, прежде чем снять перчатки. Его рука, покрытая плотью, коснулась моей щеки: — Карина. Его рука пахла гниющим трупом: — Дитя мое, вот твое имя. Карина, Карина Апокалита. Мужчина, который был моим отцом, спустил капюшон своей мантии. На половине его лица остались только кости: — Запомни свое имя и фамилию и хорошо служи Апокалитам. Он велел мне запомнить фамилию Апокалита, но в этом не было необходимости. Я уже была хорошо знакома с этим именем. Апокалита – место, называемое «могилой богов», где была «произведена» смешанная раса. Это было место обитания финального босса из романа, который я читала прямо перед смертью. Ох, что же делать? Я разразилась внезапным смехом, который не свойственен новорожденному ребенку.