Squirrel fucker

Странное дело - случайно вступить в брак с незнакомцем. Или странный пример брака с зверочеловеком, который, очевидно, был гораздо более постоянным и физическим. Если бы Кейл хоть что-то знал о спаривании, он бы не стал так кусать Альберу. Хотя, если честно, Альберу в то время не высказывал никаких претензий. Кейл отчетливо помнил, как белка умоляла о большем, пока Кейл трахал ее почти на каждой поверхности в лесу, а потом забрал домой и трахал еще. Течка была, очевидно, довольно мощной, а феромоны были достаточно сильными, чтобы даже такой человек, как Кейл, потерял рассудок. Все стороны согласились, что это был просто несчастный случай, и поэтому никто не виноват. Но также было решено, что Кейл должен взять на себя ответственность за эту досадную ошибку. Беличьи звери, обитавшие в лесах на территории Хенитьюз, втайне и спокойно относились к Альберу с большим уважением, и они не потерпят, чтобы Кейл бросит его сейчас. Не то чтобы Кейл не хотел брать на себя ответственность, он просто не представлял, что это будет обязательством на всю жизнь. Очевидно, что спарившийся омега, как объяснили зверолюди, не мог нормально жить без своего партнёра. Возникали серьезные проблемы со здоровьем и другие проблемы. Помимо того, что спаривание было для них глубоко культурно значимым актом, существовали и реальные физические последствия, от которых Альберу мог пострадать, если бы Кейл его бросил. Тетя Альберу, красивая и сдержанная женщина, в жутких подробностях объяснила Кейлу, что с ним сделает, если она узнает, что он плохо обращался с ее драгоценным племянником. Это была большая ответственность по отношению к парню, которого он встретил всего один раз. После инцидента Альберу улизнул, пока Кейл спал, и Кейл думал, что на этом все закончится. На следующий день у поместья Хенитьюз собралась целая армия беличьего народа, требуя аудиенции у графа. Были слова. И теперь, в знак доброй воли, семья Хенитьюз готовилась к человеческой свадьбе. Это мало что значило, учитывая, насколько более обязательным было спаривание, но это был сигнал зверолюдям, что семья Хенитьюз собирается относиться к этому обычаю так же серьезно, как к своим собственным обычаям. Кейл не собирался знакомиться со своим будущим мужем до дня свадьбы. От этой мысли было немного не по себе. Он действительно никогда не ожидал, что женится вот так. Или вообще. Кейл не был против брака, просто он никогда не задумывался об этом всерьез. Его главными приоритетами всегда были близкие родственники. Это немного пугало, когда он думал об этом вот так. Не станет ли Альберу его ближайшей семьей? В конце концов, возможность быть семьей с партнером была для Кейла важнее любви или романтики. Думал ли Альберу так же? ...Что Альберу думает о нем? Было что-то глубоко тревожное в том, что его первая и единственная встреча с человеком, с которым ему предстояло провести остаток жизни, произошла в ситуации столь сомнительного согласия. Никто из белок не выражал злости на Кейла из-за секса с Альберу. Очевидно, это было единственное, что он мог сделать, чтобы помочь, а для омеги, не занимающегося сексом в такую течку, это имело реальные последствия для здоровья. Кейл испытывал определенный гнев и негодование по поводу того, что он неконсенсуально спарился с Альберу. Даже если он не знал, что укус Альберу может привести к спариванию. Его незнание было единственной причиной того, что они отпустили его так легко. Тетя Альберу ясно дала понять, как мрачно она смотрит на мерзкого ублюдка, который сознательно заставляет омегу стать его партнёром. Впрочем, Кейл мог понять эту ярость. Брак и так был тяжелым обязательством, а если судить по звукам, то стать чьим-то партнёром это гораздо глубже. Было бы просто замечательно, если бы он смог обсудить все с Альберу. Когда они оба будут в здравом уме. Стук в окно прервал его мысли, и Кейл чуть не выпрыгнул из кожи при виде на балконе. Альберу срочно поднес палец к губам, и Кейл подавил желание закричать. Он вздохнул и провел рукой по волосам. Он был не совсем готов к этой встрече, но лучше сейчас, чем на их свадьбе. Кейл открыл окно, готовый жестом пригласить Альберу внутрь, но на мгновение его поразил его вид. Он прекрасно знал, что Альберу красив. Красотой он мог соперничать с ним самим, что было весьма впечатляюще, учитывая, как Кейлу повезло в генетической лотерее. Но Кейл полагал, что неотразимое очарование красивого лица Альберу в гораздо большей степени связано с феромонами. Он ошибался. Очень ошибался. Это было все равно, что смотреть на совершенно другого человека. Вместо того чтобы сгорбиться и трусить, жалобно вскрикивая между стонами, - привлекательное зрелище на точеном лице Альберу, - он стоял во весь рост. Идеальная осанка и расчетливая улыбка. Он был сложен, грациозен, а его темно-карие глаза были полны расчета. Кейлу больше нравился этот Альберу. Он не сходил с ума от похоти и не умирал от течки, его плечи были уверенно расставлены, а в глазах читались ясные намерения. Кейлу это нравилось. На самом деле, воспоминания об отчаянном крике Альберу нравились ему еще больше. Мысль о том, что именно этот человек корчился под Кейлом... Кейл отогнал эту мысль и взял себя в руки. Он полностью открыл дверь, – Входи. Он не потрудился изобразить мусор. Частично потому, что это казалось бессмысленным, но в основном потому, что он не думал, что после этого сможет посмотреть на себя в зеркало. Это был человек, у которого он, по сути, украл будущее, независимо от того, было ли это случайностью. Отношение к нему как к дерьму заставило бы Кейла чувствовать себя больным. Альберу повиновался, но не упустил момент. – Ты не похож на слухи, – Голос Альберу тоже был другим. Медоточивый, как раз в той манере, в которой нужно было хитрить и манипулировать. Губы Кейла изогнулись вверх. Если он был лучшим человеком, а он им был, то его будущий муж был болтливым ублюдком. Это было интересно. По-своему мило. Кейл хотел узнать, почему и как. Он был любопытен к Альберу так, как не был любопытен раньше. Кейл не стал закрывать балконную дверь, понимая, что Альберу может захотеть иметь возможность легко сбежать от человека, который его обидел. – Люди верят в то, что им показывают. В глазах Альберу тоже зажегся интерес. Значит, они были немного похожи. Кейл прислонился к стене, скрестив руки на груди. Он хотел извиниться, когда снова встретится с Альберу, но почему-то эти слова не подходили к воздуху, повисшему между ними, – Итак, что привело тебя сюда? Альберу неловко прочистил горло, и его щеки слегка потемнели. На мгновение Кейл представил себе, что он здесь ради чего-то большего, и был потрясен тем, насколько его взволновала эта перспектива. Да, секс с Альберу был приятным, более приятным, чем он мог себе представить, но он уже решил не заниматься сексом с Альберу без крайней необходимости. Кейл не был рабом собственного гедонизма, он просто любил потакать ему. Стыдно, но Альберу сказал совсем другое. – Я хотел извиниться. Лицо Кейла сжалось в гримасу. – За что, черт возьми? В глазах Альберу мелькнуло удивление. – За... это? – сказал он, внезапно потеряв дар речи и не в силах собраться с мыслями. Он не планировал, что Кейл не поймет. Он думал, что Кейл злится на него. В каком-то отчаянии Альберу жестом указал на метку на своей шее. Гримаса только усилилась, когда Кейл понял, что он имел в виду. Возбуждение также странным образом всколыхнулось в нем при виде этого зрелища. У него возникло странное желание начать целовать шею Альберу. – Какого черта? Это я нарушил твои права. Кейл практически не терпел, когда жертвы обвиняли себя. Он твердо придерживался мнения, что виноват тот, кто совершил преступление. Даже если он сам был таким преступником. Теперь настала очередь Альберу морщить лицо от смущенного дискомфорта. – Ты не сделал этого - я тебя попросил. Кейл насмешливо фыркнул. – Ты не просил меня привязать тебя к себе на всю жизнь. – Ты не знал. – Какое это имеет значение? – Имеет! Пара посмотрела друг на друга, между ними вспыхнуло раздражение и неловкое возбуждение, висевшее в воздухе между ними. Кейл первым взял себя в руки, с трудом успокоив дыхание и отведя взгляд от Альберу. Он провел рукой по волосам, пытаясь успокоиться. – Хорошо. – ...хорошо? – Альберу все еще звучал немного неуверенно, как будто он ожидал от Кейла большей ярости. Кейл кивнул. – Хорошо. Я принимаю твои извинения. – Он сказал, вернув свое внимание к Альберу и одарив его жеманным и дерзким взглядом. – При одном условии. Альберу посмотрел на него, явно ища свой угол зрения. – И какое же? – Ты должен принять мои извинения. – Это... – Альберу открыл рот, чтобы возразить, но остановился, его мысли уловили логику, и он начал понимать ее. Оба они считали, что виноваты больше они. Оба хотели бы попросить прощения. Ни один из них не обвинял другого. В этом был смысл. Губы Альберу подергивались. Кейл Хенитьюз действительно был совсем не похож на слухи. Альберу протянул ему руку. – Договорились. Кейл пожал ее с кривой ухмылкой, которая вызвала у Альберу самые разные странные чувства. У него было хорошее предчувствие, что более близкое знакомство со своим партнёром будет весьма интересным опытом. И он с нетерпением ждал этого.