Как сон явиться наяву

***

И хотя Леоне стал относиться к Жнецу терпимее, всё ещё не позволил ей увидеть действие своего стенда. Как-то наёмница поделилась с Буччеллати ходом порученного ей дела, встретившего информационный тупик, и лидер попросил обратиться с этим к Аббаккио. Ещё не зная, чем тот сможет помочь, вечером девушка отправилась в его квартиру, не увидев сегодня среди других членов команды. Жнец пробралась по привычке через окно, используя ещё со службы у Лоренцо альтернативные способы входа — пожарные лестницы, крыши и балконы, но никак не дверь. Наёмница застала Леоне в компании бутылки вина далеко не в лучшем состоянии. Хотя мужчина отвадился в одиночку сильно напиваться с тех пор, как примкнул к Бруно, бывало, когда он предавался своим воспоминаниям и заглушал их таким образом. Это случалось редко. Видя несколько жалкое зрелище, Жнец хотела уйти, чтобы мафиози позже пришёл в себя, но он уже сам подошёл на кухню, ставя почти пустую бутылку на стол. — Ты никогда не избавишься от повадок убийцы, — презрительно заговорил Аббаккио, указав пальцем на девушку и сделав к ней шаг. Он продолжил срываться в пассивной агрессии и повторять все ранее адресованные ей упрёки. Жнец на это не реагировала в его состоянии, поглядывая на окно, из которого теперь подумывала покинуть помещение, сотрясаемое пьяным монологом. Но до того, как наёмница, не вникая в сказанное, сделала бы шаг, Леоне оборвал свои тирады и приблизился к ней вплотную, уложив одну ладонь на её щёку и соприкоснувшись с девушкой лбами. Его жест означал бы извинения, но сами слова никак не давались, и мужчина только вздохнул, не поднимая взгляд. Подумав, что тому лучше отоспаться, Жнец решила по крайней мере довести Аббаккио до дивана, уложив ладонь на его грудь. Мужчина на это очень резко подался вперёд, вынуждая наёмницу попятиться к столешнице, и ещё более неожиданно поцеловал её в губы, проникая в приоткрытый от удивления рот. Сохранившиеся рефлексы могли позволить некогда убийце как-то извернуться, но уверенность в желании это сделать таяла, когда ладонь Леоне легла на талию. Поцелуй на мгновение прервался, Жнец прошептала его имя, чтобы остановить в дальнейших действиях, и мафиози поднял глаза…будучи необычайного отлива, в приглушённом отсвете лампы сейчас они были какими-то совершенно особенными. Отсутствие продолжения фразы было сочтено немым согласием. Пьяный и в этот момент вспыльчивый, потревоженный визитом одиноким вечером саморефлексии, Аббаккио усадил Жнеца на поверхность столешницы и теперь стал покрывать поцелуями её шею, размазывая по коже тёмно-фиолетовую помаду. Пульс и дыхание девушки участились, а тело охватили волнительные и приятные ощущения, в особенности где-то внизу — щекотливые и возбуждающие. Наёмница обняла мужчину за плечи, утыкаясь в его небрежно уложенные волосы и вдыхая помимо перегара от вина его запах, похожий на лаванду с мятой или сирени прохладным утром. Его руки гладили тело Жнеца и медленно избавляли от одежды, пока Леоне отчаянно прижимался к ней и, местами прикусывая кожу от нетерпения, спускался к ключицам, а потом к оголённой груди. Избавив девушку от верха одежды и немного отстранившись, он массировал её грудь, кончиками пальцев касаясь твердеющих сосков. Мужчина облизнул губы, удивляясь происходящему, по большей части своему порыву по сравнению с его придирчивостью к Жнецу. От неуместных размышлений отвлёк податливый поцелуй наёмницы, на который Аббаккио с желанием стал отвечать, пока его ладони поглаживали обнажённые женские бёдра с внутренней стороны, переходя к нижнему белью и увлажняя область цикличными прикосновениями. Девушка прикрывала глаза и выдыхала между поцелуями, сжимая плечи и грудь мафиози, массируя их и пытаясь добраться до завязок на его одежде. Прихватив из выдвижного ящика презерватив из когда-то купленной, но за всё время с этого момента нетронутой упаковки, Леоне перенёс и уложил Жнеца на диван. Сняв собственную одежду, он осторожно стянул с неё нижнюю часть белья и приникнул к месту губами и языком, раздвигая ноги наёмницы. Девушка прикрыла ладонью свой рот, подавляя возбуждённые стоны и непроизвольно двигаясь к ласкам, сопровождаемым позже движением пальцев внутри. Подходя к кульминации, Аббаккио надел презерватив и стал входить, сначала дразнязняще проводя членом вдоль половых губ. Он плавно начал двигаться, придерживая ноги девушки, а потом позволив закинуть их на свои бёдра. Целуя Жнеца взасос и прерывая поцелуи, чтобы слышать уже не сдерживаемые стоны, мужчина наращивал темп. Наёмница немного выгнулась в пояснице, так же двигаясь навстречу, иногда закидывая голову на плечо Леоне и немного вздрагивая. Мафиози сбавлял ритм перед тем, как увеличить глубину толчков, чтобы более трепетно доставить партнёру удовольствие, целуя с нежностью участки тела девушки, точно пригубив вино перед тем, как выпить его без остатка. Между этим мужчина продолжал руками стимулировать желание и готовность Жнеца отдать себя полностью и принять его всего. Движения стали настолько частыми и проникновенными, что из-за отсутствия в доме Аббаккио соседей звуки отчётливо отражались по стенам. Доводя себя и девушку до иссупления, Леоне смог забыться от того, что его когда-то беспокоило, будто насытившись болью, которая пронизала его полностью, ощутил облегчение, когда она ушла. Мужчина обнимал Жнеца, млеющую от приятной судороги и контраста чувств. Каждый его поцелуй в плечо и щёку был своего рода извинением. На утро всё произошедшее ночью казалось сном, мгновением, которое не хотелось останавливать. К пробуждению Леоне девушки уже не было в квартире, ушедшей через крышу с ворвашейся в комнату из окна прохладой. Но доказательством реальности случившегося будет оставленная записка на столе с просьбой помочь с поручением. В следующий раз Аббаккио пересечётся с Жнецом непосредственно на миссии и, когда покажет, на что способен его стенд, обнимет наёмницу крепко за талию, сильно смущая тем фактом, что память о той ночи до малейшей подробности останется с ним.