К звёздам

Фил не задавал лишних вопросов. В конце концов, Радуга с трудом окупала все затраты на перевозки, в силу ограниченного грузового отсека, поэтому бесплатный член экипажа, которого можно припахать к работе, был на вес золота. Проблемы в лице ГречКорп, конечно, омрачали свет радости от этого обстоятельства, но кому вообще в голову придёт, что какая-то там Радуга спиздила у такого гиганта грузоперевозок... Сына её создателя. Ну, бред же. Фёдор Иванович, конечно, знатно проорался на Лёшу, но, проверив документы, был вынужден признать, что Кирилл Гречкин настолько грамотно оставил свой побег, что Всеволоду действительно остаётся только пытаться перекупить сына у Лёши обратно, не имея возможности официально объявить войну и Радуге, и всей станции Яре, на которую она работает. Ну как, работает. Создаёт ВБД. Оно же Видимость Бурной Деятельности. Таскает туда-сюда то жрачку, то шмотки, то оборудование между научными станциями, и на этом её полномочия всё. — Я связался с ГречКорп, передал им координаты обломков, сказал, что вас прогнали пираты, и вы свалили, не найдя живых. — Раздаётся усталый голос Фёдора Ивановича в рации, а Лёша, разрываясь между заполнением деклараций на "покупку" и контролем за окружающей обстановкой, боится даже спросить, как прошли переговоры. — Хитрожопый он, конечно, но благо, Радугу вашу видел не раз, сам знает, что она и груз украсть не могла и такой разбор металлолома бы не организовала. Ишь, выискался... Ладно, Лёш, летите на Землю. Танкер вас ждать не будет, приземляйтесь уже конкретно. Координаты у вас есть, родная Сибирь ждёт вас в свои объятия. — Спасибо, дядь Федь. — Отзывается Лёша и тут же вздрагивает. — В смысле "Сибирь"? А какой там сейчас сезон? Дядь Федь, я надеюсь, не зима?! — Надежда умирает последней, сынок. — И Федя выходит из эфира. — Вот... Жук. — Шипит Фил, одёргивая край рабочей куртки. — Я не буду мёрзнуть в его этой самой! — Но, разумеется, это были просто слова. Выбора-то у них нет. Лиза, проведя Кирилла до гостевой каюты, резво упорхнула в ремонтный отсек, пережидать бурю, поднявшуюся в груди от близости этого крайне соблазнительного молодого почти-человека. Лёша ей голову открутит, если она в него влюбится, но помечтать-то, в условиях отсутствия срочных дел, было почти традицией. Трудно сказать, что чувствовал Кирилл, лёжа на койке и глядя в потолок безумным взглядом. Жениться он не хотел, на той пожилой грымзе, которую ему выбрал отец - тем более. Пусть она и богата, и бездетна, но нет. Её голодный взгляд и постоянные то шлепки, то щипки за бёдра и задницу вводили Кирилла в ужас. Если для побега из-под алтаря надо было оформить себя как товар, лечь в капсулу криогенного сна и пару тысяч УВЕ поболтаться там, не знаю где, он был готов это сделать. Да он это и сделал. Натравил на собственную флотилию людей из Синдиката, но не предусмотрел профессионализм пилотов ГречКорп, нанёсших налётчикам весомый урон и не давших шанса вытащить Кирилла из криогенной камеры. Кто бы мог подумать, что от бесславной смерти его спасёт это убожество, именуемое Радугой. Тысячу раз залатанное, сотню раз перекрашенное, визуально страшненькое и абсолютно бесполезное как в бою, так и в грузоперевозках, потому что топливо стоит дороже, чем перевозимый на этом корабле товар... С экипажем из трёх человек, что вообще было верхом абсурдности. Кто бы мог подумать, что Кирилл будет торговать собой, но с другой стороны, рельефный смуглый Фил, худощавый светленький Лёша и симпатичная, а главное — молодая, девчонка Лиза, были не самым худшим вариантом. Сам Кирилл знал достаточно поз для того, чтобы ублажить троих одновременно, так что, если купивший его Лёша решит им воспользоваться, то это крайне небольшая цена за Свободу. Из крайности в крайность, конечно, но лучше уж молодой симпатичный работяга, знающий цену деньгам, чем пожилая, сморщенная бабка с косоглазием. Кирилл переводит взгляд на дверь, динамик у которой издал предупредительную трель прежде, чем она открылась. Стоящий на пороге Лёша, неуверенно сжимающий в руках пакет, со вздохом зашёл внутрь, закрывая дверь. — Тут тебе форма и пара пакетов с разной едой, я не знаю, что ты ешь, ну... Твой организм и всё такое... — Кирилл, мысленно настроившийся на расплату, перевёл взгляд на протянутый ему пакет и сел на кровати. — Спасибо, Капитан. — Он чуть прикрывает глаза, смотря на Лёшу из-под полуопущенных пушистых ресниц и растягивает губы в улыбке. — Вам не нравится, когда на меня смотрит кто-то, кроме вас? — Кирилл не был обделен физической формой, спорт так или иначе всегда присутствовал в его жизни, а костюм для криогенного сна, обтягивающий его словно мокрая ткань, лишь подчёркивал всю его соблазнительность. — То, что я полжизни на корабле, не означает, что у меня настолько серьёзный недотрах, чтоб кидаться на каждого встречного. Оденься, чтоб не замёрзнуть. И жду тебя за дверью, покажу где что находится и решим по твоим обязанностям. — Пожалуй, Лёша казался Кириллу странным. — Ты зря боишься моих зубов, они хоть и острые, но я не кусаюсь. Напротив, мой язык быстро заставит тебя забыть о них. — Кирилл склоняет голову на бок, чуть высовывает кончик языка, и Лёша словно только сейчас замечает, что тот раздвоен. — Одевайся! — Вылетает за дверь Макаров, пытаясь унять не к месту проснувшееся возбуждение. Да, то, что он полжизни проводит на Радуге означает именно то, что означает. Ему категорически не хватало физического тепла рядом, но ни Фил, ни Лиза, на эту роль не годились. Когда Кирилл выходит, Лёша уже берет себя в руки, даже умудряется смотреть на Гречкина без лишнего смущения или стыда, но тот, кажется, словно читает мысли, вновь облизывается, заставляя Макарова максимально быстро отвернуться. — В общем, от капитанского мостика выход сразу на каюты экипажа и в столовую. По лестнице вниз душ, туалет и заправочная станция. После этого блока сразу грузовой, у него тоже два этажа, за дверью лестница и на первый и на второй. Я живу в каюте на капитанском мостике, дверь слева от двери к пульту управления. Вопросы? — Кому пришло в голову создать это архитектурное чудовище, и как оно вообще взлетело? — Вопрос не по теме. Отклоняется. Дальше по твоим обязанностям. Я зарегистрировал тебя как члена экипажа на должность стажёра. Ты будешь отслеживать заказы по сети на тех станциях, где мы выгружаемся, чтоб не лететь в холостую. Это обычно делает Лиза, но ей часто начали прилетать... Неприличные предложения. Думаю, с тобой будет проще. — Кирилл согласно кивает. Вот что-что, а разводить людей на Кредиты с помощью врождённой харизмы и сексуальности он умел. — Вопрос по обязанностям. — Слушаю. — Когда ты планируешь переспать со мной? — Лёша крайне резко поворачивается к Кириллу, смотря на него яростным взглядом и едва сдерживаясь, чтоб не ударить. — Да брось. Неужели ты из тех, кто при масштабном освоении космоса, Галактик и планет в него входящих, всё ещё не может смириться с тем, что член может пихаться не только в женщину? Лёша, не разочаровывай меня. Люди плодят новые поколения в инкубаторах, почти воскрешают мёртвых и спят с инопланетными формами жизни как мой батя, а ты боишься мужику присунуть? — Заткнись нахер. — С удовольствием. Заткнусь, но только на твоём. — Лёша закрывает глаза, сдерживая ругательства и пытается не сорваться. В конце концов, Кирилл не виноват, что ему не дали нормального воспитания. — Слушай, давай договоримся как нормальные взрослые разумные существа. У тебя были проблемы, я тебе помог. Цена помощи — поиск товаров для нашего корабля. Всё. Никаких других услуг мне от тебя не нужно. Ладно? — Кирилл как-то слишком серьёзно смотрит на Макарова своими серыми глазами, но в ответ лишь молча кивает, принимая такие условия. — Я голоден. — Лёша вздыхает и сворачивает в столовую. — Я тебе в каюту принёс разных пюрешек, но в столовой есть возможность поесть нормальную еду, главное не забыть, что в ней нет невесомости и случайно не поставить тарелку на воздух. — Я спокойно ем земную пищу, Лёша. Я полукровка, а не инопланетянин. Хотя, частично, может быть. — Они проходят двойные двери, автобот выводит меню на экран для заказа, и Лёша вопросительно смотрит на Кирилла, изучающего список и тыкающего на более-менее знакомые названия. Сам Макаров выбирает привычные салаты и фрукты, которых вдали от Яры чертовски не хватало. — Можно задать откровенный вопрос? — Приподнимает бровь Кирилл, когда Лёша садится за стол напротив него. — Валяй. — Пожимает плечами Лёша, вытаскивая из корзинки с приборами вилку. — Я уже понял, что ты категорически против, но всё же. Почему ты отказался? Ну, то есть... Не каждый же день тебе предлагают обслуживание по высшему разряду, да ещё и добровольно. Я же видел, как ты на меня смотрел. Почему отказ? — Лёша как ни в чем не бывало накалывал огурцы с помидорами на вилку. — Потому что я не сторонник бартерного секса. Для меня это не просто удовольствие нескольких минут, знаешь... — Пожимает плечами Лёша и суёт вилку в рот. — Давай начнём отношения, будет не просто удовольствие нескольких минут, но и то, что тебе в этом нужно. — Никаких отношений внутри команды. — Отрицательно качает головой Лёша, слизывая с губ остатки соуса. — Так ты же сам меня внёс в список команды, ты и убери. К тому же, это фикция, а не регистрация, у меня даже лётного задания нет. — Никаких исключений. — Лёша снова накалывает салат на вилку и, наконец, поднимает взгляд на Гречкина. Тот следит за ним немигающим взглядом. — Почему ты сбежал от отца? Мне, так-то, всё равно, но хочется знать, за что я, в случае чего, лишусь головы. — Со свадебной церемонии сбежал. — Пожимает плечами Гречкин. — Нашёл мне богатую старую страшилу раз в -дцать меня старше. И ладно, если б она была при смерти, так она активней всех живых и явно имела на меня планы. — Поэтому ты решил спать с первым встречным, да? — Это безотказный вариант. Все меня хотели, я получал, что было нужно через постель с момента моего земного совершеннолетия. — Пожимает плечами Кирилл и принимается за трапезу. — Надеюсь, контракты на грузоперевозку ты будешь получать... Нормальным способом. — Отзывается Лёша. — Слушай, тебе если надо куда-то конкретно, ты скажи, будем мимо пролетать, высадим. Но вот эту свою шарманку больше не заводи, ладно? — Кирилл кивает, откидывается на спинку стула. — Тогда я не понимаю тебя ещё больше. Какой тебе от меня толк? — Ты организовывал контракты в ГречКорп. И ни один из них не сорвался. А у нас с этим сложности в силу... — Дешёвого товара, небольших объёмов и долгих перелётов. Удивительно, что не в минус работаете. — Кирилл на пару секунд задумывается. — На Земле можно взять догруз на Венеру, там точно есть кто-то с мелочовкой, которую не берут в обычных тарифах. — Вот таким ты нравишься мне больше. — Улыбается Лёша, наконец расслабляясь, что не укрывается от глаз Гречкина. Тот едва заметно улыбается в ответ. — Ну, я всё же не шлюха из публичного дома. Я хоть и не сотрудник ГречКорп, но принимал непосредственное участие во всех сферах её работы. Если ты гарантируешь, что не перепродашь меня моему отцу, я помогу тебе не просрать оставшиеся Кредиты. Идёт? — Он протягивает руку для пожатия, и Лёша отвечает тем же. Повезло, что адекватность, всё же, восторжествовала. Они говорят ещё часа два, обсуждая, где жили на Земле, по каким местам оба ходили, чем занимались и как впервые оказались тут, в Космосе. Огромном, неизученном, но уже поделенным на сферы влияния между российским ГречКорп, американским Синдикатом и китайской Бао. Ну, из основных. Мелкие организации типа Яры, не имеющие какой-то конкретной прописки и держащие свои базы на дрейфующих станциях, даже не всегда вносились в реестр. Яре повезло больше, она спонсировала исследовательские миссии, поэтому за неё держалась вся Москва. За ГречКорп никто не держался. Они пробили себе дорогу сами крайне жестокими методами, но спорить с ними никто не решался. — Моему отцу скоро восьмой десяток, мать не знаю, она умерла по его словам при моём рождении, да и как её найти в огромной Галактике если это не так, я не знаю. Хер с ними. Устал я от этого всего. Буду вот летать с тобой, ты же не прогонишь? — Строит плаксивую мордашку Кирилл, а Лёша на это лишь закатывает глаза. — Найдёшь нам хороший догруз от Земли до Венеры, так уж и быть, выпишу тебе даже оклад. Они расходятся по каютам. Пока Лиза следила за маршрутом, у Лёши было ещё часа четыре по Земному времени, чтоб поспать, и он был намерен именно этим заняться, а Кирилл, завалившись на кровать, смотрел в потолок и обдумывал прошедший день. Пожалуй, его всё абсолютно устраивает. Даже очень. Даже Лёша.