Одно целое

Тихо. Очень темно. Птица шёл. Ступал осторожно, с каждым шагом прощупывая поверхность под ногами. Он ничего не видел и не слышал. Даже звук собственных шагов никуда не относился, а просто исчезал, едва успевая родиться. Под ногами твёрдая поверхность. Шаги стали увереннее. Он знал, что идёт уже давно, но усталости не было. В темноте не было ничего, просто пространство. Не было ощущения верха или низа, просто пустота. Это и есть смерть? На душе спокойно, ничего не беспокоит, совсем не больно, не страшно. Но... одиноко. Путь какой длины ему суждено пройти? Он побежал. Телу было не трудно. Он бежал вперёд. Дыхание не сбивалось, сопротивления не было. Он резко рванулся, подпрыгнул. Ноги больше не коснулись поверхности. Он воспарил. За спиной работали крылья! Они рассекали тьму, несли его вверх. Он поднимался все выше и выше, границ этому простору так и не было. Внезапно он почувствовал, что сейчас столкнётся с чем-то. Остановится он не успел бы. Крылья обняли его в кокон. Воздух нагрелся, содрогнулся. Он врезался во что-то, и... прошёл насквозь! Он услышал звук. Странный, необычный. Ощущение, будто порвалась какая-то материя. Он расправил крылья. Вмиг до ушей донеслись миллионы звуков. Сквозь веки его слепил свет. Обдували тёплые ветры. Он открыл глаза. Вокруг голубой безграничный небесный простор. Солнце золотило большие пушистые облака. Он глянул вниз, а там совсем ничего! Только небо и множество облаков. Птица устремился в одно из облаков, спрятался в крыльях, закрутился и разбил его на клубы золотого тумана. Засмеялся. Это занятие пришлось ему по вкусу. Душа ликовала. Будто и не было никогда той боли, тоски и печали. Будто не было оков, что так долго держали его крылья. Он обернулся. Два огромных белых крыла разрезали небесную высь, держали его. Он сложил их. Он устремился вниз, воздушный поток дружелюбно потрепал его рыжие волосы. Они такие яркие! Белые перья волновались. Он раскрыл крылья вновь. Ветер подхватил его и утремил далеко ввысь. Он разогнался, купался в лазури ясного неба. Большой светящийся шар взмахивал длинными лучами. Звал его. - Лети... - шепнуло нечто. Птица повиновался. Теперь зазвучало множество голосов женских и мужских. - Здесь хорошо... - шепнуло оно, - лети... Он приблизился. - Тебе нравятся крылья... Лети... Птица не спешил. - Ты будешь летать среди них... - шепнуло существо. Оно загорелось тёплыми лучами, открыло перед Птицей нутро. Там, по другую сторону были люди. И тоже с крыльями! С такими же белыми и пушистыми как у него самого. Они все были похожи на чудесных ангелов с добрыми лицами. Часто в Сережиных кошмарах он был большим чернокрылым монстром. Эти крылья Сереже бы понравились. Да и девушке тоже. Он смог бы возвести их двоих к небесам, забрать с собой. - Входи... здесь ты все забудешь... здесь ты станешь своим... - Забыть? Я не могу забыть! Мне нельзя забывать... - Птица отдалился. - Ты свободен... там тебя ничто не держит.... Свободен... Входи... - Могу я забрать с собой двух людей? - Свободен... лишь ты... больно больше не будет... забудь... входи... - Мне не нужна такая свобода! - Вернуться ты не сможешь... - Я не оставлю их! Я не желаю такой свободы! - Хорошо... иди... Крылья ослабли, потом вовсе растаяли. Птица стремительно полетел вниз. Ветер свирепо дёргал его, обиженно переворачивал. Зацепиться было совершенно не за что. Он просто летел. Небо исчезло. Он падал в белой пустоте. Птица съежился, приготовился к удару, но завис в пространстве. Его поставило на ноги. Было светло и тихо. В небе ему нравилось гораздо больше, но он выбрал вернуться. Он не знал куда идти, поэтому просто побрел вперёд. Неизвестно, что ждёт его дальше. Он боялся и ждал этого момента. Он вспомнил о болях. Если боли вернуться, то он будет готов терпеть их. И если ему разрешили только взглянуть на Серёжу и Т/И, то это он примет тоже. Только бы убедиться, что с ними все хорошо. А потом его могут терзать как угодно. Он дошёл до границы. За ней не было ничего. На границе возникла дверь. Такая же как дома, ведущая в кабинет. Он подошёл к ней, провел по поверхности ладонью. Толкнуть побоялся. Испугался, что Серёжа не будет рад его видеть. Плевать! Он отверг свободу, вернулся. Теперь он будет готов к любому исходу. После этой мысли дверь растворилась. Вместо неё был проход в кабинет. В сознание! Там был Серёжа! Он сидел на диване, смотрел в зеркало. Екнуло сердце. Как же Птица скучал... Серёжа очень исхудал, поплохел. Дрожащими руками хватал себя за волосы, плакал. Птица просочился в проход. Брешь закрылась, обратного пути нет. Серёжа покачивался, всхлипывал. Он закрыл лицо руками. Птица обнял его со спины, замер. Серёжа перестал трястись, опасливо обернулся. Увидев рыжую макушку у его лопаток, отполз. - Я вернулся, Серёж... - выдохнул он. - Птица? Это правда ты? - он коснулся его волос. Гладкие, рыжие-рыжие. Дотронулся до холодной скулы, заправил пряди за ему за уши. На него глядела любимая пара коньячных глаз. Они светились, в них поблескивали слезы. - Ты вернулся... - стал заикаться он от слез. Уткнулся Птице в шею, - мне приснилось, что ты летишь. У тебя были большие белые крылья! Как у ангела! Тебя звали, потом ты упал! - захлебывался он в слезах. - Меня освободили, - Птица гладил его по голове. Серёжа дернулся, вцепился в него глазами. - Тебя заберут снова? - Что-то пригласило меня в рай. Там было множество людей, таких же с крыльями. Там лилась музыка, все улыбались. - Почему ты не ушёл? - Сережа замер, из глаз катились чистые слезы. - Для меня нет рая без тебя. И без неё, - Птица махнул головой в сторону, где была комната. - Прости меня, Птица, прости... - он прижался к Птициной груди, вдохнул его запах. Углы кабинета подернулись белой пеленой. Неприветливые лица скульптур исчезли в ней. Она неспешно подбиралась и к ним. - Что это, Птица? Мне страшно... - Серёжа прижался ближе. Взглянул Птице в глаза. - Нам давно пора стать одним целым, Серёж, - Птица стиснул Серёжу в объятиях. Сергей прильнул щекой к его шее. Пелена окутала их двоих. Густой туман прилип на их тело. Белые брызги света вырвались из груди. Тепло. Они чувствовали тепло. На душе безмятежно, легко. Они оба прикрыли глаза. Большой бурлящий световой купол забирался внутрь. Все мысли оставили головы. Как горячо! Осталась лишь благодарность, любовь, забота. - Я люблю тебя, Птица, - шепнул Серёжа, исчезая в белых полосах. - Я тоже тебя люблю, Серёж. Сережа таял в руках. Последний луч поглотил Птицу. Их двоих спрятал большой всполох яркого света. Девушка сидела на кровати, просто смотрела в окно. Серёжа сидел в кабинете уже очень долго, она собиралась его проверить. За спиной она услышала неторопливый шаг. Ощущение, будто и не Серёжа вовсе. Она обернулась. За её спиной стоял парень. Он развёл руки, приглашая её в объятия. Она поняла, что впервые не может отличить их, определить кто перед ней. Получается Птица... вернулся? Она на ватных ногах подошла к парню. Спрятала лицо в его плече. Это не был ни один из них. Это был другой, новый человек. Сережины плечи были разведены, но при этом торчали угловатые Птицины лопатки. Плавными Сережиными движениями он поглаживал девушку по голове, запутывал пальцы в волосах так, как Птица. Спокойное стойкое выражение Птициного лица светлело Сережиной улыбкой. Рыжая прядка выбилась из-за уха, щекотала ему лицо. - Птичка моя... - голоса двоих парней слились в один гармоничный тенор. Мягкий Сережин дополнял тягучий и хриплый Птицин. - Ты здесь... - она подняла на него глаза, полные слез счастья. Лазурные озера его глаз засмеялись. У широких зрачков заблестело горячее золото. В синей глубине притаились песчанные штрихи. - Мы здесь, - теплая улыбка озарила лицо, он крепче прижал к себе девушку. Мы...