Под мостом
21 июля 2023 г., 18:49
Роза осела на землю. Холодная земля въелась в шею, волосы легли на глину, голень вляпалась в лужу. Гул редких машин, проезжающих по мосту, отдался в побитых костях. Пахло сыростью и какой-то гадостью, правая ладонь покрылась чужой кровью, которая почти не вытиралась о кожаную куртку. Пыльная трава по левую сторону неприятно шелестела, когда Роза двигала рукой, и оставляла невидимые в темноте следы. Свет фонарей добирался сюда невнятными отблесками, скрытый навесом моста. Наверху моросило, но сюда доходили лишь влажные порывы ветра. Мотоцикл Роза оставила в километре выше, на небольшой остановке, и ей стоило бы добраться до него; но она лежала.
Она полезла левой рукой в противоположный карман, потому что правая была чересчур грязной для этого и болела, и поморщилась. В темноте одиннадцати часов вечера сверкнул слишком яркий экран с тремя пропущенными. Один от Эрнеста, два от Кристины. Она просила перезванивать.
Роза согнула ноги в коленях и положила больную руку выше, к голове. Листнула список контактов. «Эрик» был последним, кому она звонила, и ей стоило набрать его снова, просто так, поболтать, предложить забрать с безымянной дороги в четырёх километрах от города, потому что она, ну, не могла вести мотоцикл с разодранной ладонью, а ещё она просто устала лежать на холоде, ей хотелось горячего какао или чего-нибудь покрепче.
А идти не хотелось. Ноги устали после брыканий и пинаний, и, хотя голень мёрзла, покрытая слоем мокрой глины, она отдыхала после изнурительной работы.
Роза отправила Эрнесту два сообщения, одним из которых был адрес моста, а другим просьба приехать. Затем вернулась к журналу вызовов; на неё укором смотрело два пропущенных от Кристины.
Роза вздохнула. Когда она вернётся домой, у неё не будет сил на разговоры.
Она набрала Кристину, всё ещё лёжа на земле, и закинула одну ногу на другую, покачивая мокрой голенью. Мост потерялся в кромешной темноте над головой. Пока шли гудки, от Эрнеста пришло «Нихуя себе» и «Через 15 минут выйду».
Роза дозвонилась до Кристины, и та защебетала об учёбе, о каких-то творческих заданиях и о чём-то своём, и Роза изредка поддакивала ей, вытянув перед собой пистолет, слишком тяжёлый для уставшей руки. Орудие убийства. Она припасла для себя и Эрнеста самые надёжные пистолеты, первые, сделанные ещё отцом или дядей. С продажей своих пока не очень ладилось; стоило только взглянуть на её окровавленную руку и отбитую ногу.
— Ты вообще меня слушаешь?
Пистолет блеснул в отсвете фонаря. Роза замерла на секунду, а после заткнула его за пазуху, параллельно прижимая трубку к испачканному лицу.
— Естественно.
Кристина вздохнула, затем пробормотала:
— Не заметно.
Молчание. По мосту проехала особенно крупная машина, и внизу загудело, наэлектризовалось. Светлячок вновь блеснул в темноте.
— Я отвлеклась.
Кристина что-то «понимающе» промычала в ответ. Роза едва слышно вздохнула и продолжила, прерывая напряжённое молчание:
— У меня тут светлячок летает.
— Светля… — от Кристины послышалось резкое повышение голоса, и Роза невольно отвела трубку подальше от уха. — Ты не дома?
— М-м... не очень.
— Где ты? — послышались её обеспокоенные шаги и хлопок двери, словно она ушла к себе в комнату. Роза вздохнула. Темнота сильнее сомкнулась над головой.
— Я люблю тебя.
По ту сторону трубки замолчали. Роза повернула голову, пытаясь прислушаться к тому, что там происходит, и её встретил раздражённый возглас:
— У тебя всё вообще нормально?
Это звучало так, словно Кристина спрашивает, нормальная ли вообще сама Роза, и та села на пыльной дороге, вытаскивая из-за пазухи неудобно кольнувший пистолет.
— Что?
Пауза. У Кристины грохотнуло, словно она уронила что-то.
— Ты… — вздох и другой стук, более контролируемый. Предмет вернулся на место. В голосе Кристины послышались расстроенные ноты. — Всегда сначала говоришь это, а потом пропадаешь на неделю.
Роза закрыла глаза и усмехнулась.
— Сейчас не собираюсь.
— И никто не собирается тебя убить? — передразнила Кристина.
— Нет, — Роза опустила взгляд и слегка сжала ладонь. Пистолет удобно лёг в руку, — теперь нет.
