Возлюбленный бога

Токио, 15 марта 2024 года. Когда операция закончилась, главный хирург вышел к родственникам и сообщил, что все в порядке. Тем не менее, Тони Старк должен был полностью прийти в себя лишь через несколько часов. Поскольку был уже поздний вечер, Пеппер предложила отвезти Кагую в отель, чтобы девочка могла выспаться в удобной постели. - Завтра утром мы вернемся сюда, и ты снова увидишь папу. - А вдруг он очнется, когда меня не будет? - Врачи о нем позаботятся. Да и Локи присмотрит за ним – он заночует в его палате. - Если Локи остается, то и я остаюсь! - заявила Кагуя. Ни Пеппер, ни Хэппи, ни Джеймс Роудс не могли уговорить ее покинуть больницу. В конце концов взрослые сдались и позволили девочке поступить по своему желанию. Одна из медсестер принесла плед и подушку, постелив Кагуе на крошечном диванчике напротив койки отца. Хоганы и Роуди уехали, а девочка и асгардец остались на ночь в больнице. Тони неподвижно лежал на койке – бледный, с забинтованной грудью, опутанный проводами и окруженный мониторами и капельницами. Вначале Кагуя просто стояла рядом с кроватью и не отрываясь смотрела на отца в ожидании признаков пробуждения. Но Тони спал, а датчики неизменно показывали, что все в порядке. Тогда девочка перебралась на кресло к Локи, устроившись у него на коленях. Они тихо разговаривали, потом Кагуя достала планшет и связалась с Джарвисом – поговорили и с ним. Локи несколько раз выходил в коридор и приносил оттуда кофе и какао в бумажных стаканчиках из ближайшего автомата. Раза два или три в палату заглядывали медсестры. Сумерки за окном давно сменились ночью. Кагуя начала клевать носом. Локи предложил ей пойти лечь спать, но она отказалась, думая, что не заснет. Она честно держалась до последнего, но в какой-то момент просто провалилась в забытье. Бог взял ее на руки и отнес на диван, уложил как можно удобнее и накрыл пледом. Кагуя ничего этого не помнила, но проснулась она именно в таком положении. Сквозь жалюзи светило солнце и, судя по звукам, доносившимся из приоткрытого окна, город уже давно проснулся. - Привет, детка! – услышала она голос Тони. - Папа!.. Койку Старка привели в полусидячее положение. На столике перед ним стоял только что принесенный поднос с завтраком. Сам Тони, хотя все еще бледный, выглядел гораздо лучше. Присмотревшись, Кагуя пришла к выводу, что он выглядит очень даже свежо – как будто после недельного отдыха, разве что не загорелый. Девочка мигом оказалась рядом с кроватью, и отец протянул ей руку. - Как ты себя чувствуешь? – она легонько сжала его ладонь. - Давно очнулся? - Часа три назад. Перед рассветом. - И вы меня не разбудили! – Кагуя укоризненно посмотрела на стоявшего рядом Локи. - Ну, вообще-то это я попросил тебя не будить, - улыбнулся Тони. – Человек, только что очнувшийся после наркоза – не самое приятное зрелище. - К тому же, ты так крепко спала, - добавил Локи. - Сразу видно, что устала. - Вовсе нет! Я бы проснулась… Ну да ладно. Пап, ты как? - В целом – вроде ничего. Даже аппетит есть, - Старк заглянул в тарелку, сморщился и нехотя поковырял ложкой три вида одинаково неприглядных пюре. – Но похоже, здешний персонал думает, что у меня нет зубов. Я-то надеялся, в шикарной японской клинике больных кормят суши! - То, что у тебя на тарелке, наверняка полезно, - утешила его Кагуя. – А суши мы тебе потом принесем. Попозже. Едва Тони успел закончить завтрак, как в палату нагрянули Роуди и Хоганы – с цветами и открытками. На Старка тут же посыпались вопросы о самочувствии и поздравления. - Выглядишь очень неплохо! Кажется, будто ты даже помолодел, - заявил озадаченный Роуди. – Лет на десять! - Возможно, возможно, - отозвался Тони. Потом пришел доктор Нагата, который делал операцию. Он быстро осмотрел Старка, пожал ему руку и вернул удаленный реактор – без элемента, потухший и запечатанный в прозрачный пакет. - Будешь скучать по нему? – спросила Пеппер. - Не думаю, - улыбнулся Тони. – Послушай, Пеп, будь другом, отведи Кагую в кафетерий – она еще не завтракала. - Конечно. Нам с Гарольдом и Роуди тоже не помешает перекусить. Вирджиния обернулась и окинула девочку внимательным взглядом. - Только сначала, дорогая, тебе придется умыться!.. Локи, ты пойдешь? - Нет. Позже. Когда все ушли, Тони и Локи остались наедине. Подойдя к тумбочке, асгардец взял в руки лежавший на ней реактор. - А я вот буду скучать. Из-за него казалось, будто твое сердце светится в темноте. Иногда я чувствовал себя бабочкой, летящей на свет. - Да ты романтик, Ло, - ухмыльнулся Старк. - Он едва слышно гудел и был очень приятным на ощупь, - с улыбкой продолжал Локи. – Такой холодный и гладкий. И мне нравилось вылизывать там, где он соприкасался с твоей кожей… - И еще ты извращенец!.. Они оба засмеялись. Вспомнив о своей ране, Тони приложил руку к груди, ожидая боли. Но ничего не было. Он надавил сильнее – с тем же результатом. - Думаешь, она закрылась?.. Прошло уже больше трех часов, как я выпил твое зелье. Старк попытался сесть на кровати, и когда это ему удалось, стал теребить свои повязки. - Что ты делаешь? - Хочу посмотреть. Помоги мне. Локи склонился над ним и принялся осторожно разматывать бинты. - Вот это да! - пробормотал Тони, когда они сняли последний слой. На том месте, где когда-то был дуговой реактор, кожа была более светлого, розоватого оттенка. Но – была. Никакой кровоточащей раны или мертвенно-бледного трансплантата, который врачи натянули на зияющий провал в его груди и зафиксировали швами. Их следы по периметру круга были почти незаметны: края раны срослись. Под этой новой кожей Старк явственно ощущал твердую поверхность грудины. Это означало, что удаленная много лет назад кость тоже восстановилась. - Получилось! – потрясенно выдохнул Старк. – Локи, ну ты даешь!.. - Теперь ты можешь считать себя асом, - ответил тот. - Что, серьезно? - Принести тебе зеркало? - Зачем? Я и так все вижу. - Нет. Не все. Локи сходил в ванную и вернулся оттуда с небольшим круглым зеркальцем, которое там прошлым вечером забыла Кагуя. Он протянул его Тони так, чтобы тот смог увидеть свое лицо. У Старка отвисла челюсть. - Ничего себе! – он нервно рассмеялся. – Черт, я здорово уменьшился! В смысле, постройнел. Выгляжу как мальчишка. Да я таким был, когда мне было лет тридцать или тридцать пять!.. - Я хотел, чтобы мы казались одного возраста, - скромно заметил Локи. – Думал, тебе так будет удобнее. - И ты прав, черт побери! Только моложе не надо, а то я буду выглядеть совсем несолидно! - Не волнуйся. Я проверил – трансформация уже завершилась. Все позади. - Получается, я стал бессмертным? - Нет, но на три тысячи лет можешь спокойно рассчитывать. Кстати, ты теперь будешь сильнее и выносливее. Если мы сойдемся в рукопашной – я тебя одолею, но уже не так легко, как прежде. А потренируешься, так можешь и победить. - Ну, тогда готовься!.. - Не страшно, - ответил Локи. – Я ни о чем не жалею. Теперь мы сможем быть по-настоящему вместе. Понимаю, тебе будет нелегко знать, что ты переживешь всех своих друзей, но… Подумай о том, что у тебя появилась возможность увидеть нашу дочь взрослой. А возможно, даже внуков и правнуков. - Об этом я не смел и мечтать, - расстрогался Тони. – Только знай: теперь куда ты, туда и я. Я не собираюсь тысячелетиями томиться в одиночестве!.. Локи взял его за руку. - Ты же знаешь, - прошептал он. - У меня нет никого дороже тебя и Кагуи. Я никогда не смогу вас покинуть.

***

Асгард, тот же день, позже. - Свершилось, - вздохнул Один, едва переступив порог опочивальни. – Ему удалось. - Правда? – Фригга отложила рукоделие и, встав с кресла, сделала несколько шагов навстречу супругу. – Что ж, я этого ожидала. Рано или поздно талантливый ученик превосходит учителя. Сегодня Локи окончательно превзошел меня. - Ты гордишься им, не правда ли? – единственный глаз Одина зорко посмотрел на жену из-под нахмуренной брови. - Да, - ответила асинья. – Точно так же, как ты гордишься Тором. Надо сказать, в последнее время оба моих сына меня очень радуют. - Что ж, Локи действительно изменился к лучшему, - неохотно признал Один. – Не знаю, надолго ли это… - Тебе следовало бы поблагодарить его за снадобье, - мягко напомнила Фригга. – Впервые за много лет рана, нанесенная Малекитом, не беспокоит меня. А у Джейн появился шанс прожить с Тором до самой его старости… - Да уж, теперь не будет спасения от этих смертных, - проворчал Один. – Как хороший сын Локи был обязан поделиться с нами плодами своих трудов! И незачем… Ладно, ладно, я выскажу ему… Но сначала послушай, что я тут надумал. Расстегнув плащ, он бросил его на спинку кресла, потом, кряхтя, опустился на кровать. - Отныне смертный Тони Старк стал подобен асам. И с недавних пор он больше не состоит в браке с той женщиной. А это значит, что Локи и Железный Человек могут обручиться. - Ты серьезно? – изумилась Фригга. - Конечно. От этого союза выйдет одна лишь польза. - Но они же оба мужчины! По законам Асгарда… - По законам Асгарда целью любого брака является рождение наследников. А у моего приемного сына и человека с этим проблем нет. Подумай, если они поженятся, Кагуя перестанет считаться бастардом. - Она живет в Мидгарде, дорогой, а там не так уж важно.., - тут до Фригги дошло, куда клонит ее муж. – Не думаешь ли ты… - Именно об этом я и думаю. Кагуя Старк, несмотря ни на что, была признана принцессой. Она – старшая из моих внуков. И уже довольно скоро она войдет в тот возраст, когда надо будет подыскать ей мужа. Мы сможем рассчитывать на лучшую партию, если ее родители будут состоять в официальном браке. - Но они даже еще не изъявили желание… Один нетерпеливо отмахнулся. - Это не за горами. Они любят друг друга, и теперь им уже ничто не мешает быть вместе. Если замешкают, можно их легонько подтолкнуть к этому. Ты мне поможешь. Фригга мысленно закатила глаза. - Готова спорить, что ты уже присмотрел и будущего жениха для Кагуи, - со вздохом сказала она, присаживаясь на кровать рядом с мужем. - Да, - улыбнулся Один, не заметив иронии. – Идеально было бы выдать ее замуж за младшего сына короля Льёсальвхейма. Королевич светлых эльфов! Такая партия подошла бы даже дочери Тора, но Гертруда уже обещана старшему принцу ванов… Нам уже давно следовало с ними породниться. - Гертруда? Обещана?.. А Джейн об этом знает? - Она не будет против, - заявил Один. – Это в интересах ее дочери. К тому же, Труди пойдет под венец не раньше, чем через две сотни лет. Фригга снова тяжело вздохнула и уселась поудобнее, приготовившись вести с мужем длинный и тяжелый разговор о том, как отличаются современные нравы Мидгарда от нравов, царивших в девяти мирах несколько тысяч лет назад. И хотя она была до конца не уверена, что сможет убедить Одина, за внучек она не волновалась. Ведь девочки (особенно Кагуя) обладают достаточно твердым характером, чтобы никому не позволить насильно выдать себя замуж.