Часть 1
20 февраля 2023 г., 09:58
Примечания:
После упоминание о прошлом Милы в работе "В нашем ритме", мне в голову засела мысль написать её историю чуть подробнее. Будет мини, и, думаю, за эту же неделю и закончим.
Тусовка была не очень. Во всяком случае, Мила чувствовала себя, мягко говоря, некомфортно. Слишком много незнакомых людей. К тому же — взрослых. Она и не собиралась идти, но разве с Катей поспоришь? Подруга была уверена, что им однозначно нужно повеселиться перед тем, как начнётся одиннадцатый класс. До учёбы оставалась всего неделя.
Смирнова куда-то ускакала, а вот Антипова пригрелась на диванчике, зыркая недовольным взглядом и посасывая сидр. Одна бутылка на незнакомой вечеринке –был её максимум.
Кто-то подрубил музыку и несколько девчонок, уже чуть подхмелевших, дрыгались под «Скриптонита», качая бёдрами и махая волосами из стороны в сторону. Будь это своя компания, Мила бы тоже пошла танцевать, но тут не хотелось. Она проверила часы, подмечая, что до условленного с Катей времени ещё полтора часа. После они поедут к подруге домой, чтобы не искушать судьбу. Её родители думали, что это обычная ночёвка — а Смирновых-старших не было в городе.
Мила снова уставилась в телефон, обновляя ленту, хотя делала это всего пять минут назад.
— Привет, красивая! — рядом на диван упал какой-то парень, закидывая руку на спинку, от чего у Антиповой всё внутри сжалось.
— Пока, назойливый, — она отодвинулась на самый край, чтобы избежать физического контакта. Неожиданные прикосновения парней были для неё хуже раскалённой кочерги.
— Ну чего ты, я же познакомиться хочу.
Мила мельком глянула на него, отмечая, что на внешность довольно приятный.
— Я вот — Саша.
— А я не Саша. Не хочу знакомиться.
— Какая бука, — Саша поджал губы, буравя её взглядом. Стало некомфортно.
Больше он ничего не говорил, но и уходить также не спешил — дёргал коленом в такт музыке и осматривал комнату, шевеля губами припев песни. Руку тоже со спинки дивана не убрал.
А Антипова сидела как на иголках, ожидая от него каких-либо необдуманных действий. Всё-таки на вид ему было больше восемнадцати.
— Милка! — к дивану подскочила запыхавшаяся Катя. — Пошли плясать!
Но девушка не дала себя утянуть на импровизированный танцпол. На что подружка надулась, оставляя Антипову вновь одну.
— Мила, значит? — справа опять послышался голос Саши.
— Боже! Да что тебе надо? — она повернулась к нему в пол-оборота, прищуривая глаза. — Мне семнадцать. Иди подкатывай к кому уже можно!
Парень лишь усмехнулся.
— Тогда это тебе тоже нельзя, — бутылку с недопитым сидром вырвали из рук. Мила опешила. — Видишь значок? — он потыкал пальцем в этикетку. — Только с восемнадцати. Сейчас тебе сока принесу.
— Ты всерьёз думаешь, что я выпью что-то из рук незнакомца?
— А ты всерьёз думаешь, что мне нужно что-то подсыпать девушкам, чтобы заиметь секс? — Антипова отшатнулась и сжала губы в тонкую полоску. Саша только выгнул бровь. — Не ссы, я не уёбок.
С этими словами парень встал, являя миру свой почти двухметровый рост, и пошёл в направлении кухни. Мила же хотела уйти. Изначально не было настроения на эту тусу, а теперь, когда к ней приклеился этот лист, вообще скатилось всё ниже плинтуса. Почему мужчины не понимают слова «нет»?
Саша довольно быстро вернулся, протягивая невскрытую маленькую коробочку яблочного сока. Мила зачем-то взяла её, хотя не хотела.
— Вот, теперь фэн-шуй, — он улыбнулся, отчего на щеках появились ямочки. — В школе ещё учишься?
— Да.
Зачем отвечала ему — тоже было непонятно. Может, если покажет себя скучным интровертом, он отвяжется?
— Полагаю, перешла в одиннадцатый?
— Угу.
— Какие предметы будешь сдавать? — этот лист всё не унимался.
— Не решила ещё.
— Всё ещё не знаешь, кем хочешь стать?
— Будто кто-либо другой точно знает, чем хочет заниматься.
— Я сразу знал, что хочу на юрфак.
— Чтобы отмазывать всякую шваль, которой нужно гнить в тюрьме?
Фраза вырвалась сама, потому что Антипова лично столкнулась с тем, что не всем писан закон. При возможности всё можно обогнуть и подмять под себя.
Саша прищурился, пытливо в неё всматриваясь, но девушка разорвала зрительный контакт. Что-то в его тёмно-серых глазах заставило её чуть вздрогнуть. Мила никогда не встречала подобных. Если оценивать, внешность парня была очень яркой — чёрные волосы и такого цвета радужка в обрамлении густых ресниц и бровей и впрямь делали из него адвоката дьявола.
— Я, наоборот, предпочитаю, чтобы эту шваль сажали, — его улыбка вышла чуть самодовольной и снисходительной.
Мила ничего не ответила. Ага, конечно. Стоит только показать деньги, и всё может в одночасье поменяться. Знает — проходила.
Она вновь принялась выискивать глазами Катьку. Подружка уже во всю смеялась над шутками какого-то парня, но при этом всё равно поглядывала на Антипову. Плохим другом Смирнова не была. И если Мила попросит её уйти сейчас, Катя не будет противиться. Впрочем, она так и намеревалась поступить. Её достал этот Саша и незнакомые люди в целом. Уж лучше собраться со своими. Мила резко встала и, не глядя на своего настырного оппонента, пошла к подруге рушить её наклевывающийся флирт.
— Кать, может, поедем?
Та сразу кивнула, а её кавалер одарил Антипову недовольным взглядом. Чё зыркает? Катька всё равно на большее, чем обычные разговоры, не пойдёт.
— Может, хоть номер свой дашь? — паренёк был настроен решительно.
— Ладно, пиши, — Смирнова улыбнулась и продиктовала цифры, а после подхватила Милу под руку и они вышли в коридор. Чья это квартира, — ни та, ни другая не знали. Приехали сюда с одноклассниками, которые разбрелись кто-куда.
— Стойте-ка, девчонки! — Антипова вздрогнула от назойливого голоса Саши. — Я вас провожу.
— С чего бы? — Мила встала в позу. Ей определённо точно не хотелось, чтобы он их провожал. Не маленькие. Без сопровождения в состоянии вызвать такси и доехать до дома. Плюс у Антиповой есть баллончик. Захерачит в зенки так, что мама не горюй.
— Нечего милым барышням по ночам одним ездить.
— Ох, ну тогда проводи, — Катя стрельнула в него глазками, вновь заводя свою флиртующую машину. — Я Катя.
— Очень приятно — Саша, — парень шутливо поклонился, и они вышли на лестничную клетку. Мила недовольно хмурилась, пытаясь ущипнуть подругу за бок.
Пока ждали лифт, Саша вызвал такси, спросив адрес и попутно отвечая на вопросы Смирновой. Антипова же вновь уставилась в свой телефон. Пусть переключается на Катьку. Скатертью дорожка.
Они недолго прождали автомобиль около подъезда, и как только карета была подана, Саша открыл им заднюю дверь, приглашая сесть, а сам занял переднее пассажирское, чтобы не теснить девчонок и следить за мужичком таксистом. Катя всё не унималась и забалтывала парня, а тот охотно ей отвечал и задавал вопросы сам, поддерживая интерес. Мила в обсуждении не участвовала.
— Ну что, Сашенька, дашь номерок? — Смирнова почти высунулась вперёд, игнорируя неодобрительный взгляд водителя, а парень протянул руку, желая сам вбить свой номер в контакты Смирновой. Антипова на это только закатила глаза.
Катя сразу кинула ему сообщение, чтобы потом он её не потерял. Мила видела, как он достал свой смартфон и ответил на СМС-ку. Смирнова сначала удивлённо вскинула брови, читая ответ, а после усмехнулась и расплылась в улыбке, вновь печатая.
Миле от этой картины стало тошно, и она спросила у таксиста, можно ли открыть чуть-чуть окно. Августовская ночь была уже по-осеннему прохладной, поэтому воздух, ворвавшийся в салон, освежал и прояснял мысли.
Вскоре они доехали до дома Кати. Саша распрощался, мягко улыбаясь и почему-то смотря только на Милу. Так состоялась их первая встреча.
***
Учёба началась как-то слишком быстро — и её первая неделя максимально утомила Антипову. Учителя с первого дня завели шарманку про предстоящие экзамены, намекая, что одиннадцатый «А» должен показать наилучшие результаты. Почему именно их класс, никто не знал. Просто так сложилось, что ашки были чуть посильнее бэшек. Дрючили их, соответственно, тоже сильнее. В пятницу Мила с Катей буквально умирали на последнем уроке истории, слушая монотонный рассказ Петра Елизаровича. Они почти легли на парту, силясь не закрыть глаза. Кто придумал поставить сначала физ-ру, а потом историю? — Мил, — Смирнова потыкала подругу в бок и та, медленно моргая, повернулась в её сторону. — У меня завтра родители уезжают, го замутим что-нибудь? — Го. После уроков они дошли до их условленного места и, обнявшись, разошлись в разные стороны, намереваясь чуть позже списаться. Антипова тихонько зашла в квартиру, зная, что у мамы как раз должен был быть урок. Елизавета Владимировна была репетитором по английскому языку и работала в основном из дома. С кем-то онлайн, с кем-то оффлайн, а к кому-то всё же ездила. Но таких учеников было очень мало. Папа же, Григорий Викторович, был офисным работником, — финансистом — поэтому пропадал на работе с девяти до пяти каждый день. В общем, Антиповы — обычная среднестатистическая семья. Мила показалась на глаза маме и прошмыгнула в свою комнату, скидывая форму. Им очень не повезло, что их школа зачем-то ввела форму как обязаловку. Начальные классы щеголяли в мерзких ярко-синих жилетках, средние — в более приятных бордовых пиджаках, а старшие классы уже в серых. Низ у всех был дефолтным — чёрным. Девушкам, конечно же, на выбор: юбка или брюки. Чёрные джинсы не прокатывали. В своём можно было приходить лишь в субботу и только старшим классам. Началка вообще не училась, а средним приходилось всё так же расхаживать в форме. Мила больше предпочитала брюки, но и в юбке, под настроение, иногда ходила. Большинство девочек подворачивали её, чтобы сделать покороче, но Антипова была рада длине до колена. Кинув рюкзак на стул, сразу стащила пиджак, вешая его на спинку стула, и расстегнула рубашку, доставая из-под подушки майку и длинные штаны. В коротких шортах она ни перед кем не появлялась. Рубашка не шибко аккуратно отправилась к жакету. Вешать смысла не было — всё равно стирать. Мила расстегнула брюки и, спустив их до колен, села на кровать. На глаза тут же попались тонкие полоски шрамов на ляжках. Она поспешила натянуть пижамные штаны. Да, она себя резала. Сейчас уже нет, но в первый месяц после изнасилования, пока не начала терапию с психологом, справлялась так. Заглушала душевную боль физической. Об этом никто, кроме Вероники, не знал. Именно своему психологу она пообещала больше себя не трогать. Последние три месяца они разговаривали крайне редко. До этого сессии проводились каждую неделю или же по надобности. Первое время надобность была частой. Сейчас такой необходимости уже не было. Она знала, что была не виновата. Она ясно помнила, что говорила «нет», но он не остановился. И не сел. Деньги решают в этой жизни всё. Мила почти смогла вернуться к прежней жизни. Гуляла, общалась с друзьями, могла ходить на вечеринки. Потому что то, что с ней произошло, было не на какой-нибудь тусовке под алкоголем или наркотиками. Это с ней сделал её парень, которого она год ждала из армии. Так тоже бывает. Единственное, что с ней осталось, как ей казалось, уже навсегда, — неприязнь мужских прикосновений и в целом близкого контакта. Поначалу даже собственный отец вызывал у неё панические атаки. Сейчас уже нет. Он единственный, кто может её обнять. Но панические атаки иногда всё равно происходят. Она научилась жить и с ними. Полностью переодевшись, Антипова прошмыгнула в кухню, мимо зала. У неё в планах было пообедать, потом чуть поваляться и почитать мангу, а после сделать нужные задания на завтра. Вечером уже можно было полностью расслабиться, так как Смирнова точно соберёт всех в общей конфе для обсуждения. Девушка разогрела котлетки с макарошками — жаль, не с пюрешкой — и села за стол, сразу залипая в телефон. Елизавета Владимировна, только что освободившаяся, показалась на кухне, целуя дочь в висок. — Как в школе, солнышко? — женщина сразу щёлкнула кнопкой чайника, ставя кипятиться воду. — Норм. Устала только. Сегодня жесть, а не день, — Мила сразу отложила телефон, намереваясь поболтать с мамой. — А у тебя сегодня как? — Только двое остались. Через час и потом в семь, — Елизавета Владимировна достала из холодильника ягодный рулет и села рядышком, дожидаясь чайника. — Можно завтра у Кати останусь? — недоверия и тотального контроля со стороны родителей не было, хоть они и переживали всё произошедшее вместе с ней. Они, наоборот, были очень рады и благодарны, что дочь не замкнулась в себе. Миле лишь приходилось сообщать, где она, с кем и чем планирует заниматься. — Можно. Зоя и Сергей опять за город сматываются? Родители Смирновой были любителями дачно-огородного «отдыха», поэтому Кате всегда везло на свободную хату, чем она всегда и пользовалась. — Ага. — Сильно только не чудите, — Елизавета Владимировна улыбнулась, глядя на дочь. — Давай рулет с тобой доедим, а папу попросим меренги купить. — Ореховые! — сразу включилась Антипова. Вскоре они почаёвничали, приканчивая сладкий рулетик, и разошлись кто куда: Мила в свою комнату делать запланированное, а Елизавета Владимировна в зал — обучать языку своих подопечных дальше. Девушка плюхнулась на свою кровать и тут же разблокировала телефон, переходя в читалку. Но её хватило буквально на пару глав. Сон сморил, и Мила уснула, легко поддаваясь на этот уговор. Грубая хватка за шею и тяжёлое дыхание вперемешку со стонами рядом с ухом — всё внизу горит огнём от боли. Он игнорирует беззвучный плач, а рука на шее сжимается всё сильнее с каждым его толчком, перекрывая кислород. Позвать на помощь не получилось. Они совсем одни. Лучший друг позаботился о месте для него. Каждая фрикция вырывает из души ещё один кусок. Ей страшно, что он никогда не остановится и то, что может придушить. Глаза щиплет от туши, а ногти до крови впились в ладони. Она пыталась оттолкнуть, но год в армии сделал его ещё сильнее. — Я так рад, малая, что ты меня дождалась. Только об этом и мечтал. Она с силой жмурится, чтобы не видеть его лица. Пусть кончит. Пусть уже кончит. Но как специально он только сильнее вдалбливается, причиняя новую боль. Ей кажется, что это не закончится никогда… Антипова резко распахивает глаза. Тело трясёт. Она вся мокрая от холодного пота — а сердце скачет в бешеном ритме. Она сразу же встаёт с кровати, не замечая, как телефон падает на пол. — Я у себя дома, в своей комнате. Только недавно пришла со школы. Сегодня были физика, алгебра, русский, физ-ра и история. Я получила четыре по алгебре и три по физике. Мы с мамой выпили чай и доели папин любимый рулет. Вечером он купит меренги. А завтра я останусь с ночевкой у Кати. Я в безопасности, — Мила тихо шептала, стараясь отделять каждый факт спокойным вдохом-выдохом. Так она выходила из панической атаки. Этот приём перечисления помогал справиться и успокоиться. — Я ни в чём не виновата. Я говорила «нет», но он не остановился. Я не виновата. Сердце постепенно замедлило свой ритм, а дыхание выровнялось. Антипова медленно разжала кулаки, замечая отпечатки ногтей. Она провела руками по волосам, заправляя передние пряди за уши. Последний раз этот сон ей снился полгода назад. Но тогда для него была причина. Она попала в толкучку в автобусе и какой-то мужик впечатал её в стенку. Его дыхание было тяжёлым и похожим. Это-то и стриггерило её сначала на паническую атаку прямо там в автобусе, а потом и на сон-флешбэк. А вот почему ей приснился он сегодня… Вот это вопрос. Из-за усталости по поводу первой учебной недели? Возможно. Нужно обсудить это с Вероникой. Мила тут же подняла телефон с ковра и написала своему психологу, что ей необходима дополнительная сессия и желательно в ближайшие дни. Запланированная должна быть только на следующей неделе. Она ещё раз сделала вдох-выдох и полезла в свой комод за чистой одеждой. Майка на ней была почти полностью мокрая. Тёплый душ, чистое постельное белье и, возможно, ароматическая свечка с деревянным фитилём помогут ещё больше. Мила тихо выскользнула из своей комнаты, сжимая в руках снятое постельное бельё. Её мама была в самом разгаре урока — слышались фразы на английском, которые Елизавета Владимировна мягко поправляла или же, наоборот, хвалила. Девушка так же бесшумно проскользнула в ванную и закрыла дверь. Запихнула смятое постельное бельё в корзину и открыла нижний выдвижной ящик тумбы, намереваясь достать резинку для волос, чтобы заодно сделать маску. Взгляд упал на папину опасную бритву — а рука будто сама к ней потянулась. Но девушка отдёрнула её и захлопнула ящик. — Ты обещала! Карие глаза буравили своё же отражение. Найдя нужную уверенность в своих словах, Антипова кивнула и стащила с себя одежду, залезая в ванну. Горячая вода смыла липкий пот. Жаль, она не может смыть воспоминания.***
Смирнова и Козочкин поно́сили друг друга на чём свет стоит из-за выбора музыки. Ребята вокруг них ржали, а Антипова снимала их перепалку на телефон. Как она сама подтрунивала над подругой, это для того, чтобы потом сделать видео на их с Владом свадьбу. Химию между ними двумя не замечал лишь слепой и глухой. Но они упорно это игнорировали. — Да отъебись ты со своим «ЛСП». Других исполнителей не знаешь? — Владлен дерзко выгнул бровь. — Знаю. Но я буду рулить сегодня музыкой, и никто меня не остановит! — Катя вновь подключила свой телефон к беспроводной колонке, и из динамика полился трек «Девочка-пришелец». В эту же секунду домофон зазвонил громкой трелью. Смирнова встрепенулась и повернулась к подруге. — Мил, открой, плиз! Антипова кивнула и, сунув телефон в задний карман джинс, прошла в коридор. Быстро сняла белую трубку и нажала на кнопку. Она сунула ноги в Катины кроксы и вышла в тамбур, прислушиваясь к подъездным звукам. Лифт скрипел и тренькал от натуги. Как только его двери раскрылись, Мила повернула два раза влево защёлку и толкнула железную дверь. На лестничной площадке стоял тот самый Саша с вечеринки. — Привет, красивая! — он улыбнулся и шагнул внутрь, отчего Антипова вжалась в стену, избегая его прикосновения. — Ты чего тут забыл? Хотя догадки на этот счёт у Милы были. Наверняка, Катя с ним ещё ближе заобщалась по сети, и теперь он ей будет постоянно мозолить глаза. — Тебя здороваться не учили? Мила опешила и, поджав губы, слишком сильно хлопнула дверью, проворачивая защёлку. — Учили, — процедив сквозь зубы, она повернулась, видя, как парень скидывает белые найки на коврике в коридоре. Она подождала, пока он пройдёт чуть дальше, чтобы зайти в квартиру самой. — Саня, привет! — в коридорчике нарисовалась Смирнова, радостно улыбаясь. Мила ничего не могла предъявить. Это была квартира Кати и она могла пригласить любого. — Спасибо, что согласился помочь и приехал. — Пустяки, — тот улыбнулся, показывая зубы с чуть удлинёнными клыками. Антипова отметила про себя, что ему это шло. — Куда сгружать? — Го на кухню пока. Мил, — Катя перевела взгляд на подругу, — поможешь нам? — Угу. Антипова была совсем не рада видеть этого Сашу. Первое впечатление о нём, как о назойливом и доставучем, плотно укоренилось у неё в мозгу. — Как просили: «Гараж» и мартини, — из Сашиного рюкзака стали появляться бутылки с перечисленным. Миле захотелось взъерепениться. Значит, в прошлый раз он отобрал у неё почти полную бутылку сидра, потому что она несовершеннолетняя, а теперь притаранил целую сумку алкоголя целой компании несовершеннолетних. Зачёт, блять! — А где же твоё соблюдение законов относительно «алкоголь только с восемнадцати»? — Мила въелась в парня взглядом. — Думаю, почти взрослым деткам можно иногда и пошалить под присмотром взрослых, — он ухмыльнулся, продолжая разгружать поклажу. — Но не беспокойся, красивая, это спешл фо ю, — и достал со дна двухлитровую упаковку яблочного сока. Антипова почти задохнулась от возмущения. Во мудак! — Саня шутит, Мил. Это для мартини, — Смирнова похлопала подругу по плечу. Из зала загремели «Мимо Вселенной», и Катя закатила глаза. — Влад, блять! Подружка вихрем ретировалась с кухни, оставляя взбешенную Антипову и улыбающегося Сашу наедине. — Саня не шутит. Ты сегодня пить не будешь, красивая, — и вновь давит лыбу. — А ты не охуел ли? — Определённо точно, красивая. Мне часто такое говорят, — Саша вновь нырнул рукой в рюкзак. — Но может тебя это переубедит? «Милка» для Милки, — и протянул ей большую плитку шоколада с фундуком и карамелью. Её любимый вкус. И тогда Антипова всё поняла. Она проигнорировала презент и так же быстро ушла с кухни в зал, намереваясь надрать Смирновой задницу. — Кать! Можно тебя на секундочку? — Мила застыла в дверях, сложив руки на груди. Подружка замолчала на половине фразы, которую влечивала Владу, и повернулась к Антиповой. Видимо, что-то во взгляде Милы заставило её чуть напрячься и она тут же кивнула. Девушки занырнули в комнату Смирновой, прикрывая дверь. — Кать, и как это понимать? Если тебе захотелось поиграть в сваху, выбери, пожалуйста, другого человека для проверки своих талантов, а не меня! — Мил, ну прости! — Смирнова замаялась, закусывая губу. — Саша сразу написал мне, что ты ему очень понравилась и попросил помочь. — И ты, конечно, согласилась! А ничего, что я не хочу иметь что-то общее с парнями? Что меня каждый раз колбасит от их прикосновений? — Саша правда очень хороший! Он бы не стал… — Богдан, блять, тоже был хорошим! — Антипова вздрогнула от имени, которое произнесла, и тут же отшатнулась. — Прости, пожалуйста, Мил. Я правда не подумала, — Катя сникла и отвела взгляд. — Я всё объясню ему и он больше тебя не будет беспокоить. — Ничего не надо ему объяснять! Или ты уже рассказала ему всё? От подобной перспективы у Милы внутри похолодело. Ей не хотелось, чтобы совершенно посторонний человек знал такие подробности её жизни. Она не стыдилась. Просто не хотела посвящать каждую собаку в сугубо личное. — Нет! Конечно, нет! — Смирнова тут же округлила глаза и схватила подругу за руку сжимая. — Я бы никогда никому не рассказала без твоего ведома! — они смотрели друг на друга, не отводя глаз. — Прости. Антипова вздохнула и сжала руку Кати в ответ. — И ты прости, что так набросилась. — Нет. Ты права, я не должна была, — Смирнова отпустила её ладонь, а потом осторожно обняла подругу. — Я просто подумала, вдруг всё получится. — Понимаю, но нет. Сейчас точно нет, — Мила обняла Катю в ответ. Тепло чужого тела до сих пор был не совсем привычным для неё, но с девичьими контактами всё было в порядке. Они постояли так ещё пару минут, а после вернулись в зал. Саша уже во всю о чём-то разговаривал с Владом и Толяном — единственными парнями в их небольшой компашке. Из колонки, конечно же, звучал плейлист Козочкина. — О, а вот и пропажа! — Саша улыбнулся и глотнул напиток из своей бутылки. — Так, блять! Влад! — Катя тут же понеслась к парню, намереваясь устранить диджея-конкурента. Через секунду прогремели первые биты «Kizaru». Мила села рядом с Викой, которая даже тут умудрялась проходить какую-то визуальную новеллу. Как только Антипова оказалась в комнате, то сразу ощутила на себе взгляд серых глаз. Они преследовали её весь вечер. Через пару часов начали думать, как скрасить этот вечер. С музыкой проблем больше не было — ребята согласились на компромисс и оставили остальных без шоу. Чтобы чем-то заняться, начали предлагать то мафию, то крокодила, то ещё какую-нибудь игру. — А давайте в бутылочку! — Саша улыбнулся, сразу переводя взгляд на Милу. Но та тут же вскочила с дивана. — Без меня. Вас как раз теперь поровну, — не дожидаясь ответа, спряталась на кухню. Музыка чуть перекрывала разговоры, поэтому Антипова не услышала, что ответили остальные на это дурацкое предложение. Мила подошла к окну, обняв себя руками. Закатное солнце уже скрылось за домами, но розовое свечение кое-где просачивалось, окрашивая природу в мягкий приятный оттенок. Она прикрыла глаза, давая себе пару минут, чтобы потом вернуться обратно к друзьям. Со спины стало слишком тепло, а нос уловил незнакомый запах парфюма. Мужского. Антипова резко открыла глаза, видя, что оказалась в кольце рук. Чьи-то ладони упирались в подоконник по обе стороны от Милы. Пульс вмиг подскочил и она обернулась, со всей силы толкая парня в грудь. Это был, конечно, Саша. — Ты чего? — он захлопал глазами, осматривая дрожащую Милу. Та отшатнулась назад, ударяясь поясницей о подоконник. — Не трогай меня! — она вновь обняла себя руками, чувствуя, как огромной волной на неё накатывает паника и ей становится трудно дышать. — Сегодня проснулась раньше обычного. В школе были химия, геометрия, литература, обществознание и алгебра. Не отвечала ни на одном из уроков, — её шепот сорвался, и Мила зажмурилась, крепче вцепляясь в свои плечи. — У Кати посиделки. Они спорят с Владом весь вечер. В двенадцать мы разойдёмся и только через час ляжем спать, потому что она будет ворочаться и мешать мне. Я в безопасности, — она плотно сжала губы, чувствуя, как по щекам текут слёзы. — Я ни в чём не виновата. Я говорила «нет», но он не остановился. Я не виновата. Антипова повторила последние фразы ещё раз, вытирая щёки тыльной стороной ладоней. — Господи… Мила, прости меня. Я… — девушка распахнула веки, встречаясь взглядом с ошарашенными глазами Саши. Тот сразу сделал шаг назад, выставляя перед собой руку. — Я правда не хотел. Я не знал. Что я могу сделать? — Уйди. Просто уйди. Парень кивнул и быстро вышел с кухни, оставляя её одну. Антипова судорожно вздохнула. Две панические атаки за два дня. Так часто было только в начале. Она опустилась вниз и села на пол, подтягивая к себе колени. Пальцы ещё подрагивали, и она сжала их в кулаки. Сегодня ей необходимо чуть больше времени, чем вчера, чтобы успокоиться. — Мил! — Смирнова появилась на кухне неожиданно. Антипова вскинула голову. — Блять! Прости меня. Это моя вина. Он сейчас же уйдет. Если хочешь, вообще одни с тобой останемся. Ребята поймут. — Всё нормально. Я уже успокоилась, — она и вправду уже не вздрагивала, да и пульс с дыханием пришли в норму. — Не надо никого прогонять. Я просто ещё тут посижу пару минут и к вам вернусь. И я не виню его. Он не знал. Правда, всё уже в норме. — Я могу что-то сделать? — глаза Кати были грустными. Она очень переживала за подругу. — Иди лучше к остальным, чтобы не привлекать внимание. Я скоро приду. Смирнова кивнула и скрылась за проёмом. Мила уронила голову на колени. Из-за одного урода вся её жизнь пошла по пизде. Она отползла к холодильнику, прислоняясь к нему спиной, и достала телефон. Пара страничек какой-нибудь милой манги окончательно вернёт её в равновесие. Пара страничек затянулись на несколько глав. Но никто не беспокоил Милу, за что она была благодарна. Своё состояние сложно объяснять тем, кто его никогда не поймёт. И пусть лучше не понимают. Появившийся шорох заставил Милу вновь поднять голову. Это опять был Саша. Он осторожно опустился на пол в двух метрах от неё, садясь по-турецки, и толкнул к ней привезённую им шоколадку, которую она не приняла в первый раз. При взгляде на упаковку рот Антиповой наполнился слюнями, и она всё же взяла плитку, сразу ломая её на дольки. — Я правда очень сильно извиняюсь. Мне жаль, что тебе… — Не надо меня жалеть, — открыв упаковку, она подцепила дольку, отправляя её в рот. — Жалость здесь ничем не может помочь, — он кивнул. — Я не виню тебя. Это было очень неожиданно, потому что не слышала, как ты подошёл. Если бы услышала, сразу предупредила, что не надо ко мне подходить. Мила заправила волосы за уши, оставляя не тронутой только чёлку-шторку, которую долго укладывала дома. Саша больше ничего не говорил, а лишь смотрел в одну точку на полу. Антипова тоже молчала. Ей и нечего было говорить. Несмотря на то, что из-за его близкого контакта случилась паничка, сейчас она спокойно относилась к его присутствию. Он держал дистанцию и не пытался расспросить её о большем. — Моя сестра повесилась из-за этого, — их взгляды тут же встретились, и Мила вздохнула. — Не смогла справиться со случившимся, — он потеребил тонкий браслет на своём запястье. Он был слишком тонким, чтобы быть мужским. — Ты очень сильная. И он обязательно сгниёт в тюрьме. Антипова печально усмехнулась. — Не сгниёт. Он не сел. — Блять! — Саша припечатал кулак к напольной плитке. — Никто не сел. — Поэтому юрфак? — он кивнул. — Надеюсь, ты посадишь как можно больше подобных уродов. — Обещаю. И Алёнке пообещал, и тебе обещаю. У Милы всё внутри перевернулось от этих слов. Она только один раз была на групповой терапии и на половине рассказа второй девушки ушла, захлёбываясь слезами. Слушая чужие истории, она заново проживала свою. — У меня тоже были мысли, — она уткнулась в колени, пряча глаза. Саша понял, о чём она. Они оба не называли слова своими именами, но точно знали, о чём говорят. — Но я пообещала своему психологу больше ничего с собой не делать. Он первый, кому она это говорит. Даже Катя не знает о шрамах. — Ты правда очень сильная, Мил. Верю, что всё у тебя будет хорошо. — Спасибо.***
Антипова сама не поняла, как начала общаться с Сашей — как после узнала — Калининым. Парень присылал ей стрёмные шутки в личку ВКонтакте, а также свои любимые песни. И ещё подарил ей стикеры с Йори, которыми она его буквально закидывала, когда он присылал какую-нибудь кринжатину. Иногда Саша встречал их после школы с Катей, и они гуляли втроём. Смирнова не против быть своеобразной подушкой безопасности. Наоборот, поддерживала и всеми силами надеялась, что из этого что-нибудь выгорит. Они пару раз были в кино, а также часто заседали на фуд-корте, обсуждая всякую фигню. Мила стала относиться к нему так же, как к Владу и Толе. С ними она тоже спокойно общалась и шутила, держа при этом небольшую дистанцию. В начале декабря, когда родители Милы уехали на выходные на турбазу, чтобы отметить годовщину свадьбы, они с Катей остались у Антиповых вдвоём. Они обещали готовиться к итоговому сочинению, но на самом деле они заказали пиццу и расположились на ковре с подушками от дивана в зале, пересматривая любимый сериал. — Мил? — М? — Тебе он нравится? Антипова сразу поняла, о ком она спрашивает. И она не знала, как ответить на этот вопрос. — Не знаю. Мне просто нравится с ним общаться, — Мила села на задницу, поправляя пижамные штаны. — Так же, как с Козочкиным или Трофимовым? — Катя тоже села, переключая всё своё внимание на подругу. — Как будто кому-то в принципе нравится общаться с этими придурками, — Антипова закатила глаза, переводя разговор в шутку, но тут заметила, как Смирнова покраснела. — Так. Чего ты так реагируешь? Катя закрыла лицо руками и пропищала: — Я с ним целовалась! На секунду у Милы замерло сердце. Получается, Катя и Саша… — Помнишь, когда мы опоздали на лит-ру? Он меня засосал под лестницей. У Антиповой отлегло от сердца — не с Сашей. Стоп. А, собственно, почему она так реагирует? — И как оно? — Мила пока оставила свою реакцию, сконцентрировавшись целиком и полностью на подруге. — Не знаю. Я же не умею, — хоть Смирнова и пыталась строить из себя горячую штучку, опыта у неё вообще ни в чём не было. Она была подкована лишь в теории, читая пошлые романы. — Было мокро, но у меня будто табун лошадей внутри бушевал. — Это бабочки, — Антипова улыбнулась и погладила Катю по плечу. — Получается, он тебе признался? — В том-то и дело. Он только поцеловал. — Спроси у него. Раз поцеловал, значит, нравишься. — А вдруг он на спор? Они же с Толей «тук-тук откройте». Придумали тупой спор на какое-нибудь говно из игры, а я палиться буду, — Катя сложила руки на груди, поджимая губы, а Мила улыбнулась. — Так Владлен тебе всё-таки нравится? Смирнова повесила голову, тяжело вздохнув. — Ещё с того года… — А почему мне не рассказала? — Не до этого было, Мил, — Антипова кивнула. Да, не до этого. — Но мы ушли с темы. Что с Сашей? Мила сразу не ответила. У неё не может быть всё так же, как у подруги. Теперь нет. А Калинин слишком хороший, чтобы привязывать его к себе. — Он достоин нормальной девушки. Без проблем. А не такой, как я. Так что с Сашей ничего. — Мил. Но Антипова закачала головой, сразу прерывая подругу. — Закроем тему, Кать. И подруга закрыла.***
Всю следующую неделю Мила наблюдала, как два дурачка втихаря смотрят друг на друга, но не делают ровным счётом ничего. В пятницу Антипова устала от этих переглядок и перед русским поймала Козочкина после столовой. — Влад, если тебе реально нравится Катя, и тот поцелуй не был приколом, то сегодня вышел в прокат фильм, который она очень хочет посмотреть. И если вы уйдёте перед физ-рой, то успеете на нормальный сеанс без толпы людей. Владлен уставился на Милу, будто она заговорила на другом языке. — Постой, — парень нахмурился и нервно поправил рюкзак на плече. — Я ей нравлюсь? — Нет. Она просто так отдала тебе свой первый поцелуй и целую неделю томно лупится в твою сторону. — Да-а! — он тряхнул кулаком, еле сдерживая улыбку. — Блять! Честно, я тебя мысленно пиздец как обнимаю, Мил! Всё сделаю в соответствии с ЦУ! Она проводила друга довольным взглядом. Пусть будут счастливы, а то только дурью маются. Эти двое, как и надо было, слиняли перед физ-рой, оставляя старосту отдуваться за них перед классной и физруком с историком. Трофимов, видимо, тоже был посвящён и заговорщицки подмигнул Миле, на что она ответила ему кивком. Погода сегодня была солнечная и морозная. Снег не слишком радовал своим присутствием и лежал лишь тонким слоем. Только глаза слепил. Антипова вышла из школы, поправляя шарф, и почти сразу заметила знакомую высокую фигуру перед воротами. О том, что Саша сегодня придёт после пар, он не упоминал, хотя они успели списаться на одной из перемен. — Привет, — он улыбнулся, закидывая рюкзак обратно на плечо, после того, как он слетел. — А Катерину где потеряла? — Привет. Она сейчас почти досматривает фильм на пару с Владиком, — Мила замялась. Вдвоём они не оставались с того самого разговора у Кати дома. Смирнова была буфером, и её очень не хватало. — О как! Прогульщики, — Саша подождал, пока Мила пройдёт через калитку и присоединится к нему. — Ты как, хочешь погулять вдвоём или мне тебя проводить домой? Антипову тронула его забота о её состоянии. — Давай погуляем, — в серых глазах мелькнуло что-то похожее на счастье, и они двинулись по тротуару. Калинин предусмотрительно был на расстоянии полутора метра от неё. По сути, эта прогулка почти ни чем не отличалась от тех, что они проводили втроём. Также болтали, также смеялись, также зашли в ближайший ТЦ погреться и набить животы фастфудом. Саша следил, чтобы к Миле близко никто не подходил, когда попадали в большие толпы. А Антипова чувствовала, как у неё сжимается сердце от каждого его взгляда. Что-то точно изменилось. К её подъезду они уже подошли в восьмом часу. На улице кружил снег, блестя в тёплом свете фонарей. Картинка была красивой и по-настоящему зимней. Они остановились с другой стороны перегородки от подъездной двери, под козырьком. Щёки слегка щипало от мороза, но в целом ни одна, ни другой не чувствовали холода. Мила в нерешительности застыла, не зная, как правильно попрощаться. Обычно в такие моменты девушку целуют, но случай явно не их. Саша возвышался почти рядом, сохраняя привычную дистанцию, но неотрывно смотрел на Антипову. — Мил, — она подняла глаза от тропинки, осторожно выглядывая из-под шарфа, который умудрилась натянуть почти до носа. — Ты мне очень нравишься. Её сердце дрогнуло и забилось чаще. Она очень хотела услышать от него эти слова, но… — Ты же понимаешь, что я не могу встречаться, как все, — Антипова закусила щеку изнутри, снова пряча взгляд. — Я даже прикоснуться к тебе не могу без паники. — Ну и что? Я готов ждать сколько угодно. Даже если через десять лет я смогу только за руку тебя взять — всё равно. — Не смеши. Это чушь. Отношения не так работают, — Мила сделала шаг в бок, чтобы подобраться ближе к двери. Ей проще сбежать, чем терзать себя. — Они могут работать так, как мы захотим. Ты мне нужна. Он говорил правду. Она видела это в его глазах. И от этого факта ей было лишь больнее. — Саш, не майся дурью. Найди себе нормальную девушку и будь с ней счастлив, — Антипова достала из кармана ключ и развернулась, чтобы уйти. Домофон противно запищал, оповещая, что дверь разблокирована. — Почему ты думаешь, что ты ненормальная? Услышав его вопрос, девушка повернулась, натыкаясь на его убитый взгляд. — Я не думаю. Я знаю, — и нырнула в тёмный подъезд, оставляя позади себя треснутое сердце. Её же осколки в груди стали ещё мельче. Мила минут двадцать провела на площадке между этажами, останавливая слёзы и приводя себя в порядок. Не хотела показывать родителям своё состояние. Это будет ещё одной болью и для них. Как можно спокойнее зашла в квартиру и поздоровалась с родными, сразу отказываясь от ужина и ссылаясь на то, что объелась в маке. Ни Елизавета Владимировна, ни Григорий Викторович ничего не заподозрили. Раздевшись, Антипова шмыгнула в свою комнату, стаскивая форму и доставая пижаму. Слёзы снова подкатили, но она яростно моргала, чтобы не пролить их. Так же тихо очутилась в ванной, закрываясь на защелку. Тяжесть давила изнутри. Мила плотно сжимала губы, чтобы скрыть их дрожь. Но один взгляд на себя в зеркало — и маска треснула. Глаза были убитыми, как и у Саши. Солнце в ней снова разбилось на части. Только уже от другого. Не думая ни секунды, она достала папину бритву и села на бортик ванны ногами внутрь. Закусив ребро ладони, Мила провела лезвием по коже, ближе к внутренней стороне. Знакомая боль растеклась по ноге. Она выдохнула, ощущая, как физические ощущения перекрывают эмоциональные. Увидев кровь, которая медленно текла по бедру, Антипова сглотнула. Она нарушила своё обещание. Слёзы с большей силой заструились по щекам. Мила потянулась к душевой лейке и включила воду. Кровь смывалась под лёгкими струями воды, после которой на порезе лишь немного щипало. Когда она наконец-то остановилась, Антипова выключила воду, обтерла бритву и убрала её на место. Смотреть на себя ей было противно. Проведя в ванной ещё несколько минут, Мила вернулась в свою комнату, плотно закрывая дверь. Как только она подошла к кровати, её телефон зазвонил. На экране высветилась фотка Смирновой. Она знала, чем Катя хочет с ней поделиться. Это было для неё сложно, но, сжав кулаки, Антипова приняла вызов. — Да, Катюш. Хочу услышать всё максимально подробно…
Примечания:
https://t.me/worldsofmyfantasy — образы героев и ранний выход глав
