Нет повода для фантазий

(Pov) Антон. Проснулся я в объятиях Арса, который крепко обнимал меня одной рукой за плечи, пока другой что-то набирал в телефоне. - Доброе утро, кот, - прошептал где-то над ухом Попов, я сонно потянулся. - Сколько времени? – прохрипел я, покрепче обнимая мужчину в ответ. - Шесть утра, - уже шесть утра… Мы спали всего три часа и уже надо было подниматься, чтобы ехать обратно, - Ира весь телефон твой извела, - чуть позже дополнил Арс, я устало заскулил. -Два месяца не отлипала от меня, а тут выбрался погулять с друзьями, как моя мама, честное слово, в период, когда я только курить начал, ну собственно, когда и папа ушёл от нас… - Тош, - я лениво поднял глаза на парня. Вид у него был совсем уставший, будто он и не спал сегодня, - Кофе выпьем? Или ты сразу… - Кофе, - тут же ответил я. Арс тепло улыбнулся, нежно поцеловал меня в лоб и поднялся, чтобы поставить чайник. Заснули мы во вчерашней одежде, я устало поднялся, пытаясь стереть с лица остатки ночи и желания проспать весь день. Взял свой горячий телефон, разрывающийся от сообщений всю ночь, обнаружив, что он почти разряжен, я стал рыскать в поисках зарядки. После пяти минут, может больше, может меньше, я всё-таки додумался, что нужно спросить Арса, который всё ещё возился на кухне. - Арс, а где твоя зарядка? - В тумбочке, возле кровати, в последнем ящике, - тут же послышался ответ с кухни, я ударил себя по лбу. Это было так очевидно, ну, Шаст, ты и дубина. - Ну ладно уж, я только глаза открыл, - проговорил сам себе куда-то под нос. Открыв последний ящик тумбочки, я сразу увидел зарядку, но мой взгляд зацепился за вещь поинтереснее. Точнее за две вещи, ну если говорить совсем точно (!!!) Это были два билета в Париж. Внутри меня всё замерло. Я их взял в руки, меня пробила небольшая дрожь. Два билета в Париж. Твою мать. Сон тут же пропал, быстрым шагом отправился к мужчине, хотя правильнее было бы положить эти билеты обратно в тумбочку и сделать вид, что ничего не было, но тогда сон покинул меня насовсем, пока я не узнал бы, что это вообще такое. - Арс, - парень насыпал в кружки растворимый кофе, непонятно угукнув мне в ответ, даже не подняв на меня своих чудесных глаз, - Арс, что это? - Где? – Попов поднимает на меня глаза, отрываясь от кружек, взгляд его падает на мои руки, - Чёрт, Шаст… Если он сейчас скажет, что собирался свалить, я, наверное, с ума сойду. - Попов, не тяни кота за яйца, ты свалить опять собрался? И не один походу, раз тут два билета, - Арсений начинает хохотать. Оставляя своё место, он не спеша подходит ко мне, мягко извлекая у меня злосчастные бумажки. Маска смеха спала, мужчина выдал максимально серьёзным голосом. - Ну, а ты думал, я ради тебя вернулся? – моя челюсть только что познакомилась с паркетом, - Два месяца, Шаст, смотри правде в глаза. Сейчас дела порешаю и обратно с любовником в Париж. Что он, ебать, несёт??? Внутри что-то болезненно сжалось. Тошнота подкатила к горлу. Ещё чуть-чуть и блевану. Арс стоял с непроницаемым лицом. Почему каждое утро какая-то хуйня происходит? Поэтому он так легко готов был отказаться вчера после объявления Иры? Потому что у него кто-то есть? И запрещал мне уходить от Кузнецовой. Потому что ему выгодно. Что за херня? Я аж растерялся от такого заявления. - Ты думал, я железный? Буду, как верный пёс, ждать тебя? Шаст, снимай розовые очки. Провели пару деньков вместе, ну и хватит. С нами всё давно понятно. Что ему, блять, понятно?! Я сейчас вообще не понимаю, что происходит. Глаз неприятно стало пощипывать. Ещё расплакаться не хватало. - Арс, что ты… - голос предательски дрогнул, - Что ты несёшь? - Правду, - я не узнавал его голос. Он был холодным, резал острее любого ножа, - Лучше ты об этом сейчас узнаешь от меня, чем потом опять будешь гадать, что в этот раз пошло не так. Я сглотнул ком, который застрял у меня в горле. Чуть задрал голову, это придавало немного уверенности. - И кто он? – Арс чуть откинул голову, нагло ухмыляясь. - Шаст, смотри… Ну я же актёр. - Коллега твой? – разум был затуманен, я уже перебирал всевозможные варианты. Захарьин? – Это тот? Мелюзга? Антон Захарьин? - Боже, я не могу с тебя, - Арс хотел меня притянуть к себе, но я отскочил от его руки, как от кипятка. -Попов, отвечай. - А ты слушай меня. Говорю же тебе, я актёр, - в глазах мелькнула какая-то знакомая лукавость, - А ты та ещё истеричка, - я злостно вплеснул руками. А как я ещё должен реагировать на эту херню? – Ты с фамилией ошибся, а вот с именем прям в яблочко, - ни черта не понимаю, - Тош, хорош тупить. Я же сказал, что никуда от тебя уже не денусь и тебя никому не отдам. И если исчезать, то вместе. Это был сюрприз, а ты любопытный кот, который нашёл всё раньше положенного. Я облегчённо выдохнул. - Арс, какой ты козёл, - я прижался к мужчине, тот, ни минутой не медля, обхватил меня за талию, - Козёл, козёл, козёл, а не актёр. Сука, как я сейчас испугался, Арс, пиздец просто. Не делай так больше никогда нахуй. - Прости, - мы простояли где-то так с минуту, - Ну признай, я хороший актёр. - Козёл ты вонючий, пошли кофе уже пить, - и мы отстранились друг от друга. Попов быстро налил кипяток, добавляя по ложке сахара и еще немного, я захватил сигареты и заодно поставил свой телефон на зарядку, после вернулся на кухню к Арсу. Балкона у него не было, мы открыли окна нараспашку, уселись напротив, вместе закуривая. Долгожданный момент спокойствия. Я опять залип на курящего Арса. Каштановые волосы были немного растрёпаны, под глазами большие мешки, выдающие усталость. Вчерашняя идеально выглаженная белая рубашка была точно такой же помятой, как и сам мужчина. В одной руке он держал сигарету, в другой синюю кружку с дымящимся кофе. Недельная щетина стала темнее. Было таким кайфом его рассматривать. Осознавать - он весь мой. Мой и ничей больше. Не отдам. Моё. Сам же усмехнулся своим мыслям. Шаст, честное слово, как маленький ребёнок. Арс смотрел в окно, медленно затягиваясь дымом. Мы не проронили ни слова, но нам и не надо было. Мы просто наслаждались этим утром. Друг другом. Всё продолжалось бы в том же духе, если бы не звонок из комнаты, где заряжался мой телефон. Я раздражённо закатил глаза, медленно поднялся, поплёлся в комнату и уже из дверного проёма увидел, что звонила Кузнецова. Ещё более медленно я добрался до телефона, ещё более нехотя я принял вызов. - Шастун, твою мать!!! Я обзвонила уже все морги, тебя где черти носят? – девушка так громко кричала в динамик телефона, что мне пришлось убрать телефон подальше от неожиданно чувствительно уха. - Ир, всё в порядке. Телефон просто разрядился вчера, с парнями допоздна засиделись, там пока туда-сюда, уже утро, - единственное, что я слышал в ответ, как Ира агрессивно вдыхала и выдыхала воздух, - Скоро приеду обратно. Ответа я так и не услышал, она просто скинула трубку. Я пожал плечами, не придавая этому никакого значения. Было и было. Хотя чисто по-человечески мне было её жалко. Я устало опустился на диван. Я очень давно знал Иру. Она правда хорошая девчонка. Просто замечательная. Со своими тараканами, причудами, заскоками. Но ведь в этом вся она. Включив телефон, мои пальцы на каком-то автомате находят в моей галерее нашу общую фотографию. Мы там обнимаемся, Ира выглядит счастливой, я тоже вроде как. В беге от реальности, скрываясь в объятиях Арса от этой жизни, грезя совершенно о другом, я совершенно забыл об Ире, которая долгое время жила, принимая мой театр чувств за чистую монету. Её мысль о том, что она может меня потерять, так же страшна, как мне страшно остаться в этом театре и до конца отыгрывать роль любящего парня, который совершенно не любит. Я так закопался в своих мыслях, что совсем не заметил приход Арса. - Тош, - я остановил его движением одной руки. - Она же не виновата в том, что я к ней ничего не чувствую, кроме сочувствия, - Попов тяжело выдыхает, притягивая меня ближе к себе, он положил свою голову на моё плечо. - Не виновата, конечно, - он тепло растирал мою спину, стараясь успокоить, и это сработало бы. Честно. Сработало бы. - Арс, я не могу ей больше врать. Я… Я просто очень устал. - Я рядом, Тош, я тут. Мы справимся. - Мы справимся, - вторил я ему. Надо ехать и поговорить с ней, - Мне надо ехать, она там с ума сходит. - А ты сходишь с ума там, - железобетонно выдвинул он мне как в противовес моим словам. - Ты знаешь, что я всё равно должен ехать, Арс, - мужчина отстранился от меня, заглядывая в самую душу. - Каждый раз отпускать тебя становится всё тяжелее, - сказал он на одном дыхании и почему-то это стало таким откровением, что аж дыхание спёрло. Вроде должен был привыкнуть, но каждый раз… Как в первый. Пусть прозвучит слащаво, приторно, но, когда вы без ума влюблены в человека, который буквально каждый раз вас достаёт со дна, заставляя собраться и побороться ещё один день, у вас будет такая же реакция, если не хуже. - Ну точно не в последний раз, - отшутился я, но что-то во взгляде Арса изменилось…Появилась какая-то горечь, и он опомнился гораздо позже перед тем, как я пойму. Ему точно так же страшно, как нам всем. Арс показал то, что не собирался. Стало неловко и всё хотелось опять перевести в шутку, разбавить обстановку. Мы сейчас же вместе, и это главное. Я чмокнул его в нос, немного смешно, комично, но с нежностью, - И если мы с тобой будем проводить время двадцать четыре на семь, то начнём цапаться по любой херне. Арс легко улыбнулся, небольшая тревожность ещё мелькала во взгляде. - Всё, я погнал. Если что, пиши, - я быстро поцеловал его в губы, но тот положил руку на затылок, увлекая меня за собой на диван, заставляя этот поцелуй сделать гораздо глубже, чем просто на прощанье. Он отличался от других. Арс увлекал, манил, заводил. В низу живота затягивался приятный узел возбуждения, Попов стал запускать руки под рубашку и очень не по-христиански изучать, но скорее вспоминать, в моменте, когда мы отстранились буквально на миллиметр, Арс принялся расстёгивать мою рубашку. - Ну всё, ты встрял, - Буквально прорычал Попов, всё быстрее расстёгивая пуговицы. - Арс, мне ехать надо, - сказал с сильной одышкой я куда-то в губы, но мужчину не особо это волновало, да и моя голова уже не особо соображала. Когда парень расправился с последней пуговицей, он стянул её с моих плеч, не останавливаясь, Арс оставлял влажные поцелуи теперь на шее, ключицах и во всей одежде становилось жарко, тесно. Я мог поклясться, что и сам хотел, чтобы он побыстрее освободил меня от этих ненужных тряпок. Отказывать себе в удовольствии точно так же избавить Арсения от рубашки, ну просто не смог остановить свои руки, которые стали жить своей жизнью, принимаясь за пуговицы рубашки мужчины, казавшейся уже лишней на нём. Арс начинал нетерпеливо ёрзать подо мной, что заводило ещё больше. Сука, Попов, прекрати эту анархию. Я оторвал взгляд от рубашки парня, поднимая глаза на Арса, что и он сделал. Глаза по-недоброму потемнели, играл огонь азарта. Попов опять прильнул к моим губам, жадно за них хватаясь, его руки до боли сжимали мою талию, сильнее выгибаясь от удовольствия, с моих губ сорвался протяжный стон, чего я и сам не ожидал. На Попова это действует, как красная тряпка на быка. Он сильно кусает за место около ключицы, больно оттягивая кожу, что заставляет меня ещё сильнее прогнуться, предварительно закусив губу до крови. Невыносимо. В штанах с каждым поцелуем мужчины становилось всё теснее, и даже без рубашки в комнате было невыносимо душно. - Шаст, сука, я не могу больше… - жарко выдыхает Арс с большими паузами, опуская руки на ширинку моих брюк, но мне вдруг так захотелось сыграть в ответ такую же злую шутку, какую он провернул со мной утром. Оставляя смачный засос на его шее, я резко отстраняюсь от парня, пока ещё мог владеть своим телом, с большим трудом, но мог, хоть мне и хотелось довести начатое до конца, но желание отомстить мужчине росло во мне в невъебенной скоростью. Быстро поднимаюсь с мужчины. Растерянный взгляд вызывает у меня приступ завистливого смеха. - Я же сказал, что мне нужно ехать, - Арс недовольно нахмурил брови, явно не ожидая от меня такой подлости, - Думаю, ты и сам сможешь закончить, - кидаю красноречивый взгляд уже на твёрдый стояк мужчины. - Козёл ты, Шаст, - он недовольно подушкой прикрывает своего друга. - Оставайся, мальчик мой, а я погнал, - широкая, довольная ухмылка растеклась на моём лице. Послав воздушный поцелуй на прощанье, я вылетел из его квартиры пулей, чтобы не передумать и не вернуться на проклятый диван, чтобы смачно отс… СТОП. Нужно покурить. Выбежав на улицу, я набираю Диму, умоляя его забрать меня. Предварительно выслушав в свой адрес тридцать три проклятья, друг всё же соглашается меня забрать, сказав, что пятнадцать минут и он будет на месте. Он катался по каким-то своим делам, и я как знал, что он недалеко от дома Арса. На улице было так же жарко, как и в квартире мужчины. Достав сигарету, подкуриваю, облегчённо выдыхаю ядовитый дым. В голове стали появляться яркими вспышками поцелуи Арса, кожа горела, ещё одна нервная затяжка. Давно не было такого. Ещё хуже этих вспышек, мой мозг решил, что будет очень круто представить, как Арс сейчас там продолжает удовлетворять себя сам. Ох, сука, Попов. Умеешь же взбодрить с утра. Я задрал голову в сторону окна Арсения. «Вернуться что ли?» Но буквально как только я подумал об этом, напротив меня тормозит машина друга, из которой на всю громкость играла песня группы Каста «Ды-ды-дым». Окна в машине были открыты, Поз приспускает очки на нос, наигранно закатывает глаза. - Рубашку хоть застегнул бы, срамота какая, - я рассмеялся, быстро запрыгивая на переднее сиденье, пожимая другу руку. - И тебе привет, самый лучший друг на свете, - Поз отмахнулся от меня «мол, не подмазывайся». Ещё раз окинул меня оценивающим взглядом, отметив зацелованные губы и задержав свой внимание чуть дольше положенного на укусе Арса. Я почему-то засмущался, решил, что всё-таки нужно застегнуться. Дима насмешливо хмыкнул. - У кого-то была бурная ночка? – ещё больше покраснев, мне хотелось провалиться сквозь землю. Не понимаю, откуда у меня берётся чувство, что Поз мой батя, который решил, что будет очень смешно подколоть своего сына после свидания. - Ой, иди нахуй, - друг рассмеялся в голос. - Боюсь, не в моей компетенции, Шаст, - сквозь смех отвечал Дима, но тут я уже подхватил весёлый настрой и тоже рассмеялся. Как я люблю всё это. Боже. Вот как оно должно быть, в какой раз убеждался я. В идеале, я должен был остаться у Арса. Ну и так тоже неплохо. Доехали мы, громко подпевая песням Касты, и слава всем богам мира, больше не возвращаясь к теме Арса и «бурной ночи», и пожалуй, это утро не могло больше ничего испортить, но я ехал на квартиру к Ире, так что всё ещё будет. Дайте нам ещё немного времени и будет очередная драма. Её теперь в моей жизни много. Дима заглушил двигатель машины, напротив уже моего подъезда. Я тяжело выдохнул. - Может я с тобой поднимусь? – вдруг кидает Поз, я потерянно смотрю на него, - Ну, при мне она вряд ли будет выяснять с тобой отношения. Отсижусь, чай попью, в плойку с тобой сыграю, а там под ночь поеду к себе, - и как бы не было заманчиво предложение Поза, головой я понимал, что вечно бегать тоже не получится. - Не надо, - отрицательно мотнув головой, продолжил, - Я не могу вечно бегать от неё. Надо поговорить, - у Поза глаза на лоб полезли, он поднял очки на лоб, нервным движением руки вытер пересохшие губы. - Ты же не собираешься ей говорить об Арсе? – тут уже был мой черёд удивляться. - Нет, конечно нет. Просто хочу попробовать достучаться до неё. - Шаст, у нас есть план, не надо только ничего портить, - настоятельно рекомендовал Поз, на что я только глаза закатил. - Поз, она всё ещё моя девушка. Я должен прояснить ситуацию, - но я стоял на своём. - После того, как провёл ночь с человеком, без которого не представляешь, как дышать? Может не надо ей ничего прояснять, а двигаться дальше без всякой импровизации? – и тут у меня что-то надломилось. Это фраза прозвучала никак просто вопрос от друга. А вот именно сейчас упрекал папа своего сына за очередную глупость. У меня аж в глазах потемнело. Несколько раз проморгавшись, я попытался вернуть тот настрой, с каким собирался идти к девушке. - Вся эта импровизация как раз ради того человека, без которого я не представляю, как дышать, - Поз откинулся на гредушку водительского кресла, окинув меня уж слишком недовольным взглядом. - Не наломай дров, Тох, - единственное, что он мне кидает перед тем, как я покинул его машину. Как только друг выезжает из моего двора, я опять закуриваю, чтобы хоть немного успокоиться. Руки немного подрагивали, да и лицо горело. То ли от стыда, то ли от раздражения. Итак, не было никакого желания идти в эту квартиру, так ещё Поз со своим «не наломай дров», а то я и без него этого не знал. Чёрт. В чувствах пнул маленький камушек, который как нельзя кстати был под ногами. Я поднял глаза на свой балкон и только от его вида становилось плохо. Два дня, а я уже не мог переваривать вид даже ебучего балкона, что уж там говорить о квартире. Квартира, не дом. Это именно квартира. Чужая, тёмная, вгоняющая в апатию квартира. Дом был рядом с Арсом, а не вот это всё. Хотелось обратно. Допить вместе с ним кофе, который остался остывать на кухне. Ещё немного вдвоём понежиться на диване в обнимку, поговорить о ерунде. Но я был на другом конце Москвы и надоедливым жужжанием вертелись слова Поза в голове. «Не наломай дров, Тох» Я и не лесоруб, чтобы ломать дрова. Выкинув бычок от сигареты, быстро поднялся по ступенькам до квартиры, набрав в лёгкие побольше воздуха, моя нога перешагнула порог коридора. Ира фурией подлетела прям вплотную ко мне. Глаза красные от слёз, губы бледные, все потресканные, во взгляде не скрывалась злость и горькая обида. Сука, Шаст, какое же ты уёбище. - Ир, я… - девушка оборвала меня, даже не дав мне возможность что-то сказать. - У тебя кто-то появился, да? Поэтому ты теперь бежишь от меня? Почему телефон не брал? И когда говоришь, что ты будешь поздно, ты хоть уточняй временные рамки, Антон! Я поседеть успела, пока гадала, где ты есть. Что происходит? Это ты из-за ребёнка? Из-за нашего ребёнка? – от такого наплыва претензий и вопросов, я встал в ступор. Мысли разбежались, и сейчас хотелось не поговорить с ней по-человечески, а просто, от души, послать её нахуй. - Ир, всего одна ночь, - я пытался не пылить, девушка и так достаточно нагнала, просто спокойно объяснить ситуацию, - Мы просто отдыхали, ностальгировали, чуть не подрались, но там обошлось. Масленникова встретили, потом поехали в караоке, туда-сюда, Минские там по пути встретились, ну я просто от души отдыхал. Какие претензии? – и только обманчивое ощущение того, что всё вроде как настраивается на позитивный лад, тронуло мою голову, девушка нервно рассмеялась. - Поэтому у тебя все губы опухшие. От бутылки не отставал, да? Тош, ты мне лучше честно скажи, если у тебя появился кто-то другой. Мы с ребёнком вытянем, лучше отдельно, но в правде, чем вот так вот налево ходить, - я раздражённо закатил глаза и еле-еле держался, чтобы не упрекнуть её в обмане. Не выдержав напряжения, быстрым шагом направляюсь на кухню, девушка буквально бежит за мной, бьёт меня в спину, что-то непонятное кричит. Я резким движением разворачиваюсь, ловлю её руки. Зарёванная Ира прожигает меня взглядом, дрожащими губами ругает меня, что-то бормочет и единственное, что я понимаю это было, - Антон, я всё знаю про тебя и Арсения. Внутри всё падает. Обрывается, оглушает, вокруг всё плывёт. Блять, Стас… У меня не было других вариантов. Она не могла узнать этого от кого-то другого или чисто наблюдая за ними. Нет, это не про Иру. Твою мать, твою мать… Собственно, что могло пойти не так? Семь лет всё было относительно хорошо и именно сейчас! Сейчас! Когда появился шанс по-тихому добиться своего, всё летит в тартарары. - Выбирай, - выдвигает свой ультиматум Кузнецова, - Либо он и ты теряешь всё, либо я и ребёнок, и мы забываем эту ситуацию раз и навсегда, - девушка вырывает руки из моей хватки, делая шаг назад. И, наверное, это было конечной. Стоящий стакан летит в стену, вдребезги разлетаясь по всей кухне. Девушка вздрогнула, испуганно отшагнув назад, явно понимая, что перегнула палку. - Хватит. Заканчивай это шоу непонятно для кого. Про какого ребёнка ты говоришь? – это была не злость, не раздражение. Эта была какая-то животная ярость. Сука. Стас. Блять, не выжить тебе, нахуй, сегодня. Опасно подкрадываясь к девушке, впечатывая её в стенку, расставив руки по обе стороны от неё, не разрывая зрительного контакта и, если бы можно было убивать взглядом, это произошло бы в эту же секунду, - А? Ир, про какого ребёнка ты говоришь? – я пару раз похлопал девушку по животу, - Про этого? Ах, да! – слова сочились ядом, гневом и так сильно хотелось поставить её на место. Сколько можно мне указывать, что и как делать? Сколько можно мне угрожать потерей всего того, что я долго строил? Сколько ещё надо будет бороться, чтобы просто быть с человеком, которого я люблю? – Ир, я тоже кое-что интересное знаю про этого ребёнка, - глаза девушки нервно бегали, она пыталась смотреть куда угодно, но только не на меня. Я поймал её за подбородок, заставляя вернуть взгляд карих глаз на меня, произнеся опасно близко к её губам, - Его нет, точно так же, как и нас. Мы расстаёмся, - девушка тяжело сглатывает, облизывает пересохшие губы, надменно вырывает подбородок из моей хватки. Я опустил взгляд на её шею, там весела подвеска, которую Арс привез ей с Парижа, и вот что-то внутри меня кричало, что её нужно сорвать, забрать, но я это не делаю, просто отстраняюсь от Кузнецовой и направляюсь к выходу. Следующая остановка - Стас Шеминов, некогда близкий мой друг. - Что в нём такого, что ты готов перечеркнуть всё, что было между нами, Антон? Почему так легко оставляешь меня?! – и это заставляет задержаться… Заставляет ещё на одну секунду затормозить. Но мой ответ был очевиден. - Я слишком долго выбирал не его, - развернувшись, я смотрел на абсолютно разбитую девушку, которая хотела понять, что было с ней не так. Ведь в её видении у нас было всё идеально, и вдруг - бац, твой парень гей, который скрывал, ахуеть, какую часть своей жизни. Она заслуживала ответа на её вопросы, - Ир, пойми меня, пожалуйста. Ни с одной девушкой, с которой я встречался, в том числе и ты, я не был честен. У меня были свои, и пусть это прозвучит ужасно, корыстные цели ради того, чтобы перестали пускать слухи про «Артон», и когда Арс пропадал, я думал, что на этом всё, конечная, и я смогу переключиться, смогу отпустить и жить, как нормальный парень. С девушкой, семьёй, но каждый, мать его, раз, когда он возвращался, всё начиналось сначала. Честно, я старался, я понимал риски, я всё понимал, но я так же осознавал, что без него я не живу. Просто выживаю. Не могу я без него. Понимаешь? Не могу… Прости меня, если сможешь, - последнее, что я бросил девушке, прежде чем смыться с квартиры. Запрыгнув в свою машину, я дал по газам. Было тяжело концентрироваться на дороге, но я не знал, куда ещё бежать от всего этого дерьма. Не знал другого приюта для своего сердца. И я просто летел по Москве, как сорвавшийся с цепи, совершенно позабыв, что камер по дороге напичкали чуть ли не на каждом углу, но про штраф я вообще не думал. Да и как тут можно думать о каких-то деньгах, когда ты только что начал мировой апокалипсис для каждой сферы своей жизни? Работа, друзья, любовь. Пути назад не было. Теперь только вперёд. И от этой мысли бросало в дрожь, холод, жар, трясло руки. Все эти семь лет я боялся. Безбожно боялся этого, а сейчас я всё это начал. Начал. Я сам. И сейчас почему-то было страшнее, чем до этого безумия. Адреналин зашкаливал, желудок болезненно крутило и, мать его, ужасно хотелось курить. Выкурить всю пачку. Подъехав к подъезду Арса, мне просто сказочно повезло, так как из него выходил какой-то дед, успев проскочить во внутрь, не дожидаясь, пока Попов соизволит ответить в домофон, долетел до его квартиры, так сильно барабанил по двери, что мне казалось, что я её скоро выбью. Мужчина её открывает прям перед тем, как я вновь заношу руку для очередного удара. - Воу, тише ты, - Арс в комичном жесте поднял руки, чуть ёжась, на лице сияла счастливая улыбка, - Ты что, с небес свалился, ангел? Я не ждал тебя так скоро. Не проронив ни слова, я зашёл в квартиру, быстро разувшись, прошёл в зал. Напряжённо наматывал круги, мои руки прилипли к волосам. Боже, что делать-то? Как Арсу об этом сказать? Арс тормозит меня, взволнованно осматривая всего. - Тош, что случилось? – он освобождает мои волосы от мёртвой хватки рук, ловя своим океаном мою зелень. И я не смог сдержаться, прильнув к его губам. Ошарашенный таким поступком, он даже не сразу отвечает на мой порыв любви, но всё-таки опомнившись, он углубляет наш поцелуй, крепко обнимая меня. И вот оно - долгожданное чувство покоя. Здесь нас не найдут проблемы. Здесь были только мы. Только он и я. Больше ничего не надо было. Он был моим тузом, который спасёт мою душу от проигрыша в этой игре. Арс мягко отстраняется, но объятия не размыкает, терпеливо ждёт, пока я наберусь смелости ему сообщить новость, которая всё перевернёт. И это была огромная ответственность, но я больше не боялся. Как минимум в данный момент, страх меня не волновал. - Я расстался с Ирой, - на одном дыхании я выпалил ему всё как есть. И самое забавное было наблюдать, как меняется лицо Арса. - Ты…Что? Как? – его эмоции пока тяжело было понять. Он вроде и рад, и в шоке, и вообще хер пойми что. - Она дала мне выбор, либо она, либо ты, - сейчас мне не казалось это чем-то сложным. Я всегда буду выбирать его. Я дал ему обещание, и я его сдержу. - И что ты выбрал? – и это было самое тупое и смешное, что я мог сегодня услышать от Арса. - Ну а ты как думаешь? – губы Арса растянулись в широкой улыбке, утягивая меня опять в омут поцелуя. Мы завалились на диван, не отлипая друг от друга ни на секунду, как влюблённые подростки, которые не знали, как вовремя остановиться. И в этих поцелуях не было никакой вульгарности или пошлости. Только откровение двух истерзанных душ, которые слишком боролись друг за друга. Самое прекрасное и ужасное было в этом дне, что на часах было три часа дня. В любой момент это могли оборвать, забрать. Но, Господи, уйдите эти мысли куда-нибудь подальше из моей головы и дайте просто раствориться в этих поцелуях. Но все мои опасения были напрасны. Мы провели весь день вместе, даже не вставая с дивана. Курили здесь. Болтали здесь. Смотрели телевизор здесь. Целовались здесь. Это был наш маленький приют. Только для нас. Но это было только затишье перед бурей.