Суета Рождественская

Большие карие глаза, с некой долей скепсиса, осматривали помещение, словно не веря, что именно здесь может оказаться нужная ей вещь. Девочка ещё раз внимательно всё осмотрела и, вдохнув поглубже и задержав дыхание, прошла в помещение. Магазин отличался от всех тех, что располагались по улице. Даже внешний фасад здания кричал о том, что здесь живёт волшебство. Среди серых унылых зданий, он был ярким красным пятном, которое невольно притягивало взгляды. Внутри вовсю царила Рождественская атмосфера: яркие гирлянды облепили весь потолок, перемешиваясь со стеклянными шарами, в которых явно был кто-то живой. При ближайшем рассмотрении можно было увидеть в них разъярённых пикси, которые вряд ли были рады тому, что им выпала честь быть украшением. Стены обрамляли еловые ветви и явно не без помощи магии разносили по всему помещению хвойный запах, лишь усиливая Рождественское настроение. Людей в помещении было немного, лишь пара мамаш, которые яростно пытались оттащить своих отпрысков от сладостей, к слову безуспешно, да несколько папаш, что смотрели на огромные ценники и в ужасе размышляли о том, в какую копеечку им всё это вольётся. Девочка, чуть сдвинула вместе тёмные бровки. Глаза быстро бегали по помещению, в надежде найти нужное. — Вам помочь Мисс? Девочка вздрогнула и перевела взгляд на невысокого эльфа, что смотрел на неё пытливым взором. Она чуть прикусила нижнюю губу и уже хотела помотать головой, что она и сама может справиться, как эльф протянул ей руку и без особых церемоний потащил куда-то. — Джокер умный эльф. Джокер знать, что нужно юной Мисс Майе! Стоило только Джокеру притащить Майю к нужному отделу, как он сразу же отпустил её руку, поклонился и с тихим хлопком исчез — по всей видимости встречать новых посетителей. Майя, всё ещё обескураженная произошедшим, несколько раз моргнула, стараясь понять, что вообще произошло сейчас. Поняв, что в итоге она ничего не понимает, просто тяжело вздохнула и прошла вглубь одного из стеллажей, куда притащил её эльф. Расстояние между стеллажами казалось крошечным, но словно по волшебству становилось больше, стоило только пройти глубже. Везде слышались различные голоса, создавая всеобщий гвалт, но он был слишком тих, чтобы от него могла начать болеть голова. Майя внимательно осматривала полки, в надежде, что может найти то самое, зачем пришла сюда. Но пока что ничего нужного не попадалось. «Думаешь, это будет именно тут?», — голос в голове раздался привычными чуть ленивым тоном. Сид — тот самый ленивец из Ледникового периода — уже стоял возле Майи, смотря на неё чуть глуповатым взглядом и растянув рот в своеобразной улыбке. Майя лишь тяжко выдохнула, явно не желая обращать внимания на своего вымышленного друга. Когда-то давно, они с Анкой смотрели этот мультик и уж неизвестно по какой причине, но именно Сид тогда вдохновил Майю настолько, что она решила сделать его своим другом, пусть и воображаемым. Почему выбор не пал на ту же Белку или Диего она и сама особо не понимала. С тех пор Сид редко когда покидал её, постоянно находясь в поле зрения и творя всякие глупости. Стоило лишь порадоваться тому, что кроме Майи никто не мог видеть всех тех проделок, которые тот делал каждые несколько минут. «Эй, ты чего? Обиделась что ли? Так я случайно тогда разбил вазу, я ж не знал, что она не приклеена!», — Сид предпринял ещё одну попытку заговорить со своей подругой, но та продолжила его игнорировать, лишь ещё внимательнее начав всматриваться в полки. Полки были сплошь усыпаны различными плюшевыми игрушками, каждая из которых была не то, чтобы не простой игрушкой, но вполне могла бы сойти и за живую, учитывая, что со временем они могли учиться у своих хозяев и быть ещё более похожими на живых. Один лишь ритуал на крови, пара заклинаний и вуаля — уже имеется новый друг, который точно никогда не покинет и всегда будет рядом, готовый защитить ценой собственной игрушечной жизни. Майя уже кажется целую вечность бродила среди полок, почти потеряв всякую надежду на то, что сможет найти хоть что-то. Даже Сид куда-то исчез. Видно пошёл домогаться до эльфов, словно те могли увидеть его. Наконец, удача улыбнулась ей. Едва ли не до самого потолка расположились огромные полки, заставленные коробками с куклами. Майя скрестила пальчики и, затаив дыхание, начала внимательно заглядывать в упаковки, в поисках нужной. Рождественский подарок для подруги должен стать особенным и неповторимым. С Ебл Анкой они были знакомы с самого рождения и их можно было бы даже назвать сёстрами, если бы не бледность Майи и не шоколадная кожа Анки. Анка была плодом любви двух совершенно неподходящих людей: мать настоящая красавица, зарабатывающая проституцией на жизнь, а отец какой-то нигерийский дипломат, приехавший в их город по работе, а заодно и отдохнуть от своей жены и детей спиногрызов. О том, что эта порочная связь может дать свой плод никто тогда не задумывался. Мать Анки ещё тогда хотела избавиться от нежелательной беременности, но в итоге оставила дочь. Майя внимательно осматривала полки, прислушиваясь к тому, о чём говорят куклы. Может именно из разговоров она бы смогла найти нужную. Дейенерис Таргариен, сладко зевая и потягиваясь, строила глазки Питеру Петрелли, в то время как тот, не переставал пялиться на Гогена Солнцева, что вновь исполнял что-то ужасающее, по мнению Майи, которой пришлось стать невольной свидетельницей всего происходящего. — Ой, Мисс! — Майя остановилась и внимательно посмотрела на Дейенерис, которая успела подойти к самому краю и внимательно смотрела на неё. Майя на всякий случай осмотрела пространство вокруг, надеясь на то, что это было адресовано не ей. Увы, но Госпожа Фортуна явно обходила её сегодня стороной. — Это Вы мне? — на всякий случай уточнила Майя. Дейенерис фыркнула и кокетливо улыбнулась. — Конечно Вам! Не могли бы Вы мне помочь с одним ма-а-аленьким делом? — Единственное, чего Майе действительно сейчас хотелось — это сбежать подальше отсюда, чтобы ничего больше не видеть. — Видите вон того красавчика? — Дейенерис обернулась, чтобы показать на Питера, но так и застыла в этой позе. В это время Питер уже вовсю целовался с Гогеном, насколько это вообще было возможно для кукол. Они едва ли не раздевали друг друга у всех на виду, но кажется, что кроме Майи и Дейенерис никто этого и не заметил.       Сдержав в себе порыв перекреститься, Майя быстро пошла дальше, пока Дейенерис пребывала в шоке. Надежда, что сможет когда-то забыть этот абсурд, казалась совершенно несбыточной. И казалось бы, что всё самое жуткое уже позади, но вот только дальше всё было, как в сказке: «Чем дальше, тем страшнее». Андрей Малахов явно представлял себя на своём шоу, ибо додумался спросить у Егора Крида и Олеси Малибу почему те не вместе, ведь они так подходят друг другу. Судя по тому, как жарко они кричали сейчас друг на друга, в том числе время от времени и на ведущего, спор этот затянется ещё на долгое время, если не до конца их кукольной жизни. Либо же пока кто-то не купит хотя бы одного из нарушителей беспокойства. Эльфы явно не желали влезать в дела игрушечные и просто игнорировали этот раздел, не желая лишний раз выслушивать о себе нелестные ругательства. — Милочка! Да-да, вот Вы! — Майя тихонько взвыла про себя, проклиная свою неудачу. Состроив самую грустную моську, на которую она только была способна, повернулась к Малахову, который стал улыбаться ещё лучезарнее, не смотря на то, что в паре шагах от него едва ли не происходила драка. — Вот скажите, как Вы думаете Егор Крид и Олеся Малибу подходят друг другу? В этот самый момент пара решила, что в самом деле пора прекращать уже ругаться и послушать мнение со стороны. Майя тщательно обдумывала, что можно сказать, при этом не сильно обидев кукол. Неизвестно, как они могут отреагировать на любые комментарии. — Думаю, что… — договорить ей не дал всё тот же Махалов, который моментально перебил её, обращаясь неизвестно к кому: — А продолжение столь изумительной истории мы узнаем сразу же после короткой паузы, не переключайтесь! — После чего он застыл в странной позе, продолжая улыбаться. — Да ты не обращай на него внимания. Он всегда такой странный. — Егор, сидящий на небольшом розовом диванчике, уже вовсю обнимал Олесю, которая со всей нежностью льнула к нему. Осторожно кивнув головой, Майя сделала пару шагов назад, чтобы расстояние между ней и куклами стало больше. Разбираться во всей этой вакханалии не хотелось категорически, поэтому она решила тактично отступить, мысленно молясь всем Богам, чтобы больше её никто не окликнул. Майя уже честно была готова сдаться. Невыносимо ходить среди полок несколько часов подряд и не сойти с ума от всех этих кукольных проблем, которые те явно придумывали на ровном месте. Кому-то коробка собственная не нравилась и он требовал её срочно сменить, кто-то заподозрил другого в измене и требовал немедленного расторжения брака, которого по сути и не заключал никто. Всё это было слишком абсурдно и сюрреалистично, что Майя даже не понимала стоит ли ей с этого смеяться или же плакать. Лишь пройдя до самого конца, она не смогла не проронить слезу счастья. На самом краю стеллажа сидел Леонардо Ди Каприо, о чём-то задумавшись и медленно перебирая воображаемые струны на гитаре. Майя, чуть воровато оглянулась, словно собираясь украсть куклу, но ничего такого в её планах конечно же не было. Ди Каприо явно не ожидавший, что его могут так бесцеремонно схватить, чуть ли не пискнул от возмущения, но мужественно промолчал. Лишь что-то ворчливо пробормотал о том, что уже и из собственной коробки выйти нельзя. «Сид, быстрее на кассу, я нашла его!», — Майя мысленно позвала друга, пока сама пыталась пробраться к кассе, едва ли не забыв подарочную коробку на стеллаже. Народу на кассе, к удивлению, было достаточно много, но сдаваться она так просто точно не собиралась. Слишком уж дорого обошлась ей эта кукла. Сид нашёлся возле кассы, весело виляя хвостиком, он занял очередь в самом конце, словно это действительно было возможно. Майя, мягко улыбнулась ему, вставая рядом и ожидая своей очереди. — Уж не знаю зачем Анке понадобилась эта игрушка, но если мой подарок окажется хотя бы на немного хуже этого, то себе оставлю тогда этого Ди Каприо, — Майя, злобно бурча себе под нос, шла к дому Ебл Анки, не замечая того, с каким подозрением и сожалением косятся на неё посторонние. Мягкий снег медленно покрывал заледеневшую землю, принося с собой Рождество.