Поцелуй/женись/убей

Юрку всего перемотали, ему бы лежать дураку, весь в бинтах был, бледный как смерть, но он сидел на постели и показывал Игорьку карточные фокусы. Федя подумал, смотря на них, о том, что уж лучше б его батькой был Смирнов, а не вечно с шилом в жопе носившийся Гром, лежащий сейчас как и Юрка весь в бинтах на кровати. Его рука в Федькиных была тёплой, даже горячей. - З-запомнил, малой? - ласково заговорил Юрка на фоне. - Вот так рукой и хоп! Карты как не бывало. Давай, учи, папка проснётся, покажешь ему. Юра потрепал его по голове и подтолкнул к кровати Кости. Федя отошёл от него, всё таки пусть с батей побудет, а у него ещё дела есть. Как например послушать от начальства пару ласковых и не очень словечек. Только теперь Юрка лёг на кровать, и лицо его исказилось такой маской адской боли. Его глаза закатились, помутнели от слёз, рот приоткрылся, Федя некстати заметил, какими яркими стали его губы словно помадой накрасили, он испустил тихий полустон полухрип и затих, словно заснул. Увидев эту картину ему самого как прошило волной колкой боли, он обернулся на Громов, те не смотрели на него, и взял Смирнова за руку, та была такой горячей, горячее чем у Кости, прожигала его как огонёк. И была намного нежнее, Федя удивился этому факту, на его лапищах мозолей было не числимое количество как и у Грома, а Юркины были гладенькие, мягонькие будто тот их кремом "бархатные ручки". Федя воровато осмотрелся и быстро приложился к его ладони щекой. Мягонько. Юрка открыл глаза и хитренько улыбнулся и глянул на него, не заснул шельмец. Федя подумал как это выглядело, альфа прижимается к альфе, и отпрянул от него как от прокаженного. - Ф-феденька-а, - протянул Смирнов, растягивая губы в ухмылке. Он даже приподнялся с подушки, так близко к нему пододвинулся, его дыхание уж очень горячее обдало лицо, он наклонился к его уху. - Т-т что это удумал, а? - Я просто... - Федя замялся, думая говорить правду или нет. - У тебя просто руки мягкие, вот и всё. Юра раскрыл глаза и едва не сдержал смешок. Федя покраснел лицом, щёки потеплели и он отвернулся от хихикающего Смирнова.

***

Его дебилов выписали, Юрка медло дышал, Костя немного хромал. Федя обнял его за талию, поддерживая. Юра поднял Игоря на руки, хотя тот далеко был не дюймовочкой, щекоча его подмышками, они пошли вперёди. - Кость, ну ты как, бедовый мой? - Не особо, Федь, Юрке спасибо, что с Игорьком таскается, я бы не смог, - Котся вздохнул. - Хреновый я отец, Федька, ой хреновый. А ты ж детей наверное хочешь, да. Федя не стал отпираться, да он хотел детей, но Гром батей действительно был хреновым. Но он знал, что вместе они смогут более менее что-то соорудить, о чём и сказал Грому. Юра с Игорьком вдалеке над чем-то смеялись, Смирнов обещал тому купит сладкую вату. Федя снова подумал о том, что тот станет прекрасным отцом. И не обязательно для Игоря, ему стоило бы перестать ревновать Грома из-за него. Да, всё получиться. Сейчас они все зайдут за пивом и сядут отдыхать, слушая всякие дебильные шуточки. А, и надо вату для Игоря. Да, всё будет хорошо.