Firsts

Иногда Йен до сих пор не может поверить, что это был первый поцелуй его мужа. Это звучит так невинно. И Микки - это много чего, но невинный - не один. Черт, они так долго занимались сексом, прежде чем Микки поцеловал Йена. Когда они были подростками, Микки не мог понять, почему ребенок настаивал на поцелуях. Сначала он списал это на какую-то силовую игру, которую Йен хочет только потому, что Микки ему не дает. В какой-то момент это стало своего рода ритуалом, время от времени Йен пытался поцеловать его. Обычно в середине секса или сразу после, но Микки каждый раз отвергал его. Иногда он был добр к этому и просто отворачивал голову, молчаливый отказ, а иногда он огрызался на него. Через некоторое время Йен перестал пытаться поцеловать его, и Микки был одновременно благодарен и разочарован. В то время как внимание Йена было сосредоточено на чем-то другом, Микки пользовался возможностью, чтобы насладиться каждой частью его лица. Он чувствовал себя комфортно, открыто глядя на свое тело, но его лицо? Это совершенно другая история. Эти красивые глаза, веснушки и его розовые губы. Он не понимал, почему так сильно хотел поцеловаться, и перестал пытаться. Он не мог этого допустить. Это было бы слишком пугающе. Слишком интимно. Иногда он задавался вопросом, почему он жаждал того, в чем отказывал себе все эти годы. Ему пришлось заставить себя сосредоточиться на других частях тела Йена. У Микки было много проблем, но ревновать к старому парню за то, что он поцеловал своего приятеля по траху, было не тем, чего он ожидал. «Он не боится поцеловать меня» Микки знал, что это вызов. И он не собирался на это купиться. Верно? Поцеловать Йена - это импульс. Это решение за доли секунды. Йен всегда представлял свой первый поцелуй с Микки. С тех пор, как он встретил этого парня, он фантазировал о его губах и о том, как они будут ощущаться на его губах. Он и раньше целовался с парнями, но почему-то знал, что с Микки все будет по-другому. Но он отвергал его снова, и снова, и снова. Йен не лодырь, но он знал, что это будет вопросом времени, когда Микки перестанет встречаться с ним, если он продолжит пытаться поцеловать его. Он должен был дать Микки пространство, чтобы смириться со своими проблемами. Он не собирался давать ему повод покончить с этим, каким бы глупым ни было правило «не целоваться». Естественно, Йен думал о поцелуе с Микки. Много. Дело в том, что как только Микки позволил себе поцеловать Йена, он на самом деле не уверен, что знает, как остановиться. Он пристрастился к вкусу Йена. После того, как Микки впервые поцеловал Йена, Йен начинает целовать Микки каждый раз, когда они трахаются. Это было хорошо. Это было так чертовски хорошо. И звуки, которые издавал Йен, были такими чертовски горячими. Он ухмыльнулся и отстранился с влажным звуком, который звучал так грязно. Они целовались, но никогда не позволяли этому стать глубоким, просто поцелуи с закрытыми ртами. Йен держит это так, чтобы Микки не волновался. Он не собирается снова давить на него. Так что через пару недель он не очень удивлен, когда Микки начинает намекать, — Можем ли мы ...? — Можем ли мы что? — Йен притворяется беспечным. — Не заставляй меня говорить это, мудак, — строго сказал Микки, но что-то в его голосе звучало неуверенно. — Мы можем поцеловаться? Это то, что... — Не называй это так, — огрызнулся Микки. — Тем не менее, это то, что есть, — Йену понравилась эта новая позиция власти. Он так привык просить большего. — Ладно, неважно, — Микки сказал, побежденный. Он не может просить об этом. Он не может признать это с нагрузкой. — Иди сюда, — на этот раз никакого поддразнивающего тона. — Нет. — Мик... — Отвали. — Микки, это просто поцелуи. Ничего особенного. Мы уже много раз целовались. — Ты ведешь себя как мудак, — Микки знает, что он вроде как заслуживает этого, но Йену это слишком нравится. — Тебе не нужно спрашивать меня, Микки, ты можешь просто поцеловать меня, понимаешь? Так он и сделал. Поцелуй был коротким и простым. — Давай, бери, что хочешь, Микки. Йен так хорошо его знает, что не мог отступить от этого. И так, Микки, наконец, пошел на это, глубокий, страстный поцелуй, похожий на те, о которых он думает, когда дрочит. Легкий румянец появился на лице Микки. — Ты чертовски горячий ублюдок, Микки Милкович. Микки закрыл лицо руками, его лицо покраснело от смущения. Йен ухмыльнулся и наклонился, чтобы поцеловать Микки, наслаждаясь тем, как Микки поднимает голову ему навстречу. Его руки схватили рубашку Микки и тянут, пока они не прижимаются друг к другу. Микки провел руками по волосам Йена, легко расчесывая волосы на затылке, мягко потянув, когда он оторвался от губ Йена. — Хочешь остановиться? — Йен спросил, осторожно, чтобы не давить на Микки слишком далеко. Он хочет, чтобы он взял на себя инициативу, задавал темп. — Не смей, черт возьми, рыжий лобок, — прошипел Микки, притягивая голову Йена обратно, чтобы встретиться с его губами, но внезапно остановился, прежде чем они соприкоснулись. — Я... — выражение его лица изменилось, и его щеки покраснели. — Если ты не хочешь? — Я мог бы целовать тебя всю ночь напролет, Мик, — Йен заверил его, подняв руки с того места, где они держали рубашку Микки, чтобы взять его голову в свои руки и снова соединить их губы. Пальцы Йена нежно поглаживают его щеку. Это такой контраст с быстрыми и отчаянными движениями языка у него во рту. В конце концов, им пришлось остановиться, чтобы дышать. — Ну, не знаю, все ли это, — поддразнил Микки. — Ублюдок, — пробормотал Йен, обнимая Микки за талию. Микки только рассмеялся и наклонил голову, чтобы снова поцеловать. На этот раз мягко. Внезапно Йена осенила мысль. — Подожди, Мик, это был твой первый сеанс поцелуев? — Я так близок к тому, чтобы откусить тебе язык, если ты не заткнешься. Йен рассмеялся. Это был первый раз Микки. Иногда мечты сбываются, да? — Если я поцелую тебя сейчас, обещай, что не откусишь? — Йен спросил, поддразнивая. — Ни хрена не обещай. — Думаю, мне придется рискнуть ... — Йен бормочет, прижимаясь губами к губам Микки. Все, о чем они могли думать, это почему, черт возьми, они не делали этого раньше?