Солнечные ночи

Библиотека всегда была любимым местом Тигнари в Академии. Тишина, приятный шелест бумаги, тихие шаги где-то на заднем плане — всё это умиротворяет душу и разжигает в сердце фенека и без того огромное желание изучить как можно больше. Вечером в этой части читального зала и вовсе никого не было. Все студенты со спокойной душой покидали душные, как им казалось, стены Академии после заветной отметки на часах. Для Тигнари же это было лишним поводом задержаться наедине с собой и любимыми книгами подольше, нежели возвращаться к шумному болтливому соседу по комнате с Кшахревара. Тигнари был уверен, что он не даст ему спокойно отдохнуть. Чуткий слух уловил едва различимые шаги и правое ухо рефлекторно дёрнулось к источнику звука. Отличить их было не сложно. Тигнари в принципе привык различать людей даже по особенностям звука их походки, а походку хорошего знакомого уж мог узнать и подавно. Кричать через всю библиотеку приветствия, в адрес зачем-то пришедшего Сайно, было как минимум странно, поэтому Тигнари смиренно ждал не поднимая головы от книги до тех пор, пока он сам не оказался у его стола. — Привет, — парень бесшумно присел за соседний стул. — Ну привет, и как ты меня тут нашёл? — Кавех подсказал, — Сайно ухмыльнулся, подмечая то, как Тигнари надулся при упоминании его нерадивого соседа. — Не переживай я ненадолго, просто хотел вернуть твои конспекты, которые одалживал на прошлой неделе. — А! Хорошо, конечно, — фенек протянул руки навстречу, перехватывая знакомые толстые тетради. — Всё получилось, надеюсь? — Ага, я закончил проект. Уверен, он получился одним из лучших на потоке, твои заметки и исследования пришлись очень кстати. — Приятно слышать, когда люди умеют по достоинству оценить собственную работу. Рад, что смог помочь! Фенек собирался распрощаться с другом и вернуться к излюбленному занятию, но Сайно снова полез в свою сумку. Перед носом Тигнари оказались две небольшие золотистые коробочки. Изумрудные глаза недоумённо уставились на однокурсника. — Финики. И... засахаренные орешки аджилленах, — Сайно внимательно следил за реакцией напротив. — Я слышал, что- — Что фенеки едят сухофрукты и орехи, как грызуны? Нет-нет, это популярное заблуждение, — парень шутливо отмахнулся, как будто наперёд знал, что именно имел в виду Сайно. Он уже давным давно привык к глупым выходкам и шуткам по отношению к его анатомическим особенностям со стороны учащихся. Теперь это совершенно не обижало. — ...что ты не любишь сумерские пряности... Поэтому решил, что финики и орешки подойдут. Извини, я не хотел тебя задеть. Просто благодарность за помощь. Тигнари прикусил губу. Некрасиво получилось. Сайно хотел было встать, но тёплая ладонь вовремя его остановила. — Нет-нет! Это ты меня извини. Я просто привык к повышенному вниманию к себе. В плохом смысле этого слова, — Тигнари нервно повёл ухом. — Спасибо, чересчур пряную еду я действительно не очень люблю. От фиников не откажусь! В подтверждение собственных слов, Тигнари закинул небольшой плод себе в рот и удовлетворённо хмыкнул. — М! Хочеф? Сайно молча кивнул и губами словил предложенное угощение, совершенно случайно касаясь ими тёплых подушечек чужих пальцев. Возможно даже немного дольше, чем следовало. Внезапно повисшая в библиотеке неловкость ощущалась буквально физически. Сайно кожей чувствовал, как вся спесь фенека испарилась от одного неаккуратного действия. — Тигнари, я... Зрительный контакт ещё никогда не был для Сайно так важен. Одно неверное действие, всего одна ошибка — и он может разрушить те хрупкие доверительные отношения, которые выстраивались между ними в течение столь длительного времени. — Я могу тебя поцеловать? Всё это время Тигнари, кажется, не дышал, лишь тихо наблюдал за каждым действием напротив. За каждым его словом. Он отчётливо осознавал, что означает этот кивок головой. Он взял на себя полную ответственность. Желание ощутить тёплые желанные губы перевешивало любые логические доводы и аргументы «почему «не»». Тишину библиотеки теперь не нарушали никакие посторонние звуки. Кажется, что вообще весь Тейват вмиг умолк, не смея потревожить этих двоих. Нежное, и едва уловимое касание ощущалось на собственных губах чем-то невесомым, неправдивым и совершенно нереальным. Сайно действительно пах пустыней и дикими ветрами. Ощущался как настоящее палящее солнце Аару. Его ладонь, теперь так трепетно касающаяся лица фенека, аккуратно поглаживала персиковую щеку, физически чувствуя проступающий румянец Тигнари. Первый поцелуй ведь именно таким и должен быть, правда? В библиотеке? Нарушая все правила и уставы про отношения между студентами на территории Академии? Тигнари было плевать, если честно. Плевать на всё. Он тихо и восторженно вдыхал запах дорогого человека рядом, имел возможность коснуться его в ответ и не обращать внимания на свои собственные предательские мысли, которые днём ранее буквально кричали: «Это слишком, Тигнари! Вы просто хорошие знакомые, просто друзья. У вас даже даршаны разные! Кто вообще захочет вступать в отношения с каким-то валука шуна?!» Сайно захотел. И захотел давно. Ещё как только увидел его в тени цветочного сада Академии, если быть точным. Но разве мог какой-то дикарь-пустынник позволить себе такую дерзость? Да ещё и мешать одному из самых преуспевающих студентов Академии? Сайно снова чувственно прижался к чужим губам, ощущая собственное опаляющее сбитое дыхание и внимательно вгляделся в лицо напротив. О да, он мог.