Параллельность

Трель телефонного звонка заставила Никиту и Мика прерваться, а Макс не сводил напряженного взгляда с Льюиса. Вся ситуация могла бы показаться забавной, если бы не приходилось скрючиться на полу и дышать как можно тише. — Это Кристиан, я совсем забыл про брифинг по окончанию свободных заездов, — недовольно протянул Никита. — Я не особо расстроен, — хмыкнул Мик, поправляя одежду. — Тем более Джордж пригласил меня в бар, чтобы наладить отношения в команде. — Только попробуй согласиться, — неожиданно серьезно отреагировал Никита. А затем оба гонщика покинули помещение. Через несколько минут после того, как хлопнула дверь, Макс и Льюис выбрались из своего укрытия. Макс сунул в карман джинс брелок и прислушался, стоило как можно быстрее покинуть чужой моторхоум и не привлечь к себе ненужного внимания. Брифинг вряд ли продлится долго, Макс помнил, что основная часть разговоров была между техническими специалистами и пилотов приглашали только под самый конец. Макс толкнул дверь, но ничего не произошло. Он попытался толкнуть сильнее, но эффект был тот же самый. — Ты ничего не забыл? — Льюис покрутил перед носом Макса ключом-картой и затем приложил ее к замку. После короткого звукового сигнала индикатор загорелся зеленым, и Льюис толкнул дверь, но она по-прежнему не поддавалась. — Что случилось? Замок заклинило? — Или он закрыл моторхоум на обычный замок, — Макс кивнул на отверстие для ключа. Он сам не доверял технологиям и часто подстраховывался механическим замком и, видимо, Никита придерживался подобных взглядов. — Должен быть запасной ключ, — Льюис оглядел комнату, и несмотря на относительный порядок в ней, поиск ключа обещал быть не самой легкой задачей. — Если он здесь, — мрачно заметил Макс. — И что нам делать? Ждать, когда явится хозяин моторхоума и объяснять причины, почему мы тут оказались? Мне кажется, что у Никиты характер еще хуже, чем у тебя, судя по тому, что я от него и нем слышал, — Льюис явно начинал нервничать. — Все у меня в порядке с характером, если не доводить на пустом месте, чем ты занимался весь прошлый сезон. — Макса задело замечание Льюиса, он не считал свой характер таким уж ужасным, например, Льюис был куда более невыносим своими отказами признать вину и жалобами на все на свете. — Да я тебя не трогал, — воскликнул Льюис. — Не трогал, да, просто отправил мой болид в отбойники и чуть не убил, а потом обнимался и веселился с остальными пилотами, замотавшись в флаг. — Макс так и не отпустил ту ситуацию, ему было до сих пор обидно, а боль и страх все еще были слишком яркими в памяти. — Это был гоночный инцидент, — упрямо ответил Льюис. — Возможно, я действовал слишком агрессивно, но это гонки, а не балет. Да и ты мне ответил, чуть не снеся голову и я тоже не припомню, чтобы бы интересовался моим самочувствием после этого. — Я видел, что ты жив, и с удовольствием почитал твои нытье и жалобы в прессе. Гонки не балет, говоришь? А, Льюис? Мне кажется, или я заметил двойные стандарты? — Макс не собирался останавливаться, чувствуя, как все внутри закипает. — И тут мы оказались из-за тебя. — А что мне оставалось делать? Сегодня был последний день тестов, а ты даже не удосужился поискать якорь. Если бы не я, то мы бы провалили задание, и я даже думать не хочу о том, что, возможно, останусь здесь навсегда. — Льюис был прав, но Макс не собирался давать ему возможность насладиться этим. — Я о том, что мы оказались тут, напарниками в «Хаас» и самыми бездарными пилотами пелетона. Если бы не твое глупое упрямство, то мы бы оба наслаждались межсезонным перерывом. Ну я бы наслаждался и праздновал победу, а ты бы ныл и жаловался, что не заполучил восьмой титул. Льюис открыл было рот, чтобы ответить, но за дверью послышались шаги и оба пилота замерли. К счастью, человек прошел мимо и вскоре шаги стихли. — Предлагаю перенести наш разговор на более подходящее время, — сказал Льюис. Ему явно было тяжело оставить последнее слово за Максом, но у них были проблемы поважнее. — Я не думаю, что мы сможем открыть дверь без ключа, не привлекая внимания и не устроив шума, — после недолгих размышлений сказал Макс. — Может быть окно? — Ты думаешь, оно не на сигнализации? Макс, это моторхоум кандидата в чемпионы мира, — Льюис сел на диван и начал теребить в руках смартфон, который то и дело мигал индикаторам пропущенных звонков. Когда телефон снова зазвонил Льюис раздраженно нажал на кнопку приема. Макс мельком заметил цифру в семнадцать пропущенных от Нико. — Детка, где ты? Ты еще на трассе? Что-то случилось? — Макс слышал обеспокоенный голос Нико, замечая легкий немецкий акцент. Нико явно волновался, а вот Льюис, кажется, начал относиться к вниманию своего бывшего напарника по команде спокойнее, по крайней мере на его лице уже читались не ужас и отвращение, а обреченность и усталость. — Да, я на трассе, — спокойно сказал Льюис. — И кое-то что случилось. Мы с Максом застряли в моторхоуме Мазепина и не можем выйти без ключа. Ты можешь помочь? — Что? Как так вышло? — Нико явно был в шоке, ровно, как и Макс. Он только покрутил пальцем у виска, показывая свое отношение к тому, что Льюис решил обратиться за помощью к Нико. — Потом это обсудим, можешь просто вытащить нас отсюда? — спросил Льюис. — Но где я возьму ключ? — Нико явно ждал ответов и на другие вопросы, но к счастью, решил с ними повременить, понимая, что ситуация серьезная и у Льюиса могут быть проблемы. — У Мика, — одними губами сказал Макс. — У Мика, — повторил в трубку Льюис. — Только не говори ему, зачем тебе ключи. — Ладно, хорошо, я попробую, — ответил Нико, прежде чем отключиться. — Что ты натворил? — Макс ходил по комнате, чувствуя, как нарастает паника. — А у тебя есть идеи получше? — вздохнул Льюис. Макс не нашел, что ответить. Следующие четверть часа были самыми напряженными в жизни Макса, он вздрагивал от любого шороха, и то и дело обводил взглядом моторхоум, такой знакомый и в то же время чужой. Это ощущение стало верным спутником Макса в последнее время и ему оно определенно не нравилось. Когда ключ повернулся в замке, Макс встрепенулся и бросился к двери, надеясь, что это Нико и он один. К счастью, все так и было. — На выход, быстро, — Нико был собран и напряжен, после того как Макс и Льюис вышли, Нико закрыл дверь и кивнул на выход. Когда они оказались на безопасном расстоянии, Нико резко остановился и развернулся, внимательно смотря на Льюиса и Макса. — Может теперь, вы двое, наконец, объясните мне, что происходит? Я, конечно, понимаю, что вы оба любите повеселиться и делаете спорные вещи, вместо того, чтобы работать над результатами в гонках, но забраться в чужой моторхоум — это слишком. — Я тебе все объясню, — Льюис положил руку на плечо Нико и слегка сжал пальцы. Макс не поверил своим глазам, но Льюис сразу же оттянул Макса в сторону и вложил ему в руку свой браслет. — Я разрулю все с Нико, а ты отправляйся на набережную. — Но… — Макс не очень хотел оставлять Льюиса в такой компании, несмотря на его неприязнь и злость, Макс не мог не сочувствовать Льюису, который был вынужден мириться с близостью человека, которого терпеть не мог. Это было слишком жестокой шуткой даже по отношению к такому человеку, как семикратный чемпион. — Никаких но, я справлюсь и жду новостей, — Льюис натянуто улыбнулся и вернулся к Нико, который сразу же заключил его в объятия и что-то сказал на ухо. Макс понял, что лучшим решением будет последовать совету Льюиса и узнать о самом главном испытании. Гуляя по набережной, на которой было немноголюдно, Макс думал, что еще им с Льюисом придется пройти и насколько в дурацких ситуациях придется оказаться. — Меня ждешь? — Макс нахмурился, он не заметил, как рядом с ним оказалась женщина в цветастых платьях и тюрбане. — Да, вот, — Макс протянул ей браслет и брелок. — Тебе же это было нужно? — Нет, не мне, а вам, — женщина звонко рассмеялась и подержав обе вещицы в руках, вернула их Максу. Макс с удивлением обнаружил, что браслет стал целым, а на затертом ранее брелоке не было ни царапины. — Теперь вам нужно действительно приложить усилия и сделать кое-что невозможное. А именно, привезти болиды своей команды в очковую зону. — Что? Мы боремся только за последние места в пелетоне и отстаем от лидеров как минимум на круг, — Макс возмутился. Условия были заведомо невыполнимыми, он не представлял, что должно было бы случиться, чтобы болиды «Хаас» смогли бороться за очки, разве что ровно половина пилотов сойдет. — Вы с Льюисом лучшие пилоты своего времени, неужели, тебя так пугает возможность побороться? И есть еще кое-что, у вас в запасе максимум три гонки, — женщина покачала головой. У Макса было к ней много вопросов, но увлекшись разговором, он не заметил, как оказался в шумной толпе туристов, а когда сумел отойти в сторону, то обнаружил, что его спутницы и след простыл. Очевидно, она сказала все, что хотела. Макс позвонил Льюису, чтобы поделиться новостями, но тот не взял трубку. Макс еще какое-то время побродил по улицам, а затем написал Шарлю, ему было приятно находиться в компании монегаска и это был единственный человек, кроме недоступного сейчас Льюиса, с которым можно было бы поделиться новой порцией проблем.

***

Шарль не сразу ответил, когда услышал эмоциональный рассказ Макса. — Ты мог бы позвонить мне, — немного укоризненно сказал он. — Я бы тоже мог бы взять ключ у Мика… Стоп, то есть у него есть ключ от моторхоума Никиты, а он до сих пор ничего мне не сказал? — Вот именно поэтому и не мог, — Макс слегка улыбнулся. — Ты ничего не умеешь делать тихо и быстро, — Макс покраснел и прикусил язык, понимая, как двусмысленно это прозвучало. — Ладно. А что насчет очков? Ты думаешь, что это возможно? — с сомнением протянул Шарль. — Мне до сих пор сложно поверить в то, что ты рассказал, но я чувствую, что что-то не так и знаешь, хочу, чтобы все вернулось на свои места. Мы собирались съездить домой перед первой гонкой, отдохнуть, но я пойму, если ты решишь посвятить свободное время тренировкам на симуляторе. — У нас нет симулятора, — хмуро сказал Макс. — О, я не знал. Но, кажется, я могу помочь, — Шарль хитро улыбнулся. — Правда, уже после первой гонки, потому как сейчас наш симулятор на доработке. — Но разве работать на симуляторе участникам других команд не запрещено? У тебя не будет проблем? — Макс одновременно чувствовал и радость от предложения и не хотел подставлять Шарля. — Не волнуйся, я знаю, как все устроить, и уверен, что Нико сделает то же самое для Льюиса. Он же знает? — спросил Шарль. — Я не уверен, — пожал плечами Макс. — Понятно, — Шарль опустил взгляд, но комментировать не стал, а напротив, поспешил перевести тему. — Так что насчет поездки в Монако? — А почему нет? — Макс улыбнулся. — Когда самолет? — Завтра вечером, — Шарль был явно рад предстоящей компании Макса, а у Макса щемило в груди от смеси нежности и того, как он подводит Шарля, не помня и не понимая их истории.

***

— О, я уже встаю, — Жюль широко улыбнулся и пересел с просторного дивана в кресло напротив. — Да брось, мы могли бы разместиться и в кресле, — Шарль рассмеялся, на автомате касаясь предплечья Макса. — Ну уж нет, я планировал перекинуться в покер перед сном, а не наблюдать как вам двоим не терпится поскорее отвертеться от игры и заняться друг другом, — ответил Жюль. — Эй, когда это такое было? — возмутился Шарль. — Буквально каждый раз, когда Макс летит с нами? — Жюль потрепал Шарля по волосам. — И ты знаешь, как я рад за вас, но я настроен отыграться после дороги сюда. — Не дождешься, — Шарль занял место у иллюминатора и взял в руки колоду карт. Первые минуты Максу было неловко, потому как Жюль вел себя с ним как со старым другом, что было неудивительно, учитывая давние отношения с Шарлем. И еще Жюль явно ему симпатизировал. Макс помнил, как Шарль, в той прошлой (жизни? реальности?) пару раз обмолвился о том, что очень бы хотел, чтобы Макс познакомился с Жюлем, и сейчас старался запечатлеть в памяти все моменты рядом с дорогим для Шарля человеком. Закончили играть далеко за полночь, когда у Шарля была целая гора монеток достоинством в одно евро, а в карманах у Жюля и Макса было пусто. — Я признаю банкротство, — Жюль поднял руки вверх. — Ты же не принимаешь безнал? — Нет, не принимаю, — зевая кивнул Шарль. Макс заметил, что тот боролся со сном последние полчаса. — Что ж, тогда приятных снов, можете шуметь, у меня есть оружие, — Жюль продемонстрировал беруши и отправился в спальный отсек. Шарль приглушил свет и устроился на плече Макса, сразу же прикрывая глаза. Макс обнял его, прислушался к мерному шуму мотора самолета и сосредоточился на виде темного неба, стараясь не слишком обращать внимание на запахи кожа, волос и парфюма Шарля. Он не заметил, как заснул.

***

Аэропорт Монако был точно таким же, каким его помнил Макс. Он даже приготовился к ритуалу похода по магазинам, но, Шарль направился прямиком на парковку. — Я даже не буду слушать возражений, мы подкинем тебя к родителям, а там решай сам, где остановишься, у них, или в отеле. К тому же, ты знаешь, что мы с Максом тоже всегда рады тебя видеть, — обратился Шарль к Жюлю. — Я не хочу заставлять тебя делать такой крюк после перелета, — ответил Жюль. — Нам все равно надо к родителям, чтобы забрать Джиджи, — Шарль разблокировал машину. Когда неприметный черный седан пару раз мигнул, то Макс даже забыл спросить, а кто такой или такая Джиджи, потому что Шарль, который закатывал глаза и не всегда добро шутил насчет его Хонды, предпочитая элитные автомобили, открыл дверь обычной Тойоты. — О, точно, я забыл, что вы с Максом и лишнего часа не готовы провести без принцессы Джиджи, — Жюль послушно забрался на заднее сидение. — Ты идешь? — Макс осознал, что он стоит посреди парковки, а Шарль и Жюль вопросительно на него смотрят. Дорога прошла в непринужденных разговорах, и за то недолгое время, которое Макс провел вместе с Жюлем, он понял, почему тот был Шарлю так дорог. С Жюлем было комфортно, весело и Макс видел, как он относится к Шарлю, но не испытывал ревности, понимая, что у Жюля к Шарлю были иные чувства, чем у него самого. Макс был рад, что Шарль предложил ему остаться в машине, если он устал, и не подниматься к родителям Шарля. Пусть Макс помнил рассказы Шарля об отце, но чувствовал, что не готов увидеть его сейчас, поэтому попрощался с Жюлем, ответив на крепкое рукопожатие и вновь набрал Льюиса, когда пилоты Феррари покинули салон машины. Реакция Льюиса на новость была не такой бурной, как ожидал Макс, и по тону голоса было понятно, что Льюис чем-то занят. Макс не стал расспрашивать, посчитав, что дни до первого гран-при — отличная возможность им обоим отдохнуть друг от друга. Когда Шарль открыл дверь машины, то держал на руках маленькую черную собаку. — Это и есть Джиджи? — спросил Макс, узнав животное, которое видел на фотографиях. Он протянул руку, чтобы погладить собаку, но та окрысилась и задрожала. — Тише, тише, Джиджи, — Шарль прижал к себе собаку, но та не сводила с Макса неприязненного взгляда. — Боюсь, за руль придется сесть тебе. — Шарль грустно улыбнулся, ему явно не понравилась реакция питомца на Макса, которая только подтверждала неприятную правду. — Без проблем, — ответил Макс, ему было неловко из-за ситуации, хотя, казалось бы, что он мог сделать. — Поехали? — Шарль растерянно гладил Джиджи, которая немного успокоилась, однако сразу же зарычала, когда Макс потянулся к навигатору. — Ты не знаешь куда? — Шарль посмотрел в сторону так растерянно и грустно, что Макс уже не был так уверен, что поездка в Монако была удачной идеей. Шарль поставил в навигаторе метку, которая называлась «дом» и рядом с ней стоял смайлик в виде сердечка. — А как у нас появилась Джиджи? — спросил Макс, ему одновременно было и интересно, и в то же время, это было удачным поводом разрядить обстановку. — Это очень милая история, — Шарль улыбнулся, а значит, вопрос был задан вовремя. — Ты из-за нее пропустил один из этапов Формулы-2. Ты возвращался в отель и увидел под колесами машины маленького щенка, грязного, испуганного и отощавшего, и не придумал ничего лучше, как достать его и принести в номер, естественно, ко мне. В процессе Джиджи тебя укусила, и мы всю ночь провели сначала в клинике, где тебе делали все необходимые уколы, а потом искали ветеринарную клинику, чтобы осмотрели ее. В итоге ты не выступил на этапе, я из-за бессонной ночи и волнений въехал в отбойник на третьем повороте трассы, а домой мы вернулись уже втроем. Ветеринар сказал, что это помесь шпица, чихуахуа и болонки, но в каких пропорциях сказать сложно, — Шарль улыбнулся и погладил Джиджи по холке. — С нашим образом жизни собака — это сложное решение, и она живет на два дома, часто проводит время у моих родителей. — Я надеюсь, что мы с ней подружимся, — Макс покосился на Джиджи, которая лежала на коленях Шарля, но та только вновь зарычала в ответ. Макс подумал, что он вряд ли бы бросил животное в беде, но скорее, поручил бы заботу о нем своему менеджеру и специалистам, а не стал бы лезть сам.