Начало весны. Личунь.

Первое, что увидел Хэ Ши, открыв глаза, это чистое голубое небо. Опустив взгляд чуть ниже, его взору предстали зелёные кроны хвойных деревьев, высота которых достигала минимум десяти чжанов, из-за чего создавалось впечатление, что те подпирают собою небо. Прислушиваясь к тишине, наблюдал, как покачиваются ветви. В воздухе витал запах смолы и хвои. «Сон или чьи-то проделки?» Едва мысль прозвучала в голове, как он вздрогнул от собственного голоса разнёсшегося эхом. Продолжая прислушиваться, медленно поднялся, бросившись вглубь леса, быстрым шагом пробираясь сквозь колючие ветки. Постепенно шаг перешёл на бег. Хвойные иглы впивались в кожу, но он не обращал внимания на боль. Только что Хэ Ши услышал голос, который думал, больше никогда не услышит. Тарабанящее сердце защемило где-то между рёбрами. Он всё бежал и бежал, в надежде отыскать обладателя. Хэ Ши пытался уловить источник, но сколько бы ни старался, лишь вслушивался в тишину. Оглядываясь назад, понял, что за всё время не услышал того, что обычно должен издавать лес. Даже ветер, медленно раскачивающий кроны – был бесшумным. Ни зверей, ни птиц, ни тем более тварей. Присев и схватив маленькую сухую ветку, принялся раскапывать поверхность в надежде найти червей, но поиски не увенчались успехом. Хэ Ши осел на землю и опёрся спиной о ствол дерева.

***

Грозовое небо пронзало землю стрелами дождя. Вокруг витал тошнотворный запах смерти. Наспех скрыв неловкую улыбку за струящейся тканью, Хэ Ши поспешил вперёд. Оказавшись на месте, взглядом «нашёл» У Лэя. Он стоял поодаль, примерно в пятнадцати чжанах. Достав из кармана маленький бутылёк, Хэ Ши откупорил крышку, капнув содержимое на меч. Тёмная фигура растворилась в чёрном тумане из которого вылетел ворон. Каркнув, птица бросилась по направлению к цели. Спустя несколько секунд рядом с У Лэем заклубилась мгла. Холодная сталь блеснула позади. В следующее мгновение, Хэ Ши, не колеблясь, пронзил чужое сердце насквозь. Вытащив острое лезвие, он улыбнулся уголками глаз. Почувствовав, что спину убийственно прожигают, обернулся. Зрачки Хэ Ши сузились. В отдалении стоял принц Фэн Хуэй. Белые одежды промокли и местами испачкались в грязи. Плечи были низко опущены. По лицу стекали капли воды. Стоя под ветвистым деревом, он ненавидяще смотрел на Хэ Ши. Острые челюсти захлопнулись на сердце, чавкнув и пытаясь вырвать кусок. Взгляд принца сочился обидой, ненавистью и злобой. Хэ Ши обернулся и с ужасом уставился на У Лэя. Все чувства обострились до предела из-за бьющей набатом тревожности. Мужчина вновь обернулся, застыв. Фэн Хуэй отчего-то рухнул на колени. Слева раздалось ржание лошади и цокот копыт. Боковым зрением Хэ Ши заметил, что, встав на дыбы, она пыталась скинуть всадника. Животное мчалось по мокрой земле, оставляя после себя брызги от луж и грязи. Чёрное марево незамедлительно бросилось вперёд. Из тумана вырвалось два ворона. Издав каркающий вопль, они устремились к принцу. Всадник взмахнул мечом. Послышался звук безжалостно отсекаемой плоти и треск костей. Хэ Ши смог только увидеть, как мимо него что-то прокатилось. Обжигающая жидкость брызнула в ошарашенное лицо. В небо взметнулся чёрных рой, кружась в водовороте. Скорбное карканье разносилось на десятки ли и утихло лишь к рассвету.

***

Вынырнув из болезненных воспоминаний, Хэ Ши аккуратно провёл ладонью по лицу. Уголки его губ скривились в вымученную улыбку полную невыносимой боли и ненависти. Тяжело вздохнув, начал усиленно размышлять, куда угодил, когда неподалёку хрустнула ветка. Повернув голову на звук, увидел человека в белых одеждах. «Гость» приближался неспешно, не чувствуя опасности. Когда незнакомец оказался на расстоянии, на котором можно различить черты, Хэ Ши задержал дыхание, выпрямившись. В груди болезненно сжалось. — Здравствуй братец, откуда ты здесь? — издалека спросил. — Вот уж не думал, что смогу увидеть в этом дрянном лесу ещё кого-нибудь. Его совсем не волновало, что вопрос остался без ответа. — Полная луна показалась уже два раза, а я никак не могу найти выход. Я думал, стал неприкаянным духом, но вот незадача, это место не связано с моей смер... — голос, что раздавался всё ближе, прервался. Хэ Ши поднялся с земли: — Ваше Высочество Фэн Хуэй? — глухо прозвучало. Услышав чужую речь, можно было подумать, что говоривший не умел произносить слова отдельно. Она была очень медленной, но скомканной. «Сон? Иллюзия?» Двое рассматривали друг друга с полминуты. Когда Хэ Ши решил, что принц – иллюзия, эта иллюзия настигла его, сбивая с ног. Понимая, что мерзавец перед ним из плоти и крови, Фэн Хуэй только сильнее разъярился, его атаки становились беспощаднее. Не чувствуя боли от ударов, Хэ Ши неотрывно вглядывался в это лицо. В чужих глазах, как и тогда, плескалась злоба, отвращение и ненависть. Хэ Ши стало тяжело дышать. Постепенно приходя в себя, он осознал, что уже давно валялся в сухой колючей листве. Хэ Ши непроизвольно потянулся к запястью. Будто избавившись от оков, мужчина резко поднялся с земли, чем совершенно обескуражил взъярившегося Фэн Хуэя. Он убрал свои руки с чужой шеи, чувствуя лёгкую неловкость. «Чёрт возьми, я душил этого ублюдка порядка двух минут, а он не только не сдох, но и обрёл второе дыхание». — подумал Фэн Хуэй, но его мысли предательски раздались вслух. Отпрянув от противника, Фэн Хуэй с осторожностью начал наблюдать. Хэ Ши непозволительно близко приблизился, что было совершенно возмутительно, но его это нисколько не заботило. Внимательно рассматривая шею и забыв, перед кем находится, услышал: — И что это ты делаешь? — со всей неприязнью. Волна осознания накатила бурным потоком. Аккуратно отодвинувшись, Хэ Ши украдкой поднял взгляд, снова встречая ненависть, ярость и отвращение. Опомнившись, он провёл по карманам дрожащими руками в поисках ткани, но потратив на это действие без малого пять минут, не преуспел, поэтому оторвав рукав халата, поспешно скрыл почти всё лицо, оставив незакрытыми только бездонные обсидиановые глаза. Фэн Хуэй спокойно вытерпел все метания этого ублюдка, и, когда он наконец успокоился, задал вопрос: — Как ты мог так поступить? — голос звучал тихо и ровно. Хэ Ши опешил и собрался открыть рот, чтобы объясниться, но Фэн Хуэй снова накинулся, сцепив руки на шее. — Как ты мог так поступить, тварь? — сквозь зубы процедил. — Лэй-гэ считал тебя братом, а ты оказался шакалом, который прикинулся собакой и загрыз хозяина! Тебя накормили, обогрели, а ты ударил в спину и убил его! Сколько тебе заплатили? Два года ты путался рядом и с такой лёгкостью вонзил нож в его спину! Это всё, на что способно такое грязное отродье как ты? Недолго ты прожил и кара настигла тебя, хоть я надеялся, что сдохнешь раньше. Каждое новое слово пронзало больнее предыдущего. Два года Хэ Ши наблюдал за принцем. Этот человек озарял темноту, часто улыбался и делился теплотой с теми на кого падал взор. Он понимал его злость. Хэ Ши давно заметил, каким взглядом тот смотрит на У Лэя. «Грязное отродье?..» — Язык проглотил? Ты, продажная тварь, неужели они заплатили так много? Неужели золото оказалось тебе дороже дружеских чувств? Ты просто степной шакал, который кидается на кости. Жалеешь, что тебя не наняли для убийства принца? За мою голову дали бы наверняка больше. Огорчён, что это не ты пронзил меня своим священным мечом и что я не вошёл в твой список «пронзённых насквозь побед?» — лишившись последних сил, Фэн Хуэй оттолкнул его в сторону, оседая на землю. Если до этого Фэн Хуэй видел в глазах Хэ Ши только пустоту и отрешённость, то сейчас они пылали негодованием. — Ублюдок, я мёртв! — с возмущением. — Или ты уже освоился в преисподней и успел заключить договор с владыкой, решаясь всё-таки озолотиться? — жестокие умозаключения с лёгкостью слетали с его уст. Желваки заходили под кожей, но Хэ Ши продолжал вглядываться, хмурясь. — Я самолично умертвил каждого, кто был там в тот раз. — глухо проговорил. — А тех, кто успел сбежать, этот ничтожный догнал и подарил им незабываемую смерть. Я... я.. — дрогнув. — Я бы умер за вас, лишь бы только вы остались живы. Лишь бы только вашего тела не коснулась холодная сталь. — к концу голос стал тише. Опустив голову, переводя дыхание, Хэ Ши захотел продолжить, но не успел. — Позорный пёс, что ты скулишь? Я не понимаю тебя. Хэ Ши вскинул подбородок. В обсидиановых глазах Фэн Хуэй прочитал явное намерение убивать. Стушевавшись, он замолчал и уставился в ответ. — Мне действительно поступил заказ на У Лэя. Я не стал сразу убивать ублюдка, осмелившегося заявиться ко мне с подобным. В этот же день я пришёл к Лэй-эру и рассказал ему кто и за сколько попросил его голову. Он придумал план, в котором я должен был «убить» его своим мечом. Вам неизвестно, Ваше Высочество, но Лэй-эр, он знал. Если смешать мою кровь с кровью жертвы и произнести заклинание подчинения, то сталь меча превратится в духовное тело и не причинит вреда жертве. — в конце немного скривившись от боли, спустя мгновение продолжил. — Я друг У Лэя, Ваше Высочество. Я наёмник. Я ублюдок. Я подлая и мерзкая, жестокая тварь. Я последний шакал в стае, меня действительно привлекает золото, но у меня есть принципы. Я никогда не предам свою семью, в которую входит У Лэй. Мы с ним договорились, что я должен взяться за дело и тем самым обмануть заказчика, чтобы поймать всех крыс. — с каждым предложением говоря медленнее. Фэн Хуэй слушал и ни на секунду не отводил взгляда. Хэ Ши видел, как его лицо множество раз претерпевало изменения: от неприязни и отвращения, до недоверия и потрясения. Фэн Хуэй не прервал, как раньше, и не плеснул в него ядом, а послушно ждал продолжения. Сделав минутную паузу, Хэ Ши вновь заговорил: — Мы условились, что после мнимой смерти, его тело случайно поглотит мой туман и никакая тварь не сможет потребовать его обратно. Мы должны были ждать благополучного часа, чтобы крысы повылазили наружу, но... Ваше Высочество... и я... — охрипло. — В тот день умерли лишь вы, Ваше Высочество. Я не убивал У Лэя. Хэ Ши какое-то время прожигал белые одежды, не моргая. — Я убийца, Ваше Высочество, но даже вы не можете обвинять меня в предательстве и называть грязным отродьем. Каким бы псом или шакалом я ни был, я никогда не предам семью ради золота и никогда не войду в сговор с мразью, решившей вас убить. Я выну ей позвоночник и все кости на месте. Она будет биться в агонии несколько часов прежде, чем отправится подношением к жнецам. Закончив, он поднялся и не дожидаясь реакции направился вглубь леса. Отойдя на приличное расстояние, услышал брошенное вслед: — Думаешь, я поверю твоим словам?

***

Бродя по лесу около часа, Хэ Ши наконец остановился. Оглядевшись и удостоверившись, что поблизости никого нет, поспешно снял ткань, после чего выплюнул сгусток крови. Осев на землю, шумно выдохнул и, опёршись о ствол дерева, запрокинул голову, прикрывая глаза.