Любить это не сложно.

Прошло две недели с того момента когда он стал оборотнем. И конечно же это было совершено случайно и максимально глупо. Только с таким удачливым парнем как он могло это произойти. Макс вздохнул и с тоской взглянул в окно на предательски растущую луну. Ну не жизнь, а сказка. Умопомрачительно просто. Из плюсов было то что теперь у него не болел зуб, который он не мог вылечить уже пару месяцев, и то что сыпь на шее прошла. Регенерация, матушка. Из минусов было примерно всё. Хотелось выть переодически, хотя это может быть было и до обращения, хотелось жрать, а денег нет, скоро сдавать сессию а нет ни сил ни слов, постоянно что-то чешется и есть подозрения на блох, кошки как специально бегают по двору именно тогда когда он выходит. Он был всего лишь нищим студентом, которому завтра на пары, потом на работу в круглосуточный магазинчик, потом домой сделать что-нибудь из домашнего задания, лечь спать и все по новой. Не слишком эпично или интересно но жизнь не фантастический сериал так что его лохматость была просто ахринеть как не кстати. Макс последний раз осуждающе глянул на луну, встал и пополз в душ. Так или иначе, особенно сильно нигде волос не прибавилось. Может щетина стала отрастать немного быстрее но не более. Лохматых косм на руках, ногах и прочих частях тела не обнаружилось. Внешне, получается, Макс ничуть не поменялся. Мда, Джейкобом из Сумерек ему, видно, не стать. Хоть бы каких-нибудь Эдвардом нигде не завалялось а то столько активности за такое короткое время очень вредно для нервной системы. А эти клетки и так слишком нервные так ещё и, скоты, не восстанавливаются. У Макса так вообще в минус ушли. Вяло вытирая слегка отросшие волосы стоящие дыбом на макушке давненько не странным полотенцем, новоиспеченный оборотень размышлял о смысле жизни, кошках и чем бы завтра позавтракать из того что осталось в холодильнике. Запасы, кстати, были весьма не впечатляющие. Ну, только если своим практически полным отсутствием. Обречённым, мученическим, даже можно сказать, шагом несчастный студент Юридического Факультета добрел наконец, до своей родной кровати. Той единственной что всегда ждала его дома, той, что всегда была рада принять его измученное тело в свои ласковые теплые объятья, мягко убаюкать и подарить долгожданный заслуженный (местами) отдых. И нет ничего на свете прекраснее чем укрыться мягким одеялком, свернуться калачиком обнимая подушку, прикрыть воспалённые глаза от долгой письменной работы, и сладко заснуть. Ну вот что может быть лучше? Утро вечера мудренее. Очень верно говорят. Какие бы проблемы ни были в жизни, в теплой кроватке они исчезают. В конце концов, пока что в жизни многострадального Максима ничего не изменилось физически. Только морально он стал ощущать себя как-то иначе. Но это все потом, а пока, блох нет и слава богу.