Run BTS: 777. Behind the scenes и тайный записочник

Гармошка из блеклых многоэтажек пролетала перед глазами Чонгука. Сидя в машине он удивлялся, что закончил сниматься до захода солнца. На экране смартфона красовалось пять тридцать. Его светлый лоб касался окошка. Из колонок играла песня «Euphoria». В пакете лежало красное вино. — Ну что, - произнёс он, - ещё десять минут. И я буду дома. Раньше всех остальных. Чонгук ухмыльнулся, проводя пальцем по счастью, которое сверкало внутри пакета. Зимнее солнце уже находилось в небольшом расстоянии от горизонта. Трек заполнял тачку атмосферой, рисуя чувства в золотом макнэ. Внезапно в его голове просочилось: «Чонгука справился со всем слишком быстро…», голос Чимини звучал по-особенному, «… поэтому, вообще-то, он вынужден сейчас…», у макнэ начались мурашки по коже, «… торчать тут вместе с нами, хотя он заслуживал уйти!». Он вздрогнул и выпрямился, выйдя из этого состояния, покраснел и схватился за свою шею. Холод его ручек вновь вернул его в норму, урегулировав поток возникших в нём вспышек. Он почувствовал себя прокатившимся на экстремальном аттракционе: вроде адреналин и приятен, но в то же время провоцирует ужас. Макнэ потёр свои круглые глазки и устремил взгляд обратно на здания. Всё снова гармошкой пролетало назад. Он был будто в небесах и спустился обратно. По удачно чистой трассе машина летела словно пулевой выстрел. Водитель ездил на высокой скорости, пока Чонгук листал свой плейлист. Он включил песню «Fire», склонившись назад. Солнце ушло за какое-то облако. Машину мигом заполонило энергичными хай-хэтами бита этой песни. Контрастная романтичному вайбу «Euphoria», она создала настрой победителя. Ощущения Гуки наконец освежились, уводя его в совершенно непохожем направлении. Теперь он мог наслаждаться поездкой, закрыв глаза и чувствуя ритм. — Не хочу я других эстетик, - прошептал он и придался другой атмосфере. Он импульсом начал напевать тоже: «Ni meotdaero sareo. Eochapi ni kkeoya…». Водитель сделал громкости больше и улыбнулся сидевшему сзади. Только Чонгук не видел — он всё ещё пел, закрыв свои небольшие глаза. Километрами позже, спустя три песни, они наконец доехали до дома. — Спасибо! – поклонился Чонгук. — Тебе спасибо! – ответил водитель, - Исполнение было просто бомбезным! Гуки смутился и почесал голову. Он даже не знал, что тот, оказывается, слушал. Растерянно забрав с тачки пакет, он пошёл в сторону долгожданного дома. Связка ключей брынчала в ладони. Перед глазами была его дверь. — Ну вот я и дома, - промолвил Чонгук, - ты меня дождалась. Я иду к тебе! Да! Войдя он проникся духом детектива и мигом побежал расследовать хату. Солнце уже зашло за горизонт. А на часах было почти шесть. Ребята, которые остались в Big Hit тем временем активно завершали задачи. Пока Джей-хоуп возился там с обручем, Шуга пытался преуспеть с пузырём. Он дул в него аккуратно, шажками в полметра идя до злополучного центра. Как обычно тот лопнул, брызгая в хёна. Стафф в это время беззвучно ржал. — А-а-а, - терпеливо протянул он, - Окей-окей, - пошёл затем он назад. Камера снимала его отчаянную спину, которая двигалась снова к старту. Рамочки палки заполнило средство. Он подул в микро рамки и родились пузыри. Выбрав среди них самый высокий, он приступил снова поднимать его вверх. Пузырь сразу лопнул. Хён сморщился снова. И опять пошёл начинать всё по новой. — М-м, м-м-м, - что-то себе он там бормотал. Руки делали вверх-вниз, держа палку. Флакон опустошился от рамок и вверх полетели ещё пузыри. Шуга теперь двигался быстро, вытягивая свою шею вперед. С четвертой попытки у него получилось и он произнёс: — Вау, как оригинально! Тем временем Джин стоял в коридоре, неспешно попивая стаканчик воды. Намджун, проходя мимо кабинета с режиссёром, встретил его и спросил: — Что ты делаешь?! Джин потёр губы и взглянул на лидера. — Не видишь что ли? Глотаю, - сказал он. Джуни закатил глаза и выдал: — Почему пузырь не выполняешь? — Аргх, - вздохнул Джин, - там занято Шугой. — А-а-а, окей. RM посмотрел в телефон. — А ты чё стоишь? – докопался и Джин. Стафф рассмеялся: — И ему это надо. — А-а-а! – захихикал и Джин. Неловкая пауза. Все замолчали. Как вдруг издались звук падения и хохот. Джей-хоуп играл в обруч очень громко, будучи слышимым аж в коридоре. Намджун улыбнулся: — Oh my god, Хоби. — Он единственный там? — Да. — А-ха-ха-ха! Наконец вышла фигура Юнги, державшая в руке бумагу с печатью. — О! О-о! – спохватились сразу двое. — Я первый! — Нет, я! И стали толкаться. Юнги просто остолбенел и глянул на стафф со словами: — Давно так? Один из операторов кивнул и сказал: — Джин, иди. Намджун, ты будешь вторым. — А-а-ах! – вздохнул вдруг RM, - А действительно, - согласился затем, - Джин первый пришёл. Так справедливо. И дал ему путь, отодвинувшись с места. Лидер, как всегда, держался мудрецом. Но: — Ха! – дразня пошел туда Джин. А вот ему было плевать, что он старший. Он, как обычно, придуривался. Намджун устало сделал фейспалм. Юнги засмеялся. Стафф пошёл за Джином. Режиссёр тем временем коснулся Чимина: — Хэй, ты меня слушал? — Ой, - повернулся Чимин, - простите, отвлёкся. Какой был вопрос? Он сразу вернул свой взгляд на те кадры, что показывал ему режиссёр. Однако в голове всё ещё было: «Чёрт, это же Намджун только что мимо прошёл». — Надеюсь, - проносилось в его голове, - он шёл не на выход. Меня, - думал он, - должен дождаться дома один лишь Гуки. Режиссёр изнурённо повторил свой вопрос: — Смотри, - сказал он, - просто мне подскажи, что ты сказал вот здесь и вот здесь. — И всё?! – зарядился вдруг Чимин. — И всё, - ответил ему режиссёр. Внезапно он встал, рассмеялся и активно захлопал, голося: «Да!». И затанцевал, в прыжках выражая всю свою возникавшую радость. Режиссёр пораженно посмотрел на него и попросил быстрее уже приступить. — А, да, - успокоился он, - Кхм… давайте. Запись включилась. В кадре тот бормотал: «Держись, Мини». Его щеки залились румянцем. «Гуки… что он делает? Мне интересно» были его вторые слова. — Эм, - не знал Чимин, как бы сказать. Звуки на видео были нечеткими. Но он-то свои фразы знал наизусть. И попытался как-то выкрутиться: — «Мои штаны такие потные», - сказал он, следя за его реакцией, - Вторая фраза, - затем он продолжил, - «я так хочу высморкнуться, блин, а». Руководитель, как ожидалось, глянул на Мини с отвращенной гримасой. — Есть! – подумал Чимин. И глубоко внутри засмеялся. — Хорошо, всё понятно, - сказал режиссёр. — Пожалуйста, - сделал щенячие глазки Чимин, - не используйте эти фрагменты для серии! — Разумеется, нет! – удалил режиссёр. Чимин злорадно внутри улыбнулся. — Спасибо! – но снаружи мило говорил, - Так, это всё? Я пойду домой? — Конечно, - поблагодарил режиссёр, - Ты свободен. Иди, - и отпустил его. — Yes! – подпрыгнул с места Чимин. Он побежал самым что ни на есть быстрым бегом на выход. Снаружи его уже ждала та машина, водителю которого он написал по пути. Так домой Чимин ещё никогда не торопился. С него даже начал стекать чуть-чуть пот. — Блин, - думал он в лифте, - если б я знал, что это такое дело пяти секунд… Его начало наполнять сожаление, что он тогда ещё не поинтересовался. — … а-аргх! Я б его попросил, чтоб он чуть подождал и мы поехали б вместе! Лифт уже достиг первого этажа. — Ну ладно, - думал он, утешая себя, - по крайней мере, я ещё второй! Он надел куртку, закрыл лицо маской и рванул в сторону своей тачки. Тем временем Ви сидел на кортах, выбирая себе одну из бутылок в игре. — О? – смотрел он, - А есть разница? Количество воды влияет на успех? Стафф ответил ему: — Да. На самом деле, с одной из них вероятность повыше. Тэхён внимательно рассмотрел все бутылки и выбрал среди них самую незаполненную. Он подкинул её, глядя как та крутится в воздухе и падает вниз неправильно. — Так, - сказал он. И взял другую. Шуга в этот момент к нему подоспел. — Ай, - сказал Шуга, - не бери эту. С ней мне было гораздо сложнее. — Ты уже сыграл в это? — Да, я играл. — О-о-о, - Тэхён посмотрел на Юнги с надеждой. — Вот, - дал Юнги Ви ту же бутылку, с которой он только что провалился. — Хэ-э-эй, - смутился Тэхён, - я же боттлфлипил прям сейчас с ней! — С ней? – рассмеялся Юнги. А затем погладил Ви по голове. — Вот жешь ты лох, - сказал он и присел. Ви дёрнул его и снова кинул не так. — Дай, - взял Юнги. И у него получилось с первой попытки приземлить то как надо. Ви удивлённо посмотрел на хёна и попросил его ему всё объяснить. Шуга взял бутылку снова, показал её и ответил: — Не знаю… Все тут резко лопнули со смеху. А Юнги и Ви оставались серьёзными. — … я просто кинул как-то так, - продолжал мутно он дальше, - и он упал, почему-то, как надо. — Гениально! – ответил Тэхён, - Спасибо! Это было очень информативно! В эту секунду заржал и Юнги. Он отдал Ви бутылку и снова поднялся. — Я не умею хорошо объяснять! — Мы заметили! Тэхён стал снова кидать. Похоже, что он застрял на одной этой игре. Но он был не единственным таким, поскольку Хосоку там всё ещё было сложно с хула-хупом. Намджун ждал Джина в коридоре. А он возился с мыльным пузырём. Режиссёр уже просто наблюдал за всеми, ожидая конца этих съёмок. Пока стафф вовсю работал, тоже следя за тремя в игре. Чонгук в это время безоглядно обшаривал всё что только попадалось ему на глаза. Он был спокоен, хотя его настигали время от времени какие-то мысли. Которые можно было бы назвать навязчивыми. «А что, если кто-то её просто выкинул?», «Что, если я её не найду?». Так говорил всё время внутренний голос, но он резко всегда его вырубал. — Так, закончил, - сказал себе он, посмотрев абсолютно везде всё на первом, - Поднимусь на второй, - затем он продолжил. И мигом пошёл вверх по ступенькам. — Это не имеет никакого смысла, - подумал он, глядя на пустой коридор. Там буквально не было ничего, кроме дверей и одного большого окна. — Неужели мне придётся смотреть в комнатах других? Ему не хотелось этого делать, потому что, во-первых, он доверял всем. Во-вторых, он туда не заходил, когда записка была потеряна. В-третьих, уважение к личным границам. — А-аргх! – расстроенно топнул он. И просто, отчаявшись, двинул к себе. Его вежливость доминировала над эгоизмом, поэтому он просто не стал этого делать. Сев на кровать, Чонгук стал раздеваться. И из беспорядка достал майку с трусами. Он просто кинул то, что с себя снял и удобно разлёгся, зарядив штопором пробку. Пару ловких движений и бутылка открылась. Макнэ на пофиг пил прямо с горла. И почувствовал согревающий поток спирта в гортани. Он взял колонку, подключился к ней и снова поставил их музыку. В этот раз пространство наполнило «Singularity». Чонгук погрузился в низкий голос Тэхёна. Ещё одна машина помчалась по трассе. Синий корпус молниеносно рассекал зимний воздух. Между выездом первого и второго игрока была разница лишь в какие-то десять минут. В связи с чем и Чимин попал на удачное время, когда вокруг не было других машин. Он улыбался, но был нетерпелив и загонялся о приходе других куда больше. Его водитель оказался неразговорчивым, в связи с чем ему пришлось ехать в тишине. Которую он больше всего ненавидел и достал телефон, начав там копаться. — Джин? О, господи, нет! – сразу смахнул он его, - RM? Не хочу, - перелистнул он и его, - Джей-хоуп! – обрадовался он. И передумал: — Ах, не-не-не. Нет. Появился Юнги. — Он не интересный. Чимин ещё раз провёл пальцем вверх по экрану. — Тэхён… Он вспомнил его холод на съёмках. Спустив телефон, задумался Мини: — Что я мог сделать или сказать не так? Почему он будто на меня как-то обижен? Он снова поднял смартфон и глянул в экран. Пальцы готовились набрать ему текст. — Ах, нет, - закрыл его личку Чимин, - Я придумываю себе сам проблему! Если б я его чем-то задел, он бы мне сам сказал чем, разве не верно? – начал он общаться с собой, - И потом, я сейчас ему напишу. Он занят. Потом прочитает. И что обо мне подумает? Тупая идея, писать лучше не стоит. Он смахнул ещё раз наверх. И его глаза устремились на последний контакт. — Чонгука-а-а, - покраснел вдруг Чимин, - точняк, может быть ему написать? Предупредить, что я приезжаю. И попереписываться в дороге. Он на радостях открыл его личку, а затем заметил, что сердечко неровно стучит. Усиленно, как при кардио беге. Или практике танцев с хореографом Хоби. — Чт… что за фигня? – подумал Чимин. И понял, что нервничает перед набором. Он удивился этим странным ощущениям, поскольку испытывал их совсем впервые. Его пальцы то и дело строчили сообщение, а затем моментально его стирали. Он не был таким, даже когда писал что-либо своему руководству. — Ах, да что такое?! – промолвил он. И опять только начал писать приветствие, как импульсивно пальцы сами его стёрли. Он даже не успел этого осознать. Всё происходило как-то само. На автомате, как механическая реакция. — Просто. Скажи. Ему. Блин. Привет! Ладони уже все запотели. Он заметил это и положил смартфон. А затем посмотрел на свои влажные руки. — Наверное, - думал он, - мне всё ещё стыдно перед ним. Ведь я так и не признался, что это я украл… Он сжал свои ручки в кулаке. — … его ту записку с кармана. Теперь вперемешку с нервами у него ещё и было чувство вины. Он так хотел написать ему, но у него вообще не получалось. Внезапно он и сам получил message. И заликовал, сразу схватившись за смартфон. — Акция на тариф, - гласил СМС. — А-аргх! – стёр это сразу Чимин. И словил себя на мысли о том, что он хотел видеть на экране Чонгука. — Почему? - резко задумался он, - Почему я стал ждать от него сообщений? Чимин снова весь покраснел и сжался так, будто он в детстве и собирается выступить в первый раз. Только вот ощущение было другим. Не совсем похожим на то состояние стеснения. — Хэй, - всё же смог набрать он, - я еду к тебе, знай, если что. Палец завис над кнопкой «отправить». Мини почувствовал жар и спустил окно. — Отправлено, - гласил телефон. Чимин сглотнул и напечатал ещё: — Давай вместе поищем что ты потерял. Ему начало становиться полегче. Ведь отчасти, он так загладил вину. Но у него появилась другая причина волнений. Он задумался как бы поступить там придя: сделать вид, что он нашёл его записку или признаться честно, что он сам спрятал её. Это заморочило его ещё больше и он подзабыл, почему изначально туда так рвался. Тем временем уведомление на секунду прервало игравший трек у Чонгука. В своей обычной манере тот просто поставил телефон на беззвучный и продолжил пить вино под BTS. Мини заметил, что он не читает и запереживал того ещё больше. Хотя он был в курсе о подобной привычке их макнэ. И они даже рофлили над этим в одном из интервью. Но всё из головы вылетает, когда настигает столько эмоций. Пытаясь отвлечься, Чимин зашёл в YouTube. И поискал какие-нибудь смешные видосы. Оставалось ещё ехать восемь минут. А тишина на него уже сильно давила, заставляя гложить себя ещё больше. Чонгук получил ещё сообщение. Но в этот раз он его не заметил. Стоявший на беззвучном телефон просто продолжил проигрывать трек. Он лежал с прикрытыми веками, вспоминая битиэсовский клип «Spring Day». Ему было катастрофически лень двигаться или ещё что-либо делать. Он не хотел даже смотреть в телефон, искать тот клочок, заказывать ужин. В этом моменте был только он, его внутренний мир и бутылка вина. Из вайба Spring Day Чонгук перенёсся в мир абсолютной безмятежности. Консистенция умиротворения, напоминающее облако, начала обволакивать его тело и уносить в какой-то воздушный полёт. Он плыл по небу своего сознания как по воде, проникаясь полной расслабленностью. Мелодии песни его окутали, заходя в него и выходя сквозь. Они были словно ультрафиолетовые лучи, только ощущались и ощущались заметно. В животе у Чонгука защекотало, как при подъёме ввысь самолёта. Он улыбнулся на секунду, а затем снова расслабил все свои мышцы. Было такое чувство, что он вот-вот уснёт, но что-то его заставляло оставаться в реальности. Что-то маленькое, с буквами из чернил. Что-то, что написано от чистого сердца. — Чёрт, - встал он, - я так не могу. Он принялся искать вновь по собственной комнате. — Может хотя бы чуть-чуть тут прибраться? – подумал он и стал складывать вещи. Макнэ настигла очередная надежда благодаря этой спонтанной идее. О том, что вещь могла потеряться в сущем бардаке их комнаты с Джином. Он высматривал пол, пока всё собирал, одновременно глядя и под кроватью. Музыка всё ещё заполняла пространство, поэтому он был сконцентрирован на деле. Его рука взялась за очередную вещь и в этот момент распахнулась его дверь. Перед ним нависла фигура Чимина, зашедшего к нему без какого-либо стука. — Что ты делаешь? – мигом спросил Мини его. Гуки вздохнул и проверил телефон. — Так это ты писал мне два раза. Чимин покраснел. — Э… да, это я. Он быстро решил взять себя в руки и выдал: — Ты чего не отвечал? — Да, давай, - просто ответил Чонгук. Чимин сразу понял, что это ответ на сообщение. Стыд перед ним всё ещё им управлял, в связи с чем он молча принялся ему помогать. Он взял часть их вещей и начал их складывать, не задавая больше вопросов. Но когда Чонгук открыл свой шкаф, напряжение у Чимина значительно выросло. В связи с чем он внезапно его прервал: — О, тут и Джина вещички разбросаны. — Да, - бодро ответил ему макнэ, - мы что-то устроили у нас тут свинарник. Не удивительно, что теряются вещи. Чувство вины Чимина здесь поглотило. Он даже не мог смотреть, как тот улыбается. — Я не заслуживаю, - думал он, - такого хорошего отношения к себе. И замешкался с продолжением их диалога. Застряв в новой пучине своих собственных мыслей. Однако, как только Чонгук коснулся той кофты, Чимин резко схватил его, сказав: — Стой! Записка под кофтой не двинулась с места. — Почему? – подозревающе ответил Чонгук. Чимин раскраснелся и просто застыл. Из него излучалось куча телесного тепла. И какой-то необычный аромат, который макнэ почувствовал от него впервые. Он к нему повернулся резко и почему-то тоже завис. Их взгляды были друг на друге впервые за день дольше, чем на пару секунд. — Я… просто… думаю, - мямлил Чимин. К личику макнэ тоже подкатил румянец. Но он был еле заметных оттенков, как если бы Гуки просто был пьяным. Он себя не понял и оторвался от кофты, мысленно говоря: «Чт… что это за чувство?». — … что, - одновременно произносил и Мини, - лучше, наверное, будет положить их наверх. — А, окей, - просто ответил Чонгук. Хотя в своей голове он всё ещё недоумевал почему. А Чимин странно вздохнул от облегчения. Но и его вздох взбудоражил Чонгука, хотя должен был вызвать ещё подозрений. Породилась новая волна неясных эмоций, полностью перекрывших его суету. — Он был… таким… милым? Т… только что… Что?! – Гуки прервался, - О чём же я думаю? — Всё в порядке? – коснулся его Чимин. По его телу пробежали мурашки. — Просто… - ответил ему Чонгук. И застыл. Удивляясь: «Почему говорить, блин, так тяжко?». — … хотел сказать, - но всё же смог он продолжить, - спасибо, - и наконец завершил. На Чимина нахлынуло ещё больше эмоций. Его тело сделалось непривычно ватным, а дыхание будто стало давать сбой. Макнэ был куда смелее и честнее со своим старшим. Это усиливало стыд и одновременно восхищение у Чимина. Пока тот сгорал внутри, Чонгук спокойно продолжал: — Ты один всё это время так мне помогал. И потом… - хотел он сказать про ту поддержку на съёмках, как вдруг запнулся и неуклюже качнулся назад. Его пьяная спина задела ту кофту, под которой Чимин спрятал записку. — Ой! – сказал он и собрался её подправить. А затем заметил бугорочек под ней. — А! – коснулся его снова Чимин, - Давай я, - и высунул оттуда записку. Чонгук снова изумился от касания, из-за чего не заметил ловких действий Чимина. Та область, которую коснулись, вздрогнула, а по голове прошелся приятный холодок. Сделав вид, что он просто подвинул всё обратно, Чимин незаметно кинул тот клочок на пол. — И потом что? – прервал его чувства Чимин. Вновь спустившись на землю, Чонгук засмущался. Но всё же твёрдо пошёл до конца: — Я вспоминал в машине, как ты сказал, что я заслуживал пойти домой. Не знаю… - снова остановился он. Мини начал чувствовать, что он уже на пределе. — … это было как-то, ну… Впервые Чонгук так стеснялся, говоря с ним. — … приятно, что ли. Теперь его еле заметный румянец стал алым, как то вино, под которым он был. Чимин потерял контроль над телом и уронил все вещи, что в это время держал. — А, - оба спустились. И стукнулись пальцами. Гуки заметил среди вещей записку. — Наше-е-ел! – он подпрыгнул. А Чимин снова почувствовал то же самое, как когда её прочитал. К горлу накатил большой ком, пока из груди выстреливалась красная лава. Но макнэ на радостях обнял его и сердце Чимина утихомирилось. — Спасибо! – проголосил тот. Из-за чего ярость ревности умерла, не успев и зародиться. Она внезапно сменилась другим: ощутив сильные руки в обхват и тесное соприкосновение их животами, Мини сжался от вожделения. Его жар стал сильней, а пульс вскочил до невообразимых высот. Разум начал попросту отключаться. Ещё пару мгновений и Чимин сорвался, вцепившись жадно в губы своего макнэ. Внизу начало становиться теснее. Он затвердел в считанные секунды. Адреналин снова пробежался по телу Чонгука, заставляя его испытывать чувства при падении со скалы. Такая внезапность это только усилила: какой-то электрический ток с его нутра поднялся по самые пьяные губы. И распространился по вскруженной голове. Поднимая его ввысь аттракционом. Чимин начал прижиматься к нему и его ноги вдруг резко потеряли равновесие. Они упали на кровать Джина, будучи каждый пылавшим в себе. — Слезь, - сказал ему Чонгук. Но низ Чимина мучительно просил его продолжать. Он чуть привстал и навис над Чонгуком. Его руки очень сильно дрожали. Тело не скрывало явного волнения. — Нет! – тем не менее ответил Чимин. И залез рукой под майку Чонгука. Макнэ не сдержался и слегка вздохнул. А затем смущённо убрал его руку. — Я слышу тебе нравится, - произнёс Мини. После чего смутился и сам, подумав: «Что я делаю? Что я несу?! И почему я не могу остановиться?». Хоть разум это и говорил, но тело делало что-то своё. Гуки неожиданно прижался к подушке и произнёс: «М-мх», начав сам там твердеть. Он резко поднял голову, оттолкнул Чимина и присел, прикрывая майкой свой член. Чимин изумился и запылал ещё сильнее, наполняясь потоком резкой похоти. И естественно, не прошло и секунды, как он направил свою руку в сторону его трусов. Заметив ладошкой эрекцию макнэ, Чимин перестал смущённо трястись. — Эй, - толкнул он его руку, - что ты себе, блин, позволяешь? — То же, что и ты, - ответил Чимин. И показал пальцем на свой бугорок. Не успел Чонгук его разглядеть, как Чимин начал засасывать его шею. Макнэ в это немного залип, ощутив приятный прилив теплоты. Но резко опомнился и его отцепил, говоря: — Хватит! — Но тебе же понравилось. Его дыхание стало тяжёлым, а эрекция виднелась уже и сквозь майку. Чимин игриво залез на него, сел и ягодицами стал там массировать. — А… ах, - застонал внезапно Чонгук. И тут же прикусил свою губу. — Не сдерживайся, - думал Чимин. Делая свои движения интенсивней. Гуки внезапно прекратил сопротивление, как если бы переосмысливал весь процесс. Он склонил свою голову плавно назад и дал волю возникавшим вздохам и стонам. Его член достиг максимальных масштабов, повлажнел и слегка запульсировал. Чимин, продолжавший движения тазом, приблизился и соединил их с макнэ груди. Он изумлённо почувствовал через тонкую ткань, как бьются в такт их взлетевшие сердца. И резко сорвал с него одежду, схватившись затем и за свой верх. Как вдруг Чонгук его перевернул и сам грубо стянул с него его футболку. Оказавшись над полуобнажённым Чимином, он тихо произнёс: — Чёрт возьми… И сжал в руках его волосы. — А-ах! – громко застонал Мини. Чонгуку было очень горячо. Он посмотрел ему прямо в глаза. И вновь соединил вместе их губы. Его поцелуй был куда грубее, сопровождавшийся укусами и сильным давлением. У Мини непроизвольно стала выгибаться его чувствительнейшая спина. Незаметно рука макнэ коснулась его верхнего позвонка и провела линию до самого нижнего. Немного щекочащие ощущения вперемешку с возбуждающими накатили на всю его спину. Чимин блаженно произнёс: «М-м-м!» и затвердел ещё сильнее. Когда Чонгук отцепился от его губ, он смог наконец полноценно дышать, одновременно легко постанывая. Его член стал таким же жёстким, как у самодовольного макнэ. И он потерял свой дар речи, хотя младший мог говорить спокойно: — Ты же не думал, - издал он смешок, - что ты собираешься быть сверху? — А, - только и успел произнести Мини, как словил ртом ладошку Чонгука. Он зажал ему губы и расстегнул ему пуговицу. Из штанов Мини вышел эрегированный член. Из которого уже вытекали все соки. Гуки спустился к нему и взял его за сосок, пока тот стонал, не успев реагировать иначе. Его пальцы крутили затвердевший сосок, в то время, как язык касался покрасневшей головки. Грудь Мини стала подниматься наверх, а голова его закинулась назад, ловя вибрации собственных же стонов. Приятный импульс нижних нервных окончаний ударял прямо в живот, когда Чонгук стал ртом там поглощать его глубже. Наконец достигнув кожи его бритого паха, Гуки сделал круговые движения языком. От чего изумлённый Чимин стал громче и его пресс сжался, как и мышцы его бёдер. А между ног появился неземной экстаз, не поддающийся никакому описанию. Только он смог расслабить все мышцы, как Чонгук зашевелился активно вверх-вниз. Теперь у него напряглись и руки, сжимая джиновские простыни. Пульсация члена была невероятной, макнэ даже чувствовал её во рту. Он выпустил эрекцию Чимы наружу и схватил её своей татуированной рукой. Сильные пальцы и ладонь чётко ощущались каждым нервом Чимина. Тепло его руки распространилось на кожу, не дав после выхода наружу замёрзнуть. Чимин запыхал и тяжело задышал, сильно жаждая выйти наружу. Но Чонгук остановился и сказал: — Боже, ты совершенно как девственник. Смущённо Чимин зарылся в руках. Он пытался спрятаться, думая, что выглядел неловко: абсолютно обезоруженный он, лежавший полностью под властью младшего, сгорал весь и желал кончить. Он ещё никогда так не стеснялся себя. А Чонгук насмешливо открыл его лицо и повернул его голову снова к себе: — Я заберу твой первый раз, верно? Мини всё ещё тяжело дышал и не мог говорить. Потому что Чонгук на самом деле был прав. Чимин места себе не находил. Он отвёл взгляд и свёл свои ноги, дрожа и сильно сжимаясь внутри. — Милый, - ущипнул Чонгук его щёку, - очень милый, - прошептал он. Его голос завораживал Чимина. Он звучал сладко и деспотично. Как красивый дьявол с ангельским личиком. Опасный и притягательный одновременно. Гуки резко отправился вновь вниз к нему. Чимина ножки были ещё сведены. Его сильные руки их развели и коснулись эрегированного члена. Секундами ранее сжавшийся Чимин снова придался похоти всего процесса, стоная, выгибаясь и прося войти. — Так вот ты каков на самом деле, - усмехнулся надменно Чонгук. И Чимин услышал, как он смочил свой палец слюной. В голове у себя он говорил: — Продолжай… Но наружу не мог вытянуть ни слова. Тем временем Чонгук пошёл дальше делать минет, но уже находясь пальцем глубоко в Мини. Его колечко от непривычности моментами сжималось, а моментами пребывало расслабленным. Гуки постепенно добавлял больше слюны, увеличивая темп своей шеи. Теперь он массировал эрекцию Мини гораздо резче и быстрее, чем в начале. От чего старший потерял совсем голову, уносясь будто далеко в космос. Его глаза были закрыты и он действительно видел перед собой звёзды. Те крутились, словно он в туннеле и такие же спиральные ощущения были снизу. Потому что Чонгук не только был резок, но ещё и продолжал искусно делать вращения. Впервые в жизни Чимин испытал перегрев во всей нижней области тела. Он застонал так, будто из него вышел свет, как при большом космическом взрыве. Внизу тем временем Чонгук вытирал с лица всё его семя. У него в руках было полотенце, первое попавшееся с бардачного пола. Чимин наконец открыл свои глаза. Его с полёта возвратило обратно. Но полуобнажённое тело Чонгука всё ещё выглядело очень возбуждающе. Мини заметил, что он на него взглянул и отвернулся, попутно весь раскраснев. Чонгук кинул полотенце обратно и залез на Чимина, сняв свои трусы. Мини весь обомлел и забоялся, столкнувшись снова с глазами макнэ. Eye contact был не особо длительным, так как Чонгук после этого быстро открыл свою тумбу. И достал оттуда большой лубрикант. Который был наполовину пустым. — Что? Откуда у тебя это? – сорвалось у Чимина. Его вновь пронзил меч ревности, заставляя спрашивать то, что он не собирался. — Не твоё дело, - ответил Чонгук. Само собой он ответил бы так. Чимин ожидал это, но что-то побудило его начать строить догадки опять про них с Джином. В этот самый неподходящий момент неконтролируемый стимул поднял его с кровати и заставил схватиться за свои вещи. — О, нет, - толкнул его обратно Чонгук. — Пусти! – Мини был зол, - Я не хочу больше тут быть! Его крепкие руки в этот момент успели сжать обе слабые ручки Чимина. — Куда ты пойдёшь, пока я не закончил? — Ты не можешь делать это против моей воли! Пока Чимин рыпался, он схватил его руки одной и второй взял валявшийся рядом ремень. Ловко его подняв, макнэ принялся связывать дёргавшиеся конечности Мини. — Нет! Пусти! – уже криком говорил он. Чонгук молчал и сосредоточенно делал своё. За несколько секунд он привязал его к кровати и быстро схватился снова за лубрикант. Мини был в шоке, он в этом монстре никак не мог узнать своего Гуки. Его испуганные глаза залились слезами, а Чонгук взял бандану и связал ему рот. Теперь, когда он был полностью уязвимым, младший мог делать с ним всё, что хотел. Но он начал нежно, обволакивая пальцы и проникая в него с осторожностью. — М-м! М! – всё ещё сопротивлялся Чимин. Чонгук поцеловал его шею. Масса фриссона покрыла всё тело. Чимина стали сбивать с толку куча противоречивых эмоций: он был зол из-за ревности, боялся Чонгука и одновременно с этим получал наслаждение. Тело таяло в новом экстазе, пока в голове бушевал негатив. А что испытывал макнэ он не понимал, от чего терялся только сильнее. Он так хотел знать всё о нём: что у него в мыслях или в личной жизни, да кипел от того, что никак не мог, поскольку макнэ искусно пребывал для всех загадкой. Ещё с дебюта. По сейчас. И всегда. Самым untouchable мембером. Новые стоны ударялись об бандану. Чонгук постепенно погрузил ещё палец. Глазки Чимина слегка сжались, а спина плавно выгнулась снова. Он начал массировать его простату, довольно наблюдая, как он вновь поднимался. — Приятно? – улыбнулся Чонгук. Но Мини всё равно не открывал глазки. Он дико конфузил. Его ноги сводило. А пальцы Чонгука стали двигаться активней. Чимин почувствовал опять как затвердел. Кончиком пальца другой руки Гуки коснулся его набухшей головки. И самодовольно посмотрел, как Чимин застонал, чуть дёрнувшись лёжа. Он набрал ещё лубриканта и потёр заново родившуюся эрекцию. И хотя сам давно был на пределе, терпеливо разрабатывал нижнего сколько надо. Чимин перестал пугаться процесса и заметно стал поспокойней. Но Гуки его всё равно не развязал, продолжая делать руками свои движения. Недолго пробыв так, он раздвинул его ноги и приблизился туловищем поближе. Внутри у Мини вновь что-то ёкнуло, напоминавшее волнение. Однако, им не являвшееся. Было новое чувство-продукт гормонов. Неизведанное до этого никогда. Не зная, чего ожидать от происходившего, он вдохнул глубоко и снова сжался. Головка Чонгука коснулась напряжённого входа и начала рисовать массирующий круг. Как только там всё подрасслабилось, начался медленный, нежный заход. И феерверки новых ощущений настигли ошеломлённого Мини. Из его глотки стали рваться другие стоны. Совершенно не похожие на те, что в начале. От чего взбудораженный Гуки зашёл глубоко и закатив глаза, застонал наконец и сам. Впервые услышав подобные звуки от макнэ, Чимин стал ещё более твёрдым. Его эрегированный член запульсировал, прося об ещё одном извержении. Чонгук начал отдаляться назад и приближаться обратно, отчётливо чувствуя стенки. Его завораживало от каждого захода, не менее проникался процессом и нижний: Мини будто испытывал всем телом каждую клеточку Чонгука внутри. По его венам бежала бурлившая кровь, а голова взрывалась от впечатлений. Чимин словил себя на мысли о том, что он чувствует над собой контроль. Каждый раз, как пока он был обездвижен, когда Чонгук совершал свои фрикции. И был абсолютно свободен в выборе темпа. И это пугающе заводило Чимина, он готов был кончить даже без контакта с его собственным членом. Из-за чего Мини сильно покраснел и словил пучину внутренних отрицаний. А что думал Чонгук до сих пор было неизвестно. Однако, его вздохи и реакции тела, совершенно искренние, не скрывали себя. Даже в этом Чонгук, как и в играх эпизодов, был сконцентрирован и хорош. Его скорость повысилась, как и температура, капая каплями на ключицы Чимина. Извиваясь и стоная, он улетал, забыв обо всём в этом мире. Фрикции начали становиться пожёстче: Чонгук, забывшись, отдался потребностям тела. Мини ощутил лёгкую боль, но всё равно не мог ничего сделать. Вместе с этим, его эрекция сохранялась такой же, мучительно ожидая конца. Которого всё никак не наступало. Чонгук внезапно вышел из него и Мини вернулся обратно на Землю. Он задышал с явным голодом и Гуки интуитивно развязал ему рот. А затем поцеловал и спустился пониже. Пытаясь отдышаться Мини вдыхал и выдыхал воздух очень неистово. Пот начал стекать и с его шеи. Гуки слизал его и пошёл ещё ниже. Сделав дорожку из поцелуев, он добрался снова до его члена. И поглотил его резко, без прелюдий, одновременно массируя там себя сам. Чимин, ещё не успевший отдышаться, вновь застонал и зажал глаза. У него начали неметь связанные руки, но он не замечал, пока Чонгук делал минет. — А-ах, хватит! – сказал Чимин, - Я сейчас скоро… я сейчас… к… к… к… Чонгук встал. Не достигший оргазма член разболелся. Мини издал болезненный стон. Макнэ взглянул на лежавшего быстро и резко его развязав перевернул. Вибрации пробежались по ручкам Чимина и тот осознал, что они затекли. Не чувствуя рук, он упал на кровать и снова оказался гипер уязвимым. Любые попытки пошевелить даже пальцем не обвенчались никаким успехом. Воспользовавшись этим, Чонгук поднял его ягодицы, раздвинул их и снова вошёл. Не приглушённый больше банданой высокий голос Чимина наполнил всю комнату. Удивившись на секунду мощи его тона, Чонгук сначала словил паузу, а затем начал по-новой перемещаться внутри. Под новым углом появились другие ощущения, приятно давившие на его член. Чимин так же заметил, как всё изменилось и вновь стал проваливаться в транс. Между тем в его руки стала возвращаться его кровь и они потеплели, переплетаясь со всем: приятные вибрирующие ощущения были повсюду, включая голову. Гуки мигом сделался стремительно быстрым, не щадя извивавшегося внизу Чимина. Из его головки стала вытекать жидкость, а на глазах появились капли слезинок. Чонгук наклонился и схватил его за член, параллельно продолжая двигать своим тазом. Мини дёрнулся и стал ещё громче, чувствуя, как сжались его тонкие бёдра. Вместе с тем это провоцировало выросший чонгуковский член. Небольшая боль чуть усилилась и Чимин издал: — Ай! Но Гуки не стал останавливаться. Он лишь начал тереть Мини посильней. Из-за чего тот прижался к кровати. И снова стал терять свою реальность. Чонгук ускорился так, что Чимин аж стал немного опускаться вниз. Его голова была плотно прижата, соски затвердели, а ноги перестали слушаться. Постепенное снижение их высоты привело к тому, что в итоге они просто лежали. Таз Гуки двигался с беспощадной интенсивностью, заставляя кровать пружинить под ним. А Чимина кричать уже во всю глотку. Его рука отпустила член Мини и переместилась на его талию. Вторая к ней ловко присоединилась. Внутри Чимин уже стал весь горячим. Его эрекция теперь тёрлась об простыню. Она недолго так прошевелилась, эякулировав вскоре густо прямо туда. Чонгук тоже, сделав жёсткие последние три рывка, заполнил Чимина и отправился устало падать к нему. Они оба дышали сложно некоторое время, пролежав без каких-либо движений. И спустя эти десять секунд Гуки встал, резко принявшись стягивать простыни. Из его лица стёрлось всё то вожделение, буквально пять минут назад казавшееся Чимину свирепым. Обомлев от такого контраста тот присел, с раной на сердце глядя на Чонгука. — Встань, - тихо произнёс тот. Мини послушался и покинул кровать. Чонгук взял простыни и откинул в сторонку, схватившись затем за бутылку вина. Недолго думая, он разлил малость на ткань, окрашивая белый в алую грязь. После каких незамысловатых манипуляций он кинул всё и выпил, неспешно начав одеваться. — Ты ужасен! – внезапно закричал Мини. Увидев, как тот снова взял ту записку. — Ах, - просто вздохнул Гуки. И посмотрел Чимину в глаза. Он молчал, а Чимин продолжал: — Зачем ты играешь так со мной?! Не поняв, почему он плачет, макнэ ответил: — Да каким образом я игрался с тобой? Мы сделали то, что оба хотели. И разве ты не первый здесь всё начинал? Слёзы Чимина стали литься ручьём. Притуплённый эмоциями он отобрал ту записку и закричал: — «Я люблю тебя»?! Он начал махать ею перед глазами Чонгука. — «Я люблю тебя»?! Аргх! – и кинул её в него, - какого чёрта ты встречаясь с Джином спишь со мной на его же кровати?! — Чимин, - толкнул его макнэ, - алё, успокойся. Гуки оцепенел. Он слышал от него то, что вообще не мог от него никак ожидать. Чимин показался ему странным, поскольку минуту назад он был в полной норме. А сейчас внезапно увидел в нём врага. — Не смей мне говорить что мне чувствовать! – ответил ему внезапно Чимин. И стал лихорадочно в миг одеваться. Его дыхание сбивалось от слёз. Чонгук схватил его за плечо, но тот рывком смахнул его руку обратно. — Чимин, чёрт возьми! – поднял голос Чонгук, - Мы с Джином, твою мать, не в отношениях! — Кого ты обманываешь? – ответил Чимин, - Тогда что всё это значит? – и показал на полупустой лубрикант. Чонгук сделал facepalm. — Я что, уже не имею права на мастурбацию? Ты довёл меня, почему я должен отчитываться перед тобой о таких личных вещах? — Не должен… н… но… - запнулся Чимин. От слёз ему стало тяжело говорить. Но эмоции над ним всё же брали верх: — Да хватит обманывать! – язык заплетался, - Я же прекрасно видел всё во время VLive! Гуки закинул голову назад, терпеливо делая глубокий вдох. — Если тебе от этого станет легче, - на выдохе затем он произнёс, - во время эфира Джин просто сказал, чтобы я спрятал это и не читал. И вообще, - только хотел он сказать, как: — Хватит, - перебил его Чимин, - хватит говорить мне просто то, что я хочу от тебя слышать! — Ай, - ответил Чонгук, - дурак, Чимин. Дай мне сказать! Я думал, что… Мини не хотел слушать. Он закончил одеваться и двинул к двери. Но: — Так это в итоге не от тебя? – стукнулось вдруг в его грустную спину. И Чимин задержался, придя в себя. — Что? – думал он, - В смысле, Чонгук-щи?.. Его внутренний конфликт с собой вдруг подулёгся, когда он повернулся к макнэ. И заметил искренне недоумевавший его вид. Чонгук далеко не выглядел как тот, кто ему врал: его глаза не скрывали удивления, он стоял, почёсывая голову и всматривался в этот почерк в записке. Он сказал отчаянно: — Ах, черт. Я думал, что есть связь между запиской и тем, чем мы только что занимались. Мне показалось, что её писал ты. И украл. И приехал поэтому тоже. Чимин покраснел от стыда и понял, что пора бы прекратить это всё. Но ощутив облегчение от угомонившейся злости, он испытал краше груз от вины. И заплакал по-иному с новой силой. А Гуки глянул на него с сочувствием. Он подошёл к нему и обнял, говоря: — Хэй, - его голос стал чуть помягче, - в любом случае, мне нравишься только ты, Чимин-щи. Чимин схватил Чонгука со всей силы и принялся заливать его майку слезами. — Почему, - думал он, - я повёл себя так ужасно, когда мог просто признаться ему? Они обнимались так некоторое время, пока случившийся только что взрыв не угас. Как только он весь растворился, Чонгук поцеловал его, полный любви. Почувствовав это, Чимин пожалел обо всех сделанных поспешных выводах о показавшемся ему холоде после секса. Он внезапно отцепился от Гуки и решительно взялся за признание: — Это был я. Только что отстранённый им макнэ замер с вопросительным выражением лица. — Что? – спросил он. — Это был я! – громко повторил смущённый Чимин. Наполняясь новым потоком виноватых слёз. Чонгук всё ещё не понимал: — Ты… что? — Да! – закричал Мини, - Вором этой записки был я! Макнэ поверить своим ушам не мог. — И я, - продолжал тот, - её спрятал! Прости меня, пожалуйста, Чонгук! Гуки просто отвёл свой взгляд. А затем молча присел на кровать. Он сложил обе руки и коснулся ими лица, закрыв свои обомлевшие глаза. Чимин в это время сильно переживал, дрожа и плача от чувства вины. Чонгук вообще ничего не говорил. Открыв глаза, он просто сидел. — Чонгука-а-а… — Убирайся, - сказал неожиданно он. Все конечности Мини лихо окоченели. А широко раскрытые в шоке глаза окрасились резко в безжизненный цвет. Время на этом моменте застыло. Поток слёз сменился поражением. Внутренний мир рухнул вместе с эмоциями. Дыхание тоже вдруг прервалось. — Чон… — Убирайся! Гуки к нему повернулся. Чимин испугался. Он вздрогнул тотчас. Полное разочарование вперемешку со злостью читалось во взгляде Чонгука. Ещё никогда с первой их встречи макнэ так на него не смотрел. Не подготовленный к такому Мини сглотнул и повернулся к двери. Его след моментально простыл. В слезах, полный гнева к себе, он удалялся по направлению к своей комнате. А Чонгук продолжал сидеть в одиночестве, облокотившись об свои колени. Внутри него была пустота. Беспорядок так и остался царить на полу.