Заставь меня полюбить

      Томск уже второй час сидел на кухне Коли, наблюдая за тем, как его милое дитя ходит из одного угла в другой. Его лицо было задумчивее, чем обычно. Парень не промолвил и слова, вымеривая шагами комнату. Да что уж говорить, Коля не заметил Матвея, пока тот голоса не подал. Казалось ещё немного и он вышагает траншею или же проход на нижний этаж. Двухкомнатная и двухэтажная квартира… Роскошно, но вот соседям не понравится. — Дофаминчик мой, может ты уже присядешь и всё же объяснишь, что тебя так терзает? — Матвей растянул на губах заботливую, но в то же время взволнованную улыбку. — Я не знаю, как тебе это объяснить. — Новосибирск посмотрел на своего наставника, продолжая медленно вышагивать. — Впервые в жизни не знаю.       А синие глаза говорили вместо их владельца и Томск читал, слушал немой диалог грустного и томного глубокого взгляда. Однако, Матвей всё ещё не до конца понимал, что именно происходило в этой квартире в течение полугода. — Руслан? — лишь одно имя, которое сорвалось с губ Томска и Коля встал, как вкопанный.       Новосибирск молча смотрел в пол, а голова снова опустела, так ещё и заболела ко всему прочему. Такое чувство, что у парня на лбу написано было «Я страдаю по одному красноволосому чуду из своего округа». А Матвей лишь продолжал улыбаться, понимая, что попал в яблочко. — Матвей, скажи честно, что со мной не так? — резкий и грубый голос Коли смыл улыбку с лица Томска. — Почему ты вдруг решил, что это с тобой что-то не так? — Матвей опустил взгляд, медленно размешивая ложечкой уже остывший чай. — Руслан сложный. Его невозможно понять не прожив тот же болезненный и полный разочарований путь. Вы провели вместе полгода. Для обычных людей этого бы было вполне достаточно, чтобы понять, чем дышит их спутник. Но ответь теперь ты мне: смог ли ты хоть приблизиться к тому пониманию, о котором я говорю? Смог ли прочувствовать его эмоции? Все мысли, которые только входили в дурную головушку? Столица смотрел на своего наставника непонимающе. Казалось, что вообще он потерял суть их разговора. — Ты и не пытался, думая, что Руслан даст тебе шанс развидеть его нутро после одной слабости, верно? — Матвей вздохнул и посмотрел на своё дитя, продолжая кружить ложкой в чае, словно гипнотизируя. — Не думай, что он так легко сдался, приняв все твои выходки и решения. Я уверен, что он даже понял каждый твой намёк, но просто прикинулся дурачком, ведь так для него проще.       Брови Новосибирска вздрогнули, склоняясь к переносице. Томск точно знал что-то, но по каким-то причинам не хотел на прямую говорить об этом, как всегда заходя из далека. Это бесило, но и возразить ничего Коля сейчас не мог. Он ведь и в правду надеялся на то, что этого всего вполне достаточно. — Так вот, Коля, что ты сейчас чувствуешь? — голос Матвея стал более требовательным. — Я чувствую выработку норадреналина и кортизола в своём организме, особенно после появления Константина Уралова. И, я не знаю почему так происходит. — спокойно ответил Новосибирск, встряхнув головой. — Ревность значит… — Матвей двусмысленно закрыл глаза и вздохну. — Ох, дитя моё, я поражаюсь тобой всё больше с каждым днём. Ты познаёшь все краски человеческих эмоций, которые раньше призирал.       Юная столица сжал губы в тонкую полоску и нахмурил брови. В голове начали наконец появляться мысли, но они больше напоминали бардак, нежели чем умные заключения. Одна мысль переходила в другую, а та разветвлялась и шла к противоположным выводам и непоняткам. Коля осел на стул напротив Матвея, запуская пальцы в итак взъерошенные волосы. Последние пару дней Новосибирск только и делал, что думал, безостановочно. Про сон и еду парень очень удачно забыл. Но… На сообщения Руслана он отвечал всегда. Даже сейчас. Телефон Коли, брякнул в кармане штанов и парень быстро его достал, устремив взгляд в экран. — «Коля, блять, ты новости смотрел?!» Столица округлил глаза. — «Что произошло?» — Коля очень быстро написал это сообщение. — «А ты посмотри и скажи мне что же случилось!»       Дрожащая рука потянулась к пульту, включив телевизор. Как удачно, что это был именно тот канал, по которому сейчас шли новости. Молодая, красивая девушка судорожно перебирала в руках кипы бумаг, а её глаза нервно бегали по строчкам. Она всем своим видом показывала волнение, даже страх. Томск перевёл взгляд на телевизор, вторя своему ученику, который уже до предела сжал кулаки. — Сегодня в три часа ночи произошла поломка на одном из заводов, который находился вблизи города Красноярска. Большой столб огня и громкий взрыв разбудили близстоящие дома, открывая вид на устрашающий пожар. Информации о том, что привело к взрыву пока нет. С завалов всё ещё вывозятся выжившие. На данный момент, известно о двух погибших работниках. Перейдём к другим новостям… — быстро сказала девушка, сопровождая свой рассказ видами с инцидента.       Коля обомлел, когда заметил на кадрах среди людей такую знакомую красную макушку. Руслан стоял склонившись, прижимая ладонь ко рту и удерживаясь за плечо Кости. Столица Урала же осторожно придерживал Красноярск, чтобы парень не свалился на землю. Было заметно, как красноволосому больно, как его выжигает изнутри. Он вздрагивал каждый раз, когда со стороны раздавались крики, а к горлу подступал приступ тошноты.       Было неудивительно, что Руслан пошёл на место происшествия. Он всегда так делал и по возможности даже — помогал тушить или вытаскивать раненых. По части, он шёл против себя, не взирая на боль и усталость от происходящего. Даже через экран Новосибирск чувствовал как громко про себя матерится Руслан, как сильно сжимаются его ладони, впивая ногти в нежную кожу. Сам он уже выглядел потрёпанно, значит сейчас он отошёл на небольшой перерыв, а потом снова кинется спасать бедолаг. Красные растрёпанные волосы были обожены в некоторых местах, бледная фарфоровая кожа кое-где покрылась ожоговыми волдырями, которые скорее всего сильно болели и зудели, принося ещё больше дискомфорта. Как и говорилось чуть выше, Руслан на кадрах выпрямился, сделал глубокий вдох и пошатнувшись, вновь побежал в сторону горящего завода, скрываясь в дыме и языках яркого огня.       Коля пару несколько раз быстро моргнул и посмотрел на Томск. — А это не тот самый завод, в котором год назад ты пообещал заменить газопроводящие трубы? — Матвей выглядел не менее взволнованным. — Именно он. — тихо положительно ответил Коля, опуская голову. Раздался тихий смешок. — Видно, я никогда не смогу наладить отношения с Русланом.              Томск вздохнул и встал со своего места, медленно подходя к Новосибирску и опуская руки на его плечи. Почему так произошло? Почему именно сейчас? Коля вновь взял в руки телефон и включил его. Парень даже не заметил, что Руслан продолжал ему писать всё это время. — «У тебя был год, Коля. Год, блять!» — «Боже, что у нас за бездарная столица, которая даже не может обеспечить безопасность своим людям и городам». — «Смотришь, да? Нравится? Красивые кадры скажи». — «Ладно, забыли. Не ты один в этом виноват. Я просто очень зол сейчас». — «Когда освободишься, набери мне. Поговорим и обсудим. Обещаю, что не буду ругаться».       Новосибирск отложив телефон подальше от себя. В голове теперь ещё больший бардак — каждый нерв, каждая клеточка вторила что-то своё. Матвей, стоящий рядом так же прочитал этот выплеск Красноярска и улыбнулся. — Он всё же начал менять своё отношение к нему. Я рад. Неужели у нас с Дугаром получилось его переубедить? Или это уже сам Коля так повлиял? Что же между вами двумя происходит? — подумал Томск, поглаживая своё дитя по голове.