Пробуди во мне всё самое лучшее

Трёхпалые руки прошлись по талии, сжали чувствительную, упругую грудь. Ирэн не могла больше сдерживаться. Движения ускорились, стоны один за другим срывались с губ, оживляя лабораторию. Мир плыл перед глазами, разрывался на атомы. Дон покрывал молодое тело поцелуями, прикусывал кожу, оставляя багровые отметины. Проникал в самое сердце, доводил до исступления. Ноутбук оповестил о завершении загрузки данных. Гений перевернулся, подмял под себя возлюбленную, совершив пару глубоких фрикций. Ирэн сладко промычала в чужие губы, размякла от ударившего в голову неземного наслаждения. Мужчина последовал за ней, на пике эйфории стянув до боли белокурые волосы на затылке. Любовные звуки стихли, сменяясь учащённым прерывистым дыханием. Губы избранника мазнули щеку, отчего Ирэн расплылась в довольной улыбке и ласково прошлась пальчиками по оливковой шее. Подниматься не было желания, женщина мечтала пролежать на этой кушетке до конца жизни, растворяясь в любящих, карих глазах. Всё её существование в этот грустный момент показалось бессмысленным. Дон тяжело вздохнул, одарил любовницу сочувствующей улыбкой и встал с кушетки. Направился к заброшенному ноуту. От бывалой радости не осталось и следа, женщина быстро вернулась в реальность, перевела взгляд на экран телефона. — Чёрт, на работу надо, — произнесла она с особым недовольством. — Ненавижу. — Не расстраивайся, котёнок. Хочешь, сегодня вечером встретимся, покажешь мне свои апартаменты, — Дон что-то потыкал в своём компьютере и вынул флешку, положив её на край стола. — Здесь твой проект, как ты и просила. По правде говоря, я не сдержался и внёс свои правки, ты же не против? Некоторые вычисления мне показались не совсем корректными. Гений смущённо улыбнулся. — Ну, ты ж меня знаешь, по-другому не могу. Ирэн по-доброму закатила глаза и нехотя поднялась с нагретого места. Умник окинул её жадным взглядом, следя за тем, как блондинка ищет по комнате разбросанную в порыве страсти одежду. Она будто специально ходила перед самым носом, светя прелестями, против чего Дон абсолютно не был, наоборот, ему нравилось наблюдать за таким представлением. Женщина надела нижнее бельё, принялась натягивать джинсы, что плотно обхватили бёдра. Мутант закусил губу. — Спасибо, малыш. С тобой чертовски хорошо, это то, что мне было нужно. — Ирэн накинула мятую футболку и собрала волосы в высокий хвост. — Желательно бы домой заскочить, переодеться. — В смысле «было нужно»? — надбровные дуги мутанта приподнялись. Умом он понимал, что избранница шутит, но внутренняя тревога не унималась. Тот факт, что он не человек, а лишь мутант — спускал гения с небес на землю, сеял в ранимой душе сомнение. Блондинка почувствовала укол вины, поняла, что фраза оказалась не совсем удачной. Она направилась к мутанту, уселась на чужие колени. Обхватила руками щёки, прижимаясь к его губам своими. Гений растворился в поцелуе, погладил поясницу, плавно перешёл ладонями на бёдра. Ирэн приподнялась, позволяя ему очертить округлости, рассмеялась в поцелуй. — Извращенец, — оторвавшись от манящих губ, с усмешкой выдала избранница. — А ты так и не ответила на мой вопрос. — Воу, какой серьёзный. Она забавно фыркнула, зарываясь носом в шею. Взгляд Дона смешил. Он со всей серьёзностью и строгостью смотрел на любимую, будто она так сильно напакостила, а он собрался её отчитывать за глупый проступок. — Ну, Ирэ-э-эн. — Ну, Ди-и-и. Конечно, мне нужен только ты и пришла я к тебе. Ты за кого меня принимаешь, м? Думаешь, я только из-за секса к тебе бегаю? — она игриво пробежала пальчиками по крепкому мужскому плечу. — Нет! В смысле… он с тобой очень хорош, и я всегда готов! Нам здорово вместе, и я просто. ..ну-у, — Дон отвёл взгляд в сторону, краснея. — Я просто боюсь, что в какой-то момент смогу тебе наскучить, и ты захочешь… — Ложь и провокация! Мне нет смысла водить тебя за нос, милый. Я слишком люблю тебя и дорожу нашими отношениями, мне и в голову такое не приходило даже. Я могу говорить всё, что угодно: пусть в жизни проблемы, на работе, могу лгать о том, что у меня всё супер и я самая успешная. Но я никогда бы не посмела обманывать тебя, Донни. Мои чувства к тебе самые светлые и искренние, ты даже представить себе не можешь, как много для меня значишь. Есть блядский мир, а есть ты — моё яркое солнышко. Хамато расплылся в улыбке, становясь краснее Синьора Помидора. Прижал к себе блондинку, покрывая поцелуями её щёки и любопытный носик. Та засмеялась от нахлынувших эмоций, обвила руками шею. Дон растрепал волосы, оставил поцелуй за ухом, прикусил мочку. Ирэн с придыханием произнесла его имя, позволила сжать ягодицу, но идиллия продолжалась недолго. — Это что? — вывел её из мира грёз придирчивый голос. Женщина распахнула глаза, видя, как гений крутит перед её носом зажигалкой, что нашёл в заднем кармане джинсов. Упс. — Так, это не то, что ты себе надумал! Я завязала с этим, забыла вытащить из кармана. — Ирэн, — гений шутливо нахмурился. — Нет, я не курю. Ни-ни, пагубная привычка, знаю. — То-то от тебя всё время пахнет жевательной резинкой и конфетами. Да, они маскируют запах, и одежду ты стираешь слишком часто, но меня не обмануть. Колись. Где сигареты, мисс Оуэн? — Эй, так не честно! Я тоже тебя сейчас по фамилии начну называть. Мистер зануда Хамато, — она рассмеялась. Дон прищурился, прожигая шутницу своим осуждающим взглядом. Она давно клялась ему на сердце, на мизинчиках, что бросила курить. Слушала его лекции о пагубном воздействии табачного дыма, воротила нос от картинок с дряблыми и скукоженными лёгкими. Она всё понимала, боролась с привычкой. Скупала в аптеках никотиновые пластыри, вырабатывала силу воли и ломала себя. Первое время Ирэн достойно держалась, могла обойтись без сигарет и решала проблемы другими путями, но после всего, что накопилось в душе, она больше не могла сдерживать своих внутренних демонов. Монотонная рутина и редкие встречи с возлюбленным терзали её, изматывали. Она всё время чувствовала себя опустошённой, жизнь проносилась мимо и казалась такой серой, бессмысленной, что хотелось лезть на стены. Не так давно в её жизни объявился не самый уважаемый и любимый ею человек, точнее говоря, как снег на голову, свалился бедовый отец. С ним Ирэн не виделась пятнадцать лет, не получала писем. После смерти матери они с сестрой остались одни на целом свете, никто не помогал им финансово, никто не делился своим теплом и лаской. Благо девочки на тот момент были взрослыми, вполне сами могли зарабатывать и крепко держались друг за друга. Израненная и разочарованная в жизни, в людях, Ирэн Оуэн и её младшая неугомонная сестрица — Маргарет. Ирэн умела быть строгой, учила сестру уму разуму, но в то же время сама не раз оступалась. Начинала знакомства не с теми людьми, ругала Маргарет за наивность и доверчивость, и сама же оказывалась в этом капкане. Горький опыт закалил её дух, она научилась трезво мыслить и принимать реальность в её истинном обличии. День за днём пролетали мимо, девичьи слёзы тонули в алкоголе, последний вздох жизни улетучивался вместе с дымом сигарет. С дымом пустых обещаний, потерь и вечных скитаний Ирэн продолжала шагать вперёд по руинам своих давно забытых надежд. Дон появился в её жизни спонтанно, но в самый подходящий период, когда ей было так необходимо чьё-то присутствие, участие. Она катастрофически нуждалась в друге. Она помнит, как в один из летних вечеров сидела на крыше своего дома и смотрела в пустоту. Тревожная весть о смерти матери заставила её пойти на отчаянный шаг, она не задумывалась о последствиях, о сестре. Всё вокруг перестало существовать, когда она сама скоропостижно умерла внутри. Не было страха, ощущения холода. Ветер ласкал её волосы, подгонял в спину. Ирэн решительно поднялась на ноги и подошла к краю, разглядывая ничтожных, маленьких муравьишек, именуемых людьми. Мутант на тот момент стоял неподалёку, из тени наблюдая за этой душераздирающей картиной. Сердце его сжалось. Несмотря на прочный панцирь, он чувствовал, как даже сквозь костную защиту холод пронизывал спину. — Прошу, остановись. Я знаю, что сейчас тебе очень больно, но не делай этого, слышишь? Я обещаю, ты будешь в порядке. Как бы ни было тоскливо и безвыходно сейчас, это состояние временно. Твоя жизнь бесценна. Ты обязательно встанешь на ноги. Ты найдёшь в себе силы жить дальше и радоваться каждому моменту. Только не совершай ошибку, не отнимай у себя этого шанса. Незнакомец умолк, прячась за выступом. Ирэн вдруг остановилась, безжизненным взглядом всмотрелась в небо. То ли слова Господа? То ли внутренний голос? Она не могла понять, кем были произнесены эти слова. Женщина обернулась, вглядываясь в незнакомый силуэт. Нечто в ту же минуту скрылось из виду, оставило её наедине с собственными мыслями. — Кто ты?! — дрожащим голосом крикнула она в пустоту. Ответа не последовало.

***

Женщина стыдливо поёрзала на коленях Дона, стараясь сконцентрироваться на чём угодно: на обшарканных стенах, на огромной железной двери, Железноголовом, что сейчас находился в отключке, нагло подсматривая за любовниками. Мутант прочистил горло, привлекая к себе внимание. — Так что? Будем сознаваться? Оуэн громко выдохнула и слезла с избранника, начав метаться по лаборатории. — Котёнок? — Ты прав, я снова подсела на сигареты. Только они могут расслабить меня, я уже волком вою, Дон! Прости за обман. Как я уже сказала, врать я могу обо всём, но только не о чувствах к тебе, и вот как раз тот самый случай. — У тебя что-то произошло? — Ди напрягся, вырубил ноутбук. Состояние возлюбленной ему было важнее всего на свете. — «Что-то» — это ещё мягко сказано! Жила себе спокойно, никого не трогала. И на тебе, папаша объявился. От услышанного мутант чуть не подавился слюной. — Отец? Здесь? — гений соскочил с места и подошёл к любимой, положил руку на её плечо в знак поддержки. — Милая, он того не стоит. Только прошу, не занимайся самокопанием, ладно? Не рви себе душу. Только не из-за него. — Да я… не то, чтобы, — Ирэн запнулась, губы предательски задрожали. — Он звонил мне, предлагал в бар сходить, поговорить. — А ты? — Дон аккуратно развернул к себе женщину, с надеждой заглянув в глаза, желая разделить с ней накатившую боль. — А что я? Послала его нахер. Дон грустно улыбнулся. — Вот так с ходу? — Ага. Далеко и надолго. Пусть знает, что он пидорас. Донни давно привык к нецензурной брани из уст возлюбленной, несомненно, поначалу ему это резало слух, он даже делал ей замечания, старался отучить от дурной привычки. Но со временем понял, что так Ирэн легче выражать эмоции. Да и что греха таить, сам Дон в голове не раз посылал всё и всех благим матом, только вот вслух не выражался. Гений потянул блондинку на себя, позволяя той оказаться в своих объятиях. Ирэн прижалась к нему всем телом, невольно вздрагивая от переизбытка эмоций. Дон был готов поклясться, что она сейчас всхлипнула. — Не сдерживайся, котёнок. Выпусти на волю слёзы, я не осужу тебя за это, — Оуэн крепче прижалась к мутанту, слёзы непроизвольно потекли по щекам. — Я люблю тебя. Его шёпот успокаивал, тёплые объятия не раз вытаскивали из когтистых лап отчаяния. — Я тоже люблю тебя, мой одарённый мальчик, — Ирэн подняла на него покрасневшие глаза. — Только вот как я теперь на работу пойду? Разнылась тут, как малявка какая-то. Ниндзя издал смешок, радуясь боевому настрою подруги. — Я бы очень хотел, чтобы ты осталась. Я понимаю, работа тоже важна, но… так как насчет моего предложения увидеться сегодня вечером? — У меня дома? — женщина удивлённо посмотрела на мутанта. — Ну, да, — гений замялся, боясь показаться чересчур навязчивым. — Так хочется хоть раз проснуться с тобой рядом. Возможно, я прошу слишком много, я… Ирэн оборвала его речь поцелуем, на сто Дон широко распахнул глаза от неожиданности, но тут же перехватил инициативу, жадно завладев чужими губами. — Это отличная идея, — прохрипела блондинка, безбожно разрывая страсть между ними. — Ты правда этого хочешь? — Хамато шумно втянул воздух, поглаживая девичью щёку кончиками пальцев. — Очень хочу. Больше всего на свете. Их губы вновь соединились, крадя дыхание друг друга. Донни был на седьмом небе от счастья, от нахлынувшего порыва чувств он подхватил любимую на руки. Не разрывая поцелуя, уложил на мягкую кушетку, забираясь пальцами под тонкую ткань футболки. Ирэн отдалась чувствам, срывая фиолетовую маску с его лица и откидывая её в дальний угол комнаты.       Кажется, работа сегодня подождёт.

***

— Мне так больно, сердце рвётся на части. Кажется, я больше не выдержу. — Я готов стать твоим другом. Даже если ты не видишь меня, прошу, позволь мне быть рядом. — Почему ты помогаешь мне? — Потому что ты должна жить, Ирэн. Ты должна жить.