Естественно враги, естественно влюблены

Официально, Тэнгу и Алый Демон были более чем врагами. Они регулярно сражались, досаждали друг другу, банально ругались. И, раз так, то почему именно Итто приходилось сейчас вытаскивать саму Тэнгу с поля боя? Понимаете, в процессе их обычной стычки в дело вмешалась неизвестная им третья сторона и распылила сразу букет разных странных газов, которые влияли на способы работы мозга и все такое прочее, в чем он ничего не смыслил. И сам Итто, он не был человеком, он был они. Демоническая составляющая в его крови помешала газу воздействовать на него, и он выбрался из всей этой заварушки полнейшим бодрячком. Тэнгу же... Итто всегда был уверен, что она настолько же нечеловек, как и он, почему тогда с ней это сработало по-другому? Может, тэнгу сами по себе не так устойчивы к такому, насколько устойчивы они... Эти дурные вороны никогда не были такими крутыми и выносливыми, несомненно. И вот он здесь, тащит свою собственную противницу, повисшую на нем мертвой плетью. Сначала все было, по крайней мере, довольно мирно: концентрация злотворных газов вырубила Тэнгу почти сразу, и следующий десяток минут, пока он тащил ее к своему ближайшему убежищу, она не подавала никаких признаков сознания. Но, эм. Потом. Итак, он дотащил ее до схрона, сунул под нос нашатырный спирт, а потом споил ей разведенную в стакане воды таблетку универсального противоядия. Это, конечно, не могло решить все проблемы, но хотя бы часть из них... Тэнгу активно прокашлялась. Позволила споить себе отвратительную на запах и вкус жидкость. На миг словно бы отрубилась снова... А потом она подняла голову и посмотрела прямо на него, но в ее взгляде определённо не хватало обычной осознанности. И тогда Итто подумал: О, Бездна, да что за наркотики они закачали в этот чертов газ? А потом Тэнгу заговорила, и это сделало все еще хуже. – Как дела, О‌ни? – она поинтересовала, об этом совершенно буднично, точно бы они просто случайно встретились на улице, – кажется, что последние дни выдались тяжелыми для тебя. – Я пытаюсь убедиться с том, что мои и твои люди в порядке, Тэнгу, – устало пояснил Итто, сочтя, что если он промолчит, то вещи точно не станут лучше, – Мне пришлось вытаскивать тебя с поля, поэтому я не смог проследить за бандой. Надеюсь, что Тэнре хватило ума не поцапаться с моими ребятами, пока я спасал тебе жизнь. Тэнгу закатила все еще не слишком ясные глаза. – Да ладно, – пренебрежительно заметила она, – я в полном порядке. Нет, взаправду, я ощущаю себя даже лучше, чем обычно. Кажется, мне наконец удалось выспаться. Да что за наркотики были в том газе?... – Ты попала под газовую атаку, Тэнгу, – объяснил он ей осторожно, – и находишься под ее воздействием. Возможно, сейчас вещи воспринимаются иначе. Это нормально, мы должны просто немного подождать. С цзинем ему пришло ответное сообщение от Куки: своих вытащили, свалившимся из Тэнрё помогли. Итто довольно покивал: его ребята правда знали, что делали. Даже не задумывались о странности идеи спасения врагов. Правильно читают ситуацию. Тишина – тягучая, почти неудобная. Итто не любил тишину, но они были в его убежище, и он даже не мог пригласить сюда Куки с бандой – кто знает, что сейчас в голове Тэнгу, вдруг она резко начнет резню. – Давно мы не оставались в одном помещении в одиночестве, О‌ни, – заметила Тэнгу с усмешкой, – я, может, соскучилась по твоей незаменимой компании. Итто вздохнул. Ему абсолютнейше не нравилась эта ситуация. Он любил небольшие моменты, когда они с Тэнгу могли просто посидеть рядом тет-а-тет и поговорить, но ее нынешнее состояние никак нельзя было назвать здравым. – Я всегда не против составить тебе компанию, – разумно ответил он, отчего-то ощущая себя безумно уставшим. Может, все же и на него газ повлиял? Он позволил себе опустить защиту слишком рано. – В таком случае, ты показываешься слишком редко, О‌ни, – Тэнгу усмехнулась, – мне, безо всяких сомнений, очень не хватало твоей чудесной компании. Итто пожал плечами. – Я просто удерживаю достаточную дистанцию, – заметил он, – мы, в конце концов, первоочередно враги. В такие моменты он не выглядел как злой и ужасный демон, но как просто безумно уставший человек, вынужденый быть в ситуации, в которой он не хотел бы быть. – Зачем тебе удерживать дистанцию? – со странной доброй насмешкой уточнила Тэнгу, – я, может, и вовсе не хотела бы дистанции между нами. – Зачем? – Чтобы быть ближе, почему же еще? Итто нахмурился. – Я не понимаю, Тэнгу. Давай поговорим тогда, когда я буду знать  что ты в порядке. – Чего же тут не понимать? – с широкой улыбкой уточнила она, пропустив мимо ушей замечание, – все это время, пока ты сторонился меня, мы могли быть гораздо ближе, чем сейчас. Я хотела бы этого. Возможно... – ее взгляд потемнел, – мы могли бы встречаться, О‌ни? Это было тем, что они успели обсудить еще очень, очень давно. Недели, месяцы? Около полугода, думается. Тэнгу тогда посмотрела на Итто со странным сожалением во взгляде, которое он не сумел понять, и сказала простые слова. Тэнгу сказала ему: О‌ни, я глубоко ценю твои чувства ко мне. Это, несмотря ни на что, потрясающе. То, что ты сумел влюбиться в меня, несмотря на то, что мы были и остаемся врагами. И, О‌ни, я очень сожалею, но твои чувства не взаимны. Ты мне нравишься, действительно нравишься, но я не влюблена в тебя так, как ты влюблен в меня. И я не могу это изменить. – Должно быть, какое-то из действующих веществ заставляет тебя лгать, – пробормотал Итто, – мы уже обсуждали это. Я знаю, что неинтересен тебе. И Тэнгу улыбнулась ему еще шире. Ее взгляд казался лихорадочным, а щеки покраснели, точно от мороза. – Но, быть может, все наоборот? Что, если все это время я лгала тебе, скрывая, что твои чувства взаимны? Что, если я все это время любила тебя, говорила ему Тэнгу со взглядом, словно бы ей было смешно наблюдать за его колыханиями. Внутри него что-то было предельно не так. – Нет. Я склоняюсь к идею, что ты несешь ерунду, о которой очень пожалеешь. И еще... – он замялся, – что ты развлекаешься, давая мне несбыточную надежду. Итто, по правде говоря, был слаб в вопросе отношений. Он становился неловким и странным, и вряд ли это можно было чем-то изменить. Кроме, возможно, какого-нибудь особо забористого газа, который пробрал бы даже его. Тэнгу засмеялась и о, это звучало страшно, ведь Тэнгу никогда не смеялась. Казалось, что она на грани припадка. – Ты так наивен, Аратаки Итто, – произнесла она мягко, – не готов даже допустить, что я могла солгать тебе. Пусть после я никогда и не подтвержу это, ведь я боюсь ответственности, но знай: я была влюблена и все еще влюблена в тебя. В ее выражении лица в этот миг было что-то непередаваемо-зловещее. – Просто я слишком слаба, чтобы ответить на твои чувства, – закончила почти легкомысленно, точно бы другой человек в теле его дорогой подруги, – и никогда не буду достаточно сильна. И, о, разве это не было больно? (Он узнал, узнал многим позже.) (Узнал, что в месиве газов словно бы даже и случайно затесалась сыворотка правды.) (И это странным образом сделало все даже еще хуже.)