Прощание

Курапика! У меня не так много времени, чтобы написать тебе, да и кажется, что его в принципе не осталось. Но ведь чудо существует. Я правда в это верю. Ведь судьба уберегла тебя от смерти. Ты мог погибнуть тогда, вместе со своими родными, но ты выжил. И я хочу, чтобы так продолжалось и дальше. Знаешь, если получится и у меня. Если я окажусь таким же живучим, то мне будет страшно возвращаться. Тумаков я получу знатных. Хех, уже сейчас ощущаю их на своей коже. Лучшего и представить нельзя. Хотя — можно. Находясь сейчас в таком не совсем приятном положении, я думаю лишь об одном. Напоследок я бы хотел тебя обнять. Да так сильно, чтобы у тебя затрещали кости. Я знаю, что ты не любитель этого, но думаю, ты бы разрешил. Ты на самом деле очень добрый, Курапика, и сколько бы раз ты меня не отталкивал, ты не смог убедить меня в обратном. В тебе столько хорошего, ты действительно можешь поменять мир в лучшую сторону. Но я не буду просить тебя о чем-то, обременять своими целями и мечтами. Ведь, если я их не добился, то это только мои проблемы. Единственное о чем я мечтаю и что ты в силах исполнить, так это быть счастливым. Да, Курапика, наверняка, если ты прочитаешь это письмо, скажешь, что я дурак, раз прошу тебя о таком, но я правда верю в то, что у тебя получится. В тебе столько силы, что мне и не снилось. Ты сможешь справиться. Ты восстановишься после этого всего. Честно, мне немного страшно. Я бы хотел, чтобы ты сейчас был рядом. И Гон, и Киллуа. Вы мои самые родные и близкие люди. Роднее вас никого. Знаешь, я не жалею. Ни разу. Что решил сдать экзамен. Что познакомился с тобой. С ребятами. В моей жизни появился новый смысл и сейчас, когда она подходит к концу, я могу сказать, что я действительно сделал всё как надо. Вокруг меня были замечательные люди и если так нужно. Если мне нужно умереть ради них, то я сделаю это с удовольствием, не раздумывая. Кто вообще будет думать, если на кону жизни близких? Правильно — никто. Вот и я не думаю. Просто делаю. И хватит хмыкать и оскорблять меня! Уверен ты сейчас только этим и занимаешься. Я знаю, ты беспокоишься, но не стоит. Пожалуйста. Не хочу, чтобы тебе было тяжело. И всё равно, у тебя ещё есть Гон и Киллуа. Подумаешь, просто минус друг. Блин, звучит слишком плохо. Не знаю, как это описать, но я попробую. Мне важно тебе это сказать. Времени правда осталось немного. И наверное это письмо будет тяжело читать. Ничего важного тут, по сути нет, я скачу от темы к теме, так судорожно пытаясь обойти самое главное. Так, всё, соберись! Прости, Курапика, это я себе. В какие то моменты жизни я начал понимать, что наша дружба особая. Она не похожа ни на что другое. Знаешь, в детстве, когда умер Пьетро, я думал, что больше никогда не встречу никого с кем я бы мог поладить так сильно. Я думал что не найду душу роднее, а ведь я тогда был лишь ребёнком. Представляешь, будучи мелким пацаном я думал, что у меня больше никогда не будет друзей. И не будет особого человека, с которым весь мир становился бы ярче и красивее. Вот таким вот унылым ребёнком я был. Страшно об этом вспоминать. Наверняка ты удивишься, когда это прочитаешь. Ведь этот образ совсем не вяжется с моим настоящим. Но не будем о грустном. Хочу напоследок вспоминать только самое хорошее. Я хочу поговорить о тебе. Хочу думать о тебе сейчас, чтобы не было так страшно и одиноко. Знаешь, ведь я и не предполагал, что настолько сильно привяжусь к тебе. В первую нашу встречу ты показался мне упрямым паршивцем, с которым я в жизни не подружусь. Я правда думал, что мы чересчур разные. Кто же мог знать, что окажется наоборот. Ты оказался приятным сюрпризом. Боже, ты был лучшим подарком. И хватит фыркать и говорить, что в тебе нет ничего особенного. Ты буквально самый хороший человек, которого я встречал. Просто гнев иногда затмевает тебе глаза. И ты не видишь ничего вокруг. Но я не осуждаю тебя, ни в коем случае! Я понимаю тебя и твои эмоции и не мне судить о них. Ты всегда мне помогал. Когда я был очень вспыльчив, ты останавливал меня. Сквозь гнев тяжело разглядеть хоть что-либо. Тяжело мыслить рационально. Но ты помогал мне и наставлял на правильный путь, хотя сам был не в силах противостоять своей собственной злобе. И тут на помощь тебе приходил я. Надеюсь, тебе становилось хоть немного легче от моей поддержки. Мы были хорошей командой. Дополняли друг друга. Когда злился ты — я тебя останавливал. Было и наоборот. Действительно волшебный союз! Но меня снова понесло не туда, извини. Так много хочу тебе сказать. Ты стал особенным. Не скажу, что я когда либо такое чувствовал. Но с тобой мир становился проще. Дышать становилось легче. А пейзажи перед глазами становились ярче. Хотя я понимаю, что, наверное, с твоей стороны не было таких ощущений. Ты был занят более важными проблемами. Ты был сосредоточен на серьезных целях, пока я плавал в этом новом и неизведанном для себя чувстве. Барахтался, словно не умеющий плавать ребёнок. Но, черт возьми, это было так круто. Я так ценю наши моменты, когда мы просто могли ни о чем не думать. Могли наслаждаться компанией друг друга. Могли смеяться, ругаться, мириться. И снова по кругу. Я бы хотел остановить время и остаться в одном моменте навсегда. Почему не существует машины, которая смогла бы помочь мне осуществить это? Думаю, я бы выбрал четвёртый этап экзамена, когда мы были в лесу. Охотиться с тобой было честью для меня, так и знай. И хотя тогда ты был уже слишком заносчив. Не хочу уходить. Хочу писать это письмо бесконечно. Знаешь, а ведь правда становится легче, будто разговариваю с тобой сейчас. Будто ты здесь, рядом. И я снова могу дышать полной грудью. Но времени уже нет. Мне очень жаль, что приходится так рвано прощаться. Просто живи, ладно? Сделай это не ради меня, сделай это ради себя, ради своего будущего. А оно у тебя очень светлое, я уверен. Я надеюсь ты добьёшься своих целей. Не жалей ни о чем. Я буду надеяться на лучшее. Я буду верить, что мы еще увидимся. Да, черт возьми! Мы обязательно встретимся! (Написано размашистым крупным почерком. Некоторые слова из-за этого трудно читаемы. Человек явно спешил, когда их писал.) На обратной стороне письма дерганными перерывающимися линиями написано ещё более небрежно и неразборчиво: «Я верю в тебя. Я тебя ценю. Ты мой самый лучший друг.»